Глава 1.Сходка задротов.

Именно праздное любопытство сегодня и затащило меня в этот ночной клуб.

Место было модным ровно настолько, насколько вообще может быть модным подпольный азиатский ретро-рейв в нижних секторах мегаполиса.Клуб активно пиарили в одном канале для любителей «китайской культуры времён Большого Взрыва» — так теперь называли эпоху раннего интернета, когда человечество ещё не срослось окончательно с сетью и почему-то искренне верило, что технологии сделают людей свободнее, а не превратят их в цифровой скот с подпиской на собственную личность.

Сегодня здесь собирались косплееры персонажей из древних китайских новелл начала XXI века, всевозможные гики, культиваторы восточной эстетики, задроты, годами изучающие историю Поднебесной через архивы нейроверса, и прочие любители архаики.

Вся эта публика выглядела так, будто древний китайский фэнтези-сериал трахнул киберпанковый мегаполис и родил поколение людей, неспособных отличить реальность от стилизованного цифрового эскапизма.

И, стыдно признаться, в последнее время я сама подсела на эту моду.

Не то чтобы меня возбуждала ностальгия по эпохе, в которой я даже не жила. В отличие от большинства нынешних обитателей нейроверса, я хотя бы не надрачивала на «старые добрые времена» с фанатизмом религиозного культиста.

Сейчас половина человечества вообще существовала исключительно в сети.

Люди забывали снимать виарочки даже чтобы поссать.Жрали через трубки.Гадили в подгузники.Разлагались в своих бетонных капсулах под мерцающим светом серверных стоек, пока сознание, подключённое к метавселенной, кичилось в какой-нибудь примитивной MMORPG своим триста-шестьдесят-двух-тысячным левелом, легендарным билдом и «невероятным скиллом».

Или писало очередной код для очередного сервера, на который никто никогда уже не зайдёт.

Потому что современное человечество давным-давно захлебнулось в информации.

Контента стало столько, что человеческая психика попросту перестала воспринимать его как что-то ценное. Эмоции выгорели подчистую, будто дешёвые нейрочипы после скачка напряжения.

Иронично, но люди начали напоминать искусственный интеллект куда сильнее, чем сами ИИ.

Те же зацикленные паттерны.Те же алгоритмы поведения.Те же повторяющиеся реакции.

Только забагованные.

Неспособные воспринимать новую информацию без перепрошивки собственной картины мира.

Вот только, в отличие от ИИ, обычному среднестатистическому человеку никто не станет просто так вносить правки прямо в мозг.

По крайней мере те правки, которые были бы полезны самому человеку, а не очередной корпорации, правительственному сектору или рекламному алгоритму, желающему чуть эффективнее продавать людям их собственную деградацию.

В общем, к чему это я?

Ах да.XXI век.

Золотое время на закате эпохи *homo sapiens* — человека разумного.

Последний период истории, когда люди ещё действительно жили, а не обслуживали собственные цифровые проекции.

Время, когда человечество всё ещё умело творить не ради статистики просмотров, рейтинга социальной эффективности или очередной дозы алгоритмически рассчитанного одобрения.

Тогда у людей ещё было что-то своё.

Собственное мнение.Собственные вкусы.Собственные эмоции.

И самое удивительное — судя по старым архивам нейроверса, они действительно проживали эти чувства по-настоящему, а не имитировали их через готовые поведенческие шаблоны.

Более того — они, кажется, даже не только из сухой теории знали, что такое любовь, счастье, привязанность или тоска.

Сейчас это звучит почти как городская легенда.

Разумеется, сторонники современных технологий любят рассказывать совершенно другую версию истории.

По их словам, люди XXI века были дикими эмоциональными варварами. Нестабильными приматами с переизбытком гормонов, агрессии и иррациональности.

И человечеству, мол, невероятно повезло, что эти психопаты вообще сумели дотащить цивилизацию до нынешнего уровня технологического развития, при этом окончательно не уничтожив друг друга в бесконечных мировых войнах за ресурсы, территории и политические фантомы.

— *Да кому вообще нужна эта земля,* — обычно говорят такие люди. — *Когда существует практически бесконечный нейроверс с неограниченными возможностями?*

И, наверное, в этом даже есть логика.

Зачем цепляться за грязную, перенаселённую планету, если можно жить внутри идеальной цифровой среды, где ты способен стать кем угодно?

Бессмертным культиватором.Королём корпорации.Богом.Демоном.Героем.Да хоть собственной улучшенной версией.

Без старости.Без боли.Без ограничений плоти.

Только вот лично мне кажется, что большинству из нас уже никогда не узнать наверняка, действительно ли люди прошлого были примитивными дикарями...или же именно они обладали чем-то, что мы безвозвратно утратили.

Какой-то особой мудростью.

Не технологической.Не интеллектуальной.И уж точно не цифровой.

А чем-то куда более древним и страшно хрупким.

Пониманием того, как оставаться настоящим живым человеком.

Как чувствовать.Как любить.Как быть искренним без нейрохимических модификаторов и эмоциональных плагинов.

И, возможно, именно они ещё понимали, где заканчивается реальность...

...и начинается цифровая иллюзия.

И вновь я отвлеклась.

Так что давайте всё-таки вернёмся к китайским задротам, пока моё словоблудие снова не довело меня до резистентности к новым антидепрессантам.

Несмотря на то, что большая часть современного человечества уже давно разучилась думать собственной головой, перекладывая любые жизненные задачи на нейроверс — от выбора профессии до инструкций о том, как правильно держать вилку и под каким углом эффективнее сидеть на унитазе, — во все времена существовали так называемые *«не такие как все»*.

Люди, выбивающиеся из общей массы.

Эдакие мамкины анархисты цифровой эпохи.

Именно такие в итоге создавали новые субкультуры, касты, локальные секты по интересам, временные модные течения или полноценные идеологии, а затем строили вокруг них свои маленькие манямирки с внутренними правилами, эстетикой и коллективной шизой.

И подобных персонажей лично я всегда делила на две категории:

Позёры.И тру.

Первые считали, что быть особенным — это круто.Вторые же сидели ночами с ощущением, что у них просто проблемы с башкой.

Потому что даже внутри собственного комьюнити они всё равно продолжали выделяться на фоне остальных.

Из-за толпы позёров.

Оставались чужими даже среди условно своих.

Наверное, именно поэтому, войдя в клуб и заметив у дальнего столика компанию малолетних косплееров в разноцветных ханьфу, длинных синтетических париках и тоннах светящегося макияжа, я почти физически ощутила себя белой вороной в своём неприметном оверсайз-шмотье.

Впрочем...

Насрать.

Если всё пойдёт по пизде — просто свалю отсюда.

Я подошла к столику «китайцев», и, как и ожидалось, никто даже не обратил внимания на моё появление.

Компания уже варилась в собственном шуме — кто-то обсуждал последние обновления культовой VR-игры про культивацию, кто-то спорил о каноне древней новеллы, кто-то с пеной у рта доказывал, что экранизации XXI века «убивали атмосферу оригинала».

Типичный гиковский улей.

*"Как обычно, все уже друг друга знают."*

Промелькнуло у меня в голове.

Молча развернувшись, я направилась к барной стойке.

Бармен выглядел так, словно последние лет десять существовал исключительно на стимуляторах и ненависти к человечеству. Под глазами — чёрные провалы, на шее — дешёвый нейроинтерфейс старого поколения, мерцающий красным системным предупреждением.

Я заказала какой-то апельсиновый коктейль с минимальным градусом.

Люблю всё апельсиновое, кстати.

Не знаю почему. Возможно, это единственное, что ещё не успело ассоциироваться у меня с тревожностью, таблетками или очередным цифровым дерьмом.

Вернувшись обратно к ряженым, я устроилась на свободном месте среди кожаных диванов вокруг длинного стеклянного стола.

Интерьер клуба, к слову, был редкостно уёбищным.

Будто дизайнеру дали задачу совместить элитный азиатский лаунж, дешёвый бордель и наркопритон для солевых киберпанков — и он, сука, справился.

Неоновые иероглифы мигали над головой кислотными цветами.Под стеклянным полом текли цифровые карпы.Из вентиляции тянуло сладковатым запахом дешёвых вейпов, алкоголя и чего-то химического, подозрительно напоминающего синтетические стимуляторы.

Короче говоря, атмосфера здесь была настолько фальшиво-«элитной», что хотелось либо блевануть, либо немедленно купить запрещённые импланты у первого встречного дилера в туалете.

«Китайцы» тем временем обсуждали какую-то игру из нейроверса.

Судя по обрывкам разговора — как раз ту самую ультрапопулярную VR-песочницу с локациями альтернативного древнего Китая, о которой последние месяцы орали буквально из каждого инфоканала.

Кажется, называлась она *«Девять Небес»*.

Одна из девушек — хрупкая, вся в розовом газовом платье, с пластиковыми цветочками в волосах и настолько идеальным макияжем, будто его рендерила нейросеть, — увлечённо рассказывала, что начала учиться играть на гуцине «в Небесах», чтобы открыть какую-то редкую технику заклинательского клана, в который она недавно смогла вступить после нескольких недель гринда.

Говорила она об этом с таким восторгом, словно речь шла не о наборе игровых механик, а минимум о настоящем духовном просветлении.

Впрочем, для нынешнего поколения между этими вещами уже давно почти не осталось разницы.

— Да это ж полная хрень, — заржал сидящий рядом парень, на вид года на два старше неё.

У него был ленивый взгляд человека, который половину жизни проводит либо в нейроверсе, либо под стимуляторами для ускорения реакции.

— Нахера столько времени убивать? Просто покупаешь чит-коды, бустишь билд и делаешь в игре всё что хочешь. Качаешься в десять раз быстрее.

Он откинулся на спинку дивана и усмехнулся:

— Это ж не мировой турнир с миллиардными призовыми. Зачем вообще напрягаться и качаться по чесноку?

—Ты что, дибил?Тебя ж в лучшем случае сразу забанят!Раздраженно ответил ему другой штымп.

И вот тут я неожиданно поймала себя на мысли, что почему-то внутренне встала на сторону девчонки с гуцинем.

Хотя сама не играла.

Наверное, потому что чит-коды в мире, где люди и так давно сломали себе восприятие реальности лёгкими путями, ощущались особенно жалко.

В этот момент на меня вдруг обратила внимание какая-то девочка лет шестнадцати.

На ней было красное ханьфу, рыжий парик и лисьи ушки, слегка подрагивающие от встроенных сервоприводов.

Похоже, она заметила, что я слишком внимательно слушаю разговор.

— Ты уже играла в *«Девять Небес»*? — спросила она.

— Нет, — ответила я, медленно покручивая в руках стакан с апельсиновым шмурдяком. — А какой там вообще лор?

Лисичка заметно оживилась.

— Ну, основная цель игры — достичь бессмертия и вознестись на Небеса. Но игре уже больше полугода, и пока даже никто из бета-тестеров не приблизился к этому уровню.

Она говорила быстро, захлёбываясь словами и эмоциями, как типичный человек, который слишком долго жил внутри фандома.

— Поэтому многие уже забили на основной сюжет и просто движнячат в цзянху. Создают свои школы, вступают в Пять Великих Кланов, охотятся на демонов, мутят союзы, войны...

Девчонка усмехнулась:

— А задроты вообще открывают там теневые рынки, бизнесы и целые внутриигровые корпорации. Там уже некоторые больше зарабатывают, чем в реале.

Честно говоря, это уже звучало не как игра, а как очередная форма существования человечества.

Просто более красивая.

— О, кстати! — она вдруг наклонилась ближе. — Хотя демоны там вообще изначально были мобами, ты во время некоторых ивентов можешь специально умереть и переродиться демоном.

— Серьёзно?

— Ага. И не просто демоном, а прям имбовой тварью, если повезёт. Там уже есть свой Владыка Демонов и целый демонический клан из победителей прошлых событий. У них отдельные локации, своя система развития и способности... правда качаться сложнее и атмосфера там пиздец мрачная.

Она на секунду задумалась, а потом довольно улыбнулась:

— Но лично я вступила в элитный заклинательский клан. Там реально весело. Куча уникальных техник, скрытых квестов, редких ачивок... и левел апается намного быстрее, чем в обычных школах.

Я молча сделала глоток коктейля, слушая всё это.

И чем дольше слушала, тем сильнее ощущала странное чувство.

Будто эти люди обсуждали не игру.

А другой мир.

Настоящий.

Мир, в котором они жили куда охотнее, чем в этой полумёртвой реальности с неоновыми вывесками, грязным воздухом и человечеством, давно забывшим, зачем вообще существует вне сети.

Выслушав длинную восторженную тираду лисички и немного пораскинув мозгами, я всё-таки решила чекнуть эту игру.

В конце концов, *«Девять Небес»* звучали куда интереснее очередных тупорылых стрелялок, гоночек и прочих виртуальных боевичков для агрессивных тугодумов с эмоциональным диапазоном армейского дрона.

По крайней мере здесь был хоть какой-то простор для жизни внутри самой игры, а не бесконечный цикл:*убил → получил лут → убил ещё раз → задонатил → убил быстрее.*

Хотя, если подумать, удовольствие от подобных ролевух зависело вовсе не от игрового скилла.

Точнее... не только от него.

Куда важнее был социальный навык.

Умение втереться в нужную компанию.Завести полезные знакомства.Найти себе сильных союзников.

Потому что чем имбовее твоя пачка — тем больше контента тебе доступно.

Редкие ивенты.Уникальные данжи.Скрытые ветки сюжета.Клановые войны.Теневые рынки.Внутриигровой бизнес.

Все эти школы, секты, торговые дома и заклинательские кланы держались исключительно на социальных связях.

На доверии.На репутации.На коллективной шизе.

А чмошник-одиночка, каким бы скилловым он ни был, всё равно рано или поздно начинал сосать.

Можно хоть двадцать часов в сутки жить в игре.Можно идеально выдрачивать механики.Можно влить в аккаунт состояние.

Но без людей вокруг ты всё равно пропустишь половину контента.

Такому даже донаты не помогут.

— Скинешь мне ссылку на свой акк в *«Небесах»*? — спросила я у рыжей.

— А, да, конечно! Давай аккаунт в нейроверсе.

Она мило улыбнулась.

Нет, серьёзно.

*Охереть как мило.*

Ты что, мелкая, с луны свалилась со своей этой невозможной искренностью?

На секунду мне даже показалось, что передо мной не человек из мегаполиса будущего, а какой-то случайно уцелевший NPC из более нормальной эпохи.

Девчонка нажала на маленькую кнопку, спрятанную в основании лисьих ушек, и те забавно дёрнулись от встроенных сервоприводов.

Чёрт.

Это тоже было слишком мило.

Она протянула мне свой ГПК — голографический персональный компьютер — и я быстро вбила свой ник в нейроверсе, открыла главную страницу профиля и вернула устройство обратно.

Лисичка опустила взгляд на экран.

Замерла.

Прошла секунда.

Потом её глаза вдруг удивлённо расширились.

Она резко подняла голову и уставилась на меня так, будто я только что призналась в серийных убийствах или работе на правительственный сектор.

— Ты... пентестер *«Сильф»*?..

*"Так, стоп."*

Мысль вспыхнула в голове мгновенно.

Это же был мой фейковый аккаунт.

Левая личность, зарегистрированная пару недель назад через поддельные документы для мелкой подработки в теневом секторе нейроверса.

Ничего серьёзного.

Никакой публичности.

Никакой известности.

Так какого хера...

...она вообще знает это имя?