Глава 9: Ложь во спасение

Я села в такси и уже собиралась выдохнуть с облегчением, когда телефон в моей сумочке резко завибрировал. На экране высветилось «Мама».

Сердце мгновенно ухнуло вниз.

— Алло? — ответила я.

— Лукреция, — мама говорила быстро и взволнованно. — Фабиано уже дома. Он пришёл раньше, чем планировал. Спрашивал про тебя сразу же, как вошёл.

У меня пересохло во рту.

— И что ты сказала?

— Сказала, что я отпустила тебя к тёте Агате. Но он не поверил до конца. Сказал, что поедет за тобой. Он уже садится в машину, милая. Быстро поезжай к тёте! Я сейчас позвоню Агате, чтобы она тебя встретила. Постарайся оказаться там раньше него!

Руки у меня задрожали так сильно, что телефон чуть не выскользнул.

— Хорошо... я уже еду. Мам, он очень злой?

Мама помолчала секунду.

— Не злой. Но... напряжённый. Ты же знаешь его. Поспеши.

Я отключилась и сразу назвала водителю новый адрес — дом тёти Агаты, который находился в двадцати минутах езды отсюда.

— Пожалуйста, быстрее, — попросила я. — Очень нужно успеть.

Водитель кивнул и прибавил скорость.

Я сидела, вцепившись пальцами в край короткой юбки, и смотрела в окно, за которым мелькали вечерние огни Милана.

Только что всё было так сладко...

А теперь я снова чувствовала себя маленькой девочкой, которая сделала что-то плохое и теперь боится наказания.

«Лишь бы успеть... — повторяла я про себя, как молитву. — Лишь бы успеть до него...»

Такси мчалось по вечерним улицам, а я всё крепче сжимала телефон в руках, ожидая следующего звонка.

Такси остановилось возле дома тёти Агаты. Я выскочила из машины, едва дождавшись сдачи, и почти бегом бросилась к двери. Сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышно на всю улицу.

Тётя уже ждала меня на пороге — мама успела ей позвонить. Увидев меня в короткой юбке и с макияжем, она округлила глаза.

— Боже, Лукреция... Быстрее заходи!

Я влетела в дом и сразу спросила, задыхаясь:

— Тётя, что мне делать? Нужно срочно снять макияж и... — я нервно дёрнула подол юбки вниз, — и сделать так, чтобы юбка выглядела длиннее!

Агата не стала задавать лишних вопросов. Она быстро провела меня в ванную и сунула в руки всё необходимое: мицеллярную воду, ватные диски, крем и свою длинную бежевую кофту-кардиган.

— Лицо умывай тщательно, особенно глаза. И надень вот это сверху, — она протянула мне кардиган. — Он достаточно длинный, прикроет юбку.

Я заперлась в ванной и начала смывать макияж. Руки дрожали, тушь размазывалась чёрными разводами. Я умылась несколько раз, вытерла лицо насухо и накинула кардиган тёти. Он доходил мне почти до середины бёдер, делая юбку визуально длиннее и скромнее.

Посмотрев в зеркало, я попыталась придать лицу спокойное выражение.

Когда я вышла из ванной, сердце замерло.

В коридоре, прислонившись плечом к стене, стоял Фабиано.

Он был уже без спортивной формы — в простой чёрной футболке и джинсах. Руки сложены на груди. Синие глаза смотрели на меня внимательно.

Несколько секунд мы просто молчали.

— Привет, — наконец сказала я, пытаясь улыбнуться.

Фабиано медленно отлепился от стены и сделал шаг ко мне. Его взгляд скользнул по моему лицу, по длинному кардигану, по ногам.

— Ты была здесь всё это время? — спросил он.

Я кивнула, стараясь не отводить глаз.

— Да... Мама отпустила меня на пару часов.

Он подошёл ещё ближе. Теперь я могла почувствовать знакомый запах его геля для душа. Фабиано наклонился чуть ниже, внимательно изучая моё лицо.

— Почему у тебя глаза красные?

Я сглотнула.

— Просто... немного устала.

Фабиано молчал. Он поднял руку и большим пальцем провёл по моей щеке, будто стирая невидимые следы макияжа.

— Ты уверена, что была только у тёти?

В этот момент я поняла: он что-то подозревает.

— Да, — я улыбнулась как можно естественнее и сразу обняла его за пояс. — Я скучала по тебе.

Фабиано на секунду напрягся, но потом медленно расслабился и крепко обнял меня в ответ.

— Я тоже, ангел, — сказал он, уткнувшись лицом в мои волосы.

— Ты приехал забрать меня? — спросила я, поднимая на него голову.

— Да. Но я переживал, что ты ничего мне не сказала. Мы же договорились, что не будем ничего скрывать друг от друга.

— Я сказала маме... подумала, что это пустяки. Но в следующий раз обязательно скажу тебе первой.

Мне было невыносимо врать ему. Особенно когда он смотрел на меня вот так — с этой нежностью и скрытой боли. Я любила его больше жизни. Он был смыслом моего существования, а я — его. И я прекрасно понимала, почему он так переживает.

Мне хотелось рассказать ему про Рафаэля. Всё честно. Но стоило только представить, как его лицо меняется, как в глазах появляется та самая тёмная ярость, которую я уже видела несколько раз... и слова застревали в горле.

Я не хотела увидеть эту ярость направленной на себя.

Я просто не переживу этого.

Фабиано ещё раз крепко обнял меня, поцеловал в макушку и тихо сказал:

— Поехали домой.