4

Низкое осеннее небо затянуло тёмными тучами, солнце пряталось за ними, и только редкие отблески солнечного света пробивались сквозь их тяжёлую завесу. Холодный ветер, пахнущий дымом и горелой древесиной, доносил далёкий гул, эхо недавней битвы. Там, где ещё вчера стояли башни аула, теперь тлели руины, и запах крови смешивался с запахом гари.

По размытой дороге, ведущей к Тереку, шли сорок шесть девушек. Их шаги гулко отдавались в тишине, нарушая её ритмом тяжёлого дыхания. На их руках туго затянуты грубые верёвки, оставлявшие кровавые полосы на коже. Они были ранены. У одной разбита губа из которой текла кровь, у другой сломано хрупкое плечо, третья хромала, едва держась на ногах. Но ни одна не просила пощады и не показывала боли. Их головы были гордо подняты, а взгляды, холодны и серьёзны, словно из самого камня высечены.

У некоторых девушек не было кос. Когда в бою у братьев закончились боеприпасы, они сами, кинжалами, отрезали свои красивые и густые косы, чтобы мужчины могли использовать волосы для заряжения оружий. Теперь короткие пряди падали на их плечи. Их лица были светлы и неподвижны, но в глазах сверкала стойкость, в которой не было страха.

Солдаты, сопровождавшие их, шли рядом, но держались чуть поодаль. Казалось, невидимая стена отделяла их от этих женщин, будто сами небеса предупреждали : "Остерегайтесь". Казаки, вооружённые ружьями, бросали тревожные взгляды, не решаясь приблизиться слишком близко.

- Мне не по себе рядом с ними, - тихо пробормотал один из молодых солдат, сутуля плечи. - Они смотрят... будто знают, что будет дальше. Они что-то затеяли...

- Глупости, - отозвался другой, более грубый и старший. - Они всего лишь женщины. Да и связаные, и раненные, что они могут?

- Женщины ? - вдруг прозвучал звонкий голос из середины цепи пленниц. - Женщины, которые видели, как вы, трусы, нападаете на детей и стариков. Женщины, которым не хватило бы целой жизни, чтобы забыть ваши преступления.

Солдаты обернулись. Девушка, говорившая эти слова, стояла прямо, несмотря на то что кровь стекала по её щеке. Её глаза горели, как раскалённый уголь.

- Замолчи ! - рявкнул тот, что постарше. - У тебя нет права говорить дикарка !

Но она не замолчала.

- Вы пойдёте домой, - её голос звучал спокойно, но в нём была сталь. - Безстыдно обнимете своих детей, хотя ваши руки уже в крови наших. Вы думаете, что Всевышний простит вас ? Нет. Он проклял вас, и проклянёт ваших сыновей и дочерей. Вы и ваши поколения будете унижены.

- Замолчи, говорю ! - не выдержав, солдат шагнул вперёд и с размаху ударил её рукоятью ружья по голове.

Хрупкая девушка что потеряла много крови, качнулась и упала на землю. Верёвки натянулись, впиваясь в кожу, но она не вскрикнула. Медленно подняла голову и посмотрела на него. В её взгляде не было ни слёз, ни страха, только ледяное презрение, от которого мужчина невольно вздрогнул. На мгновение ему показалось, что он стоит перед одним их убитых мужчин, а не перед пленницей.

- Аллах видит всё, - прошептала она едва слышно, но достаточно, чтобы он услышал.

Другие девушки заговорили хором, их голоса слились в глухое, но сильное проклятие :

- Да покарает вас Всевышний !

-Тихо ! - заорал один из офицеров, но его крик растворился в холодном ветре.

Солдаты ускорили шаг. Наконец впереди показалась широкая река Терек. Её воды серебрились в солнечном свете, перекатываясь тяжёлыми волнами. На берегу ждал огромный деревянный плот, сколоченный наспех, но прочный. Вода плескалась о его бока, будто сама река знала, что ей предстоит принять.

- Быстрее, - приказал офицер. - Переправим их через реку и доставим командиру.

Девушек начали по одному загонять на плот, грубо толкая их, в то время как те сопративлялись. Их глаза горели ненавистью и отвращением. Ни одна не отвела взгляда от врагов. Сорок шесть молчаливых фигур, словно высеченных из камня, стояли на деревянном настиле. Ветер трепал их платки, поднимал обрывки коротких волос.

Когда плот оттолкнули от берега и он дрогнул, скрипя брёвнами, сердца девушек забились сильнее. Ни одна не хотела попасть в руки врагов. Каждая знала : впереди унижение, рабство, возможно, медленная смерть. Но ни одна не опустила взгляд.

Среди них стояла девушка с перебитым плечом и перевязанным глазом. Половина её лица была залита запёкшейся кровью, но она казалась прекрасной в своей непокорности. Она подняла голову к небу, где, прорвавшись сквозь тучи, парил одинокий орёл. Красивый. Свободный.

Она вспомнила слова погибшего отца : "Смотри на того орла, дочка. Как красиво он парит в небе, свободный. Запомни раз и навсегда, ты раб Единного Аллаха, и никто не имеет права отнять твою свободу.

Слёзы защипали глаза, но она не позволила им упасть. Она перевела взгляд на Терек, бурный, холодный, но влекущий. Затем на своих сестёр, сорок пять девушек, стоявших рядом. Все они молча смотрели на реку, и каждая словно понимала, что их судьба решена и их спасение это вода.

Рядом с ней стоял молодой солдат, отвернувшийся, чтобы что-то сказать товарищю. Девушка резко наклонилась, и, несмотря на связанные руки, рванулась вперёд. Она сомкнула пальцы на его горле и, вложив всю силу в прыжок, бросилась вместе с ним в чёрную воду.

На мгновение всё замерло. Солдаты ошеломлённо обернулись. Но в следующий миг остальные девушки, словно единое целое, рванулись за ней. Их крики, похожие на боевой зов, разорвали тишину. Верёвки трещали, вода вздымалась фонтанами.

- Стойте ! - закричал офицер. - Держите их !

Но было поздно. Пленницы, связанные и раненые, бросались в бурный Терек, утаскивая за собой врагов. Они вцеплялись ногтями в лица, рвали кожу до крови и мяса, хватали за волосы, тянули вниз. Их сила была нечеловеческой, будто сам Всевышний вложил в их руки последнее оружие.

- Отпустите ! - орал один из солдат, пытаясь вырваться, словно увидел смерть.

Вода бурлила. Кто-то пытался добраться до плота, но одна из девушек, сумев освободить руки, схватила весло и с такой яростью ударила по его голове, что хруст сломанной шеи разнёсся по ушам остальных.

- За наших детей ! кричала одна, цепляясь за врага, утаскивая его в глубину.

- За Дади-Юрт ! - вторила другая, царапая лицо врага до белой кости.

Солдаты пытались стрелять, но в тесноте плота оружие лишь мешало. Паника росла, от неожиданного от девушек действия. Некоторые бросались за борт, надеясь спастись, но девушки преследовали их, утягивая вниз, в ледяные воды.

Офицер в ужасе отступил к краю, но перед ним возникла высокая девушка с обрубленными волосами. Её красивые глаза горели.

- За наших матерей и отцов, - прошептала она и ударила плечом, сбросив его в реку.

Вода поглотила всех. Крики становились всё глуше, пока не стихли совсем. Только Терек продолжал свой вечное течение, смывая кровь и слёзы.

Последней ушла под воду девушка со сломанным плечом не имев сил плавать. Перед тем как исчезнуть, она успела увидеть в небе того же орла. Он парил высоко, свободный, и казалось, что его крик сливается с шумом реки. Утопая она протянула руку, словно пытаясь коснуться света солнца.

Течение медленно уносило обломки плота. На поверхности ещё некоторое время покачивался светлый платок, белый, чистый, как сама невинность, что отражала этих девушек. Он кружился в вихрях воды, отражая солнечный свет, словно душа, освобождённая от земных уз. Потом тихо опустился в глубину.

Терек снова стал тихим. Лишь ветер касался воды, перенося по равнине слова, которые никто уже не услышит.

"Мы выбрали свободу".

***

Солдаты стояли на берегу реки, затаив дыхание и озираясь по сторонам, всматриваясь в бурные воды Терека. Уже несколько часов они ждали возвращения конвоя с пленницами, но время шло, а ни людей, ни плота не было видно. Вдруг один из солдат воскликнул, указывая на что-то вдали :

- Смотрите ! Там что-то в воде !

В мутной воде медленно поднималось тело, застрявшее в ветвях деревьев, которое плывло к берегу. Несколько солдат бросились вытаскивать его, и вскоре на берегу лежал человек в их военной форме. Однако то, что они увидели, заставило их отпрянуть от него подальше. Его лицо было покрыто глубокими царапинами, которые разодрали кожу до мяса. Один из солдат покачал головой, увидев, что на черепе не хватает кусков, словно его ударивали по голове. Кости рук были неестественно изогнуты. Сначала они подумали, что он был выжившим на войне, а не из тех кто должен был доставить пленниц.

Офицер присел рядом с дрожащим человеком, пытаясь привлечь его внимание, но он не смотрел на них. Солдат лежал, широко раскрыв глаза, словно смотрел в глаза смерти. Он смотрел в пустоту, будто был живым мертвецом.

- Что произошло ? - Громко спросил офицер, пытаясь вернуть его к реальности. - Где остальные ? Где пленницы ?

Солдат дрожал, его тело било в мелкой судороге, он схватился за свое горло и голос у него был настолько слаб, что казалось, он едва способен говорить :

- Они... они на нас набросились. - Прошептал он, срываясь на хрип. - Все сорок шесть девушек... красивые... сильные...

Офицер нахмурился, переглядываясь с другими солдатами.

- О чём ты говоришь ?! Что значит набросились ?! Где пленницы !

Солдат указал на терек, не глядя в его сторону. Он сдавленно засмеялся, его голос звучал истерически, холод пробежался по спинам остальных.

- Их глаза... холодные глаза не боялись смерти. Они шли на нас с криками. Они знали что умрут, но выбрали смерть. Их голоса... Господи, их голоса были такими сказочными... и в то же время пугали...

Он задохнулся, его дыхание стало рваным. Один из солдат подошёл ближе, слушая с замершим сердцем.

- Они бросились на нас... - Повторил он, его голос всё больше становился ломаным и несвязным. - Хватали за горла, царапали лица... Я слышал, как ломаются шеи, как будто костёр трещит. Они унесли нас с собой в воду... унесли нас к смерти. Я... я мог умереть ! Я был близок к смерти ! Они... Они тонули вместе с нами, но не боролись за жизнь.

Он вдруг заплакал, сжав руки в кулаки, и прошептал сквозь слёзы :

- Это не правильно. - Как супашедший покачал он головой - Они не заслужили смерти. Мы всё испортили ! Они говорили что их Господь покорает нас ! Мы прокляты !

Солдат зарыдал, его плечи дрожали от страха. Офицер тяжело вздохнул, ошеломленный услышанным, не зная, что ответить.

- Это не может быть правдой... - Пробормотал один из солдат, его лицо побледнело. - Женщины ? Они утащили с собой наших людей ?

- Эти девушки... невинные девушки... они девы гор... они наложили на нас проклятие. Говорят, такие не умирают просто так. А убийц преследует проклятие.

Слова эти повисли в холодном воздухе. Даже офицер не нашёлся, что ответить. Он чувствовал, как по спине ползёт липкий холод, не от ветра, а от чего-то, чего не знают военные уставы. В один момент ему показалось, что кто то смотрит на них... много глаз. Это была тревога. Он успакаивал себя, уверяя тем что они мертвы и никто за ними не придет.