22.2 На три дня раньше?

С другой стороны

Посмотрев игру, Ке Лэй некоторое время пребывал в оцепенении, затем загробным взглядом посмотрел на Ло Вэньчуаня. Увидев, что выражение его лица было спокойным, он не мог не воскликнуть:

"Как ты так спокоен? Калеб - популярный кандидат в команду Синхай в этом году. А теперь он проиграл Юнь Синцзе! Ты не удивлён?!"

"Мгм."

Ло Вэньчуань ответил равнодушно и встал, чтобы уйти.

Ке Лэй не мог сказать, было ли это "мгм" случайностью или нет.

Следуя по стопам Ло Вэньчуаня, он продолжил:

"Мало того, что бой удивил меня, я был еще больше удивлен успешной модификацией Юнь Синцзэ мехи двойной звезды. Она лучше, чем у большинства мехов с двойной звездой! Такая способность к модификации, не кажется ли тебе невероятной? Я подозреваю, что это было сделано на большой фабрике..."

"Как может большая фабрика иметь такие уродливые аксессуары".

Тон Ло Вэньчуаня был ровным.

"...Именно это я и говорю".

Ке Лэй был ошеломлен.

"Дело не в этом! Дело в том, что раз у него такие сильные способности к модификации мехи, неужели ты не попросишь его стать твоим эксклюзивным мастером мехи?"

Шаги Ло Вэньчуаня приостановились.

К этому моменту они вдвоем покинули трибуны и оказались в пустом боковом проходе.

Спина Ло Вэньчуаня была жесткой, голос холодный, а спустя секунду появились признаки раздражения:

"Я уже ответил на твой вопрос".

Ке Лэй подошел к Ло Вэньчуаню сбоку и серьезно сказал:

"В прошлый раз для Юнь Синцзе было совпадением помочь тебе отремонтировать локоть. Но в этот раз ты уже видел его способности. Если не брать в расчет гениев, то он определенно самый сильный из всех, кого я когда-либо видел".

Ло Вэньчуань промолчал.

После того как Ке Лэй закончил говорить, он заметил молчание Ло Вэньчуаня и продолжил:

"Более того, я уже показывал локоть твоей мехи многим мастерам мехи. Все они сказали, что все в порядке. Это уже является доказательством его способностей".

Ло Вэньчуань посмотрел на Ке Лэя и через мгновение медленно спросил:

"Ты забыл ту игру в Национальном чемпионате?"

Ке Лэй был ошеломлен.

Ло Вэньчуань повернулся и ушел, как будто не хотел продолжать эту беседу.

Ке Лэй отреагировал через некоторое время. Понизив голос, он поймал и сказал Ло Вэньчуаню:

"Я, конечно, не забыл. Я знаю, что ты обеспокоен тем, что Юнь Синцзе - омега..."

Сказав это, Кэ Лэй сделал паузу. Его адамово яблоко покатилось, а голос стал почти неслышным: 

"Я также знаю, что у тебя аллергия на феромоны омеги".

После того как эти слова были произнесены, воздух на секунду сгустился.

Но выражение лица Ло Вэньчуаня не сильно изменилось, и он продолжил свои большие шаги.

"Однако по сравнению со способностями Юнь Синцзе это мелочь..."

Ке Лэй попытался убедить Ло Вэньчуаня:

"Пока ты используешь ингибиторы, все будет нормально".

Ло Вэньчуань сделал паузу, и его голос был холодным:

"Похоже, ты действительно забыл ту игру".

Ке Лэй понял, что перешел границу, и извинился: "Мне жаль".

Ло Вэньчуань вышел из прохода позади трибун, его спина была упрямой и жесткой, а лицо без каких-либо эмоций.

Но Ке Лэй мог видеть, что у него плохое настроение. Он не мог не пожалеть об этом.

"Зачем я это сказал, он решил держаться от омеги подальше в этой жизни..." В его тоне было немного сочувствия.

После того как Ло Вэньчуань вышел на улицу, его шаг замедлился.

Небо, которое до сих пор было ясным, внезапно стало пасмурным. Голубое небо покрылось темными тучами, и вот-вот должен был пойти легкий дождь.

Однако это никак не повлияло на ход игры. Зрители на трибунах продолжали восторженно аплодировать.

Воодушевление не могло достичь ушей Ло Вэньчуаня. Он вспоминал то, что только что сказал Ке Лэй.

Все знали, что Ло Вэньчуань избегал омег, но мало кто знал истинную причину его страха.

Аллергия на феромон омеги - симптом, который Ло Вэньчуань испытывал с семилетнего возраста. Это сопровождает его уже более десяти лет. Врач сказал, что если он не сможет найти 95-процентное совпадение с его собственным феромоном, то преодолеть аллергию будет невозможно.

Существует лишь одна вероятность из миллионов, что степень совпадения феромонов достигает 90%. Омега, достигающий 95%, до сих пор не появился в генном банке.

Когда другие альфы почувствуют запах феромона омеги, их сердцебиение ускорится.

Когда Ло Вэньчуань чувствовал запах феромона омеги, все его тело испытывало дискомфорт, а в тяжелых случаях его сердце вовсе останавливалось, отказываясь биться.

На прошлогодних национальных соревнованиях Ло Вэньчуань встретился с противником-омегой с рейтингом S.

Перед выходом на арену омега вступил в период эструса. Он поспешил дать себе ингибиторы и блокаторы запаха, но при рукопожатии случайно попал своим феромоном на руки Ло Вэньчуаня, из-за чего Ло Вэньчуань отвлекся в игре, получив царапины на мехе.

Хотя Ло Вэньчуань преодолел аллергическую реакцию с помощью своей силы воли и успешно выиграл игру, его все равно потом долго рвало и кошмарило.

Когда Ке Лей узнал, что у Ло Вэньчуаня аллергия на омега-феромоны, он проникся к нему огромным сочувствием.

Разве этому идеальному существу не суждено умереть в одиночестве?

Это же ужасно!

Но сам Ло Вэньчуань не заботился о том, сможет ли он найти пару.

Его это никогда не огорчало.

Потому что он привык к одиночеству.

С чем он не может мириться, так это с тем, что в мире есть вещи, которые он не может контролировать, из-за чего он потерял концентрацию и чуть не повлиял на результат игры.

Вот и всё.

Поэтому Ло Вэньчуань никогда не стал бы принимать омегу в качестве своего эксклюзивного мастера мехи - это было слишком опасно для него.

--

В этот момент Юнь Синцзе зашел в раздевалку за кулисами и сменил тренировочную одежду.

Болезненность снова прострелила правую сторону его шеи. Он протянул руку и потер ее, но безрезультатно.

После того как Юнь Синцзе надел свою форму, он вдруг обнаружил в памяти оригинального владельца похожее переживание. Он внезапно что-то понял. Расширив глаза, он быстро включил свой терминал для поиска симптомов периода эструса.

На экране появилось сообщение от Лу Жансюя и Ао Лиэра.

[Лиэр: Поздравляю с победой в игре! Мы с Лу Жансюем отправляемся на следующую площадку для игры. Возвращайся и хорошенько отдохни.]

[Лу Жансюй: Синцзе настолько силен, что ты фактически победил Калеба. Но не переусердствуй с тренировками в эти дни. Я помню, что твой период эструса наступает примерно через три дня, верно? Будь готов с ингибиторами!]

Сердце Юнь Синцзе, казалось, провалилось в бездну.

Он почти забыл о своей сущности омеги!

Период эструса. 

Эти слова словно громом ударили в его мозг, оставив его в растерянности, что делать дальше.

Изначально он жил в мире, где нет трех полов ABO, и нет такого понятия, как период эструса. Память изначального владельца подсказывала ему, что эструсный период - это ужасный период для омеги, когда он теряет рассудок и над ним доминируют желания. Если он не будет использовать ингибиторы, то результат будет плачевным.

Юнь Синцзе поспешно собрал свои вещи. Достав из сумки пачку бумажных полотенец, он энергично протер железу на правой стороне шеи. Он обнаружил, что никакого запаха нет. Феромоны еще не должны были выйти наружу.

Он должен немедленно вернуться в общежитие!

Юнь Синцзе подхватил свою сумку, повернулся и вышел на улицу. Но в тот момент, когда он вышел на улицу, его ноги обмякли, и он чуть не упал.

К счастью, у него есть сила воли. Заставив свое тело упереться в стену, он прикрыл больную шею руками и стиснул зубы, чтобы не терять сознание.

Когда Су Цзиннань обогнул угол, ведущий к раздевалкам, он увидел ненормальные движения Юнь Синцзе.

Светлокожий парень держался за шею и беспомощно прислонялся к стене. Его волосы были в беспорядке от пота, брови нахмурены, темные глаза слегка покраснели, а грудь поднималась и опускалась от дискомфорта.

Будучи омегой, Су Цзиннань прекрасно понимал, почему Юнь Синцзе так себя ведет, и его сердце "заколотилось".

В следующую секунду он быстро развернулся и остановил Чи Юя.

Чи Юй был ошеломлен: "Что с тобой?"

"Брат Юй, мое тело вдруг почувствовало небольшой дискомфорт..."

У Су Цзиннаня на глазах выступили слезы, и он произнес притворно сильным и слабым тоном: 

"Похоже, что... период эструса вот-вот наступит."

Чи Юй нахмурился: "Что? У тебя сегодня эструс? Почему ты не использовал ингибиторы?!"

"Я использовал, но все равно чувствую себя некомфортно".

Су Цзиннань прикусил губу, сжимая шею, и решительно преградил путь Чи Юю.

"Брат Юй, не мог бы ты... сопроводить меня в лазарет?"

Чи Юй уже начал интересоваться Юнь Синцзе, и Су Цзиннань не мог позволить ему увидеть бывшего жениза сейчас.

"Но, я собираюсь найти Юнь Синцзе".

Чи Юй нерешительно сказал: "А ты не можешь пойти один?"

"Ты же знаешь, насколько опасен период эструса для омег..."

Голос Су Цзиннаня нес в себе немного плача. "Если ты позволишь мне пойти в лазарет одному... если мой феромон учуют другие альфы... со мной будет покончено".

Чи Юй знал, что омеги в эструсе хрупки и психически чувствительны. Будучи обнаруженными и вожделенны другими альфами, они теряют способность к сопротивлению и становятся легкой добычей.

"Тогда я пойду и поговорю с Синцзе, - сказал Чи Юй, - а потом буду сопровождать тебя."

Су Цзиннань опустил голову:

"Брат Юй, я отношусь к тебе как к хорошему брату, поэтому позволяю тебе сопровождать меня... Единственный человек, которому я могу доверять, - это ты. Я чувствую, что мои феромоны могут выйти наружу в любой момент. Это закулисье, и позже сюда придут другие альфы, а это действительно опасно..."

"Хорошо, хорошо, я знаю".

Чи Юй был напуган словами Су Цзиннаня.

"Тогда я отведу тебя в лазарет прямо сейчас, а найду его позже".

"Забудь об этом, я пойду сам, и не буду винить тебя, если произойдет несчастный случай". В глазах Су Цзиннаня появились слезы, когда он тихо сказал: "Синцзе Сюэди важнее, чем я".

"Поторопись". Чи Юй нетерпеливо нахмурился: "Не говори слишком много глупостей". После этого он повернулся и ушел, подав сигнал Су Цзиннаню последовать его примеру.

Су Цзиннань мягко сжал его шею и последовал за ним.

Перед уходом Чи Юй почувствовал небольшое сожаление о том, что ему не удалось поговорить с Юнь Синцзе. Думая об этом, он не мог не повернуть голову и, взглянув в сторону раздевалки, обнаружил, что Юнь Синцзе прислонился к стене и выглядел немного уставшим...

"Брат Юй, мне так неудобно!" Су Цзиннань сказал с красными глазами: "Пойдем скорее. Давай!" Его голос нес в себе бешеную срочность.

Чи Юй не посмел пренебречь им, он отвёл взгляд и ускорил шаг.

Он подумал, что, отправив Су Цзиннань в лазарет, он найдет Юнь Синцзе и пригласит его на ужин, что должно заставить его зашевелиться.

Думая об этом, Чи Юй не заметил вспышки триумфа в глазах Су Цзиннаня.