2.2 Встреча в тёмном переулке.

2.2 Встреча в тёмном переулке В свете фар что-то промелькнуло – Ибо ударил по тормозам.– Что это было?!Неужели в этой подворотне он кого-то сбил?Сегодня Ибо был особенно возбуждён. Его сердце, наполненное радостным переживанием, трепетало от предвкушения предстоящей встречи. Завтра из Милана возвращается Чжань, а послезавтра – его день рождения. Это будет незабываемый день, Ибо не сомневался. Он появится неожиданно, как принц из сказки, и унесёт Чжаня в свой загородный «дворец», который он снял на целый месяц, где их никто не побеспокоит.Работа закончилась спустя пять недель. За это время Ибо ни разу не звонил, не писал – пусть любимый немного потерзается, тем неожиданнее и приятнее будет встреча, а секс – жарче. А надутые обиженные губки Чжаня – это просто отрада для глаз.Сделанный на заказ подарок ручной работы, ремень, ждал своего часа на заднем сиденье. Ибо специально ездил в другой конец города, чтобы его забрать. Также пошитый специально для Чжаня галстук, Ибо получил ещё неделю назад.На обратном пути, объезжая пробку, Ибо свернул во дворы, и пока пытался выехать на основную дорогу, окончательно заблудился. Он даже не понял, как попал в этот нежилой мрачный район.Фары высвечивали изрисованные граффити фасады старых зданий да переполненные баки с отходами. И тут возникший на пути силуэт в белом словно материализовался из воздуха. В порыве ветра взметнулись пакеты и старая бумага с обочин. Ибо ударил по тормозам, но прежде чем он это сделал, машина сама вдруг заглохла, погасив фары.– Этого ещё не хватало!  С переполняющим душу волнением Ибо поспешно отстегнул ремень и вышел из машины, освещая перед собой фонариком на телефоне.Но, к удивлению, перед машиной никого не было. Ибо поднял голову и, надо сказать, на мгновение потерял дар речи. Свет фонаря выхватил из темноты высокую фигуру в лёгких белых одеждах.Ветер развивал тонкую ткань, что струилась вокруг его стройного тела, и трепал чернильные нити длинных волос, – волос, плотный каскад которых окутывал его стан, ниспадая по спине, и тянулся до середины бедра. В опущенной руке он держал внушительных размеров меч. Металл сверкнул ярким лучом, попав в свет мобильного фонаря. Молодой незнакомец напряжённо озирал окрестности и, казалось, даже не обращал внимания на стоявшего человека внизу.  – Эти косплееры вконец обнаглели, – с трудом сдерживая негодование, пробормотал себе под нос Ибо.Молодые люди, переодевающиеся в героев фильмов, книг, игр или анимэ, обычно были безобидны, но этот, похоже, слегка съехал с катушек.– Уважаемый господин заклинатель, – Ибо театрально сложил руки в традиционном поклоне, – прошу вас свалить нахрен с моей машины!Освещённый светом луны сверху и фонаря снизу, незнакомец повернул голову и, наконец, соизволил одарить Ибо своим вниманием. Лицо его было сложно разглядеть, оно всё ещё оставалось в полутени. Да и сам Ибо в тот момент предпочёл скрыть свою личность в сумраке ночи. В таком месте и обычному человеку опасно находиться в одиночку, не говоря уже о такой известной личности, как он.Но как некстати здесь появился этот ненормальный! Однако, несмотря на раздражение, нужно быть предельно осторожным – кто знает, что у него на уме? Как бы заставить этого идиота слезть с машины? А как он ловко запрыгнул туда!Незнакомец взирал на него молча и достаточно долго, чтобы Ибо успел отметить, что этот косплей весьма неплох. Костюм не был обычной выглаженной копией. Его скромность, состаренность несла в себе след времени, словно он служил своему хозяину уже давно. Длинные волосы, забранные в высокий хвост, выглядели очень натурально, а привычный головной убор гуань, как часть образа, как ни странно, отсутствовал.Но особое внимание привлек меч – довольно впечатляющий, надо сказать. Сквозь похожие на иероглифы выточенные узоры, порой вырывались тонкие языки пламени, словно внутри оружия бушевал жаркий огонь. Как это было сделано, оставалось загадкой.  Ибо уже хотел пригрозить хулигану полицией, как вдруг тот сорвался с места и, буквально подлетев к ошарашенному парню, прикрыл его собой.– Берегись! – в испуганном оклике молодого человека неожиданно послышались знакомые нотки.Ибо ничего понять не успел, только в следующее мгновение услышал металлический звон мечей. Но из-за спины незнакомца, которая теснила Ибо к машине, он мало что мог увидеть. Как будто бы человек в белом дрался с кем-то, но в кромешной тьме Ибо никого не видел. Однако сомнений не было в том, что меч незнакомца врезается во что-то, рассекая черноту ночи, производя удары с такой силой, что в стороны летели высеченные из стали серебряные и золотые искры.Было ли это так, но Ибо показалось, что темнота, с которой сражался этот странный герой из дорамы, стала плотнее и словно гуще обычной ночи. И даже свет луны не проникал сквозь эту жуткую тьму.– Внутрь! Скорее! – приказал незнакомец, нанося невидимым врагам размашистые удары.Его техника фехтования была впечатляющей. То, с какой скоростью и сноровкой он орудовал мечом, не могло не восхитить Ибо. Ведь он сам занимался этим искусством, для съёмок и на собственном опыте убедился, насколько сложен этот процесс в деле.Ибо протянул было руку к дверце, но неожиданно его запястье было перехвачено рукой незнакомца, и в ту же секунду по дверце машины что-то с лязгом ударило, оставив там глубокую вмятину.«Что это, чёрт побери?»Мгновение – и он бы остался без руки! Глаза Ибо распахнулись, и в сковывающем тело страхе он отшатнулся, но был тут же подхвачен сильной рукой незнакомца.– Кто это такие? – в тяжёлом дыхании голос сорвался на хрип.– Стражи Тоннеля Времени!Почему эти нотки нежного голоса так знакомы? Как же странно, и до мурашек по телу приятно звучал его тембр. Даже в огне борьбы он не сбился, превратившись в рваный шум.– И что они хотят?– Убить!– Что мы им сделали?– Я нарушил границы времени!Ибо кивнул и скорее удивился тому, что ответ незнакомца его нисколько не удивил. Но не стоит отрицать того, что страшно стало ещё сильнее.Прижатый к груди юноши, Ибо спиной ощутил сквозь рубашку жар, исходящий от его подвижного тела. Как сердце неукротимой силой, отбивая частую дробь, пульсировало на его лопатке.Одна рука человека в белом крепко прижимала Ибо к себе, другой же он мастерски отбивал невидимых врагов, напавших на них сзади. И тут, наравне с жаром, его спина вдруг отчетливо ощутила липкую влагу, как будто пролили сироп.Пот? Так много... Кровь?.. Это кровь!Но Ибо не ощущал боли. Значит, это была кровь не его, а незнакомца.Он ранен...?– Нам надо к машине! – выкрикнул Ибо, понимая, что это был их единственный шанс на спасание.Но атакующая тьма теснила их всё дальше, нанося свои невидимые удары, не давая передышки ни на мгновение. В жестокой схватке с невидимым врагом незнакомец то отталкивал Ибо в сторону, но прижимал к себе, с разворота нанося оборонительные удары, словно исполнял с ним страстный танец под звон металла в серебряных искрах. И в этом смертельном танце каждое его движение было исполнено невероятной силой и умением.– Где твой свет? Они боятся света!Телефон со всё ещё включённым фонариком был зажат в опущенной ладони. Ибо тут же вскинул руку, пронзив лучом сгустившийся сумрак. Тьма тут же рассеялась, в естественном ходе вещей, оголив пространство пустынного проулка. А ещё мгновение назад выбивающие искры клинки растворялись в слепящих лучах его фонарика.От странности происходящего кружилась голова.«Вот сейчас!» – подумал Ибо и, не мешкая ни секунды, с сжавшимся в страхе сердцем, метнулся к машине и распахнул дверцу.– Сюда! Скорее!Телефонный фонарь был направлен в сторону стойко державшего оборону незнакомца. Натиск тут же ослаб, что дало ему возможность нырнуть следом. Ибо мгновенно захлопнул дверцу.Кстати, почему автомобиль заглох – это вопрос отдельный. Хотя Ибо догадывался, что скорее всего в момент, когда едва не попавший под колеса его автомобиля незнакомец, вынырнул из временного тоннеля, это создало энергетический всплеск такой силы, от которой его легковушка тут же встала...Справившись с перенесённым шоком, машина не сразу, но всё же завелась. Ура! Фары осветили унылую подворотню, и это вселило надежду, что невидимый враг исчез вместе с той тьмой, что ещё секунду назад едва их не убила.Ибо повернулся к незнакомцу и вздрогнул. Он всё-таки был ранен. Ткань на его груди блестела тёмно-красной палитрой. Сбитое боем дыхание, казалось, сейчас выбьет весь воздух из его лёгких.Но что это был за человек? Зачем он здесь появился?Ибо откинул пряди, прилипшие к его мокрому лицу, и едва не вскрикнул. Он не мог поверить глазам. Как такое может быть? Это совершенно невозможно! Что это? Воображение играет с ним в злые игры? Или это глупая насмешка разума, с нахальной иронией глумиться над его страданиями? А может, тоскующая душа... так сильно тоскующая по единственному в мире человеку душа, нарисовала ему эту иллюзию... Ибо смотрел и не мог насмотреться. Прямо перед ним, чуть откинув назад голову, сидел... Сяо Чжань...Если бы Ибо не знал, что сам Сяо Чжань был сейчас на неделе моды в Милане, то ни за что бы не поверил, что может быть настолько поразительное сходство. Ведь и голос, и фигура, и кисти рук... Ибо ощутил в руке его пальцы. Несомненно, это были пальцы Чжаня. Сколько раз он сжимал, перебирал, ласкал его совершенные пальцы, восхищался красотой их форм, гибкостью и мягкостью. Это ощущение он никогда не забудет и не спутает ни с каким другим. Даже если ему завязать глаза, руку Чжаня он узнает из тысячи других. И как же это могло принадлежать кому-то ещё?Ибо ничего не понимал. Вопреки логике, перед ним сейчас Чжань, но почему-то в образе героя-заклинателя из волшебной сказки! Очень похожем образе, что был создан во время съёмок их совместного фильма, на котором они познакомились...– А-Чжань, – понимая, что ответ вряд ли последует, ласково позвал он.Но, возможно, он его вообще не слышит – прекрасный юноша находился на грани сознания и забытья.– А-Чжань, – снова позвал Ибо, так желая и в то же время боясь, что это будет правдой. Ведь его разбитое сердце тосковало так, что порой хотелось выть от боли.Он протянул руку и с большим трудом заставил себя остановиться, чтобы не коснуться родной щеки. Но кто же это такой? Сходство слишком велико, чтобы можно было объяснить обычной пластикой.Ибо опустил глаза и заметил, что тёмное пятно стало намного больше. Всё, что произошло только что, настолько выбило его мозг из колеи, что в голову закралась мысль: а вдруг это всё-таки какой-то умелый розыгрыш?Ибо потянул край пропитавшегося кровью отворота и еле сдержал приступ тошноты. Кровь алым потоком сочилась через края глубокой пробоины, всё сильнее пропитывая ткань его белых одежд и теперь пачкая обшивку кресла.Это уже точно не может быть розыгрышем! Он теряет много крови! Ибо приложил ладонь к его лбу – голова была горячая, даже слишком, а руки ледяные. Плохо дело!– Надо чем-то зажать рану...В поисках какой-нибудь тряпицы Ибо обшарил глазами салон машины – плед на заднем сидении, заглянул в бардачок – бумажные салфетки. Ну, так себе варианты... Рубашка! Ну конечно!Он быстро стащил с себя хлопчатобумажную рубашку и, скомкав, с усилием прижал к ране. Боль вернула, так похожего на Чжаня, незнакомца из забытья. Он вздрогнул и шумно втянул воздух. Приоткрывшиеся губы обнажили кончики ровных зубов.Красиво! Чжань, или кто это был – тот, кто так похож на него – в любой момент был просто воплощением красоты.Но, как ни крути, он тяжело ранен. Переживая всё сильнее, Ибо предполагал, что боль, по всей видимости, была адская. К тому же он не был уверен, что всё делает правильно, ведь рана была огромная, настолько, что края кожи уже не соприкасались, и вышло так, что он фактически прислонил рубашку к живой оголённой плоти.        – Потерпи! Потерпи немного... надо подержать здесь...Ибо взял его кисть в свою ладонь и прислонил к груди юноши, но ответа не последовало – рука безвольно упала, сложив окровавленные пальцы полуприкрытым веером.Сознание плавало, словно лодка на волнах того пространства, что холодным течением уносило юношу за границы бытия. Но сильное тело неотступно боролось с подступившим натиском, упрямо цепляясь за остатки чистого разума, выгребая себя из забытья.Надо везти его в больницу. Несомненно! Рана возле сердца – это очень опасно. Ибо посмотрел на бледного молодого человека, но почему внутренний голос так упорно твердит не отвозить его туда?«Чжань» вздрогнул и чуть слышно застонал, почувствовав, как вернулась боль. Однако, быстро справившись с сильнейшим приступом, поднял веки и посмотрел на Ибо тем ясным взглядом, от которого аж перехватило дыхание. Только Чжань мог на него так смотреть. С такой нежностью и любовью, только Чжань! Окровавленные губы тронула улыбка, да как так... это была его милая улыбка!– Это ты... ты нашёл меня... – прошептал он, и ладонь, замерев в нескольких миллиметрах от его лица, обдала лёгким холодом щёку Ибо. – В последнее время ты плохо спишь. Тебя мучают кошмары... Бедный мой Шен... Очень болит? – рука опустилась и замерла возле груди.  Глаза Ибо распахнулись. Откуда он знает? Ведь об этом Ибо не говорил никому. Да и как такое можно было рассказать... И кому он вообще что-то мог рассказать, если они с той безумной ночи больше не общались...Именно в этом месте ночами полыхало огнём. Именно здесь, в том страшном сне или видении, было выжжено калёным железом это клеймо. И хоть на самом деле на коже не осталось и следа, это место иногда нестерпимо горело.Ибо вспомнил, как однажды даже пришлось остановить съёмки, когда возле ключицы жгло так, что слёзы наворачивались на глаза. Ибо вскрикнул от неожиданной боли и, согнувшись пополам, повалился на землю. Перепуганная съёмочная группа не понимала, что случилось, глядя на то, как страдает молодой актёр. Но боли без причины не бывает. А его лицо в тот момент было исполнено сильнейшей муки. Хоть Ибо, кусая губы, изо всех сил старался сдержать стон внутри, но дрожь и сами собой наполнившиеся влагой глаза выдали его с головой.Осмотревший его тогда доктор не нашёл никаких причин для такой сильной боли и приурочил это к психосоматическому состоянию, посоветовав больше отдыхать.Но Ибо знал, что это за боль и откуда она, хоть и не мог понять, как это возможно. Сколько раз ночами он просыпался от огня, пылающего в его груди, и, сжимая в руках одеяло, кричал в подушку. Словно клеймо снова и снова прожигало его кожу в том самом месте. Длилось это обычно не больше нескольких секунд... секунд, превращавшихся в вечность.И всё это началось после Комнаты Тайных Желаний. После того как ему приснился тот страшный сон, обрывки которого до сих пор посещали его по ночам. И всё это несло в себе яркий оттенок какой-то непонятной мистики, грозившей неминуемой расплатой. Но что же это было? Ибо понять не мог.– Только не вини себя за то, что случилось и за то, что случится... – с трудом, но очень мягко и тихо проговорил «Чжань». Его нежный взгляд, а он был таким же нежным, как прежде, смотрел с долей грусти, словно прощался. Печаль время от времени переходила в добрую улыбку и тревожила Ибо всё больше.– У нас мало времени... а сделать нужно так много... – «Чжань» прикрыл глаза, справляясь с приступом боли, скрутившим его тело, и, прежде чем потерять сознание, договорил: – Нам пора домой...– Чжань!.. Чжань! – взволнованный взгляд Ибо жадно впитывал красоту этого человека в надежде услышать ответ.  Да, нам нужно домой! Боясь наделать глупостей, он все-таки принял решение. Никакой больницы!Водительское место было занято, а перенести «Чжаня» не представлялось возможным. Выходить из машины было опасно. То, что он видел, сложно укладывалось у него в голове. Вернее, оно вообще не укладывалось... Но это «нечто» – стражи, то, с чем так яростно сражался этот юноша, тяжело ранило его, даже вооруженного.Стоп! А где его меч? Это невероятной мощи и красоты оружие... Ибо попытался найти его взглядом сквозь стекло автомобиля, но даже высветив тротуар фонариком, ничего не нашёл. А может, он где-то в салоне?.. Нет... Ладно, в любом случае надо ехать!– Надеюсь, нас с тобой никто не остановит по пути, иначе дома мы окажемся нескоро.Ибо пристегнул «Чжаня» так, чтобы ремень безопасности держал не только пассажира, но и сдерживающий кровь ком рубашки на его груди. Из светло-серой, ткань постепенно становилась темно-бордовой, и это Ибо очень не нравилось.В каком состоянии он привезёт его домой? Надо торопиться. Но управлять машиной с пассажирского сиденья было не только крайне неловко, но и опасно. Спешка тут может навредить ещё больше.