27 глава от имени Леонаса

I love me until I don'tСначала люблю, потом — ненавижуMy apologies for looking on your historyПрости, что проверяю твою историю браузера,I'm trying to let it goЯ пытаюсь перестать...Baby, I'm jealousМилый, я ревнуюOf the pictures that you likeВедь ты лайкаешь чужие фоткиBaby, I'm jealousМилый, я ревную

- Из песни "Baby, I'm jealous" от Bebe Rexha

   Я не доверяю этому Лиаму.

   Он не смотрел на меня с вызовом, стоя возле моей жены. Даже близко нет. То, что он посмел стоять возле моей жены уже выглядело, как красная тряпка, пропитанная запахом крови для меня.

- Леонас, твоё напряжение заполняет всю машину, - послышался голос Шарли возле меня.

   Я проигнорировал её, потому что боялся сказать что-то о чём я могу пожалеть. Она удивлялась, почему я напряжён? Мои чувства даже мало были похожи на ревность. Скорее - чистое и неподдельное собственничество.

   Меня продирало до дрожи при мысли, что какой-то ублюдок был вознаграждён прикосновением моей жены.

   Шарлотта была красивой девушкой. Только слепой мог этого не заметить. Я в жизни не поверю, что её так называемый друг, никогда не замечал этих выразительных голубых глаз, этого тела супермодели и её пухлых губ, которые дразнили своими дерзкими словами.

- Ты знал, что я дружу с парнем, - снова попыталась завязать разговор Шарлотта, возможно, обвиняя меня в моей эмоциональной реакции.

Мои пальцы играли по рулю, а кулак прикрывал рот, будто подсознательно пытался сдержать любой порыв слов, угрожающий вырваться с моих уст.

- Да, но я не помню, чтобы ты говорила, что прикасаешься к нему, - выдавил я сквозь стиснутые зубы.

Не помогло.

   В моей голове до сих пор отпечаталась картина её ладони на его груди. Не удивлюсь, если этот ублюдок потом решит не стирать свою чёртовую рубашку после этого.

Я был женат на Шарли больше месяца. Делил с ней одну постель и она до сих пор время от времени стеснялась меня и краснела от моих шуток или прикосновений.

Меня злило то, что другой парень знал её более беззаботную сторону, которая была незнакома мне, которую она предпочитала прятать от меня под семью замками.

   Из Шарлотты вырвался одновременно удивлённый и гневный вздох.

-  Ты невероятен! Это было невинное прикосновение, - принялась оправдываться она.

- Лучше ему оставаться таковым, если ты не хочешь, чтобы твой драгоценный друг пострадал, - выпалил я.

Я не любил показывать Шарли свою жестокою сторону, зная, что она не выросла в тех условиях и с теми установками, что и я. Даже, не так, как мои сёстры, которые тоже были защищены от кровавой стороны нашего бизнеса.

Но я злился.

Я не любил лишаться контроля, а Шарлотта играла на струнах моего терпения, ища спусковой крючок своими умелыми пальцами.

- Ты не посмеешь что-то с ним сделать, - после недолгой паузы выдавила сквозь зубы Шарли. - И вообще, это я к нему прикоснулась. Возмещай весь свой гнев на мне.

   Я застыл, даже не припуская мысль о таком.

Как-то навредить Шарлотте? С момента нашей помолвки я обещал своей жене, что никогда не посмею переступить грань, в которой сделаю ей больно, наврежу ей. 

Меня не воспитывали, как мужчину, который может воспользоваться своими физическими преимуществами перед женщиной.

Особенно перед той, которую я должен защищать ценной своей жизни и даже от себя, если того требует ситуация.

- Я объясню тебе, жена, если ты ещё не поняла, - я продолжал смотреть в окно, даже не кидая глаз в её сторону, боясь, что только взгляд на её большие голубые глаза мог заставить потерять меня всю решимость и стальные нотки в моём голосе. - Ты можешь раздвинуть свои ноги перед любым ублюдком, но пострадает всегда он, - я покачал головой. - Не ты.

Я снова услышал резкий вздох Шарли и в моменте понял насколько сильно я переборщил со словами.

- Не смей так со мной разговаривать, - отрезала она. Я мог увидеть периферийным зрением, как высоко она подняла подбородок и как плотно поджала губы. - У тебя есть дурацкая привычка разговаривать со мной, как с шлюхой, когда ты злишься. Но твой гнев - не мои проблемы.

   Я замолчал, зная, что она была права. Я не хотел её обидеть или задеть своими словами, но учитывая то, что я никак не мог выпустить свою злость в действие, поэтому она выражалась острыми, как лезвие словами.

   На языке крутилось извинение, потому что я действительно не имел право так разговаривать со своей женой, но гордость сдержала его.

- Я не разговариваю с тобой, как с шлюхой, - пробормотал я, пытаясь успокоиться. - Я показываю тебе, что даже при самой жёсткой ситуации, я никогда не причиню тебе вреда.

Шарлотта замолчала на пару секунд. Я чувствовал, как шестерёнки в её голове крутились, пытаясь выдать достойный ответ.

- Я не сделала ничего плохого, чтобы вызвать в тебе гнев или ревность, Леонас. Чёрт, - она громко вздохнула, - ты первый мужчина, который вообще видел меня голой и продолжаешь ревновать к тому, что возле меня просто стоит парень. Представь, что было бы, если бы я решила начать ревновать к тому гарему, который у тебя был до меня?

- До тебя, - сделал акцент я. - Очень ключевое слово.

- Ты сам сказал, что продолжаешь ходить в клубы, где ошиваются эти девушки. Меня с Лиамом и ни с кем никогда ничего не объединяло.

Я остановил машину, припарковавшись возле особняка.

Я знал, что её слова имели долю правды. Среди нас двоих Шарлотта имела куда больше прав на ревность, чем я. Но опять же, это мало напоминало ревность, потому что я не думал, что Шарлотта из тех, кто запрыгнет в постель другого парня.

Только если не из мести?

Нет, Леонас, не подчиняйся этим мыслям, они сделают из тебя куда большего убийцу, чем ты являешься.

Чувства к Шарлотте больше напоминали животное собственничество. Как у её собаки, когда она видела, как я целовал её хозяйку и бежала обслюнявить её лицо, будто помечая территорию.

- Я не перестану общаться с Лиамом и ты не убьёшь его, Леонас, - уверенно сказала Шарлотта после недолгой паузы, заполненной нашими гляделками и звуками лая снаружи.

   Я наклонился своё лицо к ней таким образом, что между нами оставалось пару сантиметров.

   Глаза Шарлотты на мгновение упали на мои губы, но быстро вернулись к моим глазам.

   Она уверено стояла на своём и я восхитился её стойкостью передо мной. Прядь её волос выбилась с её хвоста.

   Мои руки сами потянулись к ней, заставив её дёрнуться в еле заметном движение. Но я увидел. Внутри моя злость на её друга сменилась яростью на её отца.

   Этот ублюдок пытался подавить Шарлотту своим авторитетом, который он пытался заслужить методом запугивания, а не уважения.

Но это не сработало с ней.

Максимо сделал из неё сильную девушку, но, к сожалению ту, которая не умела доверять людям и со всех сторон ожидала опасности, что я уверен влияло на наш брак больше всех остальных факторов.

- Я никогда не ударю тебя, - строго и уверенно сказал я, всё же заправляя прядь её волос за ухо.

   Шарлотта сглотнула, приподняла подбородок и постаралась придать своему голосу стальные нотки.

- Я знаю, - она сказала это так, будто это зависело только от неё.

- Нет, я серьёзно, Шарли, - настаивал я, желая убедить её раз и навсегда. - Возможно, я чёрствый ублюдок, который может ляпнуть лишнее, но физически, - я громко вздохнул, даже не представляя подобного, - тебе никогда не стоит бояться меня. Не этого.

- Иногда слово может ранить сильнее удара, - моё сердце пропустило удар от её слов, зная, что Шарлотта знает об этом не понаслышке.

И самое ужасное то, что я тоже внёс свою лепту в это утверждение.

- Я не убью его, - в конце-концов сказал я, когда понял, что слишком слаб для простого «извини», - но не потому, что я не хочу его убивать. А потому, что я не хочу, чтобы тебя преследовали ночные кошмары.

Когда-то мы обсуждали с отцом мафии, которые позволяют женщинам становиться их членами.

Я мог предположить, что есть женщины намного жесточе и хладнокровнее некоторых мужчин. Которые разыгрывали карту слабости и наивности перед мужчинами, заставляли бы их недооценивать их перед тем, как вонзить нож в спину.

Но если посмотреть на это с точки зрения передачи власти наследственным путём, то я намного меньший сторонник равенства в таком ключе.

Я бы не хотел, чтобы мои сёстры проходили через то, что пришлось пережить мне, будучи подростком.

Жажда чужой крови впиталась в мой генофонд вместе с голубыми глазами и светлыми волосами отца. Но никто не отменял того, что есть вещи, к которым нужно время, чтобы привыкнуть и много сил, чтобы оправиться, особенно, когда ты остаёшься ночью наедине со своими демонами.

Когда ты испытываешь злость на самых близких тебе людей и твоим самым главным страхом становится - стать монстром не только в камере пыток, а и в гостиной комнате на семейном собрании.

Когда ты думаешь, есть ли Бог на этой Земле и узнает ли твоя мама, скольких людей лишил жизни её драгоценный сын.

Я бы не хотел, чтобы это всё переживала Шарлотта. Даже будучи косвенно причастной.

Тем не менее, я не избавился от мысли, что когда-то смогу убить за неё. Просто это произойдёт так, чтобы она никогда не узнала об этом.

- Меня и так преследуют ночные кошмары, - ответила Шарли. - Не думай, что имеешь достаточно власти, чтобы напугать меня ими.

Это было последнее, что она сказала перед тем, как она вышла из машины и даже не поздоровалась с Чичи перед тем, как зашла в дом.

День прошёл отстранённо. Мы с Шарлоттой сидели в разных комнатах, встречаясь только на кухне во время обеда и ужина.

Не знаю, кто именно из нас устроил дистанцию, но я почувствовал необходимость побыть в своём кабинете наедине с собой, не зная, что делать с собственническими эмоциями по отношению к Шарли.

Это не то, что я планировал, женясь на ней. Я не хотел, чтобы наш брак был чем-то большим, чем уважение и долг.

Я так сильно хотел расслабить Шарлотту, заставить её доверять мне, захотеть сблизиться со мной, что сам начал расшатывать свою чёткую позицию по отношению к нам.

Наступила ночь. Я смотрел на спящую Шарлотту. Её рот был открыт, слюни стекали на подушку. Руки были задраны вверх, а одеяло висело на бёдрах. Чёрт, она была настолько сексуальной, что было больно просто смотреть на неё и ничего не предпринимать.

Но я знал, что ожидание оправдает себя.

Я аккуратно взял её телефон с прикроватной тумбочки с её стороны, чувствуя себя вором в своём собственном доме. Я редко делал что-то втайне от кого-то. Когда-то прятал траву от своих родителей, но это был единственный провтык. Или лучше сказать «косяк»?

   Я спустился по лестнице, выходя на улицу. На выходе из дому меня встретила проснувшаяся Чичи. Я положил палец возле губ, показывая ей, чтобы она молчала и не будила свою хозяйку. Как я понял, Шарли была очень чувствительна, когда дело касалось её собаки и любых её воплей.

   Я зашёл в небольшую охранную будку, постучав пару раз по двери, заглянув внутрь, не дожидаясь ответа. Внутри оказался только Андреа. Он обернулся в мою сторону с слегка нахмуренными бровями и обеспокоенным выражением лица, насколько это возможно для такого безэмоционального человека, как Андреа.

- Что-то случилось, босс? - спросил он, заметя мой внешний вид, состоящий из спортивных штанов и без сомнения сонного лица.

- Андреа, пройди со мной в мой кабинет, - холодно сказал я.

Возможно, он занервничал от моего ледяного тона, но мне было безразлично.

Мы прошли в мой кабинет тихими шагами, которые он умело повторял за мной. Андреа был профессиональным солдатом, не единожды справляясь на рейдах и работах под прикрытием. Это была причина, по которой он стал одним из охранников для моей жены. Он мог втереться в доверие, даже со своим угрюмым выражением и он был профессионал своего дела.

   Дверь за моим кабинетом закрылась. Я включил свет, освещая комнату с красного дерева и фортепиано, накрытого чёрной, бархатной тканью, но которое мог не различить только дурак.

   Оно стояло сбоку и создавало впечатление предмета интерьера, поэтому я не переживал, что он заметит его, раскрыв моё место безопасности и уединения.

Я достал виски с шкафа и наливая его в стакан. Я отпил глоток виски, предлагая Андреа. Тот лишь покачал головой.

- Я не пью, - лаконично ответил он.

- Присаживайся, предложил я, - указывая на стул.

Он присел на место, внимательно наблюдая за каждым моим движением, возможно, пытаясь предугадать мои следующие действия или причину его пребывания здесь.

- Что-то случилось, босс? - настороженно спросил он низким голосом.

Я наблюдал за переливаниями в своём стакане, чувствуя себя алкоголиком со стажем или доном мафии с фильма «Крёстный отец». Кстати, я и являлся последним.

   Я достал телефон Шарлотты с кармана, демонстрируя Андреа. Его глаза перевелись на штуковину в моей руке, пытаясь сложить дважды два и понять, что я от него требовал.

- Ты ведь разбираешься в технике, не так ли? - уточнил я. - На уровне преступника, я имею ввиду.

- Да, - коротко ответил Андреа, не выдавая ни одной эмоции на своём лице. - Это телефон вашей жены?

   Умный парень. Я уважал таких и остерегаться одновременно, проводя параллель с собой.

- Да, - я снова отпил виски, наслаждаясь горьким вкусом алкоголя на мазохистическом уровне.

   То, что я собирался сделать было неправильным. Аморальным. Мерзким. В голове звучали родительские слова, которые твердили, что основа любого брака - доверие и уважение.

   Не было ничего не уважительного, не из области доверия то, что я был готов попросить своего солдата вывернуть грязное бельё моей жены наизнанку.

   Но я никогда не отличался высокими моральными устоями, не так ли? Только впервые я не был уверен, как смогу продолжать смотреть себе в глаза в зеркале или прикасаться своими губами к губам Шарлотту вне зависимости от результатов моих поисков, потому что именно я окажусь обманщиком в любом случае.

- Мне нужно, чтобы ты взломал его, - я протянул его ему через стол, будто передавал какой-то ценный артефакт или пакет с кокаином.

- Я так понимаю, что Шарлотта не должна об этом узнать, - заключил Андреа, разглядывая новенький телефон моей жены.

- Разумеется, нет, - подтвердил я.

- Могу я поинтересоваться, что конкретно я должен найти? - Андреа был аккуратен и не расспрашивал меня о конкретных причинах, что я высоко оценил.

- Ты замечал странное поведение за ней? - я наклонил голову, думая о том, что наблюдая за Шарли, Андреа, наверняка, замечал намного больше, чем я.

Андреа задумался, только я не был уверен, вспоминал ли он или обдумывал, какой информацией со мной делиться. Только я подумал напомнить ему, кому он клялся в верности, как он рассказал то, что я не ожидал услышать, хоть то, о чём мне стоило догадаться намного раньше.

- Она часто могла остановиться посреди дороги, - начал он. - И часто оборачиваться. Она аргументировала это тем, что это её привычка, - добавил он в конце, будто оправдываясь, почему он не доложил об этом мне.

- В твои обязанности входить докладывать мне всё, что происходит с моей женой, - тихим, угрожающим голосом ответил я, смотря на него с-под лба.

Дело было не в том, что моим намерением было контролировать Шарли или что-то подобное.

Когда она встречалась со своим братом, мне было бы приятно, если бы она сама мне об этом рассказала, потому что я её муж. Но у меня нет причин следить за её передвижениями с точки зрения контроля, когда они подразумевают полную безопасность для неё.

Охрана нужна была не только, чтобы защищать её, а и чтобы я мог знать те вещи, которые мне необходимо знать, но которыми моя жена отказывалась делиться.

Лицо Андреа оставалось непроницаемым, не впечатлившись моей плохо скрываемой угрозой.

- Она заверила, что всё нормально и я поверил ей, - снова спокойно объяснил мужчина. - Но я признаю свою вину. Мне следовала рассказать вам.

Я кивнул, а потом подбородком снова указал на телефон, который он держал в руках.

- Ищи что-то подозрительное, - дал инструкцию я. - Всё, что тебе покажется странным или неуместным.

Андреа задумался на пару минут, глядя на ещё тёмный экран телефона. Он разблокировал его, увидев время на главном экране 2:39 и фото Шарли в купальнике на каком-то пляже.

Возможно, кстати, на Бали.

Он быстро выключил телефон, переглянувшись со мной. Я ухмыльнулся его быстрой реакции, раздумывая с каких пор я метнулся на сторону тех консервативных ублюдков, которых сам когда-то презирал?

Я был рад, что это хотя бы никак не влияло на благополучие моей жены, как у многих.

Я надеялся на это.

- Вы думаете, что ей угрожают? - сделал предположение он.

На самом деле думал, пока она не нашла объяснение своему странному поведению на благотворительном аукционе.

Она лгала мне?

Это то, что мне с Андреа предстоит выяснить, посвящая его по минимуму в нашу семейную с Шарлоттой жизнь.

- Я думаю, что Шарлотта хранит секреты, но я не уверен в том какие, - просто ответил я, отпивая немного с стакана, разглядывая антикварную картину, купленную на аукционе год назад.

- Сколько у меня есть времени?

- Начни сейчас и чем быстрее - тем лучше, - я пожал плечами. - Тебе просто надо взломать пароль и посмотреть, есть ли что-то, что она скрывает. Не надо читать открытые переписки или заходить в какие-то приложения. Только то, что она, вероятно, пыталась скрыть или сделать труднодоступным.

Он кивнул, приступая к делу, а я думал над тем, не хороню ли я свой брак одним таким простым вмешательством?

   Если бы Шарлотта совершила подобное за моей спиной - это означал бы для меня конец наших отношений и переезд в разные комнаты.

   На шее завязывался неприятный узел под названием «совесть», который угрожал меня задушить, поэтому мне пришлось убеждать себя в том, что это совершенно другая ситуация, потому что я забочусь о безопасности Шарлотты в первую очередь.

   Только ублюдок внутри меня знал, что затеял я всё это из чистой, отвратительной ревности.

- Босс, вы должны это увидеть, - отвлёк меня Андреа от самобичевания спустя буквально полчаса.

   Я встал со своего удобного кожаного кресла и остановился за его спиной. Я подумал, стоит ли мне убить Андреа, если он нашёл какой-то флирт или нечто подобное в телефоне моей жены?

   Возможно, я поступил глупо, позволив ему копаться в этом всём вместо того, чтобы попросить только взломать телефон, но время уже не повернёшь назад.

Яркий экран демонстрировал мне кучу неизвестных контактов в ряд, которые мне не о чём не говорили, поэтому я с вопросами в глазах уставился на Андреа.

- У неё куча заблокированных контактов от неизвестных номеров, - объяснил он, снова показывая мне список номеров.

   Чёрт, их было больше десяти штук и все даты варьировались между концом прошлого месяца и вплоть до того самого злополучного дня бала.

   По спине пробежался холодок. Значит моя изначальная версия была правдивой и Шарлотта получала угрозы.

   Я не мог насладиться триумфом того, что я оказался прав или огорчиться тем, что Шарли хранила это в себе так долго, не постесняясь соврать мне в момент, когда, кажется, что все наши маски спали.

   Потому что я испытал животный страх на уровне с решимостью. Страх за свою жену. Решимость перерыть землю до самого ядра, но найти ублюдка, который пытался навредить моей жене.

- Ты можешь посмотреть, отправляли они сообщения или звонили? - спросил я, указывая пальцем на экран.

- Да, без проблем, - спустя пару секунд он дал мне ответ, демонстрируя экран с кучей сообщений.

📲Неизвестный: Ты ведь понимаешь, что можешь заблокировать тонну моих номеров, но они никогда не закончатся?

📲Неизвестный: Не будь глупой, Шарлотта, я хочу помочь тебе.

📲Неизвестный: Ты не видишь этого, но рано или поздно я заставлю тебя играть по моим правилам.

📲Неизвестный: Когда-то ты поймёшь, зачем я тебе пишу.

📲Неизвестный: Я заставлю тебя заплатить.

📲Неизвестный: Ты будешь умолять о прощении, которое я тебе не дам.

📲Неизвестный: Тебе не сбежать не от меня, не с поля моего зрения. Пока что я угрожаю, но держи ухо востро, потому что я обязательно перейду от угроз к действию. Когда настанет время.

   Я прочитал почти все сообщения, чувствуя, как мои ноздри раздувались с каждым предложением, а стакан с громким стуком приземлился на стол.

   Я подошёл к окну, вглядываясь в тёмный сад, освещённый луной, над которым всегда копошилась Агнес с Калвиной, несмотря на мои слова, что мне не нужен сад.

   Я злился. На себя, на обстоятельства, но больше всего - на беспомощность, которую ощутил в этот момент.

   Моей жене угрожали, с ней могло что-то случится, а я даже не был в курсе. Она зарывала что-то настолько пугающее глубоко внутри себя, пытаясь справиться самой, когда это было моей работой по назначению.

- Ты можешь отследить местонахождение симок? - я бы не узнал свой голос, если бы мне дали прослушать его на диктофон.

   Он был чужой. Не принадлежал мне.

- Это не составит труда, но мне нужно сходить за своим ноутбуком в машине, - ответил он.

   Я ничего не ответил, что он принял за одобрения и ушёл. Спустя полчаса он вернулся с результатами. Найти местонахождение можно было только через одну симку, которая до сих пор была вставлена в телефон неизвестного, ведь все остальные он вытаскивал и вероятно - выкидывал.

   Кроме этой.

   То ли самоуверенность, то ли чувство безопасности, но факт в том, что этот ублюдок  сам закопал себя, предоставив нам свои данные на блюдечке.

   Он совершил осечку, а мы этим воспользуемся.

- Что делать с этим, босс? - поинтересовался Андреа, почёсывая подбородок.

   Никто не ожидал такого развития событий, но я с самого начала чувствовал, что что-то было не так.

- Я сам разберусь с ним утром, - я осушил обновленный стакан с виски одним глотком. - Это моё дело, когда он решил, что может угрожать жене Кавалларо.

- Что насчёт Шарлотты?

- Молчите, - приказал я. - И никому не говори. Не Федерико, не Калвине, не Агнес. Унеси это с собой в могилу, - или я отправлю тебя туда раньше - это то, что я не сказал, но он услышал продолжение.

   Он кивнул и вышел с кабинета. Я выключил свет в кабинете и отправился в спальню, заметив, что Шарлотта перевернулась на живот за время моего отсутствия.

   Я положил телефон на тумбочку, скрывая следы своего вмешательства.

   Мои губы опустились на её обнажённое плечо, заставив её дёрнуться во сне, но так и не распахнуть глаза. С её губ слетел хриплый стон.

- Леонас? - в полудрёме спросила она.

- Да, это я, спи, - успокоил я её, кладя руку на спину и прижимаясь ближе к её фигуре.

- Где ты был? - пробормотала она, скрутившись калачиком возле меня.

- Я ходил за водой, - ответ так и не послышался, поэтому я предположил, что она снова уснула.

   В отличие от неё, я не мог и глаза сомкнуть. В моей голове всё проносились все разы, когда моя жена вела себя странно и напугано. Ведь я запомнил тот день, когда, как оказывается, ей пришли первые фото от её сталкера.

   Она тогда захотела позаниматься со мной самообороной, была очень пугливой и осторожной.

   Я должен был заметить, но не справился.

   «Ты никудышний муж, зачем ты предложил этот брак?» - шептал насмешливый внутренний голос.

   Но я исправлю всё. Завтра я окажусь в доме Лиама Комбса и сотру его с лица Земли, показав, что происходит, если ты смеешь угрожать моей жене.

   Главной задачей во всём этом было утаить правду от Шарлотты, потому что я не был уверен, как она переживёт предательство таких масштабов.

————————————————————Вот и двадцать седьмая глава❄️

Читайте мою другую историю о близняшки Савио и переходите на мой тг-канал по ссылке в профиле🫶🏻

Как оцениваете поступок Леонаса? Делитесь своими комментариями и оценками💛💜