Глава 20

Утро для меня наступает лишь к вечеру следующего дня. Я, как и мечтала, лежу под теплым одеялом и слушаю, как потрескивают дрова в камине. Кажется, что все произошедшее вчера - дурной сон. Открывать глаза не хочется, а слабость в теле лишь способствует нежеланию хоть как-то шевелиться.

Зато разум чист и первое, что меня интересует - кто же позаботился обо мне, раздев и, судя по всему, вымыв.

Преодолевая негу дремоты, я все-таки открываю глаза и, ругаясь сквозь зубы, потому что все тело не просто ослабло, но и болит до жути, сажусь в кровати.

Не успеваю удобно устроиться, как в комнату врывается вихрь, подтверждая, что все вполне реально, и я нахожусь в замке.

- Ты проснулась! - сияет ослепительной улыбкой принцесса. Она подбегает и заключает меня в объятья. - Я так по тебе соскучилась!

- Я тоже по тебе скучала, - искренне разделяю ее радость, стараясь не думать о том, сколько синяков мне добавится после такой теплой встречи.

- Вчера ты нас всех так напугала, - продолжает принцесса, с ногами забравшись ко мне на кровать. - Мама над тобой колдовала даже.

- Я просто устала...

- Не просто! - возмущается Кейт. - На тебя попала слюна оборотня. Хорошо, что не через укус. Если ты не знаешь, то она имеет парализующее действие, - деловито заканчивает она и смотрит таким взглядом, будто я должна причитать, как же мне повезло.

- Знаю, конечно же, - отвечаю я ей. – Только об этом как-то не думаешь, когда волк пытается тебе горло разорвать.

- Еще бы, - морщит носик принцесса.

- Парализовать - это не убить. Верно же? – осклабливаюсь я. – Рядом были маги. Кто-нибудь да помог бы, что в итоге и вышло.

Сама не знаю, верю ли я своим словам. Если слюна попала бы мне в рану, буквально считанные секунды спустя я бы почувствовала слабость, а там и поминай, как звали.

- Мы с мамой тебя в отваре трав отмачивали, - между тем продолжает Кейт и, захихикав, добавляет: - Генри так вообще наотрез отказался к себе уходить пока не убедится, что ты спишь. Все в ванну рвался тебя увидеть.

- И? - возмущаюсь я. Об упоминании принца чувствую, как вспыхиваю до кончиков волос. Еще не хватало, чтобы он меня обнаженной видел.

- Что и? - смеется Кейт. - Кто ж его пустит-то? Потом увидел, когда уже в кровать тебя относил... одетую. А тебе хоть бы хны. Спишь себе.

- Кошмар какой...

- Угу. Не то слово, - расплывается в лукавой улыбке принцесса.

- А сейчас он где?

- Кто? Генри? С отцом, Эдгаром и Рафаэлем что-то важное обсуждают в кабинете, – и доверительным шепотом добавляет: - с самого утра.

Узнав об этом, я успокаиваюсь. Значит, с Генри все в порядке и не о чем беспокоиться. Правда с оборотнями вопрос все равно придется решать и срочно.

- У нас тут такое дело, - начинает было принцесса, следя за мной, пока я сползаю с кровати и пытаюсь привести себя в порядок. Я оборачиваюсь, ожидая продолжения, но Кейт прячет глазки и нервно теребила шнурочек на платье.

- Какое дело? - любопытство все-таки пересиливает, а предчувствие шепчет, что новость касается как-то и меня.

- Рафаэль сделал мне предложение, - выпаливает принцесса и почему-то ее губки дрожат, а глазки наполняются слезами.

- Разве это плохо? - не нахожу я лучшего вопроса и совсем уж не понимаю, почему Кейт плачет. - Рафаэль ходил к Ричарду?

Кейт лишь кивает, не в силах унять слезы. Подойдя к ней, я присаживаюсь рядом. Принцесса, недолго думая, кладет голову мне на плечо и вздыхает.

- Отец не против нашей свадьбы, но надвигающаяся война... Он сказал, что пока с этим не будет решено, о роли невесты мне стоит забыть, - всхлипывает Кейт.

- Будем надеяться, что войны не будет, и в скором времени конфликт решится миром.

- Значит, ты ничего не имеешь против нашей свадьбы? – поднимает она на меня полные слез глаза.

- А должна?

- Я не могу не поинтересоваться твоим мнением. Ведь Раф твой брат.

- Он не обязан всю жизнь быть рядом со мной. Он нашел свою пару, - пожимаю я плечами. - Я рада за него. Мы же это уже обсуждали.

Кейт хлопает в ладоши и соскакивает с кровати. Слезы ее вмиг высыхают, и на лице снова появляется улыбка.

- Ты не представляешь, как я рада этому! И то, что вы с моим братом пара, и мы с Рафаэлем! Как все чудесно!

- Наверное... – бурчу я. Неужели все уже прилепили к нам с Генри клеймо истинной пары и ждут, когда же мы окажемся вместе. И пусть я уже определилась со своими чувствами, но... Все как-то не так...

- Наверное, уже накрыли на стол, - отрывает меня от размышлений Кейт. – Пора обедать.

***

За столом царит тишина. Мужчины хоть и оторвались от своих дел на время трапезы, но погружены в размышления. По-видимому, не самые приятные.

Я вскользь бросаю взгляд на Генри, но он никак не реагирует на меня, полностью сосредоточившись на содержимом своей тарелки. Мне же кусок в горло не лезет. Я вяло ковыряю вилкой свое блюдо, а перед глазами снова и снова всплывают разодранные, обгоревшие трупы оборотней. Вроде бы я не из робкого десятка, да и мое прошлое проходило не за замковыми стенами, но почему-то именно вчерашние события произвели на меня такое неизгладимое впечатление.

Может, это потому что именно я была их причиной? Я передергиваю плечами и поднимаю глаза. Генри не успевает снова нацепить маску равнодушия. Все-таки следит. От этого по телу разливается приятное тепло. Мне не безразлично его отношение ко мне. До ведьм я, возможно, стала бы отгонять свои чувства и пытаться закрыться, но сейчас я лишь стараюсь спрятать торжествующую улыбку.

Еве надоедает смотреть на хмурые лица своих мужчин, поэтому она заводит разговор с магами. Те активно подключаются к беседе и с охотой отвечают на ее вопросы, рассказывая о делах ведьмовской общины.

Я слушаю вполуха, больше думая о Генри. К концу обеда я уже набираюсь уверенности, чтобы наконец-то откровенно поговорить с ним, но Ричард рушит все планы.

- Габи, зайди, пожалуйста, в мой кабинет, - тепло произносит он. Я неосознанно кривлюсь, за что удостаиваюсь вопросительного взгляда от короля.

- Конечно, - выдавливаю я из себя, стараясь быть вежливой. - Прямо сейчас?

- А у тебя есть дела? – еще больше изгибает он брови. От него не укрывается мой брошенный на принца взгляд.

- Нет. Думаю, остальное может подождать, - быстро произношу я, пока Ричард не успел предложить мне решить сначала свои проблемы. Кажется, я даже вздыхаю с облегчением, когда король кивает в знак согласия. Снова я позорно сбегаю от серьезного разговора.

До кабинета мы идем втроем. К нам присоединилась еще и Ева.

- Я хотела поблагодарить тебя за вчерашнее излечение, - искренне произношу я, когда мы располагаемся в кабинете.

- Тебе не за что благодарить меня, Габи. Я – ведьма. Мой долг помогать нуждающимся.

- Мне кажется, я плохо выражала свои чувства раньше. Мне было тяжело это сделать... по некоторым причинам. Ведьмы научили меня открыто говорить о том, что я испытываю.

Ева понимающе кивает и тепло улыбается, беря меня за руку.

- Я принимаю твою благодарность, - сжимая мои пальчики, говорит она. - Ты всегда можешь на меня рассчитывать.

От нашей душещипательной беседы нас отрывает вежливое покашливание.

- Я вас не отвлекаю, дамы?

- Ну что ты, дорогой, - осклабивается Ева и подмигивает мне.

- Спасибо, милая, - не остается в долгу король и переходит к делу: - Я хотел поблагодарить тебя, Габи за вчерашнее. Ты спасла Генри, - и поднимает руку, чтобы я не перебивала его. – Это первое. Ты можешь называть это долгом, но мы все прекрасно знаем, что это не так. И если уж говорить откровенно, то я вынужден просить тебя о небольшой услуге.

- Какой? – не выдерживая затянувшейся паузы, спрашиваю я.

- Генри скоро пройдет обращение. Ты, конечно же, заметила изменения в нашем сыне. Когда он станет вампиром, мы не знаем точно, но это случится в самое ближайшее время.

- И в чем заключается услуга? – не выдерживаю я хождения вокруг да около.

- Мы бы хотели, чтобы его обратила ты, - произносит Ричард и замолкает, ожидая моей реакции.

Первый мой порыв - взбунтоваться. Почему я? Почему он сам не может этого сделать? Я не хочу обращать мальчишку! Через немного, взяв себя в руки, я все-таки задаю один из вопросов.

- Я мог бы его обратить, - спокойно заявляет Рич, - но сам он хочет, чтобы это сделала ты.

- Какая разница, чего он хочет! – все-таки вспыхиваю я.

- Габи, - тихо произносит Ева, - вы же пара.

- Это еще ничем не доказано! Наша тяга друг к другу может быть всего лишь обычным влечением, - пытаюсь я найти объяснение, хотя сама понимаю, что мои слова звучат смешно. – Я старше его, в конце концов!!!

- Но не умней, - довольно лыбится король.

Я начинаю метаться по кабинету, заламывая пальцы.

- Твоя просьба сомнительна. Нужно просчитать все ходы. Генри после обращения не сможет быть на солнце. Оборотни не отстанут от меня. Если они меня схватят, и Генри будет связан со мной, то он может погибнуть. Разве ты не думал об этом?

- Думал, конечно, - кивает король. – Но с другой стороны неизвестно, когда мы с Евой отправимся на Другую сторону. Моя кровная связь с сыном после обращения только усилится, и тогда моя смерть может отразиться на нем. Не исключено, что он отправится вслед за нами.

- Чушь! – вскрикиваю я. – Ты просто придумал отговорку. Вы не умрете еще несколько десятилетий, а может и веков!

- Если вы с Генри истинная пара, то да, - добавляет тихо Ева.

Я возвращаюсь в кресло, устало откидываюсь на спинку и молчу. Почему их просьба вызывает во мне такую бурю эмоций? Почему все, что касается принца, будит столь яркие ощущения? Ведь на самом деле от мысли, что Генри будет связан со мной, будет моим, перехватывает дыхание. Я хочу этого.

- Он действительно хочет связаться со мной? – еле слышно спрашиваю я.

- Он этим бредит уже не один год, Габи, - доверительным тоном отвечает Рич. - Ради тебя он сбежал из замка и отправился за тобой, наплевав на все мои приказы. Он не слушает никого. То, что он не может защитить тебя, очень волнует его. В привычных парах мужчина всегда по возрасту старше своей пары, старше и сильней. Вам же выпала другая доля. Ты самостоятельна. Тебе многое пришлось пережить. Нам всем досталось, но это не повод бежать от реальности.

- Ты сама сказала, что ведьмы научили тебя быть открытой, - добавляет Ева.

- Я могу подумать хотя бы немного? – пытаюсь найти лазейку и не соглашаться сразу, хотя все внутри ликует в предвкушении.

- Даже если я обращу Генри, - подводит итог Рич, - вам все равно придется отведать кровь другу друга, чтобы понять ваше положение.

- Я не могу пить его кровь... Оборотни же ...

- Сейчас разговор не о них, а о нас, - отрезает Рич. – Властитель умрет рано или поздно.

- Я не могу сдерживать печать вечно, Габи, - добавляет Ева. Я понимаю, что срок их жизни зависит от меня, а я своими чувствами каждый день отнимаю у них годы совместного будущего.

- Хорошо. Я сделаю это.

Выходя из кабинета, я ощущаю, как бешено бьется сердце в моей груди. Обратного пути уже нет. Я дала свое согласие.

«Мой принц», - проносится мысль, от которой на губах возникает улыбка. И теперь я ее не прячу. Если быть откровенной, то уж до конца.

***

До своей комнаты я буквально парю на крыльях счастья. И меня ожидает приятный сюрприз в виде брата.

С Рафом мы обменялись до обеда всего лишь парой фраз и теплыми объятьями. Поэтому сейчас я очень рада его видеть.

- Я решил подождать тебя здесь, - поднимается он из-за стола, когда я появляюсь на пороге. Я улыбаюсь и, подлетев к нему, заключаю в объятья.

- Я соскучилась, - шепчу, прижимаясь к родному существу.

- Я тоже, малая, - целует меня в макушку Раф и качает из стороны в сторону, заставляя смеяться.

- Я слышала, ты зря времени не терял и решил прибрать все свое к рукам, - отклонившись от брата, произношу я. Он вопросительно приподнимает брови. – Кейт рассказала.

Рафаэль напрягается, выпуская меня из объятий. Он прохаживает по комнате и молчит какое-то время.

- Наглые оборотни мешают нашему счастью, а Ричард непреклонен в своем решении, - тихо произносит он. – Кейт еще молода. Еще человек, но я уверен в своих чувствах к ней. Возможно, она еще немного ветрена, и нет никакой уверенности, что ее чувства ко мне что-то большее, чем влюбленность, но... я не могу ее отпустить, понимаешь.

- И не надо, - склоняю я голову к плечу, наблюдая, как на лице брата проявляются все эмоции – негодование, нежность, влюбленность, восторг. – Думаю, скоро оборотни отстанут от нас.

- Ты согласилась? – замирает он напротив меня и, взяв за плечи, заглядывает в глаза.

- Да. Глупо отрицать свои чувства. Генри с самого начала будил во мне яркие эмоции. Он провоцировал меня, доводил порой до бешенства, но меня лишь сильней тянуло к нему.

- А он был прав, - хмыкает Раф, а я возмущенно раскрываю рот. Так тут был целый заговор! – Спокойно, спокойно, - поднимает руки Рафаэль, отступая от меня, а когда я уже готова устроить ему хорошую взбучку, то вообще ныряет за дверь, и в коридоре, удаляясь, раздается заливистый смех.

- Ну, попадись мне, братец, - топаю я ножкой, и сама незаметно расплываюсь в улыбке, даже не зная от чего больше – от того, что так сейчас похожа на Кейт, или потому что я впервые по-настоящему счастлива.

***

Счастьем нужно делиться. С кем, если не с тем, из-за кого чувствуешь себя будто на небесах.

Пока иду по коридору к покоям принца, вспоминаю его за обедом, а потом представляю, как он удивится, когда увидит меня на пороге своей спальни. Я не переставала улыбаться все время с того момента, как меня покинул брат. Даже скулы болят уже.

Не задумываясь, что творю, легонько стучу в дверь и с замиранием сердца ожидаю, когда мне откроют, но проходит минута – другая, а я все также стою по эту сторону двери. Настроение слегка портится. Вот я пришла, наконец-то решилась, а тут облом... Идти обратно мне не хочется, поэтому я решаюсь на отчаянный шаг – приоткрываю дверь и ныряю внутрь.

Комната меня встречает сумраком. Хоть я и вижу хорошо в темноте, но сейчас нет надобности тратить силы. Я отдергиваю шторы, впуская в комнату больше света. Так-то лучше.

Покои принца мало чем отличаются от моих. Только если размером – у Генри они немного больше. Кровать, камин, письменный стол – все самое необходимое и неброское. Очень чисто и опрятно для юноши, отмечаю я.

Мой взгляд задерживается на ширме в углу. Любопытство гонит меня заглянуть туда. Я воровато оглядываюсь на дверь и, мягко ступая, прохожу вглубь комнаты. Да так и замираю, увидав знакомый кожух. Мой любимый кожух. Двадцать лет назад... тогда, усаживая мальчишек на повозку, я накинула его на их плечи.

Сохранил... Но зачем? Да еще и сохранил в таком состоянии, как я его отдавала. Невозможно! Я оглядываюсь вокруг и отмечаю, что с кровати должно быть прекрасно видно эту одежду. Это попахивает одержимостью. Неужели Ричард настолько прав, а я все время не замечала очевидного?

Мне вспоминается разговор Генри с Эдгаром, который я случайно подслушала. Так они говорили обо мне?

Додумать я не успеваю. В коридоре раздаются шаги, а я замираю, чувствуя себя в ловушке. Бестолочь! Зачем же я полезла в комнату? И как мне теперь объяснять это принцу? Я жду, вся обратившись в слух и надеясь, что пройдут мимо, но шаги замедляются, и через секунду дверь в покои Генри открывается, являя его, уставшего и слишком бледного.

Он так и замирает, держась за ручку. Чувствую, как кровь приливает к лицу. Мне бы что-то сказать в свое оправдание.

- Я хотела поговорить, - мямлю я. – Думала подождать тебя здесь, но, наверное, мне лучше... в другой раз.

Я делаю шаг в его сторону, а Генри, отмерев, шагает внутрь комнаты. Дверь при этом он закрывает, еще и подпирает ее спиной, пресекая мою попытку в очередной раз сбежать от него.

- Поговорим сейчас, - тихо произносит он со стальными нотками в голосе.

Я сглатываю, и, кажется, начинаю дрожать. Откуда в нем только такая властность появилась? Хотя, чего это я? Дэвид, конечно же, он! Вот же засада!

- Ты что-то хотела? – интересуется он, сверля меня взглядом.

- Да. Я просто... просто беспокоилась, - стараюсь собраться с мыслями. Нужно было заранее продумать, что я ему скажу, а теперь... - Вчера выдался трудный денек. Сегодня ты... мне показалось... черт!

Я отворачиваюсь от него, утыкаюсь взглядом в кожух.

- Габи.

- Зачем ты его хранишь? – указываю я на одежду.

- Это единственная твоя вещь, которая у меня была, - пожимает он плечами.

- Тебе было пять лет!

- А сейчас мне двадцать пять, - хмыкает он. – Это не изменило моего отношения к тебе.

Я киваю, принимая его объяснения. «Мой», - шепчет мне сердце.

- Тебя не смущает, что для твоего деда я была парой. Он еще ведь жив, - зачем-то говорю я.

- Это было в прошлом, - подходит ко мне Генри и берет за плечи.

- Это будет всегда со мной.

- Мне все равно, родная. Ваши отношения были в прошлом.

- Отношения? – издаю я нервный смешок. – Ты так называешь насилие и вынужденное обращение?

Генри меняется в лице, бледнея. Через мгновение во взгляд появляется гнев. Он сжимает мои плечи, едва не причиняя боль.

- Ты не знал? – выдыхаю я.

- Видимо, нет.

- Тогда лучше и не надо, - шепчу я.

- Габи...

- Не стоит, Генри. Ты прав, пусть это останется в прошлом, - я облизываю пересохшие губы, и принц впивается в них жадным взглядом. – Я пойду.

- Нет.

- Но...

Он не дает мне договорить, склоняясь ко мне и целуя. Я бы хотела раствориться в нем, взлететь вместе в небеса и не выпускать ни на минуту из объятий, но я отстраняюсь, упираясь ему в грудь руками. Он накрывает мои ладошки своими, и я осознаю, что бороться с ним я не могу.

- До завтра Генри, - шепчу я, высвобождаясь. Он не останавливает больше меня, лишь хищным взглядом следит, как я пячусь назад, желая поскорей покинуть его комнату.

- Ты все равно будешь моей, - доносится мне в спину его шепот, когда я уже иду по коридору. Он знает, что я услышу. Знает и делает все, чтобы я дрожала, ощущая, что именно он сильнее меня, несмотря ни на что.