12 "а какая я?"

Утро началось вполне обычно, если не учитывать то, что Рейчел сразу же, как только проснулась, пошла на кухню. Она просыпалась самой первой, хотя ложилась спать последней. Не найдя в холодильнике ничего, ей пришлось ждать, пока встанет Цин и скажет ей, что делать - идти за едой или нет. Когда светловолосый зашёл на кухню и увидел Рейчел, которая сидела в телефоне, он сразу же подошёл к крану, набрав воды в стакан. - Я забыл сказать, нужно сходить в магазин. Ты сможешь? - Не отрывая взгляда от экрана, Рейчел кивнула, а когда проснулись уже и другие, если точнее, Ким и Ди, они вчетвером пили кофе. - А где... Нас же шесть? - Спросил Ким, оглянув комнату, будто бы пытаясь найти двоих людей, которых не хватает. - О, не мешай им. - Цин глотнул своё кофе, а Ди вопросительно посмотрела на Цина, будто бы не поняв, к чему он клонит. Спустя ещё несколько минут пришёл сам Крисс - растрёпанный и усталый, будто бы не спал всю ночь. Ребята молча уставились на него, потому что кто-кто, а вот Крисс спать любил и никогда бы не променял сон на любое другое занятие. Правда, Цин оставался серьёзным, будто бы ничего не случилось, и они вовсе не заметили, что с парнем что-то не так. - Рейчел, с кем ты пойдёшь в магазин? - Рей на это посмотрела на Ди, и Ким, который спрашивал, сразу всё понял. Цин редко выходит из мастерской, Киму лень, Нью спит, а вот Крисс в таком состоянии распугает всех на улице. Небольшой магазинчик находился не так далеко от мастерской, буквально через улицу, поэтому дошли они быстро. Когда были рядом, Ди дёрнула Рейчел за футболку, чтобы та стояла на месте и хотя бы минуту послушала её. - Чего тебе? - Спросила та, обернувшись на неё. - Дуб. Ты знаешь, что его можно курить? У тебя есть спички? - Рейчел молча протянула ей спички, потому что спорить с Ди - это словно вид суицида, потому что живой отсюда ты не выйдешь. Ди дала листок дуба Рейчел и подожгла спичку, после чего подожгла и сам скрученный в трубочку листочек. Она взяла его и аккуратно поднесла к губам, однако что-то пошло не так, и кусок листа, который горел, упал прямо на её штанину. - ТВОЮ БЛЯТЬ МАТЬ! - Крикнула Ди, пытаясь потушить огонь, а Рейчел в лёгком шоке смотрела на неё. - НЕ СМОТРИ, ПОМОГИ МНЕ, СУЧКА! - Кричит Ди, и несколько подростков около них смотрят на неё и смеются. Рейчел быстро берёт какой-то стаканчик из мусорки и набирает воду из лужи, облив Ди. Правда, это, казалось, не помогло, и огонь даже стал чуть больше. - Я ТВОЮ МАМКУ... - Не успела договорить Ди, как ощутила, что тепло на коже увеличивается, и она с разбегу рванула в лужу, упала в неё на колени, но зато потушила огонь. Рейчел, казалось, не успела даже ничего понять, поэтому просто смотрела на Ди, которая теперь была в мокрых штанах, на которых ещё и был след от огня. На улице была тёплая погода, лишь ночью лёгкий дождик упал, хотя лужи тут были немаленькими, поэтому Ди надела лёгкие и тоненькие штаны, которые в приятный бонус ещё и легко загорелись. Когда Ди отходила от испуга и шока, пытаясь восстановить дыхание, Рейчел всё время стояла рядом и молча смотрела на неё, потому что испугалась за подругу не меньше, чем она сама. Конечно, Рейчел пришлось пойти в магазин самой, потому что Ди выглядела не очень. Вода оказалась с грязью, и, соответственно, Ди теперь тоже была вся в грязи. Рейчел устало вздохнула, потому что не была уверена, справится ли одна: украсть один продукт - это одно, но точно не недельный запас. Благо, пока пожилая тётя была в другой части магазина, если точнее, в коморке, и пока она искала там что-то, Рейчел молча уставилась на прилавок. Старушка выглядела несчастно, у неё явно была какая-то болезнь. Она рассказала, что детей у неё не было, поэтому выкручивается сама. Рейчел так и не смогла забрать те несчастные банки пива и лапши, но, как-никак, какие-то сбережения у неё были, поэтому Рейчел решила расплатиться сама. Рейчел ещё осталась немного, потому что не хотела, чтобы бабушка расстраивалась. Однако, когда Рейчел поняла, что рассказам бабушки нет ни начала, ни конца, ей пришлось попросить прощения и уйти. Практически всегда взрослые судят подростков за то, что они покупают пиво, энергетики и лапшу вместо полезных продуктов, но именно эта тётя даже не спрашивала возраст. Хотя пиво продавали Рейчел, несмотря на то, что 18 ей на днях, каждый раз черноволосая нервничала, словно впервые, потому что ей не хотелось, чтобы сейчас читали мораль о том, как плохо питаться именно так и как вредно пить пиво, ещё и так много. Когда она вышла из магазина и увидела уже успокоенную Ди, то направилась в сторону мастерской, а Ди лениво плелась сзади, пока не догнала. - Ты украла это всё? А то, зная тебя, наверное, тебе стало жаль эту старую. - - Да, я украла это. - Сказала Рейчел, посмотрев на Ди. Она выглядела так, словно говорит правду, хотя, учитывая то, какую большую скидку сделала ей бабушка за красивые глазки, то в теории она и правда украла все эти продукты, как бы стыдно ни было признавать. Хотя, конечно, она настаивала заплатить всю цену, однако бабушка была так уверена и непреклонна, что Рейчел пришлось принять её предложение, какой бы потом виноватой она себя ни чувствовала. Если бы вместо старушки был молодой мужчина или женщина, или человек среднего возраста, то, конечно, Рейчел бы даже не посмотрела на них - украла бы всё, что можно и нельзя, не думая ни о чём, однако, когда по ту сторону стояла добрая бабушка, так ещё и, как оказалось, с той же улицы, что и сама Рейчел (вполне возможно, мама говорила о ней, просто Рейчел не слушала, так как посчитала скучным). Ди шла вприпрыжку и лишь иногда останавливалась, чтобы Рейчел смогла её догнать. Когда они пришли в мастерскую, то сразу увидели Цина и Крисса, однако, когда Ди захотела зайти к ним на кухню, то Цин мягко отмахнулся. Кажется, их ждал серьёзный разговор, и, наверное, Крисс просто хотел поговорить по душам с Цином, потому что ни для кого не секрет, что его ужасно успокаивали такие разговоры. Вообще, Крисс любил говорить о разном и с Рейчел, и с Кимом, ну и с Цином больше всего, а Ди в этот список не вносил, потому что она всегда и всё принимала как шутку.

Ди зашла в комнату Крисса с обычной для неё жизнерадостностью, но, если присмотреться внимательнее, можно было заметить, что её улыбка была слишком широкой, а глаза подозрительно блестели. Она заложила руки за спину, покачиваясь с носков на пятки, и с преувеличенным весельем в голосе сказала:

- Ну что, кого сегодня можно подонимать? Устроим вечеринку в честь самого скучного утра на свете что-ли?

Нью лениво поднял на неё взгляд, но ничего не сказал. Он вообще не любил рано вставать и тем более не был в настроении для бодрых речей Ди. Рейчел, следом вошедшая в комнату, просто устало прислонилась к дверному косяку и скрестила руки на груди. Она видела, что с Ди что-то не так. Эта наиграная радость, эти слишком резкие жесты... Она прекрасно знала, как та ведёт себя, когда ей по-настоящему весело. И знала, как она выглядит, когда ей плохо. На самом деле Ди веселилась практически всегда, однако разница между тем, что было и тем, что есть была большая. Ди умела курить тот дуб, потому что в девятом классе в шутку попробовала и ей понравилось, да и тем более Ди выглядела очень наиграно.

- Ди, ты опять притворяешься, что у тебя всё в порядке? - спокойно спросила Рейчел, слегка приподняв бровь. Она не любила говорить с Ди на такие темы, потому что было сложно вывести её на чистую воду.

Ди засмеялась - громко, чуть наигранно, даже хлопнула в ладоши, чем привлекла внимание Нью. -Ты о чем..? -Спросил только что проснувшийся парниша, потому что кажется, не мог принять факт наиграной радости Ди. Он привык её видеть такой, однако по крайней мере, вчера она веселилась по реальному.

- Да ты что! Обижаешь! Разве я могу врать тебе, Рей? - Она наклонилась вперёд, - Или ты думаешь, что я плакса?

- Я думаю, что ты сейчас на грани, - спокойно ответила Рейчел, не отрывая от неё взгляда.

Ди тут же перестала улыбаться, но лишь на долю секунды, после чего снова расплылась в улыбке, но уже с ноткой нервозности.

- Ох уж эта твоя интуиция... Когда-нибудь она тебя в могилу сведёт, сестра.

Рейчел медленно подошла к ней и опустилась на кровать, жестом приглашая Ди сесть рядом. Та сначала поколебалась, но в итоге плюхнулась рядом с преувеличенно громким вздохом. Нью который и так сидел рядом молча смотрел на девушек.

- Ладно, может, я немного на взводе. Просто... - Она махнула рукой, как будто отгоняя назойливых мух. - Мне просто нужно не думать. Давай поговорим о чём-нибудь весёлом? Например... о том, как ты спасла меня когда-то?

Рейчел скептически посмотрела на неё, но всё же кивнула. Она думала, что стоило бы забыть этот момент жизни и оставить все благодарности в прошлом.

- Тебе до сих пор не даёт покоя тот случай?

Ди пожала плечами, теперь уже не скрывая, что её глаза на мокром месте.-Ди.. Ты чего? -Спросил Нью, который уже во всю обнимал её, пытаясь успокоить. - Как сказать... Ты ведь была первой, кто заступился за меня. Если бы не ты, может, я до сих пор сидела бы в углу и боялась выйти из дома.-Голос Ди дрогнул, и слезы уже скатились по щекам.

Рейчел фыркнула.

- Ты? Боялась? Да ладно, Ди.

- Ага, представь себе, - кивнула та и опустила голову. - Но ты тогда появилась... и вдруг оказалось, что я могу не бояться. Что у меня есть кто-то, кто не даст меня в обиду.

Рейчел молча смотрела на неё, а затем, неожиданно для самой себя, обняла её. Ди вздрогнула, но тут же обняла её в ответ, крепко-крепко, словно боялась, что если ослабит хватку, то всё хорошее исчезнет. Теперь уже они сидели втроём, обнимая друг друга, Ди практически перестала плакать, однако слезы все ещё появлялись в углу глаза.

- Спасибо, Рей, - прошептала она, прижимаясь головой к груди сестрёнки. -Спасибо.. Нью..-Ди взъерошила волосы Нью, после чего они двое посмеялись, и даже на серьёзном лице Рейчел появилась лёгкая улыбка. ****

Крисс не знал как начать разговор. Он совсем не знаток в теме отношений, а Цин который пытался готовить что-то кажется даже не обращал внимания на него-Что бы ты.. Ну, сделал если бы влюбился в кого-то из нас.. ? -Спросил Крисс, привлекая внимание Цина. -Ну, дай угадаю. Ты точно не влюбился ни в Рейчел, ни в Ди, ни в Кима, и тем более точно не в меня. Кто же это мог быть?) -Сказал Цин, наиграно задумавшись. Крисс знал, что он точно читает его мысли. Конечно Цин не назвал лишь одно имя, значит, вероятно догадывался кто это. -Да.. Ты угадал. Как мне ему сказать? -Крисс подошёл ближе к Цину, смотря на то как он готовит. -Просто возьми и скажи. Зачем тебе молчать? Тем более сейчас он рядом, далеко идти не надо. Ну и надеюсь, останется тут. Ким был прав когда сказал, что он славный малый. -Крисс задумался на минуту, после чего продолжил. -конечно он славный. Я бы просто так его не полюбил.. -Цин посмотрел на Крисса. -я так то знаю, что он тебе нравится. -Крисс удивился, после чего смущённо отвёл взгляд. На его щеках появился румянец, хотя тот сразу стряхнул его, что бы никто не видел. -Откуда.. ? -Цин пожал плечами. -Ну, знаешь ли, я очень наблюдательный, а тем более учитывая то, что ты так открыто пялился на его зад.. Ты же не каждый день это делаешь, и тем более я не видел, что бы ты интересовался кем-то в этом плане. -

- Я не пялился! - Крисс резко вскинул голову, но, встретившись с ухмылкой Цина, тут же отвёл взгляд. - Ну, может, чуть-чуть... Но это неважно!

Цин фыркнул, переворачивая что-то на сковороде.

- Конечно, неважно.-

Крисс почувствовал, как уши начинают гореть. Он хотел было возразить, но только тихо выдохнул.

- Ладно, допустим, ты прав. Но как мне сказать ему? Вдруг он... ну, не так ко мне относится?-

Цин поставил лопатку на стол и повернулся к нему, слегка наклонив голову.

- А ты чего так боишься? Сам же сказал, что он славный малый. Думаешь, он тебя высмеет?-

- Нет, но... - Крисс закусил губу. - Я просто не хочу рушить то, что есть. Мы хорошо ладим, понимаешь? А если я всё испорчу?..

Цин на секунду задумался, потом хмыкнул.

- Тогда тебе остаётся только два варианта. Либо сказать и надеяться на лучшее, либо продолжать пялиться на его зад втайне.-

Крисс простонал, прикрыв лицо руками.

- Ну ты и идиот, Цин.....

- Какой есть, - весело согласился Цин. Крисс глубоко вдохнул, Цин шутит редко но метко, и тем более эта шутка была смешной, если бы это не относилось к Криссу же. *****Детство Никки и Сьюзен было странным, сложным, но в какой-то степени беззаботным. Их семьи решили, что они когда-нибудь поженятся, и эта идея витала в воздухе с самого их рождения. Им не нужно было решать, кого любить, не нужно было думать о будущем - за них уже всё решили.

С одной стороны, Сьюзенн считала, что это нормально, и главное далеко не то, что они поженятся, а главное - деньги.Никки не любил старших братьев Сьюзенн. Они были богаче, чем его семья, и поэтому часто издевались над ним. Отчётливо помнится Дей и Найт, которые обожали бить Никки чем попало. Тоби же предпочитал молча смотреть - он не заходил слишком далеко, но и не оставался в стороне. Похоже, ему доставляло особое удовольствие наблюдать за этим. И, возможно, он и придумывал новые наказания для Никки.

Сьюзенн, конечно, об этом вовсе не знала. Или знала, но молчала.Шицу не брал участия, так как не находился дома так часто, чтобы застать это, а Стелла была слишком маленькой.Каждый раз, когда Тоби пытался уладить это с отцом Никки, тот просто продавал сына в этот ад.

Никки был тихим, спокойным ребёнком, с головой уходившим в книги и истории, которые сам же придумывал. Сьюзен же, наоборот, была живой, шумной, всегда первой ввязывалась в приключения, тянула за собой Никки, даже если он не хотел. Они были противоположностями, но всегда были вместе, как два полюса одного магнита.И ему очень хотелось думать, что она не знает, что, если бы знала о том, что происходит, - не молчала бы.

Когда им исполнилось по десять лет, Никки начал замечать, что смотрит на Сьюзен не так, как раньше. Её смех больше не казался просто радостным звуком, её глаза сверкали особенным светом, и, когда она брала его за руку, он чувствовал тепло, которое не мог объяснить. Она тоже изменилась - стала мягче, иногда задерживала на нём взгляд дольше, чем раньше. Это было новое чувство, ещё не совсем осознанное, но уже тревожащее. И казалось, проблема решена, ведь любовь появилась, однако Никки ужасно не был уверен в себе и в том, стоит ли ему продолжать играть под дудку своего отца и отца Сью.

Но затем умерла бабушка Сьюзен.И всё покатилось в пропасть. Всё, что они строили. На похоронах присутствовал Нью - там они и познакомились, и даже подружились.Когда в скором времени Никки увидел его с той странной группой, ему стало очень плохо. В конце концов, они дружили три года, и, несмотря на то что в их осуждении бедняков Нью не участвовал, он просто молчал.

Бабушка была единственным человеком, который по-настоящему её понимал. Она рассказывала ей сказки перед сном, защищала, когда родители были слишком строги, шептала ей слова поддержки, когда девочка плакала в подушку, боясь, что её услышат. Бабушка была её спасением, единственным человеком, который видел в ней не просто «будущую жену Никки», а саму Сьюзен.

После её смерти что-то в ней сломалось.

Она больше не бегала по улицам, не смеялась так звонко, как раньше. В её глазах появилось что-то холодное. И главное - она начала меняться.

Сначала это были мелочи. Она стала грубее, жёстче, начала подшучивать над другими детьми так, что шутки уже переставали быть безобидными. Никки видел, как она смеётся, когда кто-то плачет, как специально выводит на эмоции ребят, а потом отмахивается:- Ой, ну не будь таким чувствительным.

Он пытался поговорить с ней. Однажды, когда им было по шестнадцать, он спросил:

- Сьюзен, зачем ты это делаешь? Ты же не такая.

Она смотрела на него долгим взглядом, а потом пожала плечами:

- А какая я, Никки?

- Не жестокая.

Она усмехнулась, но в её глазах мелькнуло что-то похожее на печаль.

- Ты просто ничего не понимаешь.

После этого становилось только хуже. Она начала заводить «друзей», которые поддакивали ей, которые смеялись, когда она унижала кого-то. Она больше не гуляла с Никки, а если и встречала его, то делала вид, что не знает. Или, что хуже, смотрела с пренебрежением.

Но хуже всего было то, что однажды она затащила в это и его.

Вначале он пытался сопротивляться. Он всё ещё верил, что сможет вернуть ту самую Сьюзен, которую знал с детства. Но время шло, и он начал привыкать. Он не замечал, как его собственные слова становились резче, как его собственные поступки причиняли боль. Это было как цепная реакция - один раз поддался, другой, третий... и вот он уже не может остановиться.

Но даже тогда, глубоко внутри, он знал, что они оба просто пытаются заполнить пустоту. Сьюзен потеряла единственного человека, который её понимал. Никки потерял свою Сьюзен.И самое страшное - он начал бояться, что они уже никогда не будут теми, кем были.Ему пришлось меняться, чтобы удержать её рядом.

Пришлось стать точно таким же, как и она.Первое время Никки думал о том, как ему жаль людей, над которыми издевается Сьюзенн. Но дело вовсе не в этом - со временем даже он стал питать радость, когда видел заплаканную жертву перед собой. Ему нравилось то, что они не идут против него, а лишь молча принимают судьбу, считая, что из-за разницы в статусе ничего не поможет.

Долгое время, а если точнее - практически полгода, Никки пытался принять то, что на самом деле ему нравится больше не быть жертвой избиений, а быть инициатором и активным участником.Потом, когда он пошёл в одиннадцатый класс, и Нью, который до сих пор молча смотрел или просил прекратить каждый раз, когда он и Сьюзенн били Кэтрин, прижился к беднякам, он чувствовал, что теряет всё. Сьюзенн чувствовала то же самое, но больше всего - злость. Они трое пережили так много, как он мог так поступить? Это значило, что их дружба никак не волнует Нью.

Хотя когда пришло время, обида у Никки пропала, и он полностью понял, почему Нью так поступил. Когда он видел, как они разговаривают и смеются, и как хорошо Нью вписался к ним, блондин даже позавидовал. Не каждый день такое увидишь, тем более Никки хотел бы точно так же. Но бросить Сьюзенн плохая идея, потому что она ему нравилась. Даже нет не так, он любил её. Больше всего в мире, он любил её даже за жестокость.

Но Сьюзенн не любила его. Или, по крайней мере, не так, как он любил её. Это была странная привязанность, сотканная из страха перед отцом Никки, перед братьями Сьюзенн. Он до сих пор отчётливо видел перед собой близнецов и Тоби, как бы страшно это не было, Никки до сих пор не поборол страх перед ними. .Он понимал, что она держит его рядом не из любви, а потому, что он был удобен. Он мог смеяться над её шутками, он мог поддерживать её в любой драке, он мог вместе с ней смотреть, как кто-то дрожит от страха. Ей нравилось, что он всегда был рядом, готовый поддержать любую её выходку. Но это не было любовью.

Впрочем, Никки не особо возражал. Если это был единственный способ остаться с ней, он готов был продолжать. Даже если это означало, что ему нужно стать таким же жестоким, как и она. Даже если это означало, что ему приходилось каждый раз подавлять ту часть себя, которая вспоминала, как они играли в детстве, как смеялись и делились секретами.Даже если это значило, что Никки станет таким же как её братья. В какой-то степени таким же как отец. Это совсем не было так важно когда рядом была Сьюзенн, ему казалось что когда она рядом, он может продолжать это. По крайней мере найдёт в себе силы что бы снова притвориться, будто бы ему на самом деле очень нравится то что они делают. Никки боялся что Сьюзенн узнаёт о том, что ему страшно потерять её. Потому что зная то, кем она стала, быстрее всего Сью станет относиться к нему так же как к Кэтрин. Привязаность не была частью её натуры.

Но подавлять любовь становилось всё сложнее. Иногда, когда он видел Нью в окружении новых друзей, он чувствовал что-то странное - что-то, что он не мог себе позволить испытывать. Тоску? Может быть, даже сожаление Он быстро отбрасывал эти мысли. Они были опасными. Они заставляли его сомневаться. А сомневаться в Сьюзенн было нельзя. Они заставляли его думать, что он может, стать как Нью, быть счастливым. Однако без Сьюзенн счастье не то.

Но даже несмотря на всё это, он не мог избавиться от чувства, что что-то изменилось. Он замечал, что Сьюзенн становится всё более безразличной к нему. Она больше не смотрела на него так, как раньше. Она всё чаще флиртовала с другими, а его присутствие воспринимала как должное. Он не был для неё центром вселенной. Он был просто очередной фигурой на её шахматной доске. Она прекратила говорить о предстоящем браке, а как только об этом говорил сам Никки, сразу отмахивалась от вопросов словно эта тема не важна. Будто бы ей этт вовсе не интересно. Хотя раньше планы мальчишки Сью слушала с удовольствием, и говорила что не может дождаться.

И однажды он это понял окончательно.

Это случилось после одной из их обычных жестоких выходок. Они снова унижали Кэтрин - ту самую Кэтрин, над которой они издевались уже не первый месяц. Никки уже давно перестал воспринимать её как человека. Её слёзы, её мольбы - всё это стало для него чем-то обыденным. Но в тот день что-то пошло не так. Тот день с утра не казался удачливым, учитывая обед который устроил его отец между семьями. Там обсуждался брак, и вроде всё шло хорошо, Тоби даже не смотрел на него, близнецы тоже. Пока Сьюзенн не сказала что передумала и не хочет этого брака. Он потерял всё из-за неё. Был рядом каждую минуту своей жизни. А она говорит, что не хочет.

Кэтрин не заплакала. Она не умоляла их остановиться. Она просто посмотрела на него - прямо в глаза. В её взгляде не было страха. Только неуважение. Взгляд был точно таким же как взгляд его отца каждый раз.

- Ты жалкий, - прошептала она.

Никки хотел ударить её. Хотел заставить её пожалеть о том, что она осмелилась так сказать. Но он не смог. Потому что знпл: она права.

Ему вдруг стало мерзко. Он оглянулся на Сьюзенн, надеясь увидеть в её глазах что-то, что могло бы его успокоить. Но она смотрела на его с улыбкой. Он понял: ей не важно над кем издеваться, важно на сколько сильно. Она была больна, а он не замечал. И тогда Никки понял - он для неё ничего не значит. Всё, что он сделал, всё, чем он стал, - всё это не имело значения. Она всё равно его не любила.

На следующий день он не пришёл в школу. А потом - на следующий. И ещё через день. Никто не написал ему, никто не позвал его обратно. Даже Сьюзенн. Особенно Сьюзенн.

Он провёл эти дни, глядя в потолок и думая. О том, кем он стал. О том, что он потерял. О том, что, возможно, он уже никогда не сможет вернуться к тому, кем был раньше.Но одна мысль не давала ему покоя.Кэтрин. Её взгляд. Её слова.«Ты жалкий».

А может быть, он ещё может что-то изменить?

Прошла неделя. Никки по-прежнему не выходил из дома, избегая школы, избегая любого контакта с внешним миром. Его мать несколько раз спрашивала, всё ли с ним в порядке, но он лишь коротко отвечал, что устал. Она не настаивала. Никки знал, что ей было всё равно.

Однажды вечером он услышал, как кто-то стучит в дверь его комнаты. Он не ответил, но через несколько секунд дверь всё равно открылась.

На пороге стояла Кэтрин.

Никки вздрогнул. Он не знал, что сказать, как реагировать. Она никогда не приходила к нему, никогда не пыталась с ним говорить. Но вот она стояла здесь - и смотрела на него тем самым взглядом. В её глазах не было страха. Только решимость.

- Вставай, - сказала она. -Что ты хочешь? -Никки попытался закрыть дверь, однако у него не вышло. После того как та компашка прекратила ходить в школу, правда никто из учителей не заметил, стало ещё хуже. -Сьюзенн начала избивать всех кого видит из бедных рядов, как только вышла из больницы. -Сказала Кэтрин. -Разве отец не отправил её в другую страну когда понял что она разносит наркоту по школе? --как видишь, нет. --и что ты хочешь от меня? -Теперь Никки не пытался закрыть дверь. Он облакотился стену рядом-только ты можешь помочь им, и успокоить Сьюзенн..Никки пожалуйста.. Я никогда не просила у тебя подобного.-Никки молча кивнул. Он не хотел видеть Сьюзенн когда понял что ей плевать. Однако теперь ему не всё равно. Он должен привести её в чуства. Пусть даже никакого брака не будет, она его подруга и его первая любовь. Вот что важно. ******

Вечер подкрался незаметно. После того как Ди и Рейчел вернулись с магазина, они играли карты практически весь день. Как бы там не было, Нью просто сидел и смотрел потому что в карты играть он не умел. Цин подошёл к ним и позвал Крисса с Кимом, которые ченили мотоцикл Марка. —кажется мистер Флетчер продаёт наркоту в одном из заброшеных домов в бедном районе. —сказал Цин, понизив голос, будто боялся, что кто-то услышит. — Один парень из местных сообщил, что видел, как туда таскают ящики, а потом выходят с пакетами. Это явно не доставка пиццы.

Крисс вытер руки от масла, встал и нахмурился.— Думаешь, стоит проверить?— Не просто думаю. Уверен. Нам нужно знать, чем он занимается и как это влияет на район. Особенно сейчас, когда всё висит на волоске.— Один я не пойду, — буркнул Крисс. — Если это ловушка, мне нужна подстраховка.

Цин кивнул и перевёл взгляд на Рейчел.— Ты пойдёшь с ним. Не важно, прикинуться интересующимися "клиентами" или просто зеваками, решите по ситуации. Но будьте осторожны. Это не просто проверка, это потенциально опасное дело.—

Рейчел пожала плечами, встала с пола и потянулась.— ладно. Доиграем партию потом. —Сказала та, посмотрев на Ди, а светловолосая заулыбалась и кивнула, собрав карты в пачку.

— Возьмите рации и держите связь, — добавил Цин. — Хотя я думаю, у вас всё выйдет. —

Крисс и Рейчел выехали через пятнадцать минут. Мотоцикл работал не плохо, не смотря на то, что час назад ещё нуждался в ремонте. Рейчел села на свой мотоцикл, предворительно полностью проверив его. Они ехали мимо бедных домов, иногда видя людей. Да, если так посмотреть то может показаться что богатых и бедных районов одинаково, однако людей там точно не примерно схожее число.

Чем дальше они ехали, тем заметнее становились признаки запустения. Дома становились ниже, окна — разбиты. В воздухе витал запах сырости и плесени, перемешанный с чем-то горьким, химическим. Освещение почти не было — пара фонарей мигали, как будто не могли определиться, работать им или сдаться. —И что.. Оно выглядит так словно заброшено лет сто. —Сказал Крисс, осмотрев здание. —Ну, это идеальная тема для продажи наркоты. Ну разве кто-то в здравом уме  подумает на ЭТО здание? —Когда они свернули за угол и притормозили, перед ними появился старый двухэтажный дом. Крыша провисла, местами покрытая ржавым железом, на фасаде — облупившаяся краска и граффити. Одно окно на втором этаже светилось тусклым жёлтым светом, остальные были либо разбиты, либо заложены фанерой. Во дворе — перевёрнутая урна, старая тележка и множество окурков. Дверь — слегка приоткрыта, однако внутри не было граффити, и даже окурков. Поняли они это как только через окно посмотрели в здание. Было понятно что внутри не было никого из бедняков.

— Очаровательно, — прошептала Рейчел, спрыгивая с мотоцикла. — Если здесь не водятся привидения, значит точно есть наркоторговцы.—

Крисс кивнул, проверил, чтобы камера была на месте, и вытащил из внутреннего кармана нож.— Если не ошибаюсь, тут есть чёрный вход. —Крисс направился к двери. —Я думаю его охраняют. Лучше залесть через окно уже. —Добавила Рейчел. Крисс молча кивнул, и они стали выбирать окно которое казалось хотя бы чуток удобнее.

Они вошли в заброшенное здание через окно, едва слышно скрипнувший под рукой Крисса. Внутри пахло затхлостью, гнилью и старыми газетами. В углах копошились крысы, а с потолка свисали порванные провода и клочья паутины. Местами пол был прогнившим, и им приходилось шагать осторожно, почти не дыша. Ну, по крайней мере Крисс шагах осторожно, однако Рейчел было плевать. Она одна знала что подвала тут нет, и провалиться они не смогут, а здания настолько большое, что вряд-ли звук от шагов кто либо услышит.

— Сюда, — шепнул Крисс, указывая на пролом в стене, ведущий в соседнюю комнату. Они пробрались туда, и перед ними открылся коридор, тускло освещённый лампочкой без абажура. Где-то наверху потрескивали провода, а вдалеке слышались приглушённые голоса.

Они шли медленно, пригибаясь, пока не оказались у отверстия в перегородке. Рейчел села на корточки и осторожно заглянула внутрь. Комната была просторной, хотя и заваленной мусором. У стены стояли ящики, а рядом с ними — сам Флетчер. Он что-то говорил группе подростков, и голос его звучал спокойно, почти по-учительски.

— передайте хотя бы нескольким детям со школы, не младше 7-ого класса, не кучкуйтесь. Всё чётко, без шума. Они берут, вы уходите. Если начнут болтать — меняйте маршрут, — произнёс он, передавая свёртки одному из школьников.

Рейчел стиснула зубы.— Он реально использует школьников, — прошептала она Криссу. — фоткай. —Крисс взял фотоапарат и сделал одно фото.

Крисс только кивнул, но взгляд его уже шарил по комнате в поисках выхода или способа подняться на второй этаж. Там, похоже, было больше движения: над головой скрипели доски, доносились шаги. Он хотел подняться и выяснить, нет ли ещё чего важного.

Но в этот момент один из подростков бросил взгляд в сторону, не прямо на них, а мимо. Рейчел успела отпрянуть, но видимо, её силуэт или тень мелькнули — паренёк нахмурился и что-то сказал Флетчеру, наклонившись к нему.

— Похоже, они что-то услышали, — прошептал Крисс. — Надо уходить, но сначала... я должен подняться. Ты назад, за дом. Спрячься, если что.

— Подожди... Крисс..не бросай..— начала Рейчел, но Крисс уже повернулся к рухнувшей лестнице.

Он подбежал к основанию. Нижние ступени полностью сгнили, но выше ещё держались. Он подтянулся за металлическую балку, пробрался к полу второго этажа, стараясь не шуметь. Сверху послышался чей-то голос, но было не ясно, заметили ли его.

Рейчел же медлила. Она выглянула из-за угла — внутри началась суета. Флетчер резко махнул рукой, и один из подростков направился в их сторону, проверяя помещение. Она затаила дыхание, отступила, прижалась к стене. И тогда адреналин взял верх — она выскользнула наружу.Стало страшно что её заметят, в конце концов кто знает, что мистер Флетчер сделал бы с ней. Этот мужчина казался странным даже тогда когда Рейчел не знала о том, что он делает. Каждый раз в школе он обращал внимание на всех школьников, говорил привет каждому, но нескольким детям 10-го и 11-го класса он не говорил ничего, просто молча одаривал их строгим взглядом.

Снаружи уже почти стемнело. Городской шум отсюда не доносился хотя это и было ближе к богатому району, но улица была заброшена, как и дом. Она пересекла пустую улицу, и поспешила за угол ближайшего дома. Молча стояла, так как в углу не было ничего.

Задыхаясь от волнения, она прижалась к стене. Старалась дышать тихо. Где-то внутри дома затопали шаги. Кто-то выбежал наружу и посмотрел по сторонам, но, к счастью, не подошёл ближе.

Рейчел замерла. Холод от бетонной стены пробирал до костей, но она не двигалась. Миссия пошла не по плану — но теперь всё зависело от Крисса и от того, сумеет ли он выбраться незамеченным.

Как тут она увидела, что те кто были с Флетчером уже подходят к ней, однако какой-то парень опередил их, и стал разговаривать о чём-то. Указал на другую местность, и те сразу побежали туда. После чего, он медленной но уверенной походкой подошёл к Рейчел, сняв капюшон. Это был Тоби. Рей удивилась когда увидела знакомое лицо, однако не подала виду. В конце концов, что ему делать тут если только он не причастен к этому? —Здраствуй.—Рейчел молчала. Она лишь оценивающе посмотрела на Тоби, так как совсем не понимала что творится. Вообще было не ясно, что он тут делает.

— Рад видеть тебя... живой, — продолжил Тоби, немного склонив голову. — Ты всегда была осторожной, но, кажется, в этот раз попалась.

— Или почти попалась, — наконец произнесла она, чуть нахмурившись. — Что ты здесь делаешь, Тоби?

— Просто гуляю, — пожал он плечами, глядя на неё снизу вверх. — Иногда полезно быть в нужном месте в нужное время. Или... в чужом. — Он усмехнулся, едва заметно, но в этой усмешке читался флирт.

Рейчел не отвела взгляда. Она не доверяла ему, но в том, как он говорил, была странная мягкость. Противоречивая, почти раздражающая.

— Значит, ты теперь ещё и добрый самаритянин, да? — сказала она с холодком.

— Только для избранных, — спокойно ответил он. — А ты, похоже, одна из них. Или мне просто повезло наткнуться именно на тебя.

Он сделал шаг ближе, но всё ещё держал дистанцию. В его взгляде было что-то читающее, изучающее, как будто он хотел понять, насколько она напугана... и насколько ему можно доверять в ответ.

— Тебе нельзя здесь оставаться, — сказал он тише. — Если ты умна, уйдёшь сейчас. Сюда идут не те, кого ты захочешь увидеть снова.

— Я здесь не для удовольствия, — отрезала она, но голос её дрогнул.— Тогда тем более пора идти, — мягко сказал он, наклонившись чуть ближе, почти заговорщицки. — Но если хочешь… я могу тебя сопроводить. Чисто из рыцарских побуждений. Или... из любопытства.

Рейчел закатила глаза.— Ты всегда был странным.

— Это ты просто забыла, насколько, — хмыкнул он и указал в сторону, откуда она прибежала. — Ну что, идём, "почти попавшаяся"?—я пойду сама. —

Она медлила ещё пару секунд, а потом, не сказав ни слова, пошла вперёд, оставив парня сзади. Ей совсем не хотелось ничего от него, и кроме этой помощи, Рейчел не хотела иметь с ним ничего совместного.