С привкусом любви. (NSFW Эллиот/ТИ)

Первый сексНезащищенный сексСекс по пьяни (?)Много воды

Этот день ничем не отличался от ряда предыдущих, если бы не одно: намечалась совместная готовка с Эллиотом, в роли инициатора которой выступили Вы.Упрашивать долго не пришлось, чему многие выживающие удивились.Эллиот не любитель делить кухню - место, где действуют его правила и законы. Он ненавидит, когда его порядки нарушают.Тот же Шедлетский часто огребает, когда заходит для очередной порции куриных крылышек.Но Вы... Вы ломаете все установленные каноны в голове бедного работяги.

Официально признаний не было. Фраза "я люблю тебя" избегалась в разговорах, будто если произнести ее, то тут же навлечешь проклятие. Никто из вас не был готов ее произносить. Необъяснимый страх брал вверх от осознания, какой вес ответственности вложен в обычные три слова.Вы старались проводить свободное время вместе, ловили любую возможность хоть невзначай дотронуться друг до друга. А взгляды... Сколько в них таилось самых сокровенных, ярких и сладострастных чувств. Такой химией не каждый человек сможет похвастаться.А вспомнить то, как, спрятавшись в пещере, вы слились в ненасытном поцелуе...

Солнце медленно склонялось за горизонт, когда Вы ступили на порог кухни. До сих пор не могли свыкнуться с мыслью, что окажетесь там, куда не ступали остальные. Так еще не по собственной прихоти, валяясь в ногах с мольбами, а по просьбе. Хоть какую-то привилегию получили в этом мрачном месте.Отдаваясь тяжелым гулом в висках, сердце билось все быстрее и быстрее. То ли оно реагировало так на предвкушение, то ли от осознания, что на кухне будете только вы и Эллиот...Кстати об Эллиоте. Половицы жалобно проскрипели, под тяжестью тела, уведомив о приходе, а Вы на всякий случай постучали в дверную коробку.

- Эй! Эллиот! Не опоздала? - улыбка сама появляется на лице, когда в поле зрения оказывается местный хилер. В грудной клетке растекается тепло, а тревога любезно уступает место радости.[BR]Вы медленно заходите в кухню, но от дверного проема далеко не отходите. Мнетесь на месте в ожидании приглашения.

- О, Т/И, ты вовремя! Заходи, - Эллиот отворачивается от раковины стоило услышать родной голос. Он наспех вытирает мокрые руки о фартук.Блондинистые, чуть кучерявые волосы собраны в низкий хвост. Некоторые пряди все же выбивались из общей картины, но это прибавляло некий шарм трудоголику. Привычного чепчика не виднелось.Форма, несмотря на постоянные проверки прочности, сохраняла опрятный вид: ткань приятно отдавалась запахом кондиционера, выглаженная с иголочки. Даже не скажешь, что она многое повидала в матчах.Под лучами вечернего солнца глаза Эллиота становились подобием драгоценного камня, с азартом искрящегося всеми оттенками янтаря. Как бездна, они притягивали все внимание к себе.

Лишь после отведенного в сторону зеркала взгляда в попытках понять, что такого с внешностью, Вы осознали, как неприлично долго смотрели. Пришлось выкручиваться, старательно всматриваясь в каждую деталь кухни.

Средних размеров кухня выглядела довольно комфортно. Пахло специями и хлоркой. Необычное сочетание запахов, но вполне логичное.Широкие окна поместились на противоположной от двери стене, благодаря чему помещение казалось визуально больше.Вдоль периметра кухни и в ее середине в виде островка стояли тумбы. На центральных расположились ингредиенты для предстоящей готовки: мука, коробка с яйцами, пара пакетов с молоком и так далее. Но самым примечательным была бутылка шампанского.Эллиот заранее позаботился о готовке заранее. И о времяпровождении не забыл.

- Я до последнего не могла поверить, что ты согласился на совместную готовку!

- Хотел раньше предложить, но ты то с Шансом, то с Нубом. Отвлекать не хотел, - Эллиот разминает затекшие плечи. Поясницей опирается о столешницу, а на груди скрещивает руки от незнания, куда их деть.

- Я подумал, что хорошей идеей будет приготовить пиццу! Ты как-то упоминала, что хотела научиться ее делать.

- Как понимаю, шампанское - особый ингредиент для нее? - Вы хохочете, но душа расцветает новыми красками. Стало так приятно, что такую мелочь, как желание научиться готовить, Эллиот запомнил.

- Все возможно, - Эллиот смеется. Бутылка шампанского оказалась в его руках.Алкоголь Вы не особо приветствовали, но отказать не смогли. Атмосферу и старания парня портить не хотелось.В отличие от сладких газировок, алкоголь отдавался горечью, жжением в груди. "Алкоголь пьют не для вкуса. Его пьют для приятного шума в голове и веселой атмосферы"- так твердили взрослые, но Вы так и не смогли их понять. Вместо красочных ожиданий о хорошем настроении наступала давящая серость, подобно грозовым тучам на ясном небе. Голова забивалась кучей ненужных мыслей, а в груди скрежетала тоска.Но не будет же такого эффекта от пары глотков игристого, верно

Мюзле отлетает на стол, а на пластиковую крышку накидывается кухонное полотенце. Эллиот прищуривается, пытаясь открыть бутылку.В памяти невольно проскользнуло воспоминание, когда открытие алкоголя предоставлялось отцам или дедушкам. Они чувствовали себя гордыми, будто не бутылку открывают, а целую фабрику.Громкий хлопок от вылетевшей пробки быстро возвращает в реальность.Шампанское, золотистое и сладкое, тихим шипением разливается по бокалам. Пузырьки оседают, хоть до этого норовились выплеснуться за стенки.

- За наше знакомство, Т/И, - Эллиот чокается своим бокалом о Ваш.

- За наше знакомство, Эллиот, - Вы киваете.Шампанское несмотря на приятный конфетный запах отдавалось горечью во рту и последующим жжением. Пузырьки щекотали язык. Пришлось приложить много усилий, чтоб не скорчить глупую гримасу.Содержимое в бокале Эллиота исчезает за пару глотков.

- Тебе так сильно выпить хотелось? - Вы шутите и склоняете голову в бок.

- Эй, что за вопросы? - отвечает вопросом на вопрос парень, глухо посмеявшись. Большим пальцем он вытирает уголки губ от влаги.Кажется, пару глотков шампанского начали действовать на неопытный ум. Или же это психосоматика так проявилась: всю скованность как рукой начало снимать.

- Ну и отлично! Итак. Готовка пиццы, на самом деле, одно из самых легких занятий. Правда, не тогда, когда надо приготовить порядка двадцати за час, - парень чешет затылок.

- Для начала нужно замесить тесто, - Эллиот любезно указывает кивком в сторону ингредиентов, - Возьми дрожжи и разбавь их в воде. Не нужно ничего отмерять, все сделано

Оставалось следовать указаниям новоиспеченного учителя. Кастрюля в руки и погнали.Готовка не была тем, чем Вы могли без зазора похвастаться. Простые блюда, вроде макарон и гречки, считались неимоверным достижением. Если они еще и сварены, а не пожарены или съедены в сухую - смело можно идти в программы подобия "На ножах" и занимать первые места.По сути, все творения высшей кухни - попытка удивить вкусовые сосочки. Желудку все равно: попадет в него запеченный кальмар, заправленный йогуртовым соусом, или жареная картошка. Люди стараются разнообразить серую массу событий, называемую жизнью.По-настоящему сытная еда не занимает почти времени, которое и так на вес золота.На самом деле это пустые отговорки. Вам лень готовить заморочистые блюда.

Маленькими шажками приготовление пиццы двигалось к завершению. Замешивать тесто, как и говорилось, было проще пареной репы.Пока дрожжи набухали, Вы натирали пласт сыра. На некоторых фалангах ведущей руки уже виднелись пластыри с кровоподтеками. Настолько увлекательное это дело - терка, что не сдержались и решили добавить свою частичку в блюдо. Как говорится, "Чтоб блюдо стало по-настоящему вкусным - добавь свою частичку".Эллиот, стоя рядом, нарезал остальные продукты. Нож чуть ли не парил в искусных руках, так ловко выходило им управлять. Ритмичный стук лезвия о доску Неудивительно, несколько лет запарной работы в пиццерии не прошли даром.

Нож, словно масло, входит обратно в стойку, оглашая конец нарезки. В стороне от Вас расположились выстроенные в ряд тарелки со слайсами ветчины, помидоров и грибов.Эллиот упирается спиной в столешницу. Еле заметный, но тяжелый выдох невольно вырывается из его груди. Казалось, он хотел о чем-то поговорить, но в последние секунды отнекивался. Вы могли лишь смотреть краем глазом за происходящим.

Эллиот обнимает со спины и укладывает подбородок на плечо. Его руки с особой нежностью обвивают стан, а пальцы несильно впиваются в кожу.Он наблюдает за каждым движением, будто контролирует, прижимается плотнее. Тепло чужого тела было чуждым, но в то же время приятным.Ваши щеки становятся пунцовыми, в голове появляется множество мыслей.

К девственно чистой шее примыкают мужские губы. Они чуть сухие, прохладные.Кожа - холст, поцелуи - кисти, жаль, без краски.В каждый поцелуй вкладывалось восхваление, некое приравнивание к Божеству, в котором находится весь смысл. Это акт милосердия. Акт любви.Так ли себя чувствуют Тайм, когда говорят о Спавне?

- Эллиот?.. - Вы прикусываете нижнюю губу, когда хватка парня на талии лишь усилилась. Одна из ладоней укладывается на мужскую руку, сжимая ее от волнения.

- Ай! Больно! Да чего ты? - укус в тыльную сторону шеи быстро приводит в чувства. Он ярко контрастировал с теплыми поцелуями. Багровое пятно - следствие пошлости, выступило моментально.

- Я тебя люблю, - Эллиот говорит тихо, чуть ли не шепотом, но в воцарившейся тишине все казалось громким.Три. Всего три слова заставили покраснеть.Грудную клетку распирает радость, но в нее искусно вмешана нарастающая тревога. Горошина под множеством перин.

Вы разворачиваетесь к Эллиоту.Глаза. Снова этот взгляд, но уже томный, мутный от переизбытка любви. Уставший донельзя.Внизу живота медленно завязывается клубок не самых чистых помыслов. Он тянет, просит развязать, заставляет задумываться о неприличных мыслях.

- Я. Тебя. Люблю.

Эллиот повторяет, но громче и с паузами после каждого слова. Ваше молчание воспринималось им нежеланием. Скулы на лице напряглись, взгляд стал более прищуренным, будто пытался уловить хоть какую-нибудь нить реакции.

Мысли превратились в вязкий кисель, а голова - в чан для них. Слова перестали связываться воедино.Вы как рыба - смотрите глазами по пять копеек и молчите. Кто б увидел со стороны, так рассмеялся.Секунды казались не минутами, а целой вечностью, колкой, холодной. Такого даже в раундах не происходило. Молчание затягивалось.

Ваша ладонь неосознанно укладывается на щеку. Блеклая, еще молодая щетина щекотала.Эллиот тянется навстречу, прижимается плотнее. Ласка сводила его. Точнее, Вы сводили с ума. Такая красивая, нежная, словно ангел, снизошедший с небес.Он трется, одаривает очередной охапкой поцелуев кисть. Притягивает за талию ближе, не давая отступить назад ни на шаг.Вам хотелось, чтоб этот момент длился вечно.

В голове крутилось сотня мыслей, как следует повести себя: поддаться страсти или же сохранить сокровенную нежность. Так страшно испортить момент. Все-таки, первый секс запомнится на всю жизнь.

Вы позволяете себе занять лидирующую позицию: приподнимаетесь на носочки и, под нарастающий гул в висках, накрываете чужие губы. Они мягкие, горьковатые от шампанского.Целоваться Вы не умели, лишь из фильмов имели поверхностные знания. Потому решили довериться судьбе: пусть, что будет.Эллиот, сгорая в ожиданиях, отвечает. В отличие от Вас, его поцелуй умелый. Это как инструкция для новичка, к которой нужно прислушаться.

Эллиот усаживает Вас на столешницу, толкнувшись ближе. Высота тумб позволяла воплотить развратную мечту в реальность, а именно - отыметь Вас на высоте.Ладони скользят по внутренним сторонам бедер и поднимаются к груди.Подол кофты задирается до подбородка, открывая обзор на спрятанную под лифом грудь. Под кружевами выступали вставшие от возбуждения соски. Трение ткани белья отзывалась жутким дискомфортом.Вы почувствовали себя знатной извращенкой, когда взгляд Эллиота с соблазном скользнул по показавшимся очертаниям.

Лиф спускается ниже положенного, обнажая наготу на всеобщий взор.Пристальный взгляд долго блуждал, с великим упоением пожирая каждый миллиметр открывшегося места. Некогда невинные щенячьи глазки отражали томящуюся похоть. Точно перед Вами привычный Эллиот, который покрывался краской от каждого неловкого момента?

Одну из грудей жадно накрывают губы. Горячее дыхание опалило и без того чувствительную кожу.[BR]Низ живота пуще прежнего заныл в попытках заставить перемотать прелюдия на более пикантные сцены. Получить разрядку стало приказом, нежели мимолетной просьбой. Клубок из спутавшихся желаний жалил, издевался по полной.

Эллиот как кот: вылизывает тщательно, до чистоты. Его язык - влажный и шершавый, выводит круги по темному ореолу, "случайно" проходясь по соску, чтоб пососать его. Ему определенно нравилось, как Вы вздрагивали плечами и задерживали дыхание, лишь бы не издать стон. Тело податливо выгибалось навстречу рту парня.

- Засранец, - Вы бурчите, впиваясь ногтями в плечо парня в знак укора. Хотелось оставить пару царапин на этом наглеце. Пунцовый оттенок смущения багровел на щеках.

- Ты же девственница? - неожиданно спрашивает Эллиот, уткнувшись щекой в грудь. Его глазки, прищуренные, поблескивали в азарте.Самый обычный вопрос для такой ситуации, а как же внутри все сжалось. От чего-то стало стыдно, что за всю жизнь не было столь близких отношений, чтоб похвастаться статусом опытной женщины. Хотя, подарить свой первый раз Эллиоту - звучит отлично.Вам пришлось приложить много усилий, чтоб выдавить из себя тихое "да".

Мужские руки тянутся к Вашему ремню сразу после ответа. Грубая ткань джинсов спадает через считанные секунды, глухо брякнув бляхой о пол. Честно говоря, Эллиот хотел сорвать абсолютно все тряпки, которые скрывали Ваше тело от его глаз. Но что-то было чарующего в небрежно задернутой кофте и приспущенном лифе.Невесомый поцелуй остается на изгибах девичьих ключиц. Грубые пальцы скользят по очертаниям половых губ сквозь тонкую ткань трусиков. Поглаживания отзываются непривычно сильной пульсацией.От нарастающего смущения Вы кусаете фаланги пальцев. Сердце колотилось в груди и, как птица в клетке, просилось на волю. Адреналин бил с бешеной силой.Парень утягивает в краткий, но более требовательный поцелуй. Вкус алкоголя больше не чувствовался на языке, горечь превратилась в мягкое послевкусие. Неужели возбуждение так отзывается?

Мокрая полоска трусиков сдвигается в сторону. Половые губы, на складках которых поблескивала накопившаяся влага, так и манили вкусить запретный плод.Пальцы, указательный и безымянный, толкнувшись в них, плавно входят в лоно, медленно, с тихим хлюпаньем. Вы приглушенно хнычете. Жар растекся по низу живота, стоило узким стенкам влагалища растянуться, сжавши вокруг пальцев плотным кольцом. Эллиот двигался с особой нежностью. Он старался найти подходящий ритм, способный принести максимум удовольствия.Боль и наслаждение стали единым понятием. Похоть новыми красками расцветала внутри, а мысли о том, что будет дальше, лишь подкидывали масло в огонь.В порыве ласк Вы разводите ноги шире, открывая более хороший обзор на себя.

- Умница, - Эллиот шепчет на ухо слова похвалы, а Вы прячетесь носом в тканях его рубахи.Низ живота довольно быстро дает понять, что разрядка в любую секунду наступит. В ногах раздается дрожь, стремительно нарастающая с каждым толчком.Ладонями вжимаетесь в край столешницы, а тазом двигаетесь навстречу пальцам.

- Э-Эллиот, я... - Вы скулите, прикусив нижнюю губу.

Стоило Вам подать знак о готовности кончить, как пальцы выскользают из влагалища. Между ними образовалась вязкая ниточка соков, лопнувшая мгновенно.Внезапно наступившая внутри пустота откинула момент оргазма в дальний угол. Неудовлетворенность начала, как змея, измываться в досаде.Вы с непониманием глянули на Эллиота.

- Момент будет вкуснее, если оттянуть его, - парень улыбается. В чем-то он прав. Его улыбка пусть была заботливой, но в ней была некая нотка ехидства.До Ваших ушей доносится звук расстегивания ширинки, и Вы рефлекторно опускаете взгляд. Только сейчас заметили выпирающий бугорок в штанах. Кажется, Ваши тихие вздохи, полные непристойности, вызвали такую реакцию.Эллиот цепляет ткани и спускает брюки вместе с боксерами, обнажая каменный стояк. Его член был средних размеров, с выступающими и пульсирующими венками. На порозовевшей головке стекала смазка, источавшая едва уловимый мускусный запах.

В этом месте нет ничего, что могло бы защитить от нежеланной беременности. Наверное, в столь мрачном месте, где пытки и убийства стали рутинным делом, никто попросту не задумывался о совокуплениях. Но переживать не стоит. Спектр пускай носит титул настоящего самодура, но в лишней мороки не нуждается. Ему Кулкида со своими выходками хватает за глаза.

Эллиот проводит всей длиной по клитору, заставляя Вас ерзать на столешнице. Каждая венка, скользившая по чувствительному месту, вызывала бурю эмоций. Это была настоящая пытка: быть на пределе, но не получать разрядки. Венцом апогея становились ласки, прекращающиеся в самый нужный момент.Кто-то решил сыграть на девичьих струнах души и посмотреть, как сильно их можно натянуть.

Парень томно выдыхает, смотря, как часть Ваших соков поблескивают на его разгоряченной плоти. Одна мысль того, что текли Вы так от его ласк, сильнее разжигала и без того пылающую похоть.Набухшая головка члена упирается в лоно и медленно проникает внутрь, но сразу во всю длину.Грудной стон слетает с Ваших губ, и Вы выгибаетесь в спине, будто пытаетесь найти точку, в которой будет более-менее терпимо. По телу прошлась волна мурашек. Возможно лишь благодаря недавним прелюдиям боль была не такой сильной, чтоб испортить пряной вкус момента.Эллиот сдержанно хмычет и откидывает голову назад. Давящее тепло и нежность стенок воспринимались слишком хорошо, член уже готов был взорваться от удовольствия.

Мягкие толчки начинаются спустя секунды, сопровождающиеся ритмичным тихим хлюпаньем. Вы не можете сдержать стоны, от чего со стыдом кусаете губы.Эллиот укладывает ладони на Ваши бедра и сжимает их, правда, одна ладонь спускается, большим пальцем давя на набухший клитор.

- Опять будешь играться? - Вы грозно буркнули. В голосе слышались нотки обиды и недоверия, но Эллиот лишь игриво улыбнулся.В этот раз он не отстраняется: круговыми движениями массирует, иногда оттягивает не сильно. Стимуляция руками и нарастающий темп толчков свели низ живота моментально. Клубок нервов в очередной раз защекотал изнутри.Вы нервно скулите. Было страшно снова потерять возможность кончить. Напряжение в теле измучало, терпеть его больше не было сил.Эллиот ломал все страхи. В этот раз он доводит Вас и даже в блаженный момент продолжает удовлетворять.Оргазм накрыл с головой. Все меркнет перед глазами, а тело становится легче. В ногах гулом отдавалась дрожь. Вы протяжно стонете и прогибаетесь в спине, забывая как дышать. Удовольствие, как шампанское, искрилось внутри.На уголках глаз образовались слезинки из-за чрезмерного удовольствия.

Толчки нарастали с каждой секундой, уводя вас обоих в страстное соитие. Ритм сбивался, становился более скомканным, терялся среди стонов, как Вы терялись в сетях разврата. Понимали ли Вы ясность происходящего? Скорее всего нет, все плыло перед глазами, лишь звезды от оргазма мерцали.Эллиот громко вздыхает, стараясь не издать лишних звуков, и выходит из Вас. Только успел он это сделать, как с головки дрогнувшего члена выходит вязкое, еще горячее семя, которое пачкает вас обоих. Парень тяжело дышит, пот стекает с его лба. Ему было слишком хорошо.

- Мгх... Извини... - Эллиот неловко отводит взгляд в сторону, когда видит последствия, а Вы хрипло смеетесь с его смущения.Парень тянется в выдвижному шкафчику и вытаскивает салфетки. Он с заботой начинает стирать остатки семени с Вашей кожи.

- Считаю это лучшим туториалом по готовке пиццы, правда...еще ее надо запечь, сырую не съешь же, - Вы смахиваете слезинки с уголков глаз, - Хотя она могла бы запечься от наших... Ммм... Ладно, забудь.

- Это, скорее, секретный ингредиент был. Так сказать, чтоб блюдом было с привкусом любви, - Эллиот целует в висок. Ему так нравился неряшливый вид на Вас, который он навел.

- Аааа... Тогда можно у нас пицца будет каждый день? - Вы не сдерживаетесь и хохочете, пока Эллиот широко улыбается.

Сейчас было хорошо, все напряжение, скопившееся за время матчев, как рукой сняло. Наконец-то в этом ужасающем месте вы смогли обрести покой, найдя его друг в друге.