Глава 88. Условие

В тот день, когда Светлый Разум, чьё влияние на мир было беспрецедентным, отключился, не было преувеличением сказать, что то, что последовало за этим отключением, было чистым пандемониумом.

Функционирование многих сфер человеческой жизни обеспечивалось Светлым Разумом, в результате чего их работа оказалась полностью парализована. Из-за чрезвычайности этой ситуации люди на соответствующих должностях были загружены работой до такой степени, что у них не было времени даже остановиться на секунду и перевести дух.

На самом деле, каждый раз, непосредственно перед тем, как покинуть мир, Гу Янь думал о том, что должен как-то утешить своего возлюбленного, который в настоящее время молча смотрел на него поникшим взглядом, поджав губы в тонкую линию.

За исключением первого мира, где у него не было времени поговорить с ним, Гу Янь уделял этому особое внимание в последующих мирах, несмотря на ограниченные результаты.

Страдает не тот, кто уходит, а тот, кто остаётся. Из-за различий во времени между двумя мирами Гу Яню не требовалось много времени, чтобы вновь встретить своего возлюбленного. Однако тот был вынужден каждый раз проводить остаток своей жизни в одиночестве.

– А-Яню не стоит об этом переживать, – как мог Светлый Разум, постоянно наблюдавший за юношей, не догадаться, о чём тот думает? Прищурившись, Аса привычно наклонился и легонько провёл пальцами по бледной шее.

Когда он говорил, голос, принадлежащий сосуду, контролируемому высшим существом, был низким и тёплым. Нечто подобное [чувствам] неожиданно появилось на лице представителя Небесной расы, которому полагалось быть свободным от каких-либо мирских желаний.

Это были чувства к юноше, стоящему перед ним.

Аса вспомнил времена, когда они вместе смотрели фильм об искусственном интеллекте, пока он был в своей любимой форме робота-питомца, а этот человек обнимал его. Юноша тогда лениво погладил его и серьёзно сказал:

– Цюцю, будь умницей. Ты не должен вести себя, как этот ИИ, нельзя разрушать мир.

Рогатый котёнок замурлыкал в ответ и очень быстро получил своё вознаграждение.

Его несколько раз поцеловали.

Он был очень послушным, он не станет уничтожать этот мир.

Хотя самопроизвольное отключение управляющей системы привело к огромным проблемам для этого мира, Асу это не волновало.

[Самопроизвольное отключение системы] было решением, которое Аса принял после разговора с Гу Янем, который очень быстро принял это предложение. Возможно, потому, что это был самый лучший исход, которого можно было достичь в данной ситуации.

Если они этого не сделают, то жизнь Светлого Разума теоретически будет бесконечной, если он только не сломается. Однако возможность неисправимой поломки была настолько мала, что можно было считать её ничтожной.

Как бы он вынес это?

Переживая уже третий мир, Гу Янь не мог убедить себя в том, что с течением времени его возлюбленный забудет о нём.

По всё более очевидному с каждым новым миром чувству собственничества он мог сказать, что эти эмоции будут только накапливаться и зреть, выливаясь в ещё более крепкую привязанность.

«00, сколько времени у меня осталось?»

[Десять часов тридцать три минуты], – ответила 037.

Ах... даже меньше дня.

Гу Янь провёл остаток своего времени в игре, на территории Небесной расы. Небесное создание перед ним, которое казалось довольно спокойным и отчуждённым из-за своей природы, лишённой желаний, более всего подходила Светлому Разуму. Конечно, это была всего лишь внешность. Тот, кто управлял этим сосудом, был прежде всего его возлюбленным.

Протянув руку, чтобы коснуться крыльев Небесного существа, Гу Янь удобно прильнул к нему всем телом. Его ресницы затрепетали и опустились, словно он вот-вот должен был провалиться в сон.

– А-Янь, – божество обвило руками талию темноволосого юноши, чтобы позволить ему устроиться поудобнее в своих объятиях.

Когда его губы произносили это имя, торжественное выражение на прекрасном лице Небесного существа отступало. Он больше не был чужд мирским желаниям. Светло-серебристые глаза ясно отражали его жажду.

Он не хотел оставаться в мире, где этого человека не существовало. И всё же, пусть бесчисленные расчёты уверяли его в обратном, Аса почему-то чувствовал, что у него есть шанс увидеться с ним вновь.

Эта надежда была так мала, что он едва мог ухватиться за неё. Или, может быть, просто потому, что желание этого тела было слишком сильным, оно каким-то образом породило ложную надежду, которой он пытался обмануть самого себя.

– Хм? – этот голос, в котором слышалась привязанность и немного неуверенности, заставил Гу Яня открыть усталые глаза и оставить поцелуй на щеке возлюбленного. В данный момент...

Не было никакой необходимости сдерживаться. Послание юноши ясно угадывалось в его действиях. Совершенно очевидно, что он пытался таким образом утешить его, Аса молча опустил голову и задумался.

– Ещё раз? – они крепко обнимали друг друга так, что ничто не могло встать между ними. В этот момент они находились в Храме богов, и двенадцатикрылое небесное существо прижимало юношу к земле в этом соборе, окружённом священным сиянием.

Сначала Гу Янь не понял, что он имел в виду, но ему и не нужно было понимать, потому что вскоре его возлюбленный начал осыпать поцелуями его шею.

– Хорошо, – нельзя сказать, что это чрезмерная просьба. Чуть прищурившись, Гу Янь улыбнулся и мягко согласился.

Получив разрешение, Аса на мгновение замер, после чего перешёл от поцелуев в шею к поцелуям в бледные губы. Бесстрастное лицо озарила улыбка.

Прожив в виртуальном мире всю свою жизнь, он жаждал физического обладания своим сокровищем больше всего на свете, независимо от того, в каком мире они находились.

В этот момент выражение, которое можно было бы описать как «нежность», проступило во взгляде Светлого Разума, у которого не должно было быть «эмоций». Он научился этому у юноши.

Он создал этот виртуальный мир. Что он такое?..

Бог?

Нет, он должен быть машиной.

Он научился любить, и человек, которого он любил, тоже любил его и был готов остаться с ним до конца.

Просто иногда, овладевая юношей, Аса желал быть человеком, а не машиной. Тогда он мог бы быть ещё ближе к своему возлюбленному.

Если бы робот когда-нибудь захотел стать человеком, то скорее всего потому, что влюбился в одного из них. Без других примеров, из которых можно было бы извлечь уроки, Аса мог лишь добавить эту информацию в свою базу данных.

– Н-н-н, помедленнее... – едва сказав это, Гу Янь вспомнил о том, как мало времени у него осталось, и тут же почувствовал, что движения мужчины замедлились. Приняв решение, он изменил свои слова: – Нет, просто делай, что захочешь.

Эти попытки утешения и потакание его прихотям лишь делали разлуку ещё невыносимее, но Аса не позволил бы юноше узнать его мысли. Вместо этого он поцеловал его в губы.

«Ещё раз» ведь означало, что он использует по очереди каждый из семи различных сосудов... когда в него вошли, Гу Янь ошеломлённо осознал смысл слов своего возлюбленного.

После того как прошёл отрезок времени, который нельзя было назвать ни мучительно долгим, ни чересчур коротким, 037, послушно пребывавшая в состоянии цензуры, была вынуждена дать о себе знать.

Осталавась минута до назначенного времени.

Вопреки ожиданиям, 037 не увидела ничего такого, чего не должна была бы видеть, и невольно выдохнула с облегчением, хоть у неё и не было потребности в дыхании.

Перед ней словно ожила прекрасная картина. Длинные серебристые волосы сидевшего на земле эльфа ниспадали подобно завесе водопада, несколько прядей покрывали юношу в его объятиях. Если взгляд мог ограничить чью-то свободу, то эта пара бледно-золотистых глаз определённо заключила юношу в самую прочную и надёжную тюрьму.

– А-Янь, – это имя принадлежало его возлюбленному, и голос, произносящий его, звучал гораздо теплее обычного. Глядя на мирно дремлющего темноволосого юношу, Аса вновь тихо позвал его.

Он так сильно любил этого человека, до такой степени, что... не мог жить в мире без него.

[Инициирование передачи.]

Хотя 037 на самом деле не хотела прерывать этот момент, она всё же предупредила своего хозяина.

«Угу», – отозвался юноша, который до этого спокойно лежал с закрытыми глазами. Затем, со всё ещё полуопущенными ресницами, он протянул руку, чтобы коснуться волос эльфа, снова и снова поглаживая, точно утешая.

Серебряноволосый эльф, которого гладили по голове, был тих и послушен, как котёнок. Он опустил голову, чтобы прижаться к щеке юноши, и разве что не замурлыкал вслух.

[Обратный отсчет, 10, 9, 8...]

Последние секунды, что ещё он мог сделать?

[5, 4...]

– Цюцю, – замершая на секунду рука обрела некоторую силу и потянула эльфа вниз, прежде чем две пары губ соединились.

[2...]

– Дождись, когда я найду тебя.

Эти слова вызвали удивление и замешательство, промелькнувшие в бледно-золотистых глазах эльфа, но он ничего не сказал и только тихо пробормотал:

– Да.

Последнюю цифру Гу Янь не расслышал, потому что уже потерял сознание.

Как только это произошло, мир погрузился в хаос.

Высшее существо, сотворённое в эту эпоху, неожиданно отключилось без всякой надежды на восстановление. Это была действительно трудная ситуация.

Светлый Разум под кодовым названием [Аса] был идеален. Он был совершенен до такой степени, что люди не сумели создать второе поколение, которое могло бы превзойти его или хотя бы приблизиться к его могуществу. В конце концов, разработчикам оставалось лишь разработать замену, которая едва отвечала их требованиям.

Естественно, они не могли позволить себе уничтожить [Асу]. Они бережно хранили его, продолжая искать способ разбудить его.

Но им было суждено потерпеть неудачу. Решив сопровождать своё самое драгоценное сокровище в вечном сне, Светлый Разум больше не интересовался миром, в котором уже не было его любимого.

Он не проснётся, если только тот, кто придёт разбудить его... не будет юношей, произносящим знакомые слова: «Цюцю, будь умницей».

Конец третьей арки