Часть 15. Я не исчезну.

Как оказалось, Вэй Чан очнулся лишь спустя три дня, когда Юн Хэна замуровали в кристалл. Злодей был в ярости, но понимал, что ничего не может сделать, а вспоминая что это из-за его вспыльчивости друг и угадил в опасность, он спрятал своего демона глубоко внутри, но так и не вернулся в школу.

Затем история мужчины звучала не складно, совсем не походя на оригинал и то, о чём думал переродившийся, словно демон что-то утаивал. Но единственное что точно понял Юн Хэн, так это то, что злодей новеллы не стал злодеем в нынешний раз. Вэй Чан говорил, что он пришёл в царства демонов, показав им свою силу, и тем самым занял трон. Демоны очень чтут сильных, а злодей по своей судьбе являлся самым могущественным, имея как человеческую силу, так и демоническую. Даже герой не мог с ним сравниться и победил только благодаря силе «Любви» и своей неудержимой жажды мести за друга.

Юноша рассказывал другу о том, как он искал для него мага способного вытащить человека из кристалла. Как он вливал в Юн Хэна свои силы, дабы тот, после пробуждения, не умер. Как оберегал его все пять лет, и не слово про захват земель или какие-либо убийства, которые прошлый злодей совершал в новелле.

Друг Юн Хэна все пять лет пёкся лишь о нём, совершенно не думая о власти, мести или ещё чём-то. Единственное о ком переживал мужчина, это друг.

— Так значит... Я пробыл в кристалле четыре года и не приходил в сознание год? — поразился парень словам Вэй Чана, сказавшего ему, что он забрал его из пещеры через четыре года после их разлуки.

Сначала юноша не понимал от чего так слаб, но проведённый год в коме всё объяснял. Год проведя без пище и питаясь только духовной энергией любой бы исхудал.

— Да, но ты не просыпался даже после того, как я забрал тебя, а как сказал маг, твои силы очень ослабели, и ты можешь умереть. — двадцати однолетний Император сжал кулаки, словно даже мысль о гибели любимого вызывали в нём ужасающую боль, — Всё это случилось, потому что тебя как следует не подготовили к заточению! Они хотели, чтобы ты больше не проснулся, — глаза демона вспыхнули огнём, а кулаки сжались до хруста костей, — Я не мог с этим смириться, и потому не сдаваясь вливал в тебя большие потоки духовной энергии, надеясь, что это поможет, но результата почти не было и я... — сильный, властный и очень пугающий на вид мужчина вдруг задрожал, сейчас выглядя жалким и потерянным ребёнком, — Чуть было не смирился с таким концом, но затем ты начал принимать данные тебе силы, и вот спустя месяц наконец очнулся, — на лице Вэй Чана появилась уставшая, но очень добрая улыбка.

Юн Хэн и представить себе не мог, что чувствовал злодей пока его дорогой человек не приходил в себя и не подавал признаков жизни. «Должно быть ему было очень больно...» — сделал выводы парень, положив свою ладонь на кулак злодея, тем самым заставив его алые глаза заблестеть.

— Спасибо тебе. Я тронут тем, как много ты для меня сделал. Я обязательно тебе за это отплачу, — проговорил Юн Хэн, желающий сделать для друга всё, только бы загладить те пятилетние страдания, что он ему доставил.

— Не надо мне ни за что платить, ведь это я... — Вэй Чан пододвинулся к дорогому человеку, нежно приобняв его хрупкое тельце, — Никогда не смогу с тобой расплатиться.

— Со мной? — удивился Юн Хэн, не считая, что он сделал чего-то много для злодея, что тот теперь хочет с ним расплатиться.

— Хэн, помнишь ли ты, что сказал мне тогда? В нашу последнюю встречу? — неуверенно спросил Вэй Чан, словно данный вопрос являлся для него очень важным.

«В последнюю встречу?» — задумался парень, как вдруг в его сознание вспыхнул эпизод пятилетней давности.

«Ты мне нравишься, Чан!»

«Я правда так сказал? Прям во так...» — уши юноши вспыхнули огнём, — «Я боюсь тебя потерять!» — «Это так... Я очень боюсь за Чана, но почему я сказал ему об этом именно с таким страдальным лицом?». Щёки Юн Хэна так же покрылись алым, — «Ты мне очень дорог. Дороже всех на свете, поэтому...». «О боже, я правда всё это сказал?» — уткнувшись в подушку, парню стало ужасно стыдно перед злодеем, поняв он как был в тот ужасный момент уязвив, выдав того, чего не следовало бы...

Нет, Юн Хэн вовсе не стыдился своих чувств, но видя столь идеального злодея и полудохлого себя, парень ощущал себя плохо, будучи в себе совершенно неуверенным. Куда такому дохляку до сильного юноши? Больше всего парень боялся увидеть отвращение или смешок на лице дорогого друга, но тот как был серьёзен, так и остался таковым.

— Это были слова утешения или... ты правда так думаешь? — поняв по действиям друга, что тот всё помнит, уточнил Вэй Чан, по голосу которого стало ясно – он нервничает.

«С чего бы такому крутому и сильному персонажу нервничать? Это должен делать я!» — думал про себя Юн Хэн, подняв голову на друга, и стоило их взглядам встретиться, как все сомнения парня ушли на второй план, видя он нежность, переживание и безграничную любовь в красных радужках демона.

— Я... — хоть Юн Хэн смутился до потери пульса, но он не желал вгонять злодея в неведения, выдав всё как есть, — Правда так думаю.

От услышанного ответа глаза Вэй Чан широко раскрылись, словно он не ожидал такой искренности от друга. Пару секунд в комнате царила тишина пока злодей осторожно не взял парня за подбородок, так же неожиданно совершив действия пятилетней давности.

Это был третий поцелуй друзей, который они оба желали. Юн Хэн сильно затих, боясь даже шелохнуться, ощущая как голова идёт кругом от волнения и наслаждения. Вэй Чан так же выглядел напряжённым, делая все свои действия осторожно и мягко, дабы случайно не навредить дорогому человеку.

— Хэн, я... люблю тебя, — от столь неожиданных и странных слов Юн Хэн откинулся от злодея, выглядя как помидор.

Это было первое признание, которое получил за свою жизнь Мин Вэньянь, и оно звучало так искренни, что не поддавалось сомнению. Вот только парень сомневался, и вовсе не в замечательном злодее, а в себе.

— Почему? — опустив голову бросил Юн Хэн.

— Что? — не понял вопроса Вэй Чан, выглядя насторожена, заметив потемнение в глаза друга.

— Почему ты меня любишь? За что я это заслужил? Я же совершенно обычный и ничем не примечательный человек. Я.. — честно задавал вопросы Юн Хэн, ощущая боль в сердце при виде столь идеального демона перед собой, и столь жалкого себя, — Не чувствую себя достойным твоей любви.

В больших покоя снова стало тихо. Юн Хэн слышал лишь биение своего бешенного сердца. Парень не знал как воспримет его слова злодей. Вдруг он поймёт, что друг прав и передумает? Переродившийся хотел любви, но боялся её. Очень боялся...

— Ха..— вдруг разлаялся смешок злодея, заставящий парня сжаться ещё сильнее, — Это чушь, — уже без смеха, а очень даже серьёзно изрёк Вэй Чан, — Хэн, всё это время тем, кто считал, что не достоин любви был я. — признал юноша, отведя взгляд от дорогого человека, — Честно сказать, до нашей с тобой встречи я и не думал, что кто-то может отнестись ко мне лучше, чем к бродячей псине, — злодей оголил клыки, вспоминая все ужасы, которые ему пришлось перенести в детстве, — Но ты всё изменил. Ты открыл во мне то, чего я так желал, но прятал глубоко в душе.... — подняв красные глаза на парня, Вэй Чан прижал его руку к своей груди, от чего Юн Хэн почувствовал как бешено бьётся сердце демона, — Ты открыл во мне любовь.

Рука зеленоглазого парня тряслась, и это явно чувствовал злодей. «Так быстро бьётся...» — задумался Юн Хэн, понимая, что и его сердце готово выпрыгнуть из груди в любой момент.

— Ты всё ещё не понимаешь, чем заслужил мою любовь? — не слыша ответа, продолжил говорить мужчина, — Чтож, я тоже не понимаю почему ты снизошёл до меня, но это уже не важно, ведь... — опустив руку Юн Хэна, демон прижал дорогого человека к себе, мягко поглаживая по голове, словно утешая ребёнка, — То, что было не вернуть, и я рад этому, покуда лишь мысли о том, что я мог тебя не встретить заставляют меня впадать в уныние и боль. — от слов и прикосновений злодея, юноше становилось не по себе, но он не желал, чтоб тот прекращал, — Хэн, я не переживу, если ты снова исчезнешь...

«Переживёшь...» — задумался парень, вспоминая что ему поведала Система, но так же понимая, что Жить и Существовать – это абсолютно разные вещи. Юн Хэн понимал, что после его смерти злодей перестанет жить, а будет лишь существовать, руководствуясь местью и болью. Это никак не похоже на жизнь...

— Я... — наконец подал голос парень, прижимая дорогого демона к себе своими тонкими руками, — Не исчезну. Обещаю тебе.

***

С тех пор, как Юн Хэн очнулся прошло почти два месяца. Парень заметно набрал и уже не так охотно принимал пищу, чувствуя что ещё немного и он начнёт толстеть. Тренироваться юноше пока запрещалось, покуда злодей очень боялся за него, говоря что пока перенапрягаться нельзя.

Это: «Нельзя» уже начало бесить Юн Хэна, чувствующий себя в большом замке как в золотой клетке. Парня никуда не отпускали одного, и даже в туалет человека провожали слуги, ожидавшие пока он закончит свои дела и ведя обратно в комнату.

Если Юн Хэн желал погулять, то только на территории замка и не дальше ограды, а так же с десятью слугами, которые как хвост ходят за человеком не спуская с него алых глаз.

Только когда на горизонте появлялся Император Чан все расходились, оставляя двух друзей наедине. Юн Хэн знал, что слежку за ним организовал злодей, но не понимал к чему такая осторожность? Мужчина говорил, что он просто беспокоится, ведь его друг обессилен, а в мире демонов случиться может что угодно.

Вот только ничего не случалось, и мир демонов казался в сто раз спокойнее мира людей, но до злодея это было не донести. Друзья даже раз поругались, когда Юн Хэн решил улизнуть от стражи и пятнадцать минут побыть в одиночестве, гуляя по замку. Когда Вэй Чан нашёл беглеца, он сильно на него разозлился, и даже запер в комнате в качестве наказание.

Это взбесило парня, от чего злодею потом ещё и извиняться пришлось, моля о прощении. Как Юн Хэн мог не простить того, кого любит и кто так любит его? Разумеется он опустил ту ситуацию, но из-за этого ничего не изменилась.

Это давило на того, кто любил свободу. Кто не привык к роскошной жизни, и чтоб за ним велась охрана. такая жизнь казалась юноше пыткой, а не роскошью, чувствуя он неладное, но не в силах ничего с этим сделать.

Юн Хэн надеялся, что как только он снова придёт в норму и будет хорош в духовной силе, злодей поймёт, что охрана ни к чему и ослабит бдительность, но кажется, Вэй Чан не желал, чтобы его друг возвращался в норму.

Император Чан не давал человеку тренироваться, то говоря что он ещё слаб, то прося подождать его и тогда заняться тренировкой, то возникая на то, что они и так долго не виделись, так что какая тренировка?

Да, злодей стал очень занятым, управляя царством демонов будучи всего-то двадцатиоднолетним парнем, но несмотря на это он всё равно находил в день два три часа, чтобы провести время с любимым человеком.

Сначала Юн Хэн принимал все капризы злодея, считая, что тот просто заботится о нём, но теперь уже осознавая, что такая забота ему и даром не нужна.

— Отставь от меня стражу. — неожиданно выдал парень, сидя за ужином с демоном, который приостановил трапезу, подняв голову на человека.

— Они тебе докучают? Могу предложить других. Они будут очень тихими и...

— Да не в этом дело! — бросил Юн Хэн, подскочив из-за стола. — Меня угнетает такой контроль, — честно признал парень, скрестив руки на груди, — И возникает такое чувство, что ты меня прячешь от кого-то, а не защищаешь, — от услышанных слов злодей сжал кулаки, тут же убрав руки вниз.

— Если бы я тебя прятал, то не выпускал бы из комнаты, но ведь ты можешь ходить где угодно по дворцу, — выдал свой аргумент Вэй Чан, смотря на друга в упор.

— Ага, только с кучей охраны! — буркнул Юн Хэн, сев обратно за стол, смотря на злодея обиженным взглядом.

— Хэн, я тебе уже говорил, что мир демонов очень опасен, а ты очень ослаблен. Я лишь беспокоюсь о тебе... — ласково произнёс юноша, встав и подойдя к любимому, осторожно приобнимая его, — Хэн, ты самый важный для меня человек, и я больше всего я боюсь вновь тебя потерять, — от столь трогательной речи парень сжался, но не стал попадаться на эту удочку третий раз, оттолкнув от себя любовника.

— Но ты не даёшь мне возможности постоять за себя, запрещая даже тренироваться! — бросил Юн Хэн, не желая мириться со своим положением, — Мне приятна твоя забота, Чан, но она начинает переходить границы, — всё же любя своего мужчину, не хотел с ним ссориться парень, но иного выбора не видел, — Я чувствую себя беспомощно и бесполезно, и от этого... — приложив руку к груди, юноша сильно сжался, — Мне становится противно от самого себя.

От услышанных слов глаза злодея широко раскрылись, видя он опечаленный вид самого дорогого человека на свете. Вэй Чан действительно больше всего на свете боялся не за себя, а за своего любимого, который оказался беззащитен в их опасном мире.

— Хорошо...— неожиданно выдал юноша, поняв, что ему невыносимо от вида опечаленного возлюбленного, — С завтрашнего дня я дам тебе наставника, который поможет тебе возобновить твою чарку силы. Но, Хэн, пока ты не будешь достаточно силён, я не смогу отозвать от тебя охрану... — поговорил свои условная злодей, и хоть парень надеялся на большее, он согласился и на это.

— Спасибо, Чан, — улыбнулся попаданец, и лишь увидев счастливое лицо, злодей ощутил, как на душе стало тепло и светло.

Напряжённый разговор закончился вполне себе спокойно, и парочка продолжила трапезу, больше не начиная тяжёлую тему. Вот только, за разговором Юн Хэн заметил, что злодей напряжён, но скрывая от него что-то, но не решился уточнять что именно, не желая рушить их приятную иллюзию идеального вечера.