IV.

   От лица Автор:

   Пока мисс Хэйвуд обрабатывала раны Эли, Натали смотрела на пострадавшую и не могла представить что у неё происходит, после того через что она прошла. Потеря родителей, потеря сестры, детский дом, новая семья и три года тюрьмы. Да, Аттвуд навела на эту черноволосую справки. И она узнала много чего полезного, но не нашла информацию о причине поподания в тюрьму. Эти данные строго засекреченны, а жаль.

   Хотя в каждой девушке должна быть загадка, но у этой их слишком много. И я планирую разгадать их все. Планирую узнать что происходит и происходило у неё.

   Именно так думает и размышляет молодая особа.   Сейчая она сидит рядом с куршеткой, на которой лежит Эля без сознания. Карла ушла к Энтони, дабы обработать его раны и попросила Аттвул последить за девушкой. Впринципе это она и делает. Смотрит за Элей, хотя если быть точнее, то любуется. Чёрные как уголь волосы перепачкались в крови и небрежно лежат на маленькой подушке, большой фингал под правым глазом, шрам на брови и над бровью, разбитая губа, красный нос, бордовый синяк на скуле, бинт на левой руке, шрам на правом предплечье. Стоп! Натали взяла её руку и посмотрела на длинный шрам.

   Интересно от куда?

   Шрам проходит там же где вены.

   Неужеле она резала вены? Да ну, бред.

   Девушка положила её руку обратно и посмотрела на закрытые глаза, вспоминая их цвет. Хотя это делать не пришлось, ведь они засели в её голове, ещё в первую встречу. Красные. Такие красивые, такие редкие и такие завораживающие.    В кармане юбки завибрировал телефон Эли. Она достала его и посмотрела кто написал. Эрик: "Гонки переносятся на 23:00."

   Какие ещё гонки? Она что, учавствует в гонках? Или просто их смотрит?

   Девушка написала ответ: "Это Натали Аттвуд, её учительница. Элю избили и сейчас она у медсестры. Мы могли бы встретиться?"

   Мне нужно узнать что же происходит с Элей. Конечно наврятли он здаст свою подругу, но может она ему и не подруга, а так, знакомая.

   Ответ пришёл примерно через пять минут: "Встретимся у чёрного выхода через 5 минут." Натали положила телефон на небольшую тумбочку и вышла из кабинета медсестры. Буквально через 3 минуты, она ждала  Эрика. Её ожидание продлилось не долго. Ко ней подошёл парень 19 лет с синими волосами и девушка того же возроста с рыжими волосами.

-Что с Элей? Как она? Что произошло? - завалила белокурую вопросами Алиша.

-С Элей всё хорошо. Пару ран на лице, а так всё нормально. Она подралась с одним парнем.

-Слава тебе господи.

-Теперь мои вопросы. Какие ещё гонки? - строгим голосом спросила девушка.

-Она ходит на мотогонки и просто смотрит, - соврал Эрик.

-От куда были те синяки? Ещё после первой драки, - спросила то, что сильнее всего интересовало сероглазую.

-Вам этого не надо знать, - довольно грубо ответила рыжеволосая.

-Почему? Я должна это знать.

-Почему должны? - спросил Эрик, - зачем вам это?

-Я её учительница и хочу знать от куда у неё все синяки, - немного соврала Натали.

-Это же не настоящая причина? Она ведь вам нравится, да? Просто признайте это? - сказал Эрик.

-Нет, она мне не нравится, - сказала учительница, сомневаясь в своём ответе.

-Слушайте... я же вижу что вы лжёте. Она вам нравится. Но оно того не стоит, - сообщила Алисия.

-Вы сделаете больно не только себе, но и ей, - сказал Эрик.

-Почему? Из-за чего? - спросила Аттвуд, не понимая о чём он говорит.

-Она уже это проходила. С ней такое было и я не хочу чтобы Эля страдала. Опять...

-Что проходила? Что с ней было? - спросила Натали.

-Она... - хотел сказать Эрик, но его перебили.

-Стой! Молчи! - охрипшим от боли голосом сказала Эля, которая только что подошла.

-О боже! - Алиша подбежала к своей подруге и обняла.

-Со мной всё хорошо, - сказала черновласая.

-Ты что тут делаешь? - спросила мисс Аттвуд и подошла к своей ученице, - ты должна лежать!

-Это вы что тут делаете? Зачем пришли? - вспыхнула Эля, держась за свою подругу.

-Я хотела узнать что ты скрываешь и что не договариваешь, - честно признала учительница и хотела положить руку на плечо красноглазой, но та только отдёрнулась.

-Если я что-то скрываю, значит так надо. Это не ваше дело. Не лезьте в мою жизнь. Прекратите это делать пока не пострадали, - сказала Миллер и пошла туда, где оставила свой байк.

   На остальные уроки она не пошла, ведь медсестра её отпустила домой.

   Блин. За последние дни столько прогулов. Нужно будет наверстать все темы.

   Эля села на байк и не надев шлем, поехала домой. Поставив двухколёсный механизм в гараж, девушка поднялась в ванную комнату и начала набирать воду в джакузи. Миллер спустилась на кухню, взяла вино с бакалом и поднялась обратно в ванную, захватив с собой телефон. Эля разделась, включила музыку на телефоне и легла в горячую воду. Все раны, царапины и болячки начали сильно щипать, но уже через минуту, боль как рукой сняло. Она налила в бокал красное вино и сделала небольшой глоток.

   Вот почему ей не живётся спокойно? Почему она лезет в самое пекло? Она не представляет во что играет! Это её упрямство так бесит и так... завараживает. Что бы не делала эта женщина, я влюбляюсь в неё всё сильнее. Такого со мной ни когда не было. Даже с Джессикой...

   Пока Миллер лежала в горячей ванной и размышляла, на другом конце города, в своей уютной квартирке, в большой кровате, лежала Натали Аттвуд и думала об Эле.

   Она такая открытая и в тоже время такая загадочная. В первую нашу встречу я подумала: "Красивая девушка, тихоня и изгой." Но когда случилась та драка с парнями и когда на её лице не было живого места, я поменяла своё мнение на: "Красивая тихоня, изгой, но бойкая. Идеальная." А когда она лежала на койке в кабинете медсестры... такая беззащитная, хрупкая, с тяжёлой жизнью девочка. Она такая разная, но такая притегательная.

   Рука Натали опустилась на грудь и слегка сжала её. Другая спустилась по животу к заветному месту. Длинные пальцы пробрались в кружевные трусики и нажали на возбуждённый клитор. Из уст девушки послышался тихий стон. Она начала быстрее двигать пальцами по чувствительной точке. Когда возбуждение достигло максимального уровня, Аттвуд засунала два пальца в своё лоно и ускорила движения. И вот, спустя жалкие минуты, по пальцам стекла тёплая жидкость, стройное тело выгнулось в наслаждении, а из уст учительницы сорвалось имя:

-Эля...