Разбитая дружба.

— Снова будете пытаться убить меня из-за ваших глупых предположений? — выдал Юн Хэн, начиная волноваться, покуда пятёрка была намного сильнее его, и даже с тремя учениками он бы не справился, а их пять...

— Нет, на этот раз... — создав в руке огненный шар, пылал злостью к невинному парню старший ученик, ненавидевший демоническую расу, покуда те убили его родных. Это автор описал, а вот о судьбе злодея как-то умолчал больше половины. — Мы точно закончим начатое.

Как по щелчку, пятерка бросилась на Юн Хэна, мощным ударом сбив его с ног. Это был сильный удар, и даже от него парень мог легко лишиться жизни, не создай он вовремя щит. Как и в новелле, даже после того, как учителя успокоились и перестали обвинять подозреваемого в демонических связях, ученики желали мести за своих близких, ведь почти все так или иначе пострадали от рук демонов.

— Вы творите безумие! — кричал на учеников Юн Хэн, но те не слушали его, кидая в парня удар за ударом, пока окончательно не снесли его с ног, а точнее, не прибили к дереву, как на распятье.

Дыхание Юн Хэна сбилось, он ощущал ужасную боль от проткнутых ладоней и стоп. Это и впрямь было невыносимо, но мучителям словно было мало видеть страдающее лицо парня. Они желали его полного уничтожения и разоблачения.

Истратив все силы на попытки отбиться и убежать от преследователей, теперь парень не мог даже освободиться от острых кинжалов, воткнутых в его плоть. Некоторое время наслаждаясь видом своей жертвы, пятёрка кивнула, а после юноша своей магией ударил в дерево. Сначала Юн Хэн подумал, что старший ученик промазал, не попав по нему, но затем осознал, что он и не целился по жертве, а развёл пламя.

— Нет... пожалуйста, хватит! — начал молить юноша, чувствуя запах дыма и понимая, что его собираются сжечь заживо.

Говорят, самая болезненная смерть — это сжигание заживо, потому что боль длится долго. Сильнее всего испытываемая боль ощущается в начале процесса горения, прежде чем пламя обжигает нервы, после чего кожа не болит. Многие жертвы быстро умирают от удушья, поскольку горячие газы повреждают дыхательные пути. Те, кто переживает сильнейший ожог, часто умирают в течение нескольких дней, поскольку альвеолы легких заполняются жидкостью, и жертва умирает от отека легких.

Ощущения не из приятных, и как только Юн Хэн ощутил жжение в ногах, в его глазах свернул блеск слёз, когда он понял, что сейчас постигнет настоящую боль. Хоть парень создал вокруг своего тела щит, он не спасал от жара пламени, вот-вот направившегося прожечь плоть юноши.

— Моу Кинг, ты уверен? Это не слишком... — снизошёл до здравого смысла один из пятерки, но старший ученик одним лишь взглядом показал тому молчать.

— Эти монстры так же сожгли мою семью заживо, отрубив им конечности и оставив в горящем доме. Он заслуживает этого, — ничуть не сомневался в своём решении главарь, пылая к демону лишь ненависть.

— Я не сжигал твою семью! Я ничего вам не делал, чтобы вы так со мной поступали! — кричал Юн Хэн, начиная ощущать боль от огня, сплетавшуюся с болью проткнутой кожи.

— Твой грязный род делал! Это месть всем монстрам, как ты! — вступила одна девица, желая убить парня, но не делать этого самостоятельно, любуясь его мучениями.

— Настоящие монстры... — дрожал от боли юноша, но, несмотря на это, поднял на пятёрку злой взгляд, подумав о том, что всё это могло произойти с Вэй Чаном... — Это вы!

Огонь начал окутывать всё тело парня, и его защита уже не спасала, отчего он сдался, начав кричать от боли, не в силах сдержаться. «Прости, Вэй Чан, я...» — задыхаясь от дыма, последнее, о чём думал юноша, это друг, который вновь останется один. — «Не смогу сдержать обещание».

Прозвучал взрыв, от которого Юн Хэн закрыл глаза, а вокруг словно начался настоящий ураган, сносящий всё вокруг.

Всего секунда, и парень ощутил, как его тело окутал мороз, хотя только что плоть прожигало пламя. Медленно открыв глаза, Юн Хэн не сразу сообразил, что случилось, когда почувствовал прилив в него сил, которые тут же заживляли ожоги и проткнутые раны.

— Чан! — подняв голову, юноша распался в улыбке, увидев друга, держащего его в руках, но она почти тут же спала, покуда огненные глаза злодея говорили о его безумии. — Чан...— уже с осторожностью выдал Юн Хэн, потянувшись к другу, но тот резко, хотя и осторожно, опустил парня на землю, и только тогда юноша осознал всё бедствие происходящего.

Три трупа. Полгектара спаленной демонической силой земли. Безумная черная магия злодея, горевшая вокруг него, словно огонь. Всё это говорило об одном:

Злодей вышел из себя, превратившись в безумца.

— Чан... — попытался встать Юн Хэн, но ноги подкосились.

Не реагируя на родной голос, злодей бросился на оставшихся двух выживший, один из которых лежал на земле с отрубленной рукой, а второй был прибит к дереву с открытыми переломами ног и рук.

— Чан! — пытался разбудить друга юноша, но тот словно стал тем самым злодеем, что и в романе.

Кровожадным и безжалостным.

— Не... нет... прошу, не.. — молил один из нападавших, но Вэй Чан ни на секунду не замедлился, разрубив тело парня пополам.

— Чан! — всё же поднявшись на ноги, Юн Хэн пытался как можно быстрее добраться до друга и остановить его, но не успел.

Последний нападавший был полностью разорван черной магией злодея, смотревшего на кровавое месиво с равнодушием. Несмотря на творившийся вокруг ужас, Юн Хэн больше беспокоился о друге, потому, добравшись до него, он схватил Вэй Чана за плечи, впившись губами в его губы.

Голос парня не действовал на злодея, а если его не разрубить шоком, то тьма в душе может остаться навсегда, и тогда юноша навсегда потеряет дорогого друга.

В миг красные зрачки Вэй Чана начали приобретать блеск, с которым он смотрел на Юн Хэна, обнимающего и целующего его так страстно, будто они находились в отеле, а не на кровавом поле. Парень должен был чувствовать ужасное смущение, но из-за случившегося кошмара всё, о чём думал Юн Хэн, — это друг.

— Оч... нулся? — заметив живые глаза друга, прекратил их соитие юноша, но злодею это не понравилось, и он вновь впился в желанные губы, просунув в рот парня язык. — Хв... пре... прекрати уже! — хоть поцелуй и был приятен, но он явно неуместен, и Юн Хэн своими словами пытался это сказать, но злодей снова принял всё по-иному.

— Я... противен тебе? — положив голову на плечо друга, спросил злодей, теряя сознание от перебора с тёмной энергией. — Я... потерял твоё доверие... Да? — по плечу Юн Хэна потекли слёзы, исходящие из глаз юноши. — Я стал... стал монстром... кровавым мстителем... Злодеем... я...

— Нет, — весьма быстро отринул слова парня Юн Хэн, подловив друга, когда тот уже не мог стоять на ногах, и желая сказать ему всё, что думает, понимая, что больше не должен молчать. — Ты мне нравишься, Чан! — от услышанного злодей дернулся и явно желал заключить друга в объятия, но не мог. — Я боюсь тебя потерять! — кричал юноша, так сильно сжимая Вэй Чана, что тому точно было больно, но он молчал, ведь слова перекрывали всё. — Ты мне очень дорог. Дороже всех на свете, поэтому... — смотря на друга, искренне выдавал все свои мысли юноша. — Ты не можешь быть мне противен, ведь я тебя... — парень запнулся, поняв, что не может закончить предложение.

Признаваться в чувствах — это тяжело, и хоть Юн Хэн ощущал, что злодей ему дорог, но он не мог точно знать, любит ли он его или же он просто ему нравится. Эта тонкая грань, которую люди часто путают, и парень не желал бросать слова на ветер, не будучи уверенным наверняка. Пока не мог...

Так и не услышав последнее слово, злодей потерял сознание. Оглядевшись, Юн Хэн понял, что им пора уходить, но тело так болело, что юноша не знал, сможет ли он встать, не то чтобы тащить на себе кого-то.

«Такое сильное разрушение...» — подумал парень, понимая, что всё это учудил злодей из-за него. Сам Вэй Чан не делал подобного в романе, покуда ему просто это было незачем, но когда он увидел, что пятёрка сделала с его другом, голова злодея взорвалась, и все мысли захватила тьма.

Только думая начать вставать, юноша вдруг почувствовал чьё-то приближение примерно в паре метров. «Нет! Если кто-то увидит Вэй Чана, они убьют его!» — осознал Юн Хэн, что друг находится в смертельной опасности, совсем позабыв, что он тоже.

«Я этого не допущу!» — Юн Хэн понимал, что если Вэй Чана сейчас заметят, то его убьют. Им некуда бежать. Осознавая всю глубину проблемы, юноша положил на дорогого демона ладони, потратив остатки последних сил на перемещение одного тела подальше от сгоревшего леса. Будучи полностью опустошённым, Юн Хэн остался сидеть на коленях в полном одиночестве вокруг сгоревшего поля, ощущая сильное головокружение. — «Вэй Чан, пожалуйста, живи и...»

— Хэн? — услышав голос, парень не смог сдержать смешок, покуда кто ещё мог найти его, если не герой?

Ситуация была схожа с оригиналом. Только там Ло Хао заметил злодея, тренирующего тёмную силу, а тут он застал бывшего друга в середине обугленного поля, а рядом разорванные тела.

— Хэн... — с подтверждением выдал Ло Хао, покачав головой, словно пытаясь сказать самому себе, что перед ним глюк, но это не так...

— Это не совсем то, что ты подумал... — произнёс Юн Хэн, пытаясь встать, но безуспешно.

— А что я должен подумать? — сжал кулаки герой, пылая гневом. — Ты врал мне! Столько лет живя бок о бок, ты скрывал от меня то, что являешься демоном! — кричал юноша, держась за голову, словно сходя с ума.

— Я не врал тебе, — честно сказал парень, не с силах говорить громко из-за ужасной слабости в теле. — Я честно не вру. Я не демон, прошу, поверь.

— Сказал бы ты раньше... Поведал бы свою тайну, и я бы помог тебе... Я же твой друг... — словно сам себе молвил Ло Хао, совершенно не слушая парня, сидевшего в десяти шагах от него. — Был твои другом, — голос героя стал резок. За весь роман он был таким только раз, когда убивал злодея за дорогого друга. — Хэн, я... — Юн Хэн дернулся, увидев, что юноша создает в руке духовный шар. — Не могу тебе этого простить.

Мощная сила полетела в беззащитного парня, уже потерявшего все силы. Юн Хэн сожмурил глаза, понимая, что он не в силах даже убежать, как вдруг вокруг него образовалась вспышка, а в груди что-то хрустнуло.

Тот самый кристалл защиты, что подарил лучший друг юноше на день рождения. Данное украшение защищало своего хозяина и в случае смертельной угрозы забирало её на себя, разбиваясь в дребезги. Ло Хао подарил его другу, дабы тот защищал его, но в итоге оказалось, что защищать кристаллу пришлось юношу от самого героя.

Какая ирония...

Данный камень защищает именно от убийства, а не попыток. Пятёрка учеников лишь сильно потрепали парня, но не довели дело до конца из-за Вэй Чана, а вот Ло Хао действительно хотел убить бывшего друга, нацелившись прямиком в сердце. Он правда это сделал...

Непонятно, помнил ли герой о кулоне и тем самым хотел забрать свой подарок у предателя, или же правда желал убить бывшего друга. Но то, что после удара Ло Хао успокоился, было видно. И то, что он больше не собирается пускать в парня удар. Этого и не требовалось, ведь вокруг Юн Хэна образовалось десять учителей, смотревших на парня, как на монстра, и без слов говоря, что того скоро ждёт...

***

Тело парня ныло, ведь его истязали более двух часов, пытаясь пытками добиться признания. Юноша молчал. Он не знал, что ему говорить. Он не демон и не может этого доказать. Предавать друга также нельзя, да и тот всё ещё в лесу и вряд ли в ближайшие дни проснётся.

Юн Хэн был даже этому рад. Пробудись сейчас злодей, и он бы признался в том, что является демоном, дабы спасти друга, и тогда его бы ждала та же участь...

Не получив от парня признания, его оставили в темнице, дабы на совете решить его судьбу. Тело оказалось не способно заживлять раны, покуда после встречи с героем прошло всего три часа, а тот нанёс ему сильный удар своими действиями...

За день юноша испытал боли больше, чем за всё время, проведённое в данном мире, вместе взятое. Не в силах даже встать, Юн Хэн смотрел в маленькое окошко, видя только две звезды. Такие яркие...

«Юн Хэн, а ты когда-нибудь задумывался о том, как звёзды похожи на нас?» — когда он вспомнил слова друга, на лице парня появилась еле заметая улыбка. «А ведь и правда... Звёзды очень на нас похожи», — думал Юн Хэн, видя в огромном небе всего две звезды. Будто те пошли против всего мира, будучи только вдвоём.

— Пришёл попрощаться? — лёжа спиной к решёткам, ощутил чужое присутствие юноша, сразу догадавшись, кто к нему пожаловал.

— Почему не признаешься? Ведь всё уже так очевидно... — проговорил Ло Хао, но парень ему не ответил. В камере воцарилась тишина, и тогда герой продолжил. — А где твой дорогой друг? — от данных слов парень сжался, не зная, что ему ответить, потому снова промолчал. — Ты и его убил? — предположил герой, взявшись за решётку, словно это он находится за ней, желая вырваться. — Это очень жестоко, Хэн... Такая нечеловеческая жестокость присуща лишь демонам и монстрам...

— В таком случае, я монстр, — не стал отрицать данного факта парень, но всё ещё не подтверждая, что он демон. — Как и ты.

— Я? — удивился обвинению герой, в романе будучи чистой душой, но показав себя настоящего.

— Ты пытался убить меня, хотя, если бы мы поменялись местами, у меня не поднялась бы на тебя рука, — обернулся парень к бывшему другу, злясь на него.

Как бы они ни ругались и что бы ни случилось, но настоящий друг ни за что не попытается правда убить дорого сердцу друга. На такое способен лишь настоящий злодей...

— А у тебя поднялась...

— Я был очень зол, — будто оправдываясь, бросил Ло Хао, начиная бродить из стороны в сторону, словно успокаивая себя. — Так зол, что не видел грани. Я правда думал, что убив тебя, спасу от пыток и позора, но... — парень остановился, опустив голову, словно осознав неизбежное, — увидев разбитый кристалл, я осознал, что уже не в силах спасти тебя.

— Ты и не сильно пытался, — усмехнулся Юн Хэн, и впрямь не видя больших усилий со стороны героя.

Последние слова юноши стали последней каплей для героя, и тот вышел из камеры, больше не желая говорить со своим врагом. Первым в жизни настоящим врагом... Ло Хао явно начал считать Юн Хэна предателем и плохим человеком, и теперь именно лучший друг стал для героя злодеем.

«А ведь по сюжету ты был готов убить из-за меня, но в итоге пытался убить меня...» — с грустью осознал парень то, что теперь точно потерял Ло Хао навсегда.

***

— Юн Хэн, ты обвиняешься в связи с демонами, проговариваясь к... — с явным отвращением смотрел учитель на юношу, произнося приговор. — Заточению в кристалл с последующей потерей силы.

Многие возмутились такому решению, желая для парня, убившего пятерых учеников, куда большее и серьёзное наказание. Но ничего не могло доказать, точно ли Юн Хэн является демоном или нет, потому это максимум, который ему могли дать.

Заточение в кристалле — это своего рода тюремная кома, в которую тебя вводят насильно. Кристалл никак не забирает твои силы, но зато крадёт время. То есть, живя в кристалле, ты находишься в кошмаре, так же взрослея, но не живя.

Данное наказание использовалось, когда закон не мог точно подтвердить обвинения. Теперь учителям и ученикам нужно собрать доказательства, и если они будут весомыми, парня вытащат из кристалла и убьют, но если тот окажется невиновен, его просто обязаны отпустить. Но разве это справедливо? В любом случае, Юн Хэн терял свою жизнь, и тогда в чём смысл? Здешние законы ужасно несправедливы.

Несмотря на явное неудовольствие окружающих, школьный суд был твёрд, и юношу повели в пещеру, ведя его, как раба, за поводок. Это было унизительно. Парень и так еле передвигал ноги, а его ещё и тащили на высоту, отчего он растер все пятки в кровь.

Вход в пещеру был похож на зеркало, входить туда было опасно, покуда кто заходит туда, сразу же начинает покрываться кристаллом, постепенно погружаясь в вечный кошмар. Вытащить наказанных из кристаллов могут лишь избранные заклинатели, обладающие особым даром. Иным такое не дано.

Смотря на своё отражение, Юн Хэн ужаснулся, видя потрёпанного парня в белых лохмотьях с избитым телом и лицом. Сейчас юношу никто не назвал бы красивым. Парень выглядел ужасно, а из-за побоев лицо опухло, и один глаз плохо открывался. Текло изранено, а белое одеяние уже было грязным и в кровавых пятнах. Ужасное зрелище...

— Последний шанс. Признайся уже, и тогда избежишь данного наказания, отправившись в верховный суд демонов и людей, — будто давая юноше возможность на исправление, выдал грозный мужчина. Вот только он лгал.

Верховный суд демонов и людей — это полная чушь. Его придумали правители, будто давая шанс на искупление другой расе, но на деле нещадно убивая тех, кто признаётся в своих деяниях. Демоны и люди поступали одинаково, ненавидя друг друга до смерти.

— Ну что ж, как хочешь, — чуть ли не прорычал мужчина, грубо толкнув Юн Хэна ногой, отчего парень полетел прямо в пещеру, сильно ударившись о камни.

Привстав, юноша дрогнул, видя ужасные мины людей в жёлтых кристаллах. Все пленники были испуганны и несчастны, ведь они знали, что уже никогда не проснутся. Сев на колени, Юн Хэн сразу же начал ощущать, как ноги покрываются твёрдой корой, и это было больно. Словно тебя сжимают сильным железом, да так, что доходит аж до костей.

Но парень за сутки перенёс столько боли, что эта уже казалось ему пустяком. «Система...Что...Что я сделал не так?» — спросил юноша, смотря в твёрдый пол, но программа ему не отвечала. «Почему я заслужил это? Я был так плох? Я правда совершил какой-то страшный грех?» — предполагал юноша, как вдруг в сознание пришла их порочная связь со злодеем, которая вряд ли была принята Системой. «Я не жалею», — твердо выдал мысли Юн Хэн. «Хоть моя жизнь была и коротка, но я ни о чём не жалею, слышишь!» — кричал про себя парень, горло которого уже начал покрывать кристалл, перекрывая кислород. «Я впервые понял, что такое иметь настоящего друга. Впервые понял, каково это — быть не одному. Впервые...» — когда он начал терять сознание, с глаз юноши потекли слёзы, но он успел напоследок осознать истину. — «Я искренне полюбил кого-то, кто так же искренне любит меня», — кристалл полностью окутал тело парня, погрузив его в вечный сон.