Глава 19. «Когда дышишь слишком тихо»

Тишина ночью не такая, как днем. Она будто дышит сама, окна покрыты инеем, мир кажется тонким, как стекло, за которым кто-то наблюдает.

Кира сидела в своей комнате, босая, в одном длинном черном худи, с распущенными волосами. В ее руках была обычная школьная папка, а внутри нее сканы переписок, скриншоты, фотографии, зашифрованные заметки. На обложке имя: «Реми Лоран».

Она не моргала, только водила пальцами по краю бумаги.

- Ты красивая, - прошептала она. - Не потому что особенная, а потому что ты думаешь, что можешь быть.

На стене ее комнаты висела карты школы, нарисованная вручную, с подписями: «камеры», «слепые зоны», «выходы». Красным маркером были отмечены новые маршруты, по которым Реми чаще всего двигалась. Кира встала, подошла к зеркалу, провела по губам пальцем, будто проверяя, осталась ли она сама собой.

- Умри, чтобы выиграть. Или... убей, - прошептала она, и губы ее дрогнули в почти влюбленной полуулыбке.

Тем временем в спальне Билли, свет был выключен, но окна впускали лунный свет. Билли лежала на спине, Реми была прижата к ней.

- Ты не спишь? - тихо прошептала Реми, не открывая глаз.

- А ты?

- Уже нет.

Билли провела ладонью по ее спине. - Я не хочу тебя пугать, но ты чувствуешь это? - сказала она.

- Что?

- Воздух меняется, как перед бурей.

Реми медленно выдохнула. - Я чувствую, что она больше не играет. Больше нет попыток контролировать, она просто ждет момента.

- Значит, момент близко.

Реми чуть приподнялась, опершись на локоть, ее лицо было в тени.

- Если я исчезну... - начала она, но Билли резко села.

- Нет.

- Я просто...

- Нет. Ты не исчезнешь, не оставляй мне даже мысль об этом, ни полуслова, ни намека. Поняла?

Реми кивнула. - Тогда пообещай, что не уйдешь.

- Я уже с тобой, и не только ночью, Реми. Даже если весь мир отвернется - я не уйду.

В другом конце школы, в техническом архиве, Кира стояла с ключом в руке.

- Научи их страху, - сказала она вслух. - Один момент, одна ночь, один удар и все вернется на круги своя.

На полке стоял флакон с хлороформом. Она посмотрела в свое отражение в стекле.

- Ты красивая Кира, - сказала она самой себе. - Не потому что добрая, а потому что больше не человек.

На следующее утро Реми проснулась раньше. Она медленно выбралась из-под руки Билли, подошла к окну и долго стояла в тишине. В ее груди было глухое предчувствие, как будто дыхание самой смерти стояло за спиной. Она не обернулась, но прошептала:

- Я знаю, что ты придешь, но знай я не буду одна.

И в этот момент Билли обняла ее сзади, крепко, без слов, просто дала знать, что она рядом.

**Старый спортзал стал местом сбора для новой пятерки. Вечером школа будто выдохлась, коридоры полупустые, учителя молчаливые, администрация затаилась. Идеальное время исчезнуть.

Реми вошла первой. На скамье уже сидела Билли, в худи со скрещенными руками, но когда она увидела Реми ее поза смягчилась.

- Ты пришла первая, - сказала Реми, подходя.

- Я всегда буду первой, если речь о тебе, - улыбнувшись сказала Билли.

Реми не успела ответить, как дверь тихо скрипнула. Вошла Тали, за ней Эмири, и чуть позже, как всегда с опозданием, Леон.

- Ну что, - сказала Тали, усаживаясь на мат. - Кто скажет вслух, что все пошло к черту?

- Все пошло к черту, - спокойно ответила Реми. - Но кое-что начало выстраиваться заново.

Билли кивнула. Эмири достала из кармана маленький диктофон.

- Я записала наш разговор с куратором. Хотите послушать?

Она включила запись. Сквозь помехи слышался холодный голос:

« - Ты думаешь, если не откажешься от Реми, у тебя останется выбор? Ты даже не представляешь, как быстро исчезают такие, как она.

- Я не откажусь.

- Тогда не говори, что тебя не предупреждали.»

Тишина после записи была тяжелее, чем сами слова. Леон поднял голову:

- Он угрожал тебе за союз с Реми.

- Не только мне, - сказала Тали. - Меня вызвали в кабинет неделю назад. Сказали, что если я еще раз появлюсь с ними - отчисление без права перевода. Ни кураторам, ни Кире это больше не смешно.

- Знаешь, - сказал Леон, глядя в пол. - Я столько времени думал, что мы управляем, что пятерка это власть, а оказывается мы были пешками.

- Кира все еще думает, что играет в шахматы, - добавила Билли. - Только доска давно перевернулась.

- Значит, - Реми поднялась с колен, - пора ее об этом проинформировать.

Тали усмехнулась. - Реми Лоран с военной риторикой. Кто бы мог подумать.

- Она не просто выживает, - сказала Билли. - Она встает.

Эмири подошла ближе, протянула Реми руку. - Тогда давай встанем вместе.

Они все сомкнули руки. Теперь они новая структура тихая, но сильная.

- Что дальше? - спросил Леон. - Мы хотим воевать?

- Мы хотим изменить правила, - сказала Реми. - Не разрушить все, а показать, что система боится правды. И если нас станет больше... ей придется отступить.

Тали посмотрела на нее. - А если нет?

Билли шагнула ближе. - Тогда она почувствует, на что мы способны вместе.

В другой части школы, сидя в одиночестве у закрытого окна, Кира сжигала фото одно за другим. В ее глазах не было сомнений, только тьма.

Старый спортзал пустел. Леон, Тали и Эмири ушли первыми вместе, переглядываясь, будто впервые за долгое время чувствовали себя правыми, а не просто «в команде». Билли задержалась. Села обратно на край скамьи и смотрела, как Реми, прижав плечи, медленно собирает папку с бумагами, которую они обсуждали.

- Ты снова хмуришь лоб, - тихо сказала Билли, не отводя взгляд.

Реми чуть вздрогнула. - Я думаю.

- Ты грызешь себя.

- Это тоже способ думать.

Билли подошла ближе, опустилась на корточки прямо перед ней. Пальцы мягко легли на колено Реми.

- Ты сегодня была сильной. Я знаю, ты не любишь это слышать... но это правда.

Реми опустила взгляд. Она не отстранилась, но и не ответила. Билли чуть склонила голову.

- Ты можешь опираться на меня, на нас. Ты не одна.

- Я просто... боюсь, - прошептала Реми. - Все слишком быстро, и слишком важно. Они смотрят на меня так, как будто я должна знать, что делать. Но я не знаю, ни черта не знаю.

Билли коснулась пальцами подбородка Реми и легко повернула ее лицо к себе.

- Тогда притворяйся, пока не поверишь сама. А я... я здесь всегда. Даже если ты рухнешь, я тебя подниму.

Реми прижалась лбом к ее лбу. Сердце стучало в ритме с ее дыханием.

- Ты правда так в меня веришь?

- Ужасно верю.

И она поцеловала ее. Нежно так, будто это было напоминание: ты дышишь, ты живешь, и ты любимая.

Реми не сразу оторвалась, вдохнула ее запах, пальцы Билли переплелись с ее и это касание было громче любых слов.

- Если завтра все рухнет, - сказала Реми, выдыхая ей в губы, - я хочу, чтобы ты знала: именно ты дала мне опору. Не идеи, не революция, а ты.

Билли закрыла глаза. - Тогда не отпускай меня, даже если я скажу «уходи», даже если буду толкать.

- Не отпущу, - пообещала Реми. - Не теперь.

Они сидели в старом спортзале, на истертых матах, среди спертого запаха и пыли. И если бы кто-то заглянул туда - не увидел бы двух школьниц. Он увидел бы союз величиной с молчание, с правду, с нежность, которая не требует слов.

А за окнами, во тьме, стояла Кира. Смотрела и сжимала в пальцах ключ от черного шкафа, где хранились записи, планы, резервный выход. И веревка.