Глава 139 Последние пять лет ч.1

В кабинете Флендера стояла такая тишина, будто воздух стал плотнее. Только слабый запах чая, который заваривали Ронронг и Чжуцин, напоминал, что это обычная комната, а не зал суда или святилище. Но сейчас — все ждали одного. Глаза были обращены на Тан Сана и Ченсянь. Даже самые спокойные, Чжуцин и Гроссмейстер, сидели в напряжении.

Тан Сан внимательно посмотрел на каждого из друзей, словно проверял, выдержат ли. Затем перевёл взгляд на Ченсянь. Она едва заметно кивнула: вместе. Он коротко вздохнул и начал.

— Хорошо. Тогда... Пять лет — с самого начала. Сначала были тренировки, — сказал Тан Сан. Его голос был ровным, но напряжённым. — Два года под водопадом. Под руководством отца.

— Это было адом, — тихо добавила Ченсянь. — Но нужным.

Мубай хмыкнул:

— Вы прямо отсюда начали? А я думал, что у нас со зверем-тренером учителем Чжао было тяжко...

— То, что делал Тан Хао, ты бы не выдержал, — отрезала Ченсянь.

Чжао Уцзы кашлянул:

— Э-э, Ченсянь... возможно, ты и права.

Тан Сан продолжил:

— Мы тренировались под водопадом день за днём, пока тела не перестали слушаться. Пока кости не ныли так, будто треснут. Но это было лишь начало.

Он медленно сжал ладонь.

— Тогда я ещё не знал... Кто моя мать по-настоящему. И что во мне течёт наследие сине-серебряной травы. Так я получил пятое кольцо.

Взгляд Нин Ронронг дрогнул.

— Ты узнал об этом... тогда?

— Да. И это перевернуло всё. Моя мать была сто тысячелетним духовным зверем. Как и Сяо Ву.

Тишина накрыла всех, будто шторой.

— Стой... — Фатти дернулся вперёд. — Ты хочешь сказать, что твоё пятое кольцо... оно...

— Подарено, — сказал Тан Сан. — Не убийством. Моей матерью и всем её народом — сине-серебряной травой. Потому я и изменился. После повторного пробуждения. Не магия, не иллюзия. Это я.

Флендер тихо протянул:

— Невероятно...

— Это только часть, — вставила Ченсянь. — После тренировок под водопадом мы отправились дальше. В город.

— В какой город? — спросил Дай Мубай.

И тут Тан Сан впервые за всё время отвёл взгляд.

— В Город Резни.

Мубай замер. Фатти перестал дышать. Ронронг прикусила губу. Но никто не понимал, что это значит, но называние уже говорило само за себя. Ченсянь видела их реакцию — и сказала честно:

— Это ад. Не метафора. Не преувеличение. Ад, который ходит на двух ногах. И для выхода оттуда нужно было пройти еще одно испытание — Адский Путь.

Тан Сан опустил руки на колени.

— Мы не скажем вам, сколько мы там убили. Да это и не важно. Важно то, что там ты либо становишься зверем, либо умираешь.

— И вы... оба... — Мубай медленно поднял глаза. — Вы прошли Адскую Дорогу?

— Да, — ответили они одновременно.

Фатти тихо выругался. Даже Гроссмейстер качнул головой:

— Я предполагал... но всё равно слышать такое.

Чжуцин впервые заговорила:

— Как вы... Вышли живыми?

— Вместе, — ответила Ченсянь. — Если бы один из нас оступился — умерли бы оба.

Тан Сан слегка улыбнулся ей. Но улыбка была тяжёлая, усталая.

— После выхода мы разошлись. Она пошла за своим шестым кольцом. А я... оказался в Лунном павильоне. Там было безопасно. Там я мог наконец остановиться. Подумать. Впервые.

— А потом, — Ченсянь продолжила его, — Я вернулась за ним. Но уже в другом виде. Мне нужно было вспомнить все уроки этикета, которые я там и использовала.

Мубай медленно сузил глаза.

— Ты действительно выглядела как... аристократка?

— Потому что мне пришлось ею быть, — холодно бросила Ченсянь. — Притворяться, улыбаться тем, кого стоило бы бросить в яму — это отдельное искусство.

— Она спасла меня, — сказал Тан Сан тихо. — Если бы не пришла — я бы задержался там слишком надолго.

Ченсянь продолжила:

— Дальше — самое главное. Он снова встретил родителей.

Тан Сан сжал пальцы так сильно, что костяшки побелели.

— Я нашёл отца и мать. Отец... — он замолчал, а воздух в комнате будто сгустился. — Он покалечил себя сам. И только что бы отдать долг клану Чистого Неба.

Мубай выдохнул:

— Вот это... сила.

Ронронг тихо сказала:

— Или любовь.

Тан Сан кивнул.

— А мать... мать стала двадцатилетним растением. Ей нужно было место, где она сможет возродиться. И я перенёс её к Источнику Инь-Ян Льда и Огня. К источнику, где время течёт иначе. Где рост растений. Там я дал ей кровь. Чтобы ей легче было проснуться. Отцу — пилюлю, чтобы он мог там жить. Чтобы не умер от перепада энергий.

Флендер поднял брови.

— Пилюлю из крови... невероятно.

— И последнее, — сказал Тан Сан. — Я вернулся в клан Чистого Неба. На испытания. Условия вы уже знаете.

Дай Мубай медленно вдохнул:

— Теперь понимаю, почему ты... стал таким. Не только внешне.

Все повернулись к Ченсянь. Она не делала пауз. Не сглаживала. Говорила прямо.

— Я всегда была с ним. Кроме тех моментов, где он должен был быть один. Тренировки под водопадом, Город Убийц, Адская дорога. То, что мы там делали... Я не буду пересказывать. Не то, что это страшно. Просто... оно не вписывается в мир людей.

Гроссмейстер тихо кивнул: он понял.

— После выхода я пошла за шестым кольцом. Лотос Вечности Рассвета. Он чуть меня не убил. Но дал то, что нужно было. Сейчас у меня шестьдесят седьмой уровень.

Фатти присвистнул:

— Семьдесят скоро!

— Быстрее, чем ты думаешь, — ответила она. — Потом я отправилась к клану Скорости. Они... своеобразные. Но признали меня наследницей клана. Я получила техники, которые не дают чужим.

Она чуть отвела взгляд.

— По дороге сюда, я зашла в Закатном лесу, где на меня напали люди из Храма Духа. Они хотели воспользоваться мной, которая скрыла ауру до 50 ранга. Там было двое Духовным императоров и двое Духов Доуло. Я выжила... не знаю, как. Наверное, потому что должна была вернуться за Тан Саном.

Ронронг обняла себя за плечи, еле заметно дрожа. Ченсянь закончила просто:

— А потом я вернулась в Шрек.