Глава 97. Цюцю, мы дома

Прошло ещё семь дней, и вот, наконец, врата между двумя царствами вновь открылись. Честно говоря, как только Гу Янь вошёл в проход, он начал терзаться чувством вины по отношению к призраку по имени Сюй Цю за то, что вот так просто забрал с собой хозяина Призрачного Города.

Он слышал, что его Цюцю скинул всю административную работу на этого духа, и ему было интересно, как у того сейчас шли дела...

У юноши было предчувствие, что они ещё не скоро вернутся в город призраков. Им придётся побеспокоить этого подчинённого.

– Это точно приемлемо? – поинтересовался Гу Янь у бесстрастного призрака, идущему рядом с ним по межпространственному коридору.

Даже будучи писателем, юноша многого не знал об этом мире, например, о системе распределения власти в Призрачном Городе.

– Мгм, никаких проблем, – его голос от природы был слишком холодным и безэмоциональным, поэтому Се Лань смягчал свой тон, когда говорил с юношей. Его ответы также отличались от обычных односложных откликов или стоического молчания в паре с хмурым взглядом.

Все жители Призрачного Города однажды уже встретились со смертью, и у большинства из них не было желания испытать это во второй раз. Хотя Се Лань не возражал бы, если бы другой призрак проявил интерес к трону города призраков во время его отсутствия. В худшем случае, он просто снова зачистит Призрачный Город, как сделал это тысячи лет назад.

Гу Янь верил, что его Цюцю не станет лгать ему и не будет делать того, в чём не уверен. Поэтому юноша просто кивнул.

Врата между двумя царствами располагались посреди шумного центрального района. Когда они добрались до человеческого мира, была уже середина дня. Выглянув наружу, Гу Янь ничуть не удивился, увидев море людей.

Нельзя было сказать, что месяц, проведённый Гу Янем в загробном мире, был для него напряжённым и выматывающим. Что касается совершенствования, Се Лань помог ему окончательно пробудить божественное око, после чего подобрал наиболее подходящий метод совершенствования мастерства прорицания.

Однако стоило упомянуть, что практиковать это искусство было нелегко. Гу Яню предстояло изучить всё: проклятия, гадание, руны и физиогномику. Также он должен был знать фэншуй и уметь отгонять злых духов... Это была по-настоящему комплексная профессия.

С позитивной точки зрения, самым большим преимуществом Гу Яня как автора, который написал все эти безумные установки, было то, что ему не придётся идти длинным и извилистым маршрутом. В конце концов, вся эта ахинея вышла из-под его пера, а превосходная память позволит ему усвоить весь объём знаний в разы быстрее, чем всем остальным.

[«Закон» предвзят по отношению к хозяину. Энергия, дрейфующая в этом мире, сама будет стремиться к Вам], – произнесла 037 в тот момент, когда её хозяин решил стать настоящим мастером прорицания.

Упомянутая энергия среди мастеров прорицания была известна как «духовная сила». Все живые существа обладали ею, и мастера прорицания могли поглощать эту энергию, свободно циркулирующую вокруг, и преобразовывать её в собственную силу посредством совершенствования. Конечно, были и другие источники, такие как сущность солнца и луны. Однако далеко не каждый мастер мог их использовать.

Кто знает, что бы почувствовали эти мастера прорицания, которые каждый день трудились в поте лица, чтобы собрать духовную силу, если бы увидели этого человека, который только что вступил на стезю самосовершенствования и теперь, точно ходячий магнит, притягивал к себе духовную энергию, куда бы ни пошёл. Более того, эта духовная сила была подобна живому существу, которое увидело своего хозяина и со всех ног мчалось ему навстречу...

Когда Се Лань увидел протянутый ему юношей талисман в форме звезды, он слегка покачал головой:

– А-Янь забыл, что я призрак. Люди, которые не пробудили божественное око, не могут видеть меня.

Ах, он и впрямь совсем забыл. Вслед за этим Гу Янь вспомнил о дисбалансе Инь и Ян. Поскольку он не заботился о том, что за существование ведёт его возлюбленный, Гу Янь постоянно упускал из виду тот факт, что этот мужчина не был живым человеком.

Тихонько кашлянув, чтобы скрыть оплошность, юноша разорвал созданный им талисман. Затем, взяв любимого за руку, он направился к воротам, разделявшим два царства.

– Идём. Мы обсудим это, когда вернёмся домой.

Талисман сокрытия не сделал бы их невидимыми, но в целом обладал схожей функцией. Обычные люди просто не обращали бы внимания на тех, кто использовал его.

Необходимость в подобном талисмане была продиктована тем, что ворота находились в оживлённом районе, и если бы Гу Янь внезапно возник из воздуха, это определённо вызвало бы переполох и напугало прохожих.

Добравшись до укромного уголка, юноша отменил действие талисмана. Однако он не позволил своему возлюбленному призвать материальную оболочку. Хотя с точки зрения тех, кто не пробудил божественное око, он выглядел бы очень странно, держась за руки с призраком, Гу Янь всё равно позволял своему бесстрастному ледяному партнёру сжимать его ладонь и играть с ней.

Тело живого человека было таким тёплым. Се Лань погладил длинные и тонкие пальцы темноволосого юноши, наслаждаясь ощущением нежной кожи, гладкой, как нефрит.

Вообще-то, помимо простого прикосновения, Се Лань хотел бы поцеловать ладони до кончиков каждого пальца. Среди его туманных и обрывочных воспоминаний было что-то подобное...

Выбрав менее людную улицу, Гу Янь вызвал такси. Втиснуться в общественный транспорт в компании его возлюбленного было невозможно, к тому же они находились довольно далеко от дома.

Пока они ждали машину, пальцы юноши постоянно поглаживали, а их кончики время от времени дразнили. Гу Янь повернулся и посмотрел на своего возлюбленного беспомощным, но нежным взглядом.

Это была его инстинктивная реакция. Когда Се Лань встретился с ним взглядом, его глаза опустились, сверкая из-под полуопущенных ресниц. Затем он тихо замурлыкал.

Когда такой низкий и глубокий голос издавал подобный звук, тот выходил особенно чарующим. По крайней мере, когда Гу Янь быстро отвёл взгляд, выражение его лица было несколько неестественным.

В сознании призрака вдруг возникла искажённая и запутанная сцена. Ему казалось, что он... в прошлом принимал облик кошки, чтобы задобрить юношу, после того, как делал с ним это...

– Мяу.

Отчётливо слышимое мяуканье заставило Гу Яня застыть на месте. Он протянул руку – действие, которое переросло из привычки в рефлекс благодаря одному представителю кошачьих, который, видимо, принимал его за ходячий скалодром. Обняв большого кота, который карабкался по его ногам вверх, Гу Янь, наконец, пришёл в себя.

– ...Цюцю, – ощущение пушистого меха и тяжести на его руках вывели юношу из оцепенения, особенно когда гибкий хвост привычно обвил его запястье.

Гу Янь выбрал немноголюдный переулок и был единственным человеком, стоявшим на том месте, которое он сообщил в качестве начального адреса водителю такси.

Поэтому, когда белая машина остановилась у тротуара, шофёр средних лет одарил темноволосого юношу, который заказал поездку, странным взглядом.

Неужели все нынешние дети такие чудаковатые?.. Он вообще не мог понять, что творится в их головах.

Благодаря полуопущенным стёклам прибывшего такси Гу Янь заметил, с каким выражением водитель смотрел на него. Чувствуя, как начинает подёргиваться глаз, он легонько похлопал кота по спине:

– Цюцю, будь умницей. Посиди на моём плече.

Если бы он продолжал держать руками воздух, водитель, наверное, принял бы его за какого-нибудь артиста или уличного исполнителя...

Большой кот тихо мурлыкнул, и вскоре вес на руках юноши исчез, переместившись на плечо.

На протяжении всей поездки серебристо-полосатый кот был чрезвычайно послушен и не елозил. Разве что, в какой-то момент он спрыгнул с плеч Гу Яня на колени и остался лежать там до тех пор, пока такси не остановилось, после чего вернулся обратно на плечо юноши.

Хотя Гу Янь не показывался здесь уже больше месяца, его соседка с того же этажа помахала ему рукой и поприветствовала, как только он вошел в лифт:

– Сяо Гу [1], куда же ты запропастился? Домовладелица искала тебя, чтобы получить арендную плату, но нигде не могла найти. Хорошо ещё, твои родственники помогли тебе рассчитаться за этот месяц. В противном случае, ты ведь знаешь её характер, она непременно сдала бы твою квартиру кому-то другому.

[1] Сяо (маленький) – одна из форм обращения к знакомому человеку. Что-то вроде «малыш».

Этот фоновый персонаж был из разряда заботливой бабушки. Начав говорить, она невольно перешла на ворчливое поучение:

– Жилплощадь по доступной цене и с таким хорошим расположением нелегко найти. Сяо Гу, тебе нужно быть более ответственным.

Нажав кнопку девятого этажа, Гу Янь согласился со всеми словами дружелюбной старушки, прежде чем она наконец остановилась. Затем, увидев, насколько он похудел, она начала распекать юношу за небрежное отношение к собственному телу.

– Хорошо. Да, я так и сделаю, – понимая, что лучше принять добрые намерения старой женщины, Гу Янь продолжал поддакивать, поднимаясь вместе с ней в лифте. Он не выказал ни малейшего намёка на нетерпение и раздражение.

Первоначальный хозяин тела был мошенником, который нажил своё состояние, играя на суеверии окружающих. Такие люди зачастую весьма общительны и коммуникативны, и благодаря этим качествам у него были хорошие отношения со всеми соседями.

Когда лифт остановился на девятом этаже, Гу Янь вышел и, наконец, прижал к груди большого и послушного кота, который до этого момента сидел у него на плече.

Старушка упомянула, что арендную плату за этот месяц внесли его родные. Однако у него не должно быть никаких родственников в этом мире.

«Закон» многое изменил ещё до того, как он переселился. Помимо имени, внешности и некоторых элементов прошлого, все обстоятельства его жизни будут более-менее адаптированы к тем, которые были в его первоначальном мире. Вот почему у него здесь не должно было быть никаких родственников.

Но всё же, кто этот добросердечный человек, который платил за его квартиру?

Размышляя над этим вопросом, Гу Янь уже вытаскивал ключи из кармана, чтобы отпереть дверь.

Замок со щелчком открылся, и он сунул ключи обратно в карман. Приподняв кота, он поцеловал его в лоб:

– Цюцю, мы дома.

Ну и ладно, в любом случае, этот «добросердечный» человек, вероятно, рано или поздно даст о себе знать.

В это же время осоловевший от скуки сотрудник, который отвечал за видеонаблюдение, внезапно вскочил со своего места:

– Он вернулся!

До сих пор он считал это наблюдение бессмысленным. Как мог человек, оставшийся в Призрачном Городе на месяц, вернуться живым... Но он и впрямь сумел выбраться.

Нажав кнопку оповещения, работник быстро сообщил обо всём своему начальству. И снова духовная организация погрузилась в хаос.

Однако юноша, который вызвал такой переполох, в этот момент сидел в своей гостиной с кошкой на руках. Он раздумывал, что стоит сделать в первую очередь: прибраться в доме или приготовить ужин.