Глава 17

Bill ©Каждым новым утром, первая мысль, которая раньше приходила ко мне в голову была следующей: еще один день, и днем меньше остается.

Я так мечтал поскорее закончить школу и... забыть всех одноклассников как страшный сон. Но кто бы мог подумать, что все повернется ТАК...

... все повернется настолько круто, что я буду спать голым в одной кровати со звездой школы Трюмпером.

И, открыв сегодня глаза, я думал совсем о другом. Рядом Том, мы одни, нам хорошо. блаженно вытягиваюсь, кутаясь в теплое одеяло. Трюмпера рядом я уже не обнаружил, но я слышал его передвижения по дому.

Тут очень уютно, особенно после нескольких дней на голой земле. А кровать придвинута к самому окну, что от пола до потолка. За ним хорошо виднеется высокий сугроб и воющая метель, а так же тонкие и редкие лучи, пробивающегося сквозь серые тучи, солнца.

Я вздрогнул, когда на кровать за моей спиной упало нечто... тяжелое и приятно пахнущее.

- Каулитц, вставай, завтрак подан.- Том обнимает меня, разворачивает к себе:- Ты обслюнявил все подушки.

- Главное, что на тебя не попал...- голос со сна хрипит.

- Вот уж спасибо.- Он ведет пальцами по моей щеке. Молчит. Его губы искажены полуулыбкой. Красивый, черт! Еще мгновение и я чувствую его дыхание на своих губах, он замирает, ожидая, что я поцелую первым?

И я целую. И о чем можно думать, когда отдаешься всей душой человеку? Наверно малознакомому, но уже точно нужному и родному. И я не боюсь признаваться ему в этом. Обвиваю его шею руками, скользя ладонями по теплой коже. Еще секунда и он садится на колени, притягивая меня к себе. Прижимает к своему телу так сильно, что кажется, что мы уже почти одно целое. И сердце замирает, когда его ладони, уверено скользящие по моей спине, замирают на пояснице, будто не решаясь спускаться дальше. Я прикусываю его губку... и вот его пальцы, приняв укус за разрешение, прикасаются к ягодицам. И я не испытывал ничего более приятного, чем находиться в его сильных руках, ощущать его мощь и уверенность, отдаваться ему и принимать его нежность.

Физически Том очень ласковый, несомненно, он невероятно хороший любовник. У меня дрожь бежит по телу... любовник? Томас Трюмпер мой любовник? И я сильней впиваюсь его губы, перехватывая инициативу и врываясь в приоткрытые губы. Глубоко. В самое пекло его рта, лаская его язык, скользя своим языком по его зубам. Чуть дергаю его за брейды, заставляя склонить голову назад, и он подчиняется, позволяя мне полностью овладеть его телом. Я развожу свои колени в стороны, чтобы быть еще ближе к однокласснику. Расставляю их по разные стороны от сомкнутых колен Тома, уверено прижимаясь пахом к рельефному животу. Его ладонь скользит по линии позвоночника, спускаясь все ниже, а оказавшись на моей округлости, пальцы впервые так сильно сжимают мою ягодицу. От чего я громко вскрикиваю, разрывая поцелуй и откидывая голову назад. И губы, что я только что отпустил, ложатся на мою шею, Боже... как же Том хорош. Я готов разрыдаться прямо сейчас...

Я утыкаюсь лбом в его лоб, смотрим друг другу в глаза. Том спокоен и серьезен. И снова между его бровей появляется смешная, но милая моему сердцу складочка. Он думает о чем-то.

- О чем ты думаешь?- Тихо спрашиваю я, не дав Тому поцеловать себя.

- О квантовой физике...- резко смутившись, отвечает одноклассник, отворачиваясь. Я беру его лицо в ладони и вновь заставляю смотреть в глаза:

- А я думаю о том, что ты самый лучший. Ты - самое неземное, что случалось со мной. И пусть ты такой только тут, но я буду помнить тебя таким. Всегда, Трюмпер. Я думаю о том, что тут, в снежном плену, мы можем быть такими, какими нам хочется быть. Никто не узнает. И думать о том, о чем хочется. Разрешать себе все... Том...

Tom ©Знал бы ты КАКИЕ мысли меня мучают, Билли...

- Я думаю о тебе.- Признаюсь, потому что уже не могу противиться внутреннему желанию. Он прав, нам никто не помешает, никто об этом не узнает, почему я не могу быть честен с ним, а главное с самим собой?

- И что же ты думаешь?- Он красиво улыбается, тем самым вызывая мою улыбку.

- Думаю, что я слишком сильно ошибался в тебе. Считал тебя полным придурком, когда таковым оказался я. Думал, что ты ничтожество, хотя рядом с тобой таковым я чувствую себя. Ты намного лучше меня, Билл. Намного лучше большинства людей, которых я знаю. И... знаешь, снежный плен... я хотел бы задержаться тут подольше.

Признаваться в чем-то очень сложно. Говорить добрые слова тоже. Но рядом с Биллом я могу это себе позволить. Никто не посчитает меня слабаком, который опустился до слезливых признаний. И пусть, когда мы вернемся в тот мир, я никогда и не взгляну на Каулитца, но он будет помнить мои слова. И надеюсь, будет верить в них...

- Трюмпер...- кусает меня за подбородок.- Трюмпер...- трется кончиком носа о мою щеку.- Трюмпер, что же ты делаешь...- его голос сходит на шептание.

- Соблазняю тебя...- снова укладываю его под себя, опуская тонкое тельце спиной на простыни.

- Ммм...- урчит, сдвигая колени вместе, не давая улечься на него сверху.

- Стесняешься?- Веду ладонями по его бедрам,- значит, спать со мной голышом не стесняешься, а ножки раздвинуть стесняешься?

- Ну, Том...- смеется он,- ты тоже стесняешься и смущаешься... я же вижу...

- Я? Нееет!- Уверено отрицаю я, перехватывая ладонями тонкие лодыжки. Как же меня заводит этот брюнет...

- Том...- почти писк и явный испуг, что плывет в молочном шоколаде его глаз, когда я начинаю поднимать его ноги вверх, крепко сжимая лодыжки. А я лишь улыбаюсь, когда поднимаю тонкие ножки на уровень своих плеч. Теперь я могу смущать глупого одноклассника, разглядывая его интимности.

- Ты очень красивый тут...- небольшая попка, которую я уже успел полапать сегодня. Плотно прижатые друг к другу бедра, небольших размеров яички. И почему меня совсем не напрягает тот факт, что я сейчас разглядываю молодого парня? Может потому, что никто и никогда об этом не узнает? Мы тут вдвоем...

- Том...- теперь его голос больше похож на полустон.

- Тебя это возбуждает?- Я выглядываю за его ногами, пытаясь разглядеть милое личико. Билл облизывает пересохшие губы:

- Коснись... там...- его глаза чуть прикрыты, он смотрит на меня не совсем трезвым взглядом сквозь пушистые ресницы.

Я перехватываю лодыжки одной ладонью, это очень просто, у Каулитца они очень тонкие. Пальцами второй руки скольжу по стыку его сжатых ног, по ямке между ними, минуя голень, колени, дальше по изгибам ног к сомкнутым бедрам. Пальцы сами собой ложатся на сжатые яички, осторожно... как же я осторожен с Биллом. Тихий всхлип, и я вновь смотрю на часто вздымающуюся грудь своего новоявленного любовника. Сейчас я не церемонясь пробираюсь пальцами между ягодицами, туда, куда нормальные люди и смотреть не захотят. Но я же ненормальный. Тугие мышцы, сухие, но с невероятно нежной кожей. Я прикрываю глаза, устраивая обе ножки Каулитца на своем плече и утыкаясь лбом в колено одной из них. Пальцами продолжаю изучать чужое тело...

Целую Билла в колени и отпускаю его ноги на кровать, переставая трогать его, ложусь рядом, устремляя взгляд в потолок. Каулитц лежит рядом. И мы снова молчим. Нам совсем не о чем поговорить. Хотя смешно было бы, если бы мы сейчас начали обсуждать случившееся... да, и что обсуждать? Хотя, я бы хотел знать его мнение... его ощущения... но тогда и мне придется высказаться. А я пока не готов...

Только Билл склоняется надо мной, несколько секунд смотрит в глаза, улыбается и кусает меня за нос.

- Ой, больно...- пихаю его ладонью в плечо. Но Билл упорно молчит. Я обращаю внимание на его пальцы, что словно ножки человечка топают в направлении моего паха. По груди, по животу, смешно перепрыгивая ямку пупка, и останавливаются у почти невозбужденного члена. Дальше человечек будто раздумывает, куда ему идти дальше, а я вновь поднимаю взгляд на Билла и одобрительно ему улыбаюсь, тут же его пальцы осторожно касаются моего пениса...

Прикрываю глаза, стараясь унять свое волнение. Рука парня еще ни разу не ласкала мое хозяйство. Но я даже не сомневаюсь, что мне понравится. Выдыхаю и чуть морщусь, когда темные пряди ложатся на мое лицо, скользят по нему и срываются с подбородка, падая на ключицы. Слежу за тем, как Билл прижимается губами к моему соску. Сухие губы обхватывают темную горошину, чувствую тепло его ротика. Ладонь скользнула вниз, пальцами будто проверяя наличие яиц. Брюнет довольно сильно сжимает их, но я не чувствую боли, только легкий дискомфорт... Но пусть. И я развожу колени в стороны, а открыв глаза, встречаю удивленный взгляд карих глаз.

- Делай, что хочется...- выдыхаю. Билл улыбается.

Наверно я не чувствовал себя так никогда. Это очень стыдно. Правда. Даже, когда понимаешь, что никто не узнает, что Билл ничего плохого не сделает... просто, его пальцы так внезапно оказались там, где я-то себя трогаю только когда... черт... ну... и я по-любому краснею. И не хочу открывать глаза. Сухие губы ползут по моей щеке:

- Ты там такой горячий...- зажмуриваюсь, когда чувствую давление на анус, как-то само собой получается, что я сжимаю колени, рука Каулитца оказывается зажатой между ними. Еще несколько мгновений несколько пальцев весомо скользят по моему самому интимному месту, иногда почти проникая внутрь, но останавливаясь, будто боясь сделать что-то без разрешения. Его ладонь возвращается на мой член, чуть сжимает его и ползет дальше по животу, выше, к самой шее...

- Мне нравится, когда ты смущаешься...- его шепот и легкое касание губами моего виска. Ложусь набок и утыкаюсь лицом в подушку.

- Каулитц...- бурчу,- идем уже завтракать...

Да, я смущаюсь. Но кто бы ни смущался на моем месте?

В этом домике нет электричества, зато есть несколько керосиновых ламп и настенных фонарей на батарейках. Сейчас день, если бы быть точным - три часа дня. Как же я рад часам. Теперь я снова ощущаю движение времени. Там, в пещере, мне казалось, что время стоит на месте. Единственное, что доказывало обратное - смена дня и ночи, рассветы и закаты. Сейчас за окном метель, настоящий буран. Как же я рад, что я нахожусь в тепле.

После завтрака я решил привести себя в порядок: сбрить недельную бороду. Пока я возился сам с собой, Билл крутился на верху: мыл полы, протирал пыль и пообещал, что сможет привести нашу одежду в божеский вид. Ходить в халатах хоть и довольно удобно, но мне все-таки не очень комфортно, когда у меня там между ног что-то болтается.

Было странно услышать чужой голос в основной комнате. Я уже подумал, что нас нашли и кинулся наверх, но сильно обломался, когда увидел, как довольный брюнет сидит перед небольшим радио.

- Я нашел его в тумбочке, когда убирался в туалете.- Объясняет он, оглядываясь на меня.

- Круто...- да уж, разочарование.- Я уже подумал, что тут кто-то чужой... а это всего лишь голос радио ведущего.

- Красивая песня...

Подхожу к Биллу, укладываю руки на его талии:

- Это Red - Hymn For The Missing... хорошая песня. Потанцуем?