Часть 20. Страшный секрет, ставший явью.

Встреча трёх молодых людей прошла так интересно и непринуждённо, что те совсем позабыли о времени, говоря уже не о побеге, а о лично жизни. Девушкам было любопытно, как это Император демонов и Юн Хэн смогли создать пару, а юноша удивлялся союзу двух милых дам, в оригинале ни разу не подавшие намёк на такую связь...

Всё было мило и хорошо, пока идиллию не разрушил герой, ворвавшийся в комнату так, словно решив застукать за изменой жену. Ло Хао и впрямь сильно изменился, будучи не хорошим и весёлым парнем, а вечно напряженным воином, думающий, что весь мир крутиться лишь вокруг его, сам же не видя этот самый мир...

— Вижу, вам очень весело, — пробурчал юноша, смотря лишь на одного человека в комнате, — Очень жаль, но я вынужден прервать веселье. Хэн, иди за мной.

«Я тебе что, собачка на привези, чтобы слушать приказа?» — не став подчиняться, Юн Хэн отвернул голову, словно не услышав бывшего друга. Пару секунд простояв в ожидании, герой отвернулся, вдруг выдав то, чего юноша никак не ожидал.

— Твои духовные каналы запечатаны. Насильно запечатаны.

Ким Рио и Яо Руилинг с удивлением переглянулись, уже зная о том, как парень переживает из-за потери своей силы, а тут узнаётся то, что они на самом деле запечатаны. Юн Хэн тут же подскочил на месте, не веря бывшему другу, сам же понимая, что есть лишь один персонаж, кто мог, запечатав его духовное ядро.

— Ты хочешь сказать, что это сделал Чан? Я не верю в это!

— Ему то это по силам. — бросил Ло Хао, думая поговорить с бывший другом на едина, но раз уж этого не вышло, игнорируя двух дам, сидевших за столом.

— Это ложь! Он бы никогда так не поступил!

Не смел верить в такой исход событий юноша, множество раз говоря Вэй Чану как он желает вновь обрести своё духовное ядро и как ему без него плохо. Злодей видел, как дорогой человек страдает, потому ни за что не стал бы лично запечатывать его силу, — «Не стал бы? Ведь не стал...»

— Я же говорил тебе, — подходя к юноше, Ло Хао выглядел как настоящий злодей, добившийся своей цели, — Он не тот, кем ты его считаешь.

— Нет.. этого не может быть. Он.. он бы...

— Но я тот, кто я есть, и потому... — не слушая бывшего друга, герой собрав в своей руке духовную мощь, резким движением просунув её прямиков в тело Юн Хэна, вызвав в том сильную боль, — Я не скрою от тебя правды.

Чувствуя, как всё тело словно пытает огнём, Юн Хэн лишь успел услышать взволнованный крик Ким Рио, и что-то говорящую ему Яо Руилинг, прежде чем упасть на пол, погружаясь в темноту, когда-то уже окутавшая его с головой.

— О, ты проснулся. Как тебе спалось?

Услышав до боли знакомый голос, Юн Хэн увидел злодея, лежавшего с ним в одной кровати. Это было их обыденное утро. Хоть молодые юноши так и не занялись сексом, но спали они в покоях Императора.

— Мне снова приснился кошмар...

Юноша резко подскочил с кровати, покуда в ней лежала его точная версия. Это были воспоминания... Грустные воспоминания. Юноша попытался создать в руке силу, но у его ничего не вышло, потому ладонь как кукольная упала на кровать, словно её хозяин лишился не сил, а собственной жизни.

— А нет, это не кошмар... — усмехнулся Юн Хэн, и впрямь чувствуя себя разбито.

Первый месяц юноша был рад их воссоединению, но во втором стал впадать в депрессию от собственной бесполезности. Он так желал стать кем-то в этом мире, но в итоге лишь стал беспомощным человеком в клетке, где все его лишь жалеют.

— Хэн, это пройдёт, — утешал злодей любимого, как никто, зная о его боли.

Юн Хэн практически месяц бездушно лежал в кровати ненавидя себя за бесполезность. Ему было противно от своего худого тела. От малого ума, покуда он пропустил целых пять лет жизни. От слабости души, не способная даже создать крошечную силу в руке.

— А если нет, то знай, я всегда буду рядом, что бы не случилось.

Только благоволя поддержки Вэй Чана, парень всё же смог выйти из своего угнетённого состояния, надеясь на лучший исход событий, который так и не произошёл... Хоть и понимая, что всё это иллюзия, Юн Хэн со злостью кинул в злодея кружку, в первые будучи так зол на кого-то.

«Неужели... неужели ты правда так поступил со мной?» — руки парня застрелись. Да он был готов на то, чтоб навсегда остаться без сил, но только бы к этому не приложил руки злодей. Но он приложил, и очнувшись от кошмара, Юн Хэн убедился в этом, спокойно создав в руке магию.

В комнате юноши находилось пять человек. Лекарь, две героини, герой и сам юноша. Все они молча наблюдали за тем, как Юн Хэн создаёт в руке пламя, а затем резко растворяет его, после чего вновь создав, словно этим пытаясь умерить свою боль внутри.

— Чтож, ваши силы полностью восстановлены. — выдал прогноз лекарь.

— И в чём была причина их отсутствия? Сила кристалла? — предположил Юн Хэн, хоть и сам знал ответ.

— Кристалл тут ни при чём. Он может обессилить заклинателя, но в вашем случае, вы вышли очень рано, да и в вашем теле столько духовной энергии, что даже лишившись вы сил, всё пришло бы в норму за месяц.

— Так вы уверены, что это он? — парень сжал кулаки, несмотря на явные доказательства не в силах поверить в них.

— Можете выйти? — обратился герой к стоящим людям, и хоть нехотя, но девушки и лекарь покинули комнату, оставив двух бывших друзей наедине, — Хэн, когда ты очнулся, кто был с тобой? Кто мог запечатать твою чакру, пока ты был без сознания?

Юн Хэн оскалил свои зубы, понимая к чему клонит Ло Хао, но не желая ему отвечать. Да, Вэй Чан вытащил юношу из кристалла и именно он был тем, кого попаданец увидел, когда проснулся. Даже если злодей не сам наложил заклятие, но он явно знал о нём. Раз герой смог это выяснить за пару дней, то тот, кто в обнимку спал с заклинателем и подобно знал обо всём, но молчал...

— Не знаю от чего он это сделал, но могу предположить, что между вами куда большая связь, чем я думал, — вдруг выдал свою догадку Ло Хао, но на удивление а его лице не было отвращения, а скорее скорбь и некая грусть, — Но также, из-за этой печати я уверен и в своих убеждения. Вэй Чан монстр, не ставивший приобретите других выше своих. — голос героя в миг стал холоден, стоило ему упомянуть о злодее.

— Он не...

— Он запечатал твою силу и держал в своём Царстве словно псину на замке! — уже не знал как достучаться до бывшего друга Ло Хао, жутко выходя из себя из-за его упрямства отрицать реальность вещей.

— Это не правда! — уверенно крикнул Юн Хэн, но тут же побледнел, понимая, что сам себе врёт, — Я...я...

Юноша опустил голову, посмотрев на свои ладони. Ему сказали, что печать снялась достаточно тяжело, поскольку наложил её кто-то очень сильный. Только герою удалось снять заклятие, от чего он потратил не мало сил, сам сейчас находясь на восстановлении.

— Я хочу побыть один. — парень не мог больше продолжать разговор. Видя разбитость бывшего друга, герой не стал возражать, но почти выйдя из комнаты вдруг услышал, — Хао... спасибо тебе...

Ло Хао замер в одном положении, словно его приморозили к земле. Как давно он не слышал слов благодарности от друга? Как давно он был ему нужен? Как давно помогал ему...? Несмотря на то, что герой желал сказать так много, в итоге из его рта вышло лишь одно слово:

— Отдыхай.

Оставшись в одиночестве Юн Хэн долго смотрел на свою ладонь, никак не в силах понять причины поступка злодея. «Он хотел меня защитить? Но, что это за защита, когда у тебе отрезают крылья, чтобы ты не взлете, а сидел в золотой клетке под стражей и...» — внезапно по телу юноши прошла дрожь, осознав он мотивы Вэй Чана, — «Так он... хотел моего полного подчинения? Хотел, чтобы я не мог иметь своего слова? Чтобы я стал его... собственностью?» от своих же мыслей парню стало отвратительно. Быть вещью – это унизительно. Юн Хэн был уверен, что между ними любовь, но теперь очень усомнился в своей вере и в веру в изменения злодея в лучшую сторону...

***

Все были удивлены вновь увидеть юношу на собрании, но на этот раз он сидел ниже травы, тиши воды. Юн Хэн вообще не слышал о чём идёт беседа, иногда кивая для вида. Парень запутался в себе и своих чувствах. В своей цели и пути. До момента правды у Юн Хэна имелись сомнения на счёт злодея, но теперь парень сомневался в самом себе. Точно ли он готов простить его? Точно ли хочет быть с тем, кто не считается с его мнением? Нужен ли ему такой конец? Хоть Система и дала понять, что у юноши есть лишь два пути, но если уж выбирать, то лучше Юн Хэн предпочёл бы смерть, чем такая жизнь...

— Ты как?

Не заметив, как собрание подошло к концу, юноша увидел двух героинь, смотревшие на него с печалью. Хоть они и подружились совсем недавно, но девы поверили в искренность парня и его чувства, а услышав о предательстве Императора демона, понимали, как сейчас тяжело на душе Юн Хэна.

— Как будто мне пронзили грудь мечом... — сухо усмехнулся юноша, но в этой ухмылке не имелось и капли счастья.

— Мы понимаем, как тебе больно, но всё же считаем, что ты должен сначала поговорить с ним, прежде чем делать выводы, — мягко проговорила Ким Роу, положив свою ладонь на плечо парня.

— Вот именно. Поддаваться страданиям – это удел слабаков. — шлёпнув по другому плечу юноши, Яо Руилинг явно оставила там синяк, — Так что сначала доберись до сути, а не надумывай лишнего за кого-то.

— Но, ведь уже всё очевидно. Он.. он...

— А не ты ли говорил про второй шанс? — вдруг напомнила юноши Ким Роу.

— Но...

— И что тут очевидного? Ты же не знаешь его версию. Может всё не так, как кажется... — бросила Яо Руилинг, скрестив руки на груди в важной позе.

— Почему вы заступаетесь за него? Он же вам не нравится. — не понимал мотива девушек Юн Хэн, но они оказались проще и обоснованной, чем банальное: «Мы просто хотим помочь»

— Нам не нравится война и то, что сейчас происходит. Если есть хоть какой-то шанс избежать её, то мы желаем ухватиться за этот шанс. — честно признала воительница.

Сейчас мир находится на грани сильных перемен. Если война между людьми и демонами выйдет на новый уровень, то пострадает обе стороны. Девушки явно были против войны. Они устали от вечных воин и интриг. Им хотелось спокойной и тихой жизни, без страха потери близкого человека...

— Спасибо, вы правы. Я должен поговорить с Вэй Чаном, — внезапно приобрёл уверенность в себе Юн Хэн, — Но, сначала мне нужно поговорить с Ло Хао.

— Это плохая идея... — подметила Яо Руилинг.

— Я соглашусь. Ло Хао ненавидит демонов, а Императора демонов больше всех. Он не одобрит это. — была обеспокоена решением юноши Ким Роу.

— Но, он помог мне. Без него я всё ещё был бы слаб. Я уверен, что он поймёт меня и...

— Нет.

Стоя в комнате бывшего друга, юноша то и дело получал один и тот же отрицательный ответ. Как бы Юн Хэн не подходил с предложением и не уговаривал Ло Хао о правильном выборе, тот категорически был против ухода юноши.

— Но почему? — не понимал категоричности бывшего друга парень, не спешивший объяснять свой отказ.

— Ты ещё спрашиваешь? Тебе мало того, что он уже натворил?

Ло Хао казался неприкосновенно и твёрд в своём решении, но и Юн Хэн не собирался опускать руки. Он уже побывал в таком положении, когда за него все решали и запрещали даже выходить из комнаты без стражи. Юн Хэн больше не собирался допускать подобного.

— А ты правда считаешь, что сможешь остановить меня, если я захочу уйти? — бросил юноша, наконец заставив героя посмотреть на себя.

Юноша явно злился на бывшего друга за его желание пойти к Императору демонов на разговор. Ло Хао понимал – если парень сейчас уйдёт, то больше они не увидятся, а тирания демонов продолжится.

— Не смогу, но если ты это сделаешь... — тяжело вздохнув, герой смотрел прямо в глаза Юн Хэна, твёрдо произнеся, — То станешь мои врагом.

От столь холодного голоса по коже парня прошла дрожь. Сколько бы между ними не происходило ссор и разногласий, но герой ещё ни разу не называл юношу своим «Врагом».

Да, они не друзья, но чтоб опуститься так низко... Юн Хэн не желал становиться врагом бывшего друга, всё ещё помня их мирные дни и строчки новеллы, в которой каждый из друзей воевал друг за друга не жалея сил. Но то была книга, а сейчас идёт реальность.

— Собирайся. Завтра мы выходим в город Пэн освобождать рабов. — не услышав ответа, сам всё для себя решил Ло Хао, выйдя из комнаты и оставив парня со своим мыслями.

Ситуация повторялась. Герой снова ставит пере бывшим другом условия. В прошлом после этого друзья перестали общаться, постепенно превращаясь в чужих. «Что же будет теперь?» — не ведал юноша, но знал точно — «Ничего хорошего...»