Глава 34. Второй день бытия неприкосновенным цветком

*Хруп*

*Хруп*Хруп*

В комнате слышались чёткие повторяющиеся звуки: маленькое тельце, похожее на крохотный меховой шарик, лежало на коленях юноши, тёрлось маленькой головкой о раскрытую ладонь и откусывало от предложенной ему «еды» один кусочек за другим.

После того, как нефрит в его руке был съеден, Гу Янь достал ещё один духовный камень из коллекции в деревянной шкатулке и положил себе на колени, чтобы котёнок мог его съесть.

Прошлой ночью, когда он впервые увидел, как меховой шарик откусил кусок камня и без малейших колебаний проглотил его, Гу Янь не на шутку перепугался и даже поднял его, чтобы встревоженно рассмотреть.

В результате маленький котёнок, которого он поднял на руки, тихонько мяукнул и лизнул ему палец.

Поразмышляв немного, молодой человек вспомнил, что детёныш, которого он держал в руке, не был настоящим котёнком...

Эта невинная внешность была действительно слишком обманчива, так как само естество зверя Тао Tэ было на совершенно ином уровне, чем обычные духовные звери. У него не было чего-то наподобие демонической ауры, которую могли бы обнаружить заклинатели.

– Мяу.

Разобравшись с двумя духовными камнями, к тому времени как дело дошло до третьего, детёныш уже не тянулся к протянутой ладони юноши, а тихо мяукнул.

– Больше не хочешь? – задавая этот вопрос, Гу Янь хотел было протянуть руку, чтобы погладить живот этого маленького пушистого шарика. Тот отреагировал очень быстро: почувствовав прикосновение, громко замурлыкал и перевернулся на спину.

Прикоснувшись к мягкому, незащищённому животику, Гу Янь почувствовал, насколько тот раздулся. Немного посомневавшись, он всё-таки решил, что этот шарик, должно быть, уже наелся досыта.

Однако его животик с самого начала был почти круглым, так что молодой человек не был уверен до конца.

Почувствовав, как ему поглаживают живот, детёныш слегка прищурил глаза, всё ещё сосредоточившись на лице юноши.

Он не должен отводить взгляд от этого человека. Если он не будет внимательно следить, юноша может исчезнуть.

Детёныш на коленях молодого заклинателя был совсем маленьким, но его пристрастия в еде были немного специфичны...

Гу Яню было совершенно не жалко эти несколько духовных камней. Единственное, о чём он беспокоился – был ли сыт маленький пушистый шарик.

Какие там духовные камни? Для него они казались не более чем специфичным видом кошачьего корма. Теперь он был одним из пяти мастеров пиков секты, у него не было недостатка в таких вещах, как духовные камни.

Если бы кто-нибудь другой мог видеть сейчас эту сцену, он, вероятно, плакал бы кровавыми слезами.

В конце концов, духовные камни в резном деревянном ящике, казавшиеся на первый взгляд совершенно обычными, на самом деле были духовными камнями Небесного уровня – намного ценнее, чем духовные камни Высшего уровня. Не стоило даже упоминать, насколько редкими и драгоценными они были...

Только те, кто занимал должности от главного ученика и выше, могли получать определенную порцию таких камней каждый месяц. Всем остальным было бы трудно даже посмотреть на них одним глазком.

Кусок Небесного духовного камня, который можно обменять почти на 500 Высших духовных камней, теперь фактически служил едой крохотному представителю кошачьих. *Хруп-хруп* и проглотил. Как людям не испытывать сердечной боли от такого зрелища?

Гу Янь не осознавал, насколько дорог «кошачий корм», которым он кормил детёныша. Он даже подумал, что малыш ест слишком мало, раз чувствует себя сытым после двух штук.

Но даже знай он о цене, для Гу Яня всё равно бы ничего не изменилось.

Когда дело доходило до содержания кошек, юноша не ведал никаких границ, не говоря уже о том, что этот маленький котёнок был по человеческим меркам совсем младенцем.

Короче говоря, чего бы ни захотел его кот, он это получит.

Гу Янь вернул на место маленький пельмешек, только что выползший из-под толстого одеяла, и только хотел было отвернуться, как детёныш потянул его за рукав.

– Снаружи холодно, – но малыш продолжал крепко держаться за его одежду, отказываясь отпускать. Гу Янь только протянул руку, как увидел, что маленький меховой шарик уже наполовину забрался на неё. Казалось, он не хотел отпускать молодого человека одного.

В конце концов, он всё ещё был детёнышем, так что такое навязчивое поведение было вполне объяснимо. Гу Янь не нашёл это странным. Гораздо более необычным было то, что этому малышу, казалось, очень нравилось смотреть на юношу, до такой степени, что он отказывался даже отводить взгляд...

Маленькое существо продолжало тихо мяукать, не сводя глаз с молодого человека. Он не мог позволить юноше уйти. Даже если его разум вернулся в детское состояние, в этом он был предельно уверен.

Маленький хвостик хотел обвиться вокруг запястья молодого человека, но был слишком коротким и потому не мог этого сделать. Поняв, что именно пытался сделать котёнок, Гу Янь невольно смягчил выражение лица.

Этот маленький жест был ему очень знаком. Хайдис тоже любил поглаживать хвостом его руку, прежде чем обхватить запястье.

Но, в конце концов, этот малыш не был... После перехода в новый мир, он уже больше никогда не сможет увидеть Хайдиса.

– Мяу, – увидев, что юноша слегка поник, котёнок, прицепившийся к его рукам, издал тихий звук.

Ему вдруг захотелось поскорее вырасти. Врождённые инстинкты говорили маленькому детёнышу Тао Тэ, что это был единственный способ стать сильнее. Когда он вырастет, он сможет уничтожить всё, что заставляло этого человека перед ним делать такое печальное выражение лица. Только тогда этот человек будет счастлив.

Атакованный таким приставучим созданием, Гу Янь в конце концов уступил. Он надеялся, что, когда главные ученики позже увидят его с котёнком в руках, на их лицах не будет слишком уж откровенного шока.

Сегодня был его черёд давать главным ученикам секты наставления в их совершенствовании. Благодаря довольно высокой стадии его совершенствования, одна ночь без сна совершенно бы не повлияла на него. Предыдущую ночь Гу Янь провел в зубрёжке и проверке своих собственных способностей, и его результаты были значительными.

В общем, он всё быстро выучил с первой попытки. Более того, с его мощной теоретической базой, Гу Янь смог быстро освоить большинство своих способностей.

С другой стороны, боевым искусствам учиться было не так легко, но в этом плане он не торопился и решил временно отложить это дело.

Прежде чем открыть дверь, Гу Янь добавил небольшую защиту, чтобы сохранить тепло вокруг маленького пушистого шарика в своих руках.

Хоть он и забыл в своё время придумать название этой способности, она должна была быть достаточно мощной, чтобы защитить детёныша от холодного ветра и согреть его.

– Вроде должно быть достаточно тепло?

Гу Янь опустил голову, чтобы взглянуть на котёнка, и убедился, что тот больше не дрожит. Детёныш мурлыкал, и, казалось, ему было очень уютно.

Поглаживая спину маленького мехового комочка, Гу Янь вошел в транспортирующий массив недалеко от своего маленького домика. С помощью обычного телепортационного массива секты он переместил их двоих на вершину пика Гуань Лань.

Только главные ученики внешней секты могли получать наставления мастера пика, кроме того, ученики внутренней секты обычно выбирались из группы главных учеников.

Помимо того, что главные ученики получали большую долю духовных камней каждый месяц, возможности стать личным учеником было достаточно, чтобы ученики внешней секты боролись за шанс стать главным учеником.

Можно себе представить, каков был уровень конкуренции.

Однако в этой ситуации было одно исключение. Гу Янь использовал свои рукава, чтобы накрыть пушистый комочек. Ребёнка в его руках непосредственно протолкнули в секту, чтобы сделать его личным учеником.

Изначально, человек, который послал Цзян Таня в секту Гуань Лань, сделал это из благодарности, чтобы отплатить ему, и это был один и единственный случай внешнего покровительства.

Когда изначального хозяина тела, ныне занимаемого Гу Янем, попросили об этой услуге, он из вежливости не стал отказываться, но у него не было благоприятного впечатления об этом ученике. Более того, Цзян Тань не имел потенциала талантливого заклинателя, и поэтому мнение первоначального Шифу падало все ниже и ниже, пока, в конце концов, он не стал полностью игнорировать ученика.

– Мастер пика.

Заметив приближение равнодушного и отчужденного заклинателя, все ученики на площади Вэнь Юнь, которые занимались самообучением, немедленно приняли позу приветствия, делая всё возможное, чтобы показать мастеру пика только свою лучшую сторону.

Все остальные мастера пика уже приняли трёх-четырёх личных учеников. До сих пор он оставался единственным, под чьим началом находился только один ученик. Грубо говоря, это было даже расточительством.

Мастер пика, стоявший перед ними, был просто-таки небесным созданием. Среди пяти мастеров он был самым молодым. И в то же время, уровень его совершенствования занимал среднее положение, если сравнивать с остальными четырьмя мастерами пиков.

Такая хорошая возможность была перед ними – разумеется, эти главные ученики внешней секты хотели показать свои таланты.

Почувствовав эти взгляды, маленький шарик в руках молодого человека внезапно прервал свое мягкое мяуканье. Теперь звук, который он издавал, внезапно стал чрезвычайно враждебным и полным предупреждения.

К сожалению, детёныш был ещё слишком молод. Даже если он хотел выразить свои угрозы, его мяуканье было слишком тихим.

Ему нужно было быстро повзрослеть, только тогда он заставит людей, которые смотрели на этого человека столь алчным взором, бояться бросить хоть взгляд в его сторону.

– Мяу.

Требовательное мяуканье, исходящее от его груди, мгновенно привлекло внимание Гу Яня, он инстинктивно наклонил голову, чтобы посмотреть на детёныша, не обращая внимания на шокированные выражения лиц всех учеников перед ним.

Маленькое существо в его руках обычно было очень тихим и послушным. Поэтому, услышав более громкий чем обычно звук, Гу Янь немедленно обратил своё внимание на то, что малыш пытался сделать.

Но, кажется, на этот раз он просто пытался позвать его?

Преуспев в привлечении внимания юноши, детёныш Тао Тэ сразу прищурил глаза, из его горла донеслось тихое мурлыкание.

Окинув взглядом одного за другим учеников, осмелившихся ранее возжелать молодого человека, маленький шарик тихонько мяукнул, провозглашая свою власть.