18 глава

Мы уже покинули здание, где обычно водились пауки — мрачное место с пыльными углами и паутиной, тянущейся от потолка до пола. Я направлялась к себе домой, погружённая в мысли, а Хисока, словно тень, шёл рядом, время от времени бросая на меня внимательные взгляды.Спустя пятнадцать минут неспешной ходьбы мы подошли к двери моей квартиры. Вечерний воздух был прохладным, и я невольно поежилась, доставая ключ. Попытка отпереть дверь не увенчалась успехом — замок словно сопротивлялся, не желая поддаваться. Прислушавшись, я уловила приглушённые звуки изнутри: будто кто‑то передвигал вещи или тихо разговаривал.— Мхм... Зачем мне эта морока?! — раздражённо выдохнула я, чувствуя, как внутри закипает гнев. Не выдержав, я начала стучать кулаком в дверь, вкладывая в удары всё нарастающее негодование.— Принцесса, что‑то случилось? — мягко, почти шёпотом спросил Хисока, кладя руку на моё плечо. Его прикосновение неожиданно успокоило, но лишь на мгновение.— Кто‑то поменял замок, — с ноткой раздражения и с лицом, пылающим от гнева, ответила я. Волосы выбились из причёски, а пальцы непроизвольно сжимались в кулаки.Наконец дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина с невыразительным лицом, а за его спиной маячила женщина, у которой я снимала квартиру. Её взгляд, полный презрения, скользнул по мне, словно я была чем‑то грязным, прилипшим к её идеально вычищенному порогу.— Что это значит? — нахмурившись, спросила я, стараясь держать голос ровным, хотя внутри всё кипело.— Ты тут больше не живёшь! Мне не нужны жильцы с плохой репутацией, которые будут портить мою, — надменно произнесла она, подняв нос и ухмыльнувшись. Её голос звучал так, будто она давно ждала этого момента, репетируя каждую интонацию.— Стоп... А вещи хотя бы? — мой голос дрогнул, но я тут же взяла себя в руки.— Они все сожжены! — с дьявольской ухмылкой ответила она, приближаясь к моему лицу. Её дыхание пахло мятной жвачкой, и это показалось мне до абсурда неуместным.Не сдержавшись, я дала ей сильную пощёчину — настолько сильную, что разбила ей губу. На секунду воцарилась оглушительная тишина, а затем она вскрикнула, прижимая ладонь к лицу. Развернувшись, я пошла прочь, чувствуя, как сердце колотится где‑то в горле. Хисока молча последовал за мной, его шаги звучали ровно и спокойно, словно он был единственным островком стабильности в этом хаосе.Отойдя подальше от дома, мы остановились у старого дерева с раскидистыми ветвями, будто оно укрывало нас от невзгод. Хисока посмотрел на меня — в его глазах не было ни осуждения, ни жалости, только тихое понимание.— Принцесса, теперь ты будешь жить у меня, — произнёс он, и в его голосе прозвучала не просьба, а скорее утверждение, от которого не стоило отказываться.— И почему это? — скептически спросила я, скрещивая руки на груди. Ветер подхватил пряди волос, бросая их мне в лицо.— Ну, я буду знать, что ты в безопасности. И так будет до тех пор, пока ты не найдёшь новое жильё, — он говорил просто, без пафоса, но в этих словах было что‑то, что заставило меня задуматься.Поразмыслив, я решила согласиться. Было уже поздно — небо окрасилось в глубокие фиолетовые тона, а уличные фонари зажглись, бросая длинные тени на асфальт. Жить мне пока негде, а оставаться на улице в такой час — не лучшая идея.Когда мы пришли к Хисоке, я невольно оглядела его квартиру: чистые линии, минимум вещей, но при этом уютно. Он, будто прочитав мои мысли, мягко сказал:— Принцесса, можешь сходить в душ — он справа по коридору. Вода поможет расслабиться.— Эмм... У меня нет сменной одежды, — слегка покраснев, призналась я, чувствуя неловкость.Хисока ушёл в какую‑то комнату и вернулся с мягким полотенцем и просторной футболкой.— Держи, — с лёгкой ухмылкой произнёс он, протягивая вещи. В его глазах мелькнуло что‑то тёплое, почти заботливое.— Спасибо, — поблагодарила я и направилась в душ.Стоя под тёплыми струями воды, я ощущала, как напряжение постепенно покидает моё тело. Капли стекали по коже, унося с собой тревоги дня. Мысли невольно возвращались к Хисоке — его спокойствию, уверенности, тому, как он смотрел на меня, будто видел что‑то, чего не замечала я сама.«Что это за мысли?! Так, стоп, Аврора! Ему почти тридцать, а тебе всего четырнадцать... Отложи эти мысли», — строго одёрнула я себя, проводя руками по лицу, смывая не только пыль, но и непрошеные эмоции.Выйдя из душа, я переоделась в футболку Хисоки. Она была слишком большой, но в этом была своя уютность — будто я на мгновение стала частью его мира. Нижнее бельё я оставила, чувствуя странную смесь смущения и свободы.На кухне Хисока что‑то готовил — по воздуху плыл аромат свежей выпечки и чая. Он двигался с лёгкой грацией, будто каждое действие было частью давно отработанного ритуала.— Оо, принцесса, не голодна? — не оборачиваясь, спросил он. Его голос звучал тепло, почти по‑домашнему.— Немного, — ответила я, присаживаясь на стул. Деревянная поверхность была гладкой под моими пальцами, а свет лампы создавал мягкий круг на столе.— Сейчас наложу покушать, — сказал он, поворачиваясь ко мне. Его взгляд скользнул по моей фигуре в его футболке, и на лице появилась лёгкая улыбка. — Воу, а тебе идёт моя футболка!