Глава 2. Идиот Ду Хэн

Есть живые, которые уже умерли; есть живые, которые давно должны были умереть.

Цзян Сюньи чувствовал, что эта фраза очень подходит к нему самому, ведь он явно уже умер - умер, виновный в злодеяниях, умер в самый подходящий момент. Однако он не пробыл мертвецом и часа, когда снова открыл глаза.

Это определенно не было обещанным "возвращением домой"!

Когда он открыл глаза, вокруг было настолько темно, что он даже не мог видеть свою руку перед собой. Он мог только слышать плач и всхлипы, эхом разносившиеся сбоку от него, исходившие как от мужчин, так и от женщин. Кроме того, он, казалось, находился в относительно замкнутом пространстве.

Губы Цзян Сюньи слегка шевелились, беззвучно произнося несколько заклинаний. Когда он коснулся пальцами надбровных дуг, его зрение наконец прояснилось.

Около дюжины юношей и девушек находились здесь, в этой узкой горной пещере, и каждый причитал и рыдал так горестно, как будто их дорогие матери умерли. У входа в пещеру двое мужчин в масках, одетых в черные плащах с красной вышивкой, схватили длинные копья и замерли.

Эти люди явно не знали, почему их здесь заперли. Также было очевидно, что, хотя Цзян Сюньи больше не занимал ведущую роль, «так же известного, как и главный герой, один из Двойных Нефритов¹ Ступени Духа»... он определенно снова переселился.

¹ 双璧(shuāng bì): 璧=нефритовое кольцо (артефакт в форме кольца), традиционно используемый как символ ранга. Вся фраза 双璧 часто относится к паре несравненных вещей — в данном случае, к Цзян Сюньи и Юнь Се как к главному талантливому дуэту своего поколения.

Цзян Сюньи сморщил нос, почувствовав, что на его лицо нанесли какую-то маскировку, хотя в данный момент он не собирался его снимать.

Он не знал, переселился ли он снова в книгу на этот раз. 

Придется ли мне играть босса-злодея? Ощущение того, что на тебя кричат, обвиняют, преследуют и бьют, неприятно, я не хочу пережить это снова! ...Блять, неужели эта девушка рядом со мной использует мои рукава, чтобы вытереть слезы?

Цзян Сюньи жалобно ревел в своем сердце, но на его лице сохранялась улыбка. Он терпеливо ждал, пока девушка сделает временный перерыв в вытирании слизи и слез, а затем подавил свою раздражительную натуру, чтобы говорить медленно и тихо.

— Я только что проснулся, и немного не в себе. Девушка, что это место?

Неожиданно услышав, что кто-то говорит ей на ухо, женщина вздрогнула от шока. Затем, сразу поняв, что это говорит Цзян Сюньи, она встряхнула рукавами и выплюнула:

— Ты, проклятый второй идиот², опять забыл мое имя? А твои свиные мозги хоть раз прояснились? Мы вот-вот умрем, а ты все еще хочешь надоедать мне, тьфу, мне действительно не повезло.

² Ду Хэн — второй сын в семье Ду.

Терпение Цзян Сюньи было исчерпано. Первоначально он был уверен, что сможет вернуться в современный мир после выполнения этой задачи, но затем оказался в этой раздражающей ситуации. Он постоянно сдерживал гнев в своем сердце, но теперь эта женщина необъяснимо ругала его без причины. Выражение его лица сразу же изменилось, и он только поднял руку, когда услышал сбоку другой тихий голос.

— Старшая сестра Фан, не ругай больше Ду Хэна. В конце концов, он был обманут, приняв на себя вину за молодого лорда. Он тоже очень жалкий...

Цзян Сюньи медленно опустил руку и больше не говорил.

Зато Старшая Сестра Фан говорила сквозь слезы.

— Жалкий? Да правильно! Все, что он может сделать при жизни, это быть презираемым, чтобы на него все смотрели свысока. Лучше бы он умер красиво и чисто. Но почему мы попали в такую же ситуацию?! Говорят, что для воскрешения Владыки Демонов Сюань Ли обратно в этот мир требуется восемнадцать мужских и женских жертв, рожденных на Фестивале Призраков. Я уже знала, что мне будет трудно избежать этого бедствия...

После этого Цзян Сюньи уже перестал слушать ее бесконечные жалобы. Четыре слова «Повелитель Демонов Сюань Ли» полностью привлекли его внимание и привели в состояние повышенной готовности³. Это имя быстро проносилось в его голове снова и снова.

³ 振聋发聩 — «сделай так, чтобы глухой услышал, а слепой увидел»

Черт возьми, он на самом деле все еще внутри этого проклятого «Поднимающихся облаков, вздымающихся небес⁴».

⁴ Название этой книги имеет некоторое отношение к имени Юнь Се: Юнь означает "облако", и именно облако фигурирует в этом названии.

Не то чтобы он был слишком чувствителен к этому имени, но присутствие Владыки Демонов Сюань Ли было необычайно сильным. В этой книге «Восходящие облака, вздымающиеся небеса» он считается очень важным боссом-злодеем. До предательства Цзян Сюньи он и главный герой Юнь Се вместе разработали стратегию, как победить этого Владыку Демонов... Подождите секунду. Блядь.

Владыка Демонов Сюань Ли воскрес в этом мире?!

Это неправильно!

В тот день, когда я⁵ потратил столько чертовых усилий и чуть не умер, чтобы убить его, как так получилось, что он воскрес в мгновение ока?!

⁵ Цзян Сюньи здесь называет себя 老子 (lǎo zǐ), высокомерным и очень неформальным способом обращения молодых людей к себе. (Одно из его альтернативных значений — «папочка».) 

Теперь Цзян Сюньи отчасти понял, почему он до сих пор не может вернуться домой.

Кроме того, это шокирующее осознание также затронуло некоторые воспоминания и впечатления Ду Хэна, то есть его нынешнего тела.

Говоря о Ду Хэне, то, что Старшая Сестра Фан сказала о том, что он «проклятый второй сумасшедший», технически она не была неправа. Ду Хэн действительно был врожденным неизлечимым идиотом.

Из лучших сект в мире культивирования седьмое место принадлежало секте Хэдзэ⁶ Ду. У главы семьи Ду были и жена, и наложница. Жену звали Инь Лин, наложницу звали Ченг Дань. Эта жена и наложница родили сына в один и тот же день. Сын наложницы родился раньше, и его назвали Ду Ли. Этот Ду Ли был очень известен добродетельной и мудрой репутацией; Цзян Сюньи слышал о нем раньше, хотя никогда не видел его лично. С другой стороны, мадам Ду перенесла трудные роды. Только после целого дня и ночи в родах она родила первого законного ребенка Секты Ду, взявшего имя Ду Хэн. К сожалению, хотя Ду Хэн был сыном первой жены, его голова была повреждена при рождении, поэтому он стал туповатым и медлительным.

⁶ 菏泽(hé zé) Я думаю, это настоящая префектура, расположенная в провинции Шаньдун, на востоке-северо-востоке Китая.

Что еще хуже⁷, его мать также скончалась от болезни, когда он был еще младенцем. Как классическая злая мачеха, Ченг Дань не соответствовала бы этому званию, если бы она не обдурила его. Единственная причина, по которой Ду Хэн мог до сих пор спокойно жить, заключалась в том, что никто не хотел иметь дело с этим умственно отсталым идиотом. Затем, когда для возрождения Владыки Демонов Сюань Ли было выбрано восемнадцать мужчин и женщин в качестве жертвоприношения, Ченг Дань определенно не могла отправить своего дорогого сына на смерть. В этот момент она как раз подумала о Ду Хэне.

⁷雪上加霜 — «Добавление града к снегу», т.е. одно бедствие наслаивается на другое, что делает плохую ситуацию еще хуже.

Ду Хэн и Ду Ли изначально были братьями одного возраста и статуса. Их внешность была даже наполовину похожа, поэтому Чэнг Дань слегка изменила лицо Ду Хэна и переодела его в своего старшего брата. Вместе с остальными семнадцатью мужчинами и женщинами он был отправлен в пещеру Демона Небесного Прорыва Сюань Ли⁸. ...Оставалось неясным, как его заменили на Цзян Сюньи.

⁸ 戾天: 戾 — нарушать, идти против, безжалостный/тиранический; 天 — небо, небеса

Цзян Сюньи тайно контролировал свое дыхание⁹ и обнаружил, что это тело на самом деле обладает избытком духовной энергии. Оно все еще было немного ниже, чем у его первоначального тела, но Ду Хэн каким-то образом достиг определенного уровня в совершенствование. Это утешительное открытие подняло его настроение настолько, что он начал заботиться о внешнем мире.

⁹ 调息 —  пранаяма, медитативная техника управления дыханием для извлечения жизненной силы (или что-то в этом роде).

Женщина, которую только что назвали старшей сестрой Фан, на самом деле носила фамилию Ченг. Она также была молодой женщиной из великой семьи культивации, и на самом деле была племянницей Ченг Дань. Именно поэтому она смогла распознать, что Ду Хэн не Ду Ли. В данный момент она все еще плакала, пока говорила. Ее слова сквозь слезы были очень выразительными и подробными. Послушав немного со стороны, Цзян Сюньи уже понял суть происходящего.

Эти восемнадцать человек, включая его, в настоящее время были ягнятами, ожидающими заклания. Ранее установленный час для их принесения в жертву Владыке Демонов уже наступил, но по какой-то неизвестной причине прибытие Сюань Ли было отложено. Это бесконечное ожидание наполняло сердце каждого напряжением, тревогой и крайним беспокойством.

Цзян Сюньи держал травинку во рту и прислонился к углу стены, сосредоточившись на том, чтобы выглядеть как тихий красивый мужчина. Внутри его сердце было нестабильным от этого потока новой информации. После того, как его однажды убили, этот мир слишком сильно изменился, и ему было трудно за ним угнаться. Немного поразмыслив над ситуацией, он решил остаться здесь, чтобы подождать и посмотреть, что будет дальше.

Как раз в этот момент кто-то дернул его за рукав. Цзян Сюньи оглянулся и увидел, что кто-то сидит рядом с ним. Это была девушка, которая недавно остановила Ченг Фан от жестокого обращения с ним.

Эту женщину звали Ченг Вэй, и она была младшей сестрой-близнецом Ченг Фан. Хотя эти сестры родились вместе от одной матери, их темпераменты и внешность были настолько разными, насколько это возможно. Ченг Вэй огляделась и увидела, что никто не обращает на нее внимания. Только тогда она потянулась к рукаву, тихонько достала несколько закусок, завернутых в носовой платок, и прошептала:

— Младший брат Хэн, ты, наверное, голоден, да? Вот, перекуси.

Это тело не достигло уровня, позволяющего голодать¹⁰, поэтому Цзян Сюньи действительно был немного голоден. Сотворив заклинание, он смог видеть в темноте и, оглянувшись, увидел, что носовой платок, обернутый закусками, был чистый. Он был очень доволен и бесцеремонно принял закуски. Он проглотил их по одному, даже не сказав ни слова благодарности.

¹⁰辟谷 (pì gǔ) — первоначально даосская практика воздержания от зерна. В романах о культивации это означает, что, достигнув достаточно высокого уровня культивации, вам не нужно есть и пить.

Эй, дело было не в том, что у него не было манер, а в том, что он должен был быть идиотом.

Ченг Вэй, казалось, привыкла к этому и не возражала против его отношения. Вместо этого она мягко привела в порядок несколько спутанные волосы Цзян Сюньи и тихо вздохнула.

— Я не знаю, как этот Владыка Демонов Сюань Ли стал таким могущественным. Когда-то братья-ученики Юнь и Цзян вели битву не на жизнь, а на смерть, чтобы победить его, и им пришлось поставить девять печатей, прежде чем он был подавлен. Никто не мог ожидать, что он снова появится так быстро. Жаль, что после смерти Цзян-шисюн¹¹ Юнь-шисюн тяжело заболел и много месяцев даже не разговаривал. Вероятно, он получил очень сильный удар, и я не знаю, сможет ли он прийти вовремя, чтобы спасти нас...

¹¹师兄 (ши сюн) букв. «старший брат-ученик» — старший товарищ-подмастерье. 

Цзян Сюньи ел закуски, его уголки губ незаметно подергивались. 

Полная ерунда, где она слышала эти слухи о Цзянху¹²? Я⁵ действительно был убит им - да, черт побери, он "получил тяжелый удар". В будущем, когда он узнает, что я снова жив, вот тогда он действительно получит тяжелый удар.

¹²  江湖 (jiāng hú） букв. «реки и озера» — мир боевых искусств древнего Китая.

⁵ В этом абзаце Цзян Сюньи снова называет себя 老子 (lǎo zǐ), т.е. как бы "папочкой".

Тем не менее, было редкостью, чтобы кто-то действительно упоминал его в подобной ситуации и даже был готов называть его «Цзян-Шисюн». Хотя Цзян Синъи обычно решал вопросы довольно жестоко и не испытывал нежных чувств к представительницам слабого пола, он не стал бы оспаривать эти бессмысленные вещи с девушкой, которая хорошо к нему относилась. В итоге он только молча выслушал, а потом осторожно показал этой нежной красавице глупую улыбку.

Ченг Вэй в основном разговаривала сама с собой и не ожидала, что он поймет, о чем она говорит. Увидев это, она погладила его по голове. Сначала она хотела подбодрить его, так как это было бы лучше, чем ничего, но прежде чем она успела открыть рот, чтобы заговорить, из-за двери донесся громкий лязг.

Хаотичный шум внутри пещеры тут же прекратился, и все посмотрели на дверь. Вошли два отряда мужчин в масках и черно-красных одеждах, все с копьями. Ведущий постучал копьем о землю и сурово приказал:

— Выходите все вон!