Глава 12

Билл проснулся от жуткого холода и такой же жуткой головной боли. На улице было светло, но до сих пор была слышна вьюга. Юноша поморщился. Все произошедшее не оказалось сном. Вещей Тома не было, а спину предательски морозило.

- Том...- его тихий всхлип. Где-то недалеко послышался волчий вой. Билл и до этого слышал тут волков, но сейчас по-настоящему их испугался. Ведь, скорее всего, они съели Тома... Тома больше нет.

Огромная черная дыра растягивалась в душе парня. Потерять Тома сейчас, значит, потерять огонь, который кстати уже давно потух. Но Билл будто на автомате берет ветки и пытается снова развести костер...

- Ты придешь, и тебе нужно будет тепло...- шепчет брюнет, стирая с лица мокрые дорожки.- Ты вернешься...- его голос хрипел.- Ты обещал.- И боль сжимала его сердце... чудес не бывает... а серый волк неспроста крутился возле иж жилища...

Что же случилось с Томом?

- ТЫ ОБЕЩАЛ!!!- Орет Билл и откидывает от себя зажигалку,- ТРЮМПЕР! ТЫ ОБЕЩАЛ!!!- Он зло смотрит на черное месиво в кострище. Дорожки холодной боли бегут по его телу. Нужно бы согреться, надеть куртку, развести костер...

- Не хочу...- Билл шмыгает носом и отодвигается от костра.

В его мыслях правил хаос. Чувства затмили разум. Сейчас он горько пожалел о том, что отпустил Тома. Конечно, он даже подумать не мог, что одноклассник в порядке, например, нашел помощь и уже направляется к нему... его тело сковал холод. Почему-то Билл вдруг осознал, что чувствует к Тому какое-то невероятное тепло, которое до этого ни разу не испытывал. Пусть Трюмпер и был сволочью, но он был... порядочной сволочью. Да и Том был его последней надеждой на спасение. Билл понимал, что его одного, если бы он один отбился от класса, никто искать бы толком не стал. Только местные службы спасения. А у Тома отец влиятельный человек, он не оставит сына тут... когда мама Билла навряд ли чего смогла бы добиться. У нее нет ничего - ни связей, ни денег...

Билл сидел и смотрел на куртку, которая лежала на пледе, где парни провели последние ночи. И мозгом он понимал, что нужно надеть куртку, нужно развести костер, согреться... но не мог. Перед глазами стояла ужасная картина гибели Тома. Пришло время признаться себе в том, что Трюмпер стал для него той спасительной тросточкой, которая хоть как-то заставляла его бороться за свою жизнь. А сейчас? Сейчас он винил себя во всем. Это он начал разговор о самостоятельном спасении... это поэтому Том придумал осматривать прилегающие к их берлоге территории. И Каулитц должен был настоять, должен был пойти с Томом.

Билл не знал, сколько он сидел вот так, глядя на погасший костер и куртку. Он уже не чувствовал холода, потому что для этого нужно чувствовать собственное тело, чего он уже не мог. Он не моргающими глазами осматривал когда-то теплое ложе, вспоминая трепетные прикосновения Трюмпера, и ловил себя на мысли, что готов отдать все за глупого одноклассника. Его начало клонить в сон. Билл знал, что если уснет, то все закончится. Поэтому и не сопротивлялся непрошеной усталости и желанию отдаться в царство Морфея.

Но не тут-то было. Если Трюмпер обещал сжечь Билла за потухший костер, то он сдержал обещание. Обещал накормить Билла на силу орео - накормил. И если Том обещал, что он вернется, то он вернется!

Билл только что провалился в приятный, напольный желанным теплом сон, как чей-то громкий голос, вкупе с сильными руками, начал нагло вытаскивать его из сонного забытья.

- КАУЛИТЦ!!!- Непонятно откуда взявшийся Том, трепал спящего юношу за плечи, одновременно пытаясь снять с себя промокшую от снега куртку.- Придурок! Очнись! Очнись же ты!- Он бросился к костру, доставая из рюкзака зажигалку и теплое одеяло.- БИЛЛ!- Не переставал звать одноклассника. Он знал, главное - не подаваться панике. И огонь загорелся достаточно быстро. Том сбросил с плеч куртку и прижал к себе тонкое тело, усаживаясь у костра, заворачиваясь вместе с ним в теплое, пуховое одеяло.

-Билли...- Том водил кончиком носа по холодной щеке,- Билли, прости.- Пульс у парня был - Том проверил. Значит нужно было просто согреть этого придурка, чем сейчас Том и занимался, осторожно укачивая того на своих руках.

Bill ©И я слышу его мерное дыхание. Даже чувствую его тепло. Наверно я умер. И теперь он снова рядом. От этого становится больно. Неужели, даже тут, в потустороннем мире, мы будем чувствовать боль?

Не важно.

Я столько лет боялся делать то, чего хотелось больше всего на свете. И теперь, когда я потерял право на жизнь, я вдруг осознаю, КАК глупо себя вел. Все эти оскорбление меня и моих родителей... почему я не затыкал этим уродам рот? Почему боялся показать свою силу? Прав был Том, меня пинали все только потому, что знали - не дам сдачи и сопротивляться не буду.

- Каулитц... ты такой придурок... я тебя ненавижу...

Даже тут он не способен любить меня.

- ...что ты за безмозглое существо такое...

Точно безмозглое. Я ведь отпустил тебя...

- Я же пообещал, что вернусь.

И я верил. Том... Том... чувствую уже почти забытое тепло. И запах родного теперь уже человека. Разве духи могут чувствовать все это? И почему так темно? И как найти Тома? Он близко - чувствую. Но не могу увидеть его кофейные глаза. А увидел бы, сказал ему, что он был прав. Я трус и я жалок. Но я бы больше не был таким. Я бы перестал бояться... я бы отстоял свое право на жизнь...

- Каулитц...- его голос. Я чувствую ком в горле. И снова чувствую противоречие: если я умер, когда уснул в холоде, то почему я еще чувствую себя человеком? Почему снова чувствую его полные губы на своей щеке...

- Трюмпер...- я даже говорить могу. Объятия становятся крепче. Его сильные руки с новой силой стискивают мое тело.

- Каулитц, я ненавижу тебя...- его тихий, теплый и родной голос,-... ты такой проблемный! Ты портишь жизнь всем...- будто в «подтверждение» своих слов, его пальцы ласкают кожу моей головы. Почему я до сих пор все это чувствую.

- Я умер...

Tom ©- Ты придурок...- Трясу его за плечи до тех пор, пока он не открывает глаза. А когда на меня наконец-таки смотрят золотые плошки, я довольно грубо выдаю:- Каулитц, ты такой придурок! Ты просто невыносимый эгоист! Какого хрена ты тут делал? Что трудно было куртку надеть и в костре огонь поддерживать? Ты уже не первый раз так «умираешь». И если бы не я...- осекаюсь.

- Том?- Его глаза увлажняются, а в мою руку и бок вдруг цепляются его руки.- Ты жив?

- Жив! И ты... благо, что я вовремя вернулся.

- Вернулся...- он чуть улыбается.- Я думал, что ты...- он начинается захлебываться в слезах.- Я думал... там волки... метель... а тебя нет. Ты не вернулся... и ночь. И я искал. Я звал. Я так испугался... я не хотел... я охрип. И было так холодно. И я не мог больше тебя звать. Ты не отзывался... я вернулся... я... Том... я...

- Тшшш...- прижимаю палец к его приоткрытым губам,- все хорошо. Я тут... эй,- глажу его по щеке,- Билл, все хорошо. Я дошел до дороги, я нашел небольшой домик. И я провел эту ночь там. А завтра на рассвете мы оба туда пойдем. Тут незачем оставаться. Переждем там метели... там тепло, там в погребе есть овощи: картошка, лук, морковка. Там есть и компоты в банках. Билл, мы уйдем туда... мы теперь обязательно спасемся...

Он осторожно касается моего лица, последние слезы ползут по его щекам. Почему я раньше не замечал того, насколько он хрупкий и ранимый. Почему я не понимал, что это все не жалость к нему... это другое. Я не жалел его, я просто видел его ранимость и беззащитность, но принимал это за жалость. Он так красив...

- Ты прав...- его тихий голос,- я никогда не защищался. Но я буду...

- Билли, я...- я так спешил к тебе... для этого... не проговариваю, но совершаю...

Осторожно цепляюсь губами за его нижнюю губу. Потому что хотел так. Даже теперь, зная, что шансы на спасение возросли. Я легко провожу по теплой губке язычком, одновременно сжимая ее, пробуя ее упругость собственными губами. Билл огромными глазами смотрит на меня... будто спрашивает: «что ты делаешь?!». А я не знаю. Я так хочу...

И не разрывая зрительного контакта, я продолжаю трепать его сухие губки. Я почти целую, только медленно, часто отстраняясь от объекта вожделения. И когда я, чуть осмелев, веду языком меж его губ, Билли тихо ойкает, что вызывает улыбку:

- Это поцелуй...- почему-то шепчу я. Он кивает. Испуганный такой, будто я не ласкал, а ножом угрожал. В свете смертельного пламени его щечки снова становятся красными.

- Том...- его хрип.

- М?- Трусь кончиком носа о его носик.

- Мы же... парни. А я никто рядом с тобой...

- Первое меня не волнует уже, а второе... я не хочу, чтобы так было. Билл...

- Трюмпер...- прикрывает глаза, когда я замираю в нескольких миллиметрах от его губ, будто не решаясь сделать последний шаг. Согреваю его губы дыханием и жду, что он сам потянется ко мне... его одинокий вздох и его губы осторожно приникают к моим. Прикрываю глаза, полностью отдавшись тем эмоциям, которые накрывают с головой, как та лавина, что свела нас вместе. Так же внезапно, но не так осторожно и трепетно, как это делает брюнет. Он просто тыкается ртом в мои губы... да, он не умеет целоваться И я сам вбираю его губки, увлекая одноклассника в поцелуй... Боже, как же это ярко. Понимать, что я у него первый. Что эти губы чисты... вот же черт... о чем я? Что с тобой происходит, Трюмпер...

И с каждой минутой он ласкается все уверенней. И вот я рискую... осторожно проникаю языком в его рот, широко раскрывая губы и выдыхая, дурея от теплого пространства рта. И Билл тихо всхлипывает, обвивая мою шею и чуть надавливая ладонью на мой затылок. Его пальцы впиваются в брейды, чуть оттягивая их. Я углубляю поцелуй, осторожно укладывая Билла спиной на наше импровизированное ложе. Его нога тут же перемещается мне на бедро. Почему-то мне кажется, что этот мальчишка будет шикарным в постели...

И его язык почти переплетается с моим, обмениваясь небывалым в этом холоде жаром. Приоткрываю глаза и умиляюсь... Билли с такой гаммой чувств на лице отдается моему поцелую. Толстые брови сведены к переносице, на лбу виднеются очаровательные складочки. Ресницы, черные и пышные, чуть подрагивают. Он вдруг открывает глаза... сталкивается со мной взглядом и... отстраняется... склоняет голову набок.

- Ты чего?- Внимательно разглядываю его лицо.

- Ты так смотришь...

- Ты очень красивый...- провожу пальцами по подбородку, заставляя Билла смотреть мне в лицо.- И... мы же тут вдвоем... в снежном плену...

- Трюмпер...- как-то жалостливо тянет он и утыкается носом в мое предплечье.

- Я понимаю, что это странно. Я никогда не целовался с парнем... но... почему бы и нет? Я горд тем, что я первый...

- Заткнись...- Билл смущается... а я не могу не улыбаться, подмечая это.

- Ну, признайся, что гладя на трахающихся мужчин в порно ты хотя бы раз да задумывался о том, чтобы самому так попробовать...- он вздрагивает в моих руках. Поднимает на меня глаза:

- Я ж тебя задушу...- мгновение и его руки сходятся на моей шее. Но не сильно... слабая хватка, а я мурлыкаю и снова срываю с его губ стон, впиваясь в них. Этот поцелуй более страстный... Билл с возрастающим остервенением впивается в мои губы, немного нелепо пытаясь меня укусить. И я отстраняюсь:

- Ну, скажи...- тяжело дышу, поцелуй нарушил мое дыхание,- ты думал... ну, о таком сексе...

- Том...

- Скажи...- ласково смотрю в его смущенные глаза. Он отводит взгляд и тихо произносит:

- Да... и не раз...

Я внутренне ликую, но внешне пытаюсь сохранить спокойствие:

- Расскажи мне...- выдыхаю ему на ухо,- расскажи... ну...

- Сначала ты...- пальцы его правой руки снова сжимаются на моем горле. Меня возбуждает такая внезапная грубость. Грубость - будто желание подчинить.

- Ну, я... я не знал с кем... просто...- сложно в таком признаваться, даже когда каждое слово по теме увеличивает возбуждение.- Я просто хотел... что бы я... вставил... а потом мне...- сбивчиво дышу, прижимаясь губами к его уху.- Черт... теперь ты...

- Я...- его голос дрожит, а я сжимаю в пальцах его подбородок, заставляя смотреть в мои глаза. Хотя сам не мог говорить о таком, глядя в его лицо.- Я думал о мужчине... с красивым телом... о его руках, да...- он, от чего-то, начинает дрожать,- о сильных, крепких и невероятно красивых руках.- Прикрывает глаза, будто отдаваясь фантазиям.- Я так хотел почувствовать его в себе, что однажды проник в себя карандашом...- он выгибается, крепче прижимая свое колено к моему бедру.

- Дальше...- умирая от небывалого наслаждения, прошу я, чувствуя, как каждое слово Билла отдается новой бабочкой в моем животе...

- Трюмпер...- его руки по-новому обняли меня,- Трюмпер...- глаза в глаза... он целует меня. Глубоко. Нежно. Тягуче. И отстраняется...

- Ты быстро учишься...- улыбаюсь, поглаживая теплую кожу за его ушком.- Билл, мы... если ты не против... мы можем...- его глаза расширяются, черт, да я сам начинаю краснеть.- Ну, давай попробуем...

- Тут?- Он нервно кусает свои губы.

- Нет... там, в том домике... там... давай?

- Ты покраснел...

Его слова бьют током. Я будто ничего странного не испытываю, но вот он я... прошу парня переспать со мной. Этот снежный плен...

Сажусь. Выпутываясь из его рук. С чего я вообще такое придумал? Ну, поцелуи это одно, а секс - другое. С чего я взял, что Билл не откажет? Да и имею ли я права делать это с ним? Я же понимаю, что когда мы вернемся к нормальной жизни, а это точно случится, этого всего не будет. Я не буду с ним спать... а тут... почему бы тут не попробовать? Тут мы одни... заняться все равно нечем...

- Только пообещай, что ты об этом никому не расскажешь...- его тихий голос. Поворачиваюсь к нему. Он тоже садится.

- И ты... никому.- Он кивает, смущено улыбаясь.- Ну, тогда мы с тобой...

- Переспим?- Его голос срывается на хрип.

- Да...- а мой голос вообще сходит на шепот...

Мы отворачиваемся друг от друга. Я один себя сейчас полным идиотом чувствую?

Bill ©Мы будто сошли с ума. Оба. Наверно со стороны это все смотрится вообще глупо. У меня ноги сводит от нервов.

Я только что договорился о сексе с одноклассником.

- В общем... я принес поесть. И одеяло. Там, в доме... там есть все. В небольшом подвальчике есть даже горячий источник. Можно помыться...- как-то резко съезжает он с темы. Наверно самое странное то, что еще полчаса назад я думал, что умер. А несколько минут назад я согласился на секс с Томом. Нормально... при том, что мы совсем не порадовались тому факту, что нашли путь к спасению. Я так наверно даже немного расстроился. Ведь, когда нас найдут, я уверен, Том будет делать вид, что между нами ничего не было... эта мысль меня печалит. Я ведь уже что-то чувствую к Тому. А он? У него просто интерес к сексу... ладно, нужно просто смириться с этим...

- Вот...- Том подает мне что-то завернутое в фольге.- Это картофель...

У меня странно трясутся руки, когда в мои ладони ложится еда. Чувствую, как увлажняются глаза. Неужели мы спасемся? Слеза катится по щеке и я чувствую ее тепло. И так легко... вдруг становится очень легко.

- Ты чего?

Испуганный голос одноклассника... поднимаю глаза, гляжу в его взволнованное лицо.

- Спасибо.- Почему-то шепчу и лезу к нему обниматься.- Спасибо, что ты рядом. Что не оставил. Я чувствую такую легкость. Господи... Том... Трюмпер... спасибо...

Он безмолвно вздыхает и обнимает. А я могу только улыбаться. Что это? Что происходит между нами...