✧༺ Глава ХV ༻✧

Кладбище. Красивая женщина молча стоит напротив могилы. Рядом с ней, держа за руку, плачет её маленькая шестилетняя дочь, потерявшая отца. — Папочка... Они обе были одеты подобающе: женщина – в чёрные блузку и юбку, а девочка – в чёрное платье с белым воротничком и чёрные туфли. У малышки были карие глаза, милые щёчки, а также заделан русый хвостик со свисающей на лоб чёлочкой. Дочка отпустила руку матери и, подойдя к надгробию и обняв холодный камень, стала плакать сильнее. — Госпожа, нам пора уходить, — сказал один из подчинённых умершего мужчины. — Мне не вернуть себе мужа, но кто же будет теперь управлять страной? — Пока этим будет заниматься конгресс и вице-президент... Как мне вас теперь называть, если президент уже умер? — Адамс, — произнесла Элизабет, смотря на могилу своего второго супруга. В это время, в белом доме находился человек её первого мужа – Джованни. Этот юноша уверенным шагом шёл на второй этаж с двумя телохранителями. Парень без стука вошёл внутрь какой-то тёмной комнаты и, положив руки на стол, он спросил у присутствующих: — Вы всё подготовили? — Да, господин. Всё, как вы планировали, — сказал один из солдатов. А их было довольно много в этой комнате. — Отлично, — ухмыльнулся парень. — Просто прекрасно! — на лице Мартиноса появилась злобная улыбка. — Мы можем приступить когда угодно к атаке с этими женщинами, но мне безумно мешает Николь, она слишком умна для шлюхи. Вы, кстати, выяснили, что случилось, когда её заказал Эдвард? — Да, сэр, — сказал другой солдат и положил папку на стол.Джованни удивился, увидев надпись на титульном листе документа. — Медкарта? Зачем она мне? Джованни, ничего не понимая, открыл документ. Страница за страницей, запись за записью – ничего интересного, обычные болезни, какие-то приступы, диагнозы, какой-то синдром, который парень упустил из виду, но последняя страница его поразила. — Выкидыш?! Джованни крикнул это на всё помещение и, кашлянув, снова начал говорить. — Чёрт... Что это значит?! — Эта запись сделана на следующий день после того, как Эдвард в очередной раз заказал сутенёршу в её заведении. — Зачем Эдвард её заказал в таком положении? — Срок был маленький – полтора месяца. Он не имел и малейшего понятия о ребёнке, но Николь знала. — Если знала, то почему пошла? — Этого мы не знаем. — Интересно... Правду говорят: ты – очень интересная личность, Николь Блэк. Мартинос вышел из помещения со своими людьми и пошёл вниз по лестнице. По пути он встретил Элизабет и поклонился женщине на ходу, но та его остановила. — Постой, — он остановился. — Сходи к моей дочери. Она соскучилась по тебе, — женщина почему-то сказала это нежным голосом и с тёплой улыбкой на лице, отчего парню стало противно. — Лучше бы вы так относились к Роберту, в отличие от его братьев и этой девочки. — Роберт заслужил этого. Я говорила ему беречь своё лицо от русской проститутки, но этот мальчишка меня не послушал, — сказала женщина, взглянув на свои ногти. Джованни ничего на это не ответил и с чувством отвращения, цокнув языком, ушёл поскорее к её дочери. Эта девочка – ангел. Она ничего не знает об этой жестокой жизни. Она только что пережила смерть своего дорогого отца, который был младше на 13 лет её матери. Жалко, что малышка не догадывается, что она была рождена ради выполнения плана первого мужа её матери. Да, это всё было одним страшным планом, но у Джованни был на это другой интерес. Парень, наконец-то, дошёл до комнаты девочки и постучался в дверь. Она ничего не ответила, а только продолжала плакать, и Джованни осмелился приоткрыть дверь. — Анджелина… — с улыбкой протянул её имя парень. — А? — повернулась девочка. — Джо-Джо! Очаровательная девочка с душой ангела и таким же ангельским именем подбежала к парню и прыгнула к нему на руки. Джованни с лёгкостью подхватил девочку и начал её кружить. — Ахахаха, Джо-Джо, я скучала! — Я тоже, ангел. Блондин поставил девочку на пол, а та улыбнулась и побежала к кровати. — Ангел, ты что-то задумала? — Агаааа, — протянула девочка, залезая под кровать. Та явно пыталась что-то оттуда вытащить. — Ангел, тебе помочь? — наклонился к ней парень. — Нет, я сама! — крикнула девочка и, наконец, достала из-под кровати красную обувную коробку. — Вот она! — Ты мне хочешь показать свои новые туфельки? — Не-а, — сказал довольный ребёнок и открыл коробочку. — С Днём рождения, Джованни! В коробке на тарелке был кусочек чизкейка, верхушка которого была полностью в синих и фиолетовых свечках. — Ого, как ты столько свечей поместила на такой маленький кусочек? — спросил Джованни с улыбкой не лице, садясь на пол. — Ну... Вот так как-то. И прости, пожалуйста, что я не смогла зажечь свечи. — Хаха, не волнуйся, детка, — сохраняя тёплую улыбку, произнёс парень и начал гладить девочку по голове. — То, что ты смогла поместить сюда восемнадцать свечей – уже достижение. — Хи-хи, правда? — начал хлопать в ладоши довольный ребёнок. — Правда, — ответил Мартинос, ещё больше улыбнувшись, и крепко обнял девочку. — Джованни, я люблю тебя! — крикнула та, вжавшись в объятия парня. Юноша очень удивился её словам, но также был безумно счастлив, отчего прижал девочку к себе сильнее. — А? Джо-Джо, ты плачешь? — забеспокоилась девочка и отодвинулась от восемнадцатилетнего парня. — Ха-ха, нет, — сказал он, смотря на малышку и до сих пор держа её в руках. — Спасибо за то, что... Ты смогла полюбить меня, Ангел. — Да, я тебя люблю! Очень-очень сильно люблю! Джованни, прикусив свою нижнюю губу, улыбнулся со слезами на глазах. Он на секунду отвернулся. Он не поверил, что его – молодого убийцу, секретаря главы мафии, беспризорника и последнего извращенца – полюбит такой светлый ребёнок. Парень просто не верил, что такое может случиться. — Анджелина, пообещай мне одну очень маленькую, но важную вещь. — Какую? — спросил с интересом невинный ребёнок. Да, именно невинный. Эти чистые глаза, невинные мысли, правдивые слова от чистого сердца, где нет никакой злобы. Джованни обожал этого ребёнка и всегда хотел только её защиты. Защиты его ангелочка. — Пообещай мне, что ты будешь вечно любить меня. — И всё? — искренне удивился ребёнок. — Я обещаю, Джованни. Обещаю! И они снова слились в нежных объятиях. Мартинос готов был летать и прыгать от счастья, но он не мог себе этого позволить, зато Ангел могла. — Ахахаха! Он кружил эту девочку от такого простого счастья, обычной, детской любви. Джованни Мартинос навсегда запомнит этот День рождения, потому что ему признался в любви самый дорогой человек – его Анджелина.