Часть пятаяУЛЫБКА СМЕРТИ

Мрачное ничто. Вокруг лишь черная мгла. Здесь не идет время, а пространство – бесконечная вязкая и густая субстанция. Единственная нить существования не обрывается лишь по воле силы, что пульсирует неровными всплесками вокруг. Безымянный бог в ловушке, из которой нет выхода – слабо бьется сердце, словно маленькая погасшая звезда в огромной вселенной. Тьма окутала его плотным коконом черной слизи, не давая видеть и дышать, попадая в рот, нос, глаза – мерзкая ледяная сила, что досуха испила Великого. Без своих сил он не мог вырваться из плена Темного близнеца.

Сколько прошло времени, как он вернулся из Божественного царства? Безымянный бог не мог ответить на этот вопрос, давно утратив способность чувствовать. Ему казалось, что всё произошло совсем недавно. Он открыл врата Везория, узнавая родные земли, как в один момент белый свет померк, а на его месте образовалась черная воронка, что утащила его в Бездну.

Он все-таки опоздал. Тьма склонила младшего сына на свою сторону, до сих пор отравляя юное импульсивное сердце. Окрепла благодаря бесчисленным душам, что поглощала, и смогла ощутить возвращение Великого, заперев его в своей собственной сущности. Эта разрастающаяся и усиливающая сила не могла допустить, чтобы Безымянный бог всё испортил.

Лишь в момент её слабости, ему удалось пробить тягучую черную вязь силы. Великий не знал, почему в защите темного спутника вдруг образовались прорехи, как и не знал о том, что его старшие дети обманули Рангора, запечатав силу, тем самым лишая тьму прямого доступа к Везорию. Именно благодаря этому Безымянному богу удалось передать послание. Будучи запертым в этом ничто, лишенный возможности обратиться к своим силам и собственным детям, он не надеялся, что всё получится, но однажды его слова были услышаны...

В тот час многим видящим приснился Великий. Каждый воспринял полученные сведения по-своему: так людские мудрецы полагают, что с открытием врат придет не только Безымянный бог, но и опасные для нашего мира сущности, высшие демоны верят, что открытие высвободит свет, который убьет их, а эльфийские старейшины — опасаются смертных с абсолютной чистой силой, которые в будущем могут открыть богам путь на землю.

Однако сказать Великий хотел совсем другое, попытаться избавить свой мир от всепоглощающей черной силы гнета темного спутника-близнеца. Он знал, что тьма отступит перед светом, который вырвется в момент объединения избранных и именно это сообщил. Только Бездна опередила, ощутила вмешательство и исказила суть его слов, посеяла панику, заставляя подсознательно бояться открывать врата. Ведь боялась сама...

Она росла и развивалась вместе с Везорием, незаметно поглощая силы, источаемые тремя маленькими богами. И даже после вмешательства Арона и Имары тьма была все ещё сильна. Тогда она нашла новую жертву, которая не только вернет Темному богу прежнее могущество, а и вновь откроет прямой доступ к этому миру. Как и Безымянный нашел того, кто в будущем сможет принять его сущность и силу. Великий давно утратил свою физическую форму, задыхаясь в этой ловушке, снова и снова растворяясь в черной мгле. Он словно бесконечно умирал, расщепляясь на мелкие частицы, а после снова возвращался в прежнее невесомое состояние, чтобы через время всё повторилось.

Но это было ничто по сравнению с осознанием того, что родной мир и дети остались один на один с силой этого неизведанного темного мира-близнеца, который в конце концов полностью поглотит Везорий, если вовремя ничего не предпринять...

***

Объединение королевств Тароты и Лароны произошло в 1210 году под предводительством нового короля Айкана Нотара – опытного начальника службы безопасности, главнокомандующего легионом, мага четвертого уровня, который взял власть в свои руки во времена государственного переворота и провел ряд политических и административных реформ. Легендарный молодой правитель убеждениями, лестью и подкупом поднял разрушенное королевство с колен и стал строить единую мощную державу. Он повел за собой людей, заражая народ своей мечтой о новом будущем, что ждет их в скором времени. Вдохновенные таротавцы прошли через земли соседей, сея смерть и разрушения.

Ларона всегда была слабой и потому добровольно подписала договор, принимая условия нового правительства. Королевство Ма, граничащее с востоком Тароты, попало под удар вторжения в 1214 году и пала за два года. Началась новая эпоха истории Тароты – эпоха империи Айкана Нотара, принявшего на церемонии новое имя – Кан Рота.

Нариат на западе был покорен за четыре года. Виорийский эмират, граничащий с новой империей на юге, продержался чуть меньше восьми лет. В 1228 году последнему королевству, что стало камнем преткновения между Таротой и Марэтой, Кан Рота предложил сделку. Однако Рута отказалась от соглашения, не желая терять собственную независимость. Она сражалась до последнего воина, но не отступала, противостоя сразу двум империям. За год население на границах королевства сократилось больше чем на треть, на окраинах страны воцарились голод и мор, но над Рутой так и не взвился синий или красный флаг одной из империй.

От границ Руты на некоторое время отступили. Император Тароты был занят удержанием завоеванных границ и истреблением несогласных. В Лароне, Ма и Виорийском эмирате были назначены сенаторы, созданы магистраты, возведены новые храмы, магические академии, а также сформированы внутренние легионы, обеспечивающие порядок и отвечающие за сбор дани.

В 1230 году разведка Тароты донесла о выросшей активности Марэты со стороны границ Руты, что стало решающим этапом в судьбе последнего королевства – не желая терять столь важные для империи земли, Кан Рота идет в наступление...

На этом месте я не выдержала и со злостью захлопнула книгу. Сказать по правде, открывая историю Империи, надеялась больше узнать об императоре, но о нем самом было скудно мало – только общие какие-то сведения, которые хоть и вызывали уважение, но в тоже время подпитывали мою личную неприязнь.

Нельзя было не признать, что когда-то я сама мечтала о таких высотах, каких добился Айкан Нотар. В двадцать быть начальником службы безопасности и главнокомандующим легиона – это действительно что-то невообразимое, заслуживающее восхищения.

«Ага, пока он не стал создавать единую Империю!» — подсказал внутренний голос, с которым я не могла не согласиться, задумываясь: не сыграла ли роль во всех этих заслугах его эльфийская кровь? И если в 1210 году ему было около двадцати, значит, сейчас сорок...»

Помимо воли вспомнила, как император говорил, что внешность бывает обманчива. Что же, он и правда намного старше, чем я полагала. Впрочем, эльфийская наследственность еще долго будет скрывать его настоящий возраст. Интересно, а что он планирует говорить, когда пройдут года? Даже самые сильные маги живут меньше, хотя... Кан Рота все равно не доживет до старости!

У меня всё было готово для обряда, но я не спешила его совершить. Что-то будто останавливало. Пусть я и убеждала себя, что его величество заслуживает смерти, но все чаще сомневалась в том, что делаю. Нэрдок был прав – не нам решать, кому жить, а кого наказывать.

«Однако именно император решал, кому жить, вынося приговор всем тем невинным, что погибли на войне!»

Я не сразу сообразила, был ли это мой собственный голос или тьмы.

«Смерть императора станет избавлением для людей, что живут в страхе перед третьей большой войной...»

Кивнула, прекрасно понимая, о чем говорит тьма. Две могущественные империи не могут существовать рядом, а значит, рано или поздно кто-то пойдет в наступление. И если, как говорит эр Кассиан, брат Кан Роты не любитель дворцовых дел и интриг, Тарота после смерти императора просто расколется без сильного правителя.

«И смерть твоих родных будет отмщена...»

— Эр Рик, — неожиданно прервала наш мысленный диалог с тьмой вошедшая в хранилище книг служанка. — Вас в саду ждет эр Кассиан!

— Сейчас приду, — удрученно проговорила в ответ и с неохотой поднялась.

Император все-таки сдержал свое слово и рассказал эру Кассиану о моем самоуправстве, из-за чего я уже который день отбывала наказание. Помимо наших занятий, на которых мы, наконец, сдвинулись с мертвой точки и перешли к следующему этапу, где не было учебной палки, придворный маг стал брать меня с собой в столичную магическую школу. Сейчас как раз был конец года: проходила подготовительная неделя проверочных испытаний. И, видимо, эр Кассиан решил, что лучшим наказанием будет поставить меня принимать на себя удары учеников и делиться с ними собственным резервом.

«Не знаешь, куда применить силу, так помоги подрастающему поколению! — в тот же вечер, после длинной тирады, сообщил мне придворный маг. – С твоим-то рангом ты даже не почувствуешь ничего».

Однако это было преувеличением, так как эр Кассиан словно специально собирал чуть ли не всю школу, отчего под вечер я была абсолютно вымотавшаяся. Впрочем, к странностям старика уже давно привыкла. Куда больше меня волновал предстоящий бал, на котором должна буду присутствовать. Я боялась, что могу встретить там кого-то, кто может меня узнать, а зная набожность императора, он еще и храмовников на бал пригласит. Или того хуже... Светлого Паладина!

Передернула плечами и ускорила шаг. О предстоящем бале гудел весь дворец, особенно придворные дамы, которые любили посплетничать обо всем и обо всех. Вот и сейчас они гуляли по саду, прямо под окнами коридора, которым я шла. Среди них была знакомая мне уже возлюбленная эра Кассиана и супруга первого советника империи – ларэ Мардэни. Остальных девушек я не знала, просто не интересуясь их личностями. Однако сейчас разговор помимо воли привлек меня:

— Я слышала, на этот бал будут приглашены все известные роды.

— Это значит, что тот симпатичный наследник клана Меча тоже? – с мечтательной улыбкой спросила низенькая девушка в воздушном кремовом платье.

Я остановилась.

— Роззи, поубавь свои неприличные фантазии, — осадила её ларэ Мардэни. – Уверена, он даже и не вспомнит тебя. Бэллиотайн лишь предлог, и раз Его Величество приглашает столь важных персон, значит, на то есть веские причины. Помяните мое слово, вам на этом балу ничего не светит.

— Вы как всегда слишком мрачно настроены, — покачала головой та, которую назвали Роззи, — поверьте, он запомнил меня...

Две другие молчавшие до этого девушки неприлично прыснули, а та самая брюнетка, которая уединялась с эром Кассианом, бесстыдно поинтересовалась:

— И какой у него? Запоминающийся?

Девушка развела ладони, демонстрируя ответ, но слушать продолжение я уже не стала и ускорила шаг, предвкушая недовольство эра Кассиана – он не любил опозданий.

Позади раздался очередной всплеск женского смеха. Это же они о Расго говорили? Выходит, он уже бывал во дворце и будет на балу. Демоны! Он точно меня узнает.

«И что с того? – тут же спросила сама себя. – Ты нужна ему, а значит, он будет молчать!».

Верно. Я улыбнулась собственным мыслям. Нельзя больше тянуть! Я и так здесь слишком задержалась.

В тот же вечер я лишь сильнее в этом убедилась, когда вошла в свои покои и увидела на постели ярко-зеленую ткань. Сначала не признала, что передо мной, но стоило подойти ближе, как с холодным липким ужасом поняла – это платье! Оно оказалось очень приятным на ощупь, с тонкой вышивкой и маленькими бусинками, создававшими утончённый узор вдоль длинных рукавов. Я даже в руках никогда не держала такой необычной ткани, не зная, что в данный момент испытывала сильнее – растерянность, недоумение или страх?

Тени вокруг тоже занервничали.

Может, слуги ошиблись? Мне очень хотелось в это верить. Однако, звоня в колокольчик на столе, я уже понимала, что моим надеждам не суждено сбыться. Знакомая служанка появилась в дверях почти сразу. Вежливо поклонилась и на мой прямой вопрос о платье коротко ответила:

— Приказ Его Величества, ларэ.

Под лопаткой неприятно засосало.

— Но я же «эр», — изумленно уточнила, с неприятным колющим чувством понимая, что даже служанка сменила привычное мужское обращение.

— Ничего не знаю, — смущенно пролепетала она. – Простите, что-то еще ларэ?

Не в силах что-либо ответить, лишь помотала головой, чувствуя, как все внутри обрывается. Кажется, будто из-под ног уходит земля, и я ослаблено падаю на пол, так и сжимая в руках мягкую тонкую ткань платья. Сбежать?..

Так, спокойно, возьми себя в руки, Кори! Раз охрана с храмовниками сюда еще не ворвались, значит, император не знает всей правды. Сбегать уже все равно поздно!

Решительно поднялась и направилась к императору. Он как всегда занимался чем-то в своем кабинете. И, как мне показалось, его величество ждал моего появления: стража около дверей вежливо отступила, позволяя мне войти, а сам император нисколько не удивился, завидев меня. Наоборот, на столике стояло два бокала.

— Проходи, Рик!

Передернула плечами. Кан Рота явно специально выделил мое ненастоящее имя столь очевидной интонацией. Только я не собиралась облегчать ему задачу, признаваясь, как меня на самом деле зовут.

— Это платье, — без предисловий начала я, все так же прижимая мягкую ткань к себе. – Зачем вы мне его дали?

— Как зачем? – искренне удивился мужчина. – Послезавтра великий праздник Бэллиотайна, а я, кажется, уже говорил, что хочу видеть тебя на балу.

— Вы поняли, о чем я!

— Естественно понял, поэтому и позаботился о твоем внешнем виде, — он подошёл ко мне вплотную, с лукавой улыбкой глядя прямо мне в глаза, будто бы заглядывая в самую душу. – Поверь, здесь со мной ты в безопасности, тебе нечего бояться.

«Верно. Бояться стоит вам!» — угрожающе подумала я, продолжая смело удерживать его взгляд, лишь бы он не понял, насколько сильно на самом деле меня встревожило это платье. Мне совершенно не хотелось показывать свои настоящие чувства. Уверенность и никакого страха, пусть не думает, что напугал меня этим.

— И как давно вы догадались? – холодно спросила, чувствуя, как гулко бьется мое сердце, а перед глазами сам собою всплывает ответ. Быстрое движение рукой. Приподнятая туника и его исцеляющие касания. Все-таки заметил бинты!

Он не спешит отвечать. Берет меня под руку и осторожно усаживает на знакомый уже диванчик под окном. Садится напротив, попадая под прямые солнечные лучи, отчего его длинные медные волосы становятся похожи на само пламя. После протягивает бокал вина с еле уловимым ароматом корицы и трав.

— С того самого момента, как ты помогла мне дойти до постоялого двора, — опроверг мои предположения император. — Признаться откровенно, в первое мгновение я действительно принял за мальчишку, но стоило опереться на тебя, как понял, что это не так...

— Издеваетесь?

— Никак нет, — серьезно заверил он, но ироничные нотки все равно промелькнули в его голосе.

— Почему же сразу не сказали? – непонимающе спросила, так и не притронувшись к напитку. И чтобы случайно не расплескать его, осторожно поставила бокал обратно на столик. – Более того, продолжали делать вид, будто не знаете!

-- Не хотел тебя спугнуть. Право слово, нет ничего удивительного, что девушка, путешествующая одна, пусть даже маг, притворяется мужчиной. Я прекрасно понимаю мотивы такого поведения. Потом же, когда ты и во дворце не призналась, подумал, что, может, делаешь это специально, опасаясь мужчин, -- Кан Рота лишь на миг прервал свою речь и доверительно накрыл мою ладонь. -- В моем присутствии никто не посмеет причинить тебе вред. Ты можешь больше не бояться, пусть даже все узнают, кто ты на самом деле, ничего не поменяется, даю тебе клятву императора. Ты все так же продолжишь ходить в учениках Кассиана, а когда придет время, сама займешь место придворного мага. Я обязан тебе жизнью и никогда не забуду этого!

Не ожидая такой отповеди, просто растерялась, не зная, как будет правильнее себя повести в данной ситуации. Единственная мысль, что набатом стучала в голове, – это как можно скорее уйти отсюда. Сегодня же проведу обряд и сделаю то, ради чего столько времени выжидала. Отомщу за родных и всех тех, чьи семьи были разрушены, а после сбегу из этого проклятого дворца!

И тут же быстрая мысль: «А что потом?».

— Молчишь? – так и не дождавшись моего ответа, вновь заговорил Его Величество. – Назови хотя бы своё настоящее имя, Рик.

— Рика, — коротко выдавила я, не особо долго размышляя над ответом.

— Что же, пусть будет Рика, — согласился он, явно не поверив мне. – Так что же вынудило тебя скрываться под личиной юноши?

— Вы и сами ответили на этот вопрос, — невозмутимо напомнила я, словно забывая с кем именно говорю. – Вы хотите все знать обо мне, но при этом никогда ничего не говорите про себя.

— И что же ты хотела бы узнать? – в его голосе проскользнули любопытство и, как мне показалось, довольство.

Ох-х... с чего только начать? С его эльфийских корней? Невероятной силы? Или о прошлом двух мальчиков, которых чудом выбросило на берег? Может, о том, как именно он пришел к власти? Не сам ли и устроил тот государственный переворот, что так удачно подвернулся под руку? Ведь как говорилось в некоторых источниках – слишком приближен был главнокомандующий легионом к королю.

Но на деле ни один из интересующих вопросов я не могла задать. И это злило больше всего.

— Спрашивай, не бойся, — чересчур доверительно предложил Его Величество. – Обещаю честно ответить как минимум на один вопрос.

Один? Я не удержалась от скептической усмешки. Как из всего выбрать действительно важное?

— Даже и не знаю с чего начать, — раздумывая, медленно протянула я. – В довольно юном возрасте вы добились настолько выдающихся результатов, что многие до сих пор называют вас не иначе как божественным посланником...

— О нет, — снисходительно улыбнулся император, — давай не будем предаваться пустым слухам, тем более что я убежден – сама ты в них не веришь. Спроси то, что на самом деле тебя интересует, Рика.

— А меня это и интересует! Как вам удалось в шестнадцать лет попасть в личную охрану короля, а в восемнадцать – встать во главе гильдии? – прямо выпалила я, подводя к тому, что показалось наиболее безопасным и интересным: – Структура и рисунок вашей ауры измененные, вы сами догадались, что снимая проклятие, я заглянула в вас. Так скажите мне, кто поработал над вашим резервом и не это ли причина вашего успеха?

Я лукавила, ведь прекрасно знала и о второй тайне императора, которую просто невозможно увидеть, только лишь заглянув.

— Это уже два вопроса, — въедливо заметил Кан Рота, — впрочем, всё куда проще: это результат эксперимента моего отца. Он был сильным магом и очень любопытным, а ещё известным в определенных кругах изобретателем. Скажем так, его дети — стали его же любимыми подопытными, но не скажу, что именно в этом весь успех, хотя, конечно, нет смысла отрицать, что некое влияние того вмешательства было.

Ага, эльфийской крови!

«Но ведь и ты в школе обманывала всех, используя подарок, оставленный Темным богом своей возлюбленной».

— Теперь твоя очередь.

Я лишь пожала плечами и сказала абсолютную правду, кратко описав попытку изнасилования тремя старшекурсниками, а после и мужчиной в темном столичном переулке Руты. Мне показалось это достаточным оправданием мальчишеского образа, тем более что сам Кан Рота и навел на эту мысль.

— Что же, видимо у нас двоих было нелегкое детство, но это всего лишь прошлое, а будущее зависит только от нас. Ведь пока ты будешь бояться, не сможешь двигаться дальше. Так, может, стоит попробовать сделать шаг вперед?

— Надеть платье и пойти танцевать? – я скупо улыбнулась собственной шутке, а вот император, кажется, воспринял это серьезно.

— При условии, что твой первый танец достанется императору...

И не только танец, ваше величество!

***

Он искал её взглядом и не мог найти среди пестрых нарядно одетых пар. Бесконечный круговорот масок и шум музыки сбивали с толку. Какая-то молодая леди все время настойчиво крутилась возле него, явно желая получить внимания от столь симпатичного незнакомца. Однако высокий светловолосый юноша в светло-голубом расшитом камзоле не замечал эту прекрасную особу с большими серо-голубыми глазами и глубоким откровенным декольте. Все внимание его было обращено на рыжих девушек, что не укрылось от женщины и еще больше вызвало любопытство. Вряд ли это могло быть простым совпадением.

— Вы кого-то здесь ищете? – прямо спросила она, ловко беря молодого человека под руку. – Я могу помочь вам.

— Простите, леди, — вежливо откланялся незнакомец, мягко отстраняясь. – Прелестная спутница, с которой я пришел на этот бал, все не возвращается, а вот и она!

Он махнул рукой неизвестной даме и скрылся среди танцующих пар, тем самым вызывая у Эрии насмешливую улыбку.

«Как неумело врет! — язвительно подумала женщина, прекрасно догадываясь, что за рыжую «спутницу» выискивал в толпе юноша. – Знал бы ты, что твоя слишком самоуверенная возлюбленная сейчас стоит под руку с его величеством».

Эрия исправно выполняла приказ великого мастера, незаметно следя за девчонкой через магическое зеркало. Она знала, что та смогла достать кровь и провела вчера обряд, как знала и то, что рядом с этой соплячкой какая-то странная и могущественная сущность, что ощутила чужой взгляд и почему-то позволила увидеть происходящее во дворце.

«Неужели ей правда все удастся?!» — промелькнула недоверчивая мысль у Эрии и тут же исчезла.

Слишком казалось это невероятным, а с другой стороны – девчонка знает правду Айкана и имеет за спиной невидимую силу...

***

Платье приятного изумрудного оттенка из тончайшего шелка сотворило нечто волшебное – я сама себя не узнавала. Спереди абсолютно закрытое, а сзади наоборот – слишком глубокий вырез, перетянутый множеством тонких золотых шнуров, которые совсем не скрывали давние кривые шрамы. Нежная ткань плотно облегала фигуру до самых бедер, а после расширялась наподобие таких же расклешенных рукавов. Сложная вычурная вышивка золотыми нитями по подолу изображала колдовских птиц раян, которые как нельзя лучше символизировали мое нынешнее состояние.

Интересно, знает ли император, насколько тонко угадал с рисунком?

Невольно улыбнулась и вновь взглянула на собственное отражение, все ещё не в силах поверить, что эта прекрасная рыжеволосая девушка в изумрудной маске, будто сошедшая с картин какая-нибудь принцесса, действительно я сама. Мои короткие волосы убрали со лба золотой сеткой, а на висках оставили множество мелких переплетенных между собой тонких косичек. Сказать по правде, до сих пор не понимала, как девушкам удалось из моих волос хоть что-нибудь создать. Но и это не все перевоплощения – изменился даже взгляд! Не знаю, были ли причиной сурьма и малахит, которыми мне выделили глаза, виднеющиеся в прорези маски, тем самым сильнее подчеркивая их зеленый цвет, или все же внутреннее напряжение тем не менее, Лэкорил Риддис словно осталась в прошлом. Позади. Вместе с внешними изменениями перерождалась и я сама, морально готовясь навсегда перечеркнуть всё, что связано с прежней мной.

Всё было готово. Я скосила взгляд на запечатанные двери купальни, где оставила на полу рисунок кровью, а по кругу горящие свечи, поддерживаемые заклинанием. Для верности вплела нити из браслета, незаметно разрушая чужие арканы и одновременно делая всё, чтобы никто не смог войти внутрь. Это был темный обряд, требующий много силы и техник незнакомой мне школы магии. Выполняя всё по указке тьмы, я сожгла сердце, прежде смешав свою и Кан Роты кровь, которой и начертила древние неведомые символы. Я не была до конца уверена, получилось ли. Тьма утверждала, что всё было сделано правильно, однако у меня будет лишь один шанс, чтобы это проверить...

Помимо прочего, я заранее сложила небольшую сумку с провизией, а ночью из леса призвала нечисть, которая теперь ждала меня за воротами дворца. Шараххи были намного быстрее и проворнее лошадей, что должно было в случае непредвиденных обстоятельств дать мне шанс уйти от погони.

— Что же, пора!

Глубоко вздохнула и вышла из покоев, никак не ожидая увидеть... его величество. В безупречно белой одежде с необычной прической из множества тонких косичек, собранных в один высокий хвост, и едва уловимой усмешкой на тонких губах под плавным изгибом темной маски.

— Ты прекрасна! – сделали мне комплимент, словно бы случайно перехватывая мою ладонь, но я все еще была слишком удивлена, чтобы даже просто поблагодарить.

Император медленно поднес мою руку к своим губам, не отводя при этом внимательного взгляда.

От легкого поцелуя Кан Роты внутри меня все напряглось, а сама я от волнения позабыла обо всех правилах этикета. Вот только не от того волнения, что обычно испытывают девушки при знаках внимания красивого мужчины, нет, я жаждала ногтями в кровь разодрать ненавистное лицо убийцы моих родных. Что бы он ни говорил, какими бы красивыми речами ни прикрывался, а сути это не меняло. И переживала я лишь о том, что что-нибудь пойдет не так...

— Идем, Рика, — сказал он, так и не дождавшись от меня какой-либо реакции. – Не беспокойся, все будет хорошо.

Хорошо? Я очень на это надеюсь! Ведь несмотря на мое ярое желание наконец со всем этим покончить, в голове все равно время от времени возникала малодушная мысль о побеге. Вот и сейчас вновь подумала о том, что, может, не стоит так рисковать? Я не сдвинулась с места, ощутив на талии тяжелую руку его величества, а у стен знакомый шепот тьмы.

«Да, ты права, отступать будет просто глупо».

— Вы... — начала медленно, не зная как правильно подобрать нужные слова, впрочем, император и сам прекрасно понял мой незаданный вслух вопрос.

— Сказать по правде, я немного опасался, что ты в последний момент не решишься надеть это платье, однако искренне рад, что ты переборола себя. Помни – я рядом, поэтому ничего страшного не случится, а если станет тяжело, просто скажи.

Не знаю, чего добивался этими словами мужчина, но в ответ только сильнее растерялась.

— Тем более что ты обещала мне первый танец, — зачем-то напомнил мне он.

— Вы так настойчиво этого хотите? Не боитесь, что я плохо танцую и опозорю вас?

Этого странного желания Кан Роты я не понимала, как не понимала и его необычную линию поведения.

— Не думаю, что тот, кто столь великолепно танцует с мечом, не сможет просто вальсировать, — шутливо подметил Его Величество, — и не хитри, я ведь видел тебя на празднике Эостэр, не говоря уже о том, что в магических школах в программу включено обязательное изучение почти всех видов танца.

— И все же, — продолжила я разговор, осторожно положив руку на локоть мужчины и сделав шаг, – я не привыкла быть в центре внимания, а войдя в зал вместе с вами, невольно стану главной темой обсуждения.

— Это бы все равно случилось, — серьезно ответил император, — ты — младший придворный маг, который просто обязан быть представлен двору.

— Сомневаюсь только, что придворным магам дарят платья, открывают с ними бал и танцуют первый вальс, — пробурчала себе под нос, в то же время отмечая усиленную вокруг охрану и никак не ожидая, что Кан Рота так легко согласится с моими словами:

— Ты, безусловно, права.

И в тот самый момент, когда я уже открыла рот для ответа, перед нами распахнулись огромные створчатые двери в парадный зал. Меня ослепило и оглушило одновременно. От невыносимо непривычного яркого магического света перед глазами замельтешили мушки, отчего я сильнее впилась пальцами в локоть императора. Он если и ощутил дискомфорт, виду не подал, как-то отстраненно и даже холодно улыбаясь окружающим.

Вокруг стоял просто невыносимый гул. Кто-то разговаривал, бил по ушам чей-то сильный поющий голос, а совсем рядом задорно и громко смеялись. Я почувствовала на себе множество любопытных взглядов, от которых неприятно сдавило в груди.

За всеми последними событиями я слишком сильно отвыкла от столь массовых мероприятий. Впрочем, ни один школьный бал не мог сравниваться с тем количеством людей, что здесь сейчас находилось.

В какой-то момент шум стих, а чей-то усиленный магией голос объявил:

— Встречайте: Его Величество великий правитель Империи Тарота – Кан Рота и его прекрасная загадочная спутница!

— Выше нос, — тихонько шепнул император, накрывая мою ладонь. – Все самое интересное впереди.

И самое сложное...

В ответ я лишь блекло улыбнулась, после чего смело вошла в зал под руку с его величеством, вместе с тем всматриваясь в толпу гостей. Неторопливые переливы ярких нарядов мелькали перед глазами, но Расго нигде не было видно. Впрочем, я могла и ошибаться, ведь под маской очень сложно угадать кто перед тобой.

Меня затянуло в привычную суматоху большого бала. Я почему-то думала, что празднество начнется с того самого первого императорского танца, тем самым открывая и для остальных возможность насладиться вечером, но вместо этого нас окружили бесчисленные придворные и гости, считающие своим долгом лично поприветствовать его величество и засвидетельствовать почтение. Кан Рота каждому отвечал одинаково вежливой улыбкой, по которой невозможно было понять, что он чувствует на самом деле от столь утомительного действа. Я же порадовалось, что хоть на меня и смотрели с любопытством, благо вопросами не засыпали. На какое-то мгновение даже показалось, что я лишь интерьер этого нарядного зала. К слову, слуги постарались украсить его ко дню Бэллиотайна. Традиционные яркие летние оттенки пестрили во всем: под высокими сводами вместе с флагом Тароты, на окнах, на столах, тянувшихся вдоль стен в произвольном беспорядке, под вазами с бэллиотайнскими цветами. Даже экзотические кушанья в непривычных мизерных порциях были сделаны под стать праздника. Так, карликовые маринованные улитки были выложены на листья цветущей только в начале бэллиота сирени, а тарталетки с незнакомыми фруктами радовали гостей главным символом духа Бэллиотайна – двойным солнцем. Были еще какие-то странные и подозрительные закуски, например лепестки желтых магнолий, нафаршированные потрохами.

Все-таки я привыкла по-другому отмечать Бэллиотайн. Так выходило, что на первое бэллиота всегда выпадали каникулы, и потому чаще всего я встречала дух солнца и плодородия на больших деревенских гуляниях вместе с родными. И сам праздник очень напоминал встречу Эостэр. Здесь же, во дворце, все было чересчур чинно и жеманно. Никаких тебе песен, хороводов и гаданий с прыганьем через горящий костер. Оно и понятно, но все же от бала в честь Бэллиотайна я ожидала чего-то совершенно другого. Для чего тогда прикрываться духом шестого названного сына Светлой богини? Назвали бы просто бал-маскарад.

Я вновь перенесла все свое внимание на очередного придворного, заверяющего Его Величество в преданной дружбе. Рядом стояла его молодая супруга в золотом пышном платье с бесчисленными драгоценными камнями в высокой прическе. Сказать по правде, это, наверное, впервые, когда я посочувствовала императору и вместе с этим мысленно посмеялась над своей детской наивностью. У меня уже онемели щеки от натянутой приветственной улыбки на губах, а каково тогда его величеству? И это только бал! Мне тут же представился ежегодный день скорби и прошения, когда император в главном храме принимал с самого утра каждого желающего. Кошмар! И ведь когда-то я этого сама хотела.

— Ваше Величество! – совсем рядом раздался знакомый голос, вынудивший меня помимо воли взглянуть на подошедшего гостя.

— Наследник великого клана Меча, — так же приветственно улыбнулся правитель. – Рад, что вы почтили наш чудесный праздник.

Они продолжили обмениваться какими-то незначительными заученными фразами, которые я просто не слышала, глядя на Даронна Расго, чье лицо невозможно было не узнать даже под серебряной маской. Уверена, что и он меня узнал. На какой-то миг даже показалось, что в его глазах цвета предгрозового неба проскользнуло искреннее удивление, впрочем, тут же сменившееся прежним холодным равнодушием.

— Вы никому не представили своей очаровательной спутницы, — донесся до меня невозмутимый голос Расго, которому, конечно же, было любопытно, что я здесь делаю.

Но главное это то, что он, как я и предполагала, не стал меня сдавать.

— Поверьте, я еще представлю, — и игривый взгляд Кан Роты в мою сторону, — свою загадочную леди.

Судя по его хитрому взгляду, император явно чего-то ожидал, однако я не стала подхватывать чужие правила и упрямо промолчала, лишь слегка напрягшись от этого уколовшего слух «свою». Видимо, не дождавшись того, чего хотел, Кан Рота подал почти незаметный знак бардам.

— Прошу прощенья, — он слегка улыбнулся наследнику клана Меча, а после обратился и ко всем остальным: — Пора открывать праздничный бал в честь великого праздника Бэллиотайна!

В тот же миг перед нами с его величеством стали расступаться гости. Они склоняли головы и делали шаг назад, создавая нечто наподобие живого коридора.

— Я думал, это никогда не закончится, — неожиданно шепнул мне на ухо император, когда мы оказались в центре зала в большом кругу гостей.

— В самом деле?

— Полагаешь, я не устаю от всех этих долгих церемоний? – его рука мягко легла мне на талию. – Рика, ведь я тоже всего лишь человек.

Врете, ваше величество, вы уж точно не имеете права называться человеком! И дело вовсе не в ваших эльфийских корнях.

«Верно, — поддержала меня тьма, — он — зверь! Убийца! И не заслуживает прощения».

— О чем думаешь? – обескуражено поинтересовался «зверь», делая первый шаг в обещанном мне вальсе.

О том, что сегодня вы ответите за все злодеяния!

— О том, что вы так и не представили меня, — вслух сказала совсем другое, отклоняясь чуть назад на очередном повороте. – Кто же все-таки я?

— Та, кто спасла мне жизнь, — безмятежно ответил Кан Рота, сильнее прижимая меня к себе. – Рика, не стоит воспринимать в штыки малейшие знаки внимания. Ты ведь даже не допускаешь мысли, что можешь просто нравиться.

Сложно предполагать такие мысли в отношении того, кто повинен в смерти твоих родных!

— И снова этот взгляд, — укоризненно подметил император, — ты иногда смотришь на меня так, словно убить хочешь.

— Вам показалось.

— Надеюсь.

Некоторое время танец продолжался в тишине, пока император вновь не нарушил спокойствие медленного вальса:

— Иногда я просто не могу тебя разгадать, Рика.

— А я вас, ваше величество.

Музыка затихла в такт нашему последнему движению. Вокруг раздались смутившие и обескуражившие меня аплодисменты, которые тут же прекратились, стоило императору поднять руку, другой он все еще продолжал держать меня за талию.

— Друзья мои.

В опустившейся на зал тишине его голос показался невероятно громким.

— Вам всем было интересно, кто же моя прекрасная избранница на этот вечер. Позвольте представить вам младшего придворного мага, которого недавно взял в ученики достопочтимый эр Кассиан Нотар.

К слову, самого достопочтимого эра Кассиана я не видела с того дня, как получила это платье. И даже не знала, как он отреагирует на мой обман. Сказал ли ему император? По правде говоря, я боялась показываться придворному магу, даже не так, мне было жутко стыдно за собственный обман...

— Рика, слуга Темного бога, в своем юном возрасте уже достигла уровня великих магов, — продолжал восхвалять мои заслуги Кан Рота, тем самым сильнее смущая. Более того, было непривычным и странным, что никто не стал кривиться или отворачиваться, узнав, какому именно богу я служу. У нас бы уже не преминули унизить и охаять как только можно, утверждая, что прислужники Темного – это позор для любого мага.

— Действительно эта девочка уникум, — неожиданно вступил в разговор сам эр Кассиан, выходя из толпы вперед. – Из нее выйдет превосходный маг, который с гордостью в будущем займет мое место.

Мне захотелось сквозь землю провалиться, однако радовало, что смотрел на меня придворный маг без укора или злости.

Зал, наконец, ожил, всколыхнулся шумом, но тут же притих – его величество продолжил речь:

— Друзья мои, все вопросы потом, давайте же танцевать!

И словно по взмаху руки, барды вновь заиграли знакомую мелодию, под которую открывался бал.

— Оставляю тебя на Кассиана, — вдруг сказал Кан Рота, подводя меня к придворному магу. – Мне необходимо переговорить кое с кем из гостей, не хочу тебя утомлять скучными беседами. Это ненадолго, однако, я буду рад, если по возвращению ты снова решишься на танец.

Он поклонился, даря искреннюю улыбку и оставляя очередной поцелуй на тыльной стороне дрогнувшей ладони, после чего скрылся в толпе придворных.

— Потрясающие изменения, — тонко подметил эр Кассиан, глядя вслед императору и тут же сам на себя обрушил негодование: – Вот я старый дурак, сразу не понял, что никакой ты не мальчишка!

— И вы не злитесь?

— Конечно, злюсь! – притворно гневно воскликнул старик, усиленно пытаясь скрыть в своей длинной бороде улыбку. – Тем не менее, такой поворот событий мне нравится намного больше.

— Почему? – настороженно спросила, делая шаг назад.

— Империи нужны наследники, — огорошил меня придворный маг и тут же сам продолжил, видимо, замечая мои красочные эмоции на лице. – Впервые за долгое время Кан открывал бал не один, что, несомненно, говорит о его симпатии к тебе. И если ты этому посодействуешь, из вас получится замечательный союз, который передаст наследникам огромную силу...

— Прекратите! – остановила я далекие и убийственные планы эра Кассиана. – Не придумывайте того, чего нет.

— Я знаю императора с самого детства, — не согласился со мной маг. — Ты явно нравишься его величеству, иначе он бы не стал открывать всем правду о тебе. Подумай сама, для тебя тоже выгоден этот союз – не каждой дается возможность стать императрицей и матерью будущего наследника. Ваши дети вырастут наисильнейшими магами Империи!

— Только я не желаю становиться супругой императора, — с трудом выдавила я из своего вмиг пересохшего горла, — простите, что-то мне нехорошо.

И не дожидаясь ответа настырного мага, поспешила затеряться в толпе. Это надо же такое предлагать?! Чем этот старик вообще думает? Желая немного обмочить горло, подошла к столам, невольно растерявшись от разнообразия напитков.

— Возьми вот этот, — протянул мне бокал с бордовой жидкостью неслышно появившийся рядом Расго. – Тебе понравится.

Насторожено приняла напиток, замечая усмешку на его лице.

— Все такая же недоверчивая?

— По отношению к тебе, — невозмутимо уточнила я и слегка пригубила сладкий ягодный нектар.

— Если бы только ко мне... – словно бы сам себе проговорил Даронн, после чего перевел взгляд на бокал. – Угадал со вкусом?

— Знал, — поправила я, вспоминая, как однажды мы вместе с ним ели шоколадные конфеты с похожей начинкой.

— Язва, — беззлобно улыбнулся он, чересчур близко наклоняясь ко мне. – Так что, Кори, может, расскажешь, как умудрилась попасть во дворец на роль придворного мага? Не ты ли еще совсем недавно называла меня предателем за службу императору?

Я скривилась, но молча проглотила незаслуженный укор, понимая, что не могу сказать правду.

— Нечего ответить? – все так же тихо и довольно спросил, щекоча горячим дыханием мое лицо. – Надеюсь, ты не забыла о нашем уговоре?

— Не забыла, — стараюсь не шипеть. – До летнего солнцестояния еще почти два месяца.

— И все же, Кори, что ты здесь делаешь? – не сдавался упрямый Расго. – Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить, будто ты наступишь на собственную гордость и пойдешь на службу к его величеству.

— Это тебя не касается, — холодно оборвала я, с легким раздражением понимая, что от его любопытных глаз сложнее будет скрыться. – Ты как раз совсем меня не знаешь.

— О да, — охотно согласился он, — даже в самых нелепых фантазиях я не мог себе представить безродь открывающей бал с императором.

— То есть ты обо мне еще и фантазируешь?

— А ты императрицей мечтаешь стать? – не остался в долгу маг, вызывая во мне новую волну гнева.

— Вы что, сговорились все?! – уже просто не выдержала и невоспитанно оттолкнула от себя Расго. – Не лезь в мои дела, Даронн!

— И все-таки я был прав, — едко напомнил маг, нисколько не смутившись. — Платье и прическа не скроют твоей настоящей сущности.

— А с чего ты взял, что мне это надо? – я широко ему улыбнулась, не поддаваясь на провокацию. – В отличие от тебя я масок не ношу.

Это была ложь. Самая настоящая ложь. В действительности я давно надела маску, чтобы ближе подобраться к собственной цели. И мне самой было противно, но Расго я никогда в этом не признаюсь.

Он еще что-то сказал, но я не стала слушать, демонстративно оставив Даронна одного. Сейчас мои мысли были заняты совершенно другим, а именно подбором подходящего варианта убийства «зверя». Вокруг было слишком много охраны и лишних свидетелей. С одной стороны, это было мне на руку – в такой толпе легче скрыться, тем более что пока будут всех проверять – я уже успею уйти. Однако с другой стороны, мой побег как раз и выдаст, кто именно повинен в убийстве «зверя»...

Зверь. Так про себя я прозвала его величество, стирая границы личности. Это действительно помогало. Теперь передо мной была лишь цель, не более. По крайней мере, я заставляла себя в это верить.

— А ты не так проста! – отвлек меня от размышлений знакомый женский голос. – Явилась на бал вместе с его величеством, добилась того, что тебя взял в ученики сам Глава Гильдии и даже знаешь наследника клана Меча.

— А вы? – я с удивлением взглянула на Эрию. – Мало того, что даже не скрываетесь, так еще и осмелились прийти к тем, кто вас ищет?

— О, милая, поверь, пока я сама не захочу, никто меня не найдет.

— Почему вы так уверены? – непонимающе спросила, замечая в глубоком декольте знакомый камень на цепочке. – При большом желании любой артефакт можно отследить.

— Наивная самонадеянная девчонка, ты еще многого не знаешь, — вместо ответа, удрученно покачала головой магиня. – Для сильных магов – неведение бывает слишком опасным.

— Еще скажите, что готовы это исправить... — было сложно не понять, на что именно намекает Эрия.

— Почему бы и нет? – охотно подхватила она, тем самым еще сильнее подтверждая мою мысль. – Я могу дать тебе те знания, которые не даст ни один маг в мире. Уверена, тогда ты впервые увидела плетение семи арканов, и поверь, эр Кассиан даже по твоим наброскам не сможет правильно его восстановить.

— Красиво стелете, только я не такая наивная, как вы думаете, и прекрасно поняла, чего вы добиваетесь. Кем бы вы ни были, на кого бы ни работали, а моя сила вас явно заинтересовала. И если вы действительно хотите привлечь меня, то вам все-таки придется ответить на мои вопросы.

— Что же, я и правда тебя недооценила, — неожиданно согласилась Эрия. – Однако не думаю, что это хорошее место и время для вопросов. Я здесь только для того, чтобы помочь тебе.

— С чего вы решили, будто мне нужна помощь какой-то самоуверенной магини? – точь-в-точь повторила её же слова.

— Дерзить вздумала?

— А вы лгать? – в том же тоне перекривила я.

— Вот же сопливая грубиянка, — раздражительно передернула плечами Эрия. – И почему я должна иметь с тобой дело?! Да кто ты вообще такая, чтобы я перед тобой унижалась? Задрипанная крестьянка, которой по ироничной воле судьбы досталась сила.

— Откуда вы... — начала было я, но была грубо прервана:

— Я все о тебе знаю, бывшая безродная из Гортила! Поднять бумаги, а затем навести справки, складывая все воедино, было не так уж и трудно. Потому ты и не справишься одна. Твоя главная ошибка в том, что ты уже заранее уверена в своей победе, но император не так прост, как может показаться.

— Зато вы подозрительно много о нем знаете! – нахмурилась я и едко уточнила: – С ним тоже играли роль шлюхи?

Не знаю почему, но Эрия вызывала во мне глухое раздражение.

— Нет, все-таки ты добьешься того, что рано или поздно тебе вырвут твой острый язычок!

— Только сделает это уж точно не тот, кто так сильно заинтересован во мне.

На какой-то миг даже послышался отчетливый скрип зубами. Выходит, она и правда на кого-то работает и явно не особо довольна поручением касательно меня, а я... я не была уверена, что хочу с кем бы то ни было сотрудничать. У меня своя цель и не более, хотя любопытство и интерес к новой магии действительно заманивали.

— В любом случае, — взяв себя в руки, спокойно продолжила Эрия, – обряда мало, нужно отвлечь внимание остальных и остаться наедине с Айканом, но как ты думаешь это провернуть, когда наследник клана Меча не сводит с тебя глаз, а некий белобрысый юнец до сих пор ищет тебя среди гостей.

— Далион... – прошептала изумленно, нервно оглядываясь по сторонам. – Не может быть!

Я заметила его в тот самый миг, когда он посмотрел на меня. Наши взгляды встретились, а время словно замерло. И ничего больше не существовало. Эрия с её пустой болтовней ушла на задний план – я просто отмахнулась от магини, как от чего-то ненужного. Пение, музыка и смех в раз исчезли, а вместе с ними и сами гости. Были только мы двое – я и Далион. И я прекрасно понимала, почему он здесь и что скажет. Начнет снова уговаривать оставить мою затею, отпустить месть и просто забыть. Но как можно забыть о том, что меня лишили самого дорого?

Не знаю, кто из нас сделал первый шаг, в какой-то момент мы просто оказались в вихре танцующих пар. В первое мгновение мне захотелось оттолкнуть его, выкрикнуть в лицо, что ненавижу, не прощу обмана, но вместо этого только сильнее прижалась, вдыхая такой родной аромат летнего леса. Его светлые пряди волос легонько коснулись лица, помимо воли вызывая внутри что-то давно забытое... такое приятное – тепло, что на миг рассеяло тьму.

— Боги, Кори, как же я боялся не успеть, — тихо шепчет он, но я лишь качаю головой, заглядывая в прорези его изящной белой маски.

Нет, Далион, ты все же опоздал, но я знаю, чего ты хочешь. Прекрасно знаю. Я крепко сжимаю его ладонь и веду за собой, подальше от гостей, от бала и шума, туда, где никто нас не услышит. Он пытается что-то сказать, остановить, но я делаю вид, что не замечаю. Внутри одновременно зарождается злость, напоминая о его обмане, и то самое тепло, что подарила наша с ним встреча.

Я сама не знала, что чувствовала сильнее, но ни за что не могла признать правду и, может, потому лишь на миг остановилась, обернулась, после чего выпалила ему в лицо то, что так долго держала в себе:

— Я ненавижу тебя, Венский! И себя ненавижу за то, что поверила...

Он неожиданно больно схватил меня за плечи, разворачивая к себе лицом.

— Ни разу я не лгал тебе, Кори! Ты ведь сама это прекрасно знаешь. Я сбежал из темницы, где ты оставила меня, вновь пошел за тобой... а ты все еще сомневаешься в моих чувствах к тебе?

— Это как раз ничего не доказывает, — скорее из упрямства фыркнула я, не поддаваясь на его упреки. – И Расго бы не причинил тебе вреда.

В действительности я прекрасно понимала, что он говорит правду. Нет. Не просто понимала, а чувствовала... если это странное ощущение в груди можно было так назвать. Я сама не понимала, что со мной происходит. Ненависть переплелась с совершенно новыми чувствами, зарождая внутри меня самое настоящее пламя, которое требовало выхода. Эмоции выжигали, только сильнее запутывая.

— О да, нахождение в темнице, куда приносили периодически еду и вели ежедневные «беседы», действительно не приносило вреда! — раздраженно ответил Далион, до боли сжимая мои плечи. — Позаботилась! И пусть. Я заслужил, но послушай, Кори, убийство ничего решит! Слышишь?

Я слышала. Слышала, сбросив его руки с плеч. Слышала, затаскивая Далиона в покои. Слышала, прикрывая за нами двери. Все слабые попытки слышала, но они не могли меня остановить. Я схватила мага за шиворот и накрыла его приоткрытые в удивлении обветренные губы своими. Поцелуй вышел резким и коротким, потому что слишком быстро отстранилась, однако так и не выпустила мягкой ткани его нарядного камзола. В серых круглых от изумления глазах проскользнуло нечто совсем новое, чего я не замечала ранее.

Он был ошеломлён, но я не дала опомниться.

— Ты ведь этого хочешь? — выкрикнула ему в лицо и вновь решительно припала к теплым податливым губам. На этот раз поцелуй вышел более долгим, настойчивым и чересчур грубым. В какой-то момент во рту образовался солоноватый вкус крови, но это не остановило меня. Пусть я и не умела целоваться, но делала это искренне, по-настоящему, на самом деле совсем не желая причинить боли. Мне хотелось совсем другого: хотелось ощутить жар умелых рук, прочувствовать тепло чужого тела, узнать, что значит близость...

Бэллиот – май