Глава 21. Быстрее ветра и тени

Мейнив громко, почти оглушительно, свистнул, заставив адептов закрыть уши, а Гальира поморщиться. Устремив взгляд в сторону города Фао, небожитель начал ждать, нетерпеливо стуча пальцами по бортику. Вскоре горизонт прорезал яркий лучик света, что с каждым мгновением становился все ближе и ближе.

Спустя несколько минут Мейнив уже смог разглядеть грозную четверку лошадей с гривами и хвостами из дыма и звезд. Из их ноздрей вырывались искры, а копыта спокойно касались озерной глади, не оставляя даже брызг. Позади них, сверкая золотом и чёрными каменьями, издавая рев тысячи раскатов грома, мчалась колесница с шипами в центре громадных колес.

Резко затормозив, издав дикое ржание и даже встав на дыбы, Колесница остановилась у корабля. Мейнив тут же шагнул к ней навстречу, облокотившись о бортик, и с лукавой улыбкой обратился к лошадям:

– Благодарю за то, что столь быстро откликнулись на мою просьбу и прибыли сюда! Боюсь, без вас мы вряд ли справимся. Не могли бы вы помочь нам увести отсюда морского дракона?

Тиара даже не пришлось просить – он сразу же перевел:

– Они сказали, что и так согласны вам помочь.

– Прекрасно, – кивнул тот, повернувшись к адептам. – Тогда слушайте план: сейчас мы сделаем приманку из всей пойманной рыбы. Положим ее в сеть, которую взяли из школы. Она порваться не должна. Прикрепим ее к Колеснице и выманим дракона на поверхность. Гальир останется на корабле с вами, чтобы контролировать ситуацию, однако, боюсь, я один не справлюсь с управлением Колесницы...

– Я помогу вам с Колесницей, – тут же подал голос Тиар, и Мейнив мысленно вздохнул. Он только хотел попросить юношу о помощи – никто другой ведь не понимает языка духов.

– Хорошо. Тогда готовим приманку.

Гальир разложил принесенную с собой сеть, куда все адепты высыпали свой улов. Крепко все завязав, Мейнив закрепил один конец толстого каната на Колеснице, да так, что теперь только мечом его возможно было разрубить. Другой же конец каната соединили с сетью. Закончив приготовления, Мейнив довольно усмехнулся.

– Плывите ближе к городу, – скомандовал небожитель, помогая Тиару запрыгнуть в Колесницу. – Не знаю, сколько все это займет времени, но, если ближе к рассвету мы не появимся, зовите Лорда Арина.

– Понял, – кивнул Гальир. – Удачи.

Мейнив ответил кривой улыбкой, взяв в руки вожжи и обратившись к Колеснице:

– Не разгоняйтесь слишком сильно. Дракон не должен упустить нас из виду. Держитесь прямо перед ним.

Кони нетерпеливо фыркнули.

– Они и так хотели это сделать, – перевел Тиар.

– О, – выдал небожитель.

Мею даже стало неловко – Колеснице столько тысяч лет, а он говорит, что ей делать.

– Держись крепче, – обратился он к юноше, чтобы хоть как–то сгладить небольшую заминку. – Вперед!

Кони легкой рысцой побежали вперед, едва касаясь копытами водной глади, однако колеса при этом двигались. На этот раз поездка была куда более плавной и приятной, чем в прошлый раз. Мейнив даже получил удовольствие, краем глаза заметив, что и Тиару комфортно, хотя он все еще сжимал бортик колесницы.

Отгородив их от сильного ветра, Мейнив позволил Колеснице все сделать самой, мысленно восхищаясь грацией коней, их слаженному темпу и плавными движениями. Они без посторонних напоминаний сделали несколько небольших кругов, привлекая морского дракона наживкой. Хотя в какой–то момент Мейнив подумал, что наживкой как раз таки выступают они сами.

Пальцы, сжимающие вожжи, уже успели онеметь к тому моменту, когда Тиар рядом взбодрился, указав куда-то в сторону.

– Вижу его!

Водную гладь и вправду быстро разрезал направляющийся к ним спинной плавник. Он сверкал на солнце, а на концах был усеян острыми шипами.

– Приготовься, – кивнул Мейнив, щелкнув вожжами в воздухе. – Сейчас поиграем в догонялки.

Колесница начала набирать скорость. Дракон же неумолимо приближался. Его тень так и мелькала позади, и в какой-то момент, скрывшись на пару секунд под водой, он вновь вынырнул, распахнув усеянную длинными клыками пасть и явно намереваясь проглотить Колесницу целиком. Но та ускользнула прямо из-под его носа, и пасть сомкнулась, так ничего и не поймав. Издав расстроенный стон, дракон вновь скрылся под водой, продолжив свою погоню. Колесница то подпускала его ближе, давая ложную надежду, то в самый последний момент ускорялась, заставляя со всей силы хвататься за вожжи.

Преодолев так все озеро, ведя дракона за собой, они приблизились к ведущей в море реке с дамбой. Мейнив, успевший повеселиться за эти несколько часов игры в догонялки, даже немного приуныл. Все это напоминало игру с собакой: водишь перед ее носом игрушку, но схватить не даешь, подначивая продолжать игру. В детстве Мей хотел иметь собаку, но из-за частых переездов и туров мечта так и осталась несбыточной, а после автокатастрофы у него пропало всякое желание нести за кого-то ответственность. Но сейчас все было по-другому. Мей остро осознал, как много упустил в детстве и от чего отказывается сейчас. По возвращению в реальный мир он все же заведет собаку. Может быть, хотя бы она скрасит его тусклую жизнь?

Дамба, что перекрывала путь к реке, быстро приближалась. Мей заставил себя вернуться в реальность, сжав вожжи и обернувшись. Дракон был у них на хвосте. Он без конца пытался схватить сеть с рыбой и даже не обращал внимания на то, куда они направляются. Колесница тем временем взмыла вверх ровно настолько, чтобы перелететь через дамбу. Когда же она серой толстой стеной мелькнула внизу, Мейнив с тревогой обернулся, едва сдержав облегченный вздох, когда следом за ними прыгнул дракон, сверкнув своей лазурно-серебряной чешуей в свете заходящего солнца.

– Сработало! – потрясенно выдохнул Тиар, смотря, как дракон ныряет в реку.

– Теперь доведем его до дома, – облегченно кивнул Мейнив.

Колесница ускорилась, в дымовых гривах коней замелькали звезды, а из ноздрей вырвались клубы пара вместе с искрами. Тиар крепче схватился за бортик, да и сам небожитель до боли стиснул пальцы на вожжах, периодически оглядываясь назад.

Спустя час впереди забрезжило море, яркое от заходящего солнца. Колесница бежала прямо по раскрашенной рыжими и алыми отсветами воде, вырвавшись на просторное море и удовлетворительно заржав. Подождав, когда они отдалятся от берега, Мейнив взмахнул рукой, и сетка лопнула. Дракон тут же распахнул пасть, поймав несколько десятков рыб и с удовлетворенным урчанием скрылся в воде.

Сделав большой круг, что дал разглядеть длинную тень морского ящера, быстро уплывающую следом за испуганным косяком рыбы, Колесница помчалась обратно.

– Что с ним теперь будет? – повернувшись к Мейниву, поинтересовался Тиар. В его ярких голубых глазах вспыхивал отблеск заката золотыми и алыми красками.

– Ничего из того, за что можно бы было волноваться, – ответил небожитель. – Он вырастет еще больше, и спячка увеличится по времени. Дракон будет спать по пятьдесят, сто, двести лет...

– Вы встречали их раньше?

– Если память меня не подводит, то нет, – качнул головой тот. – Есть несколько видов драконов: морские, небесные...

– Огненные и духовные, – договорил Тиар. – Их сотворили, чтобы держать мир в гармонии и не давать злым духам пакостить. Пускай они и истинные демоны, но крайне полезные существа, при этом духовные зачастую служат небожителям, но последнего такого видели не одно тысячелетие назад.

– Хорошие познания.

– Почерпнул из той книги, которую переписываю.

Мейнив удивленно приподнял брови: он и не думал, что выбранная Гальиром книга будет содержать столь интересные познания. Неужели демон дал Тиару справочник мира Казариса? А ведь в нем описано чуть ли не все: начиная от легенд и заканчивая родословными давно почивших этот мир королей и императоров.

– Много тебе еще осталось? – как бы невзначай спросил небожитель.

Тиар заметно смутился.

– Я стараюсь за ночь переписывать по две главы, но пока справился только с одной третью.

Мейнив едва не поперхнулся: главы там были настолько большие, что их за одну ночь не переписать, а Тиар умудряется сразу по две строчить! Сам небожитель переписывал бы эту книгу год, а юноша за неделю с лишним чуть меньше половины осилил! Кажется, Мей его недооценил, впрочем, разве есть что-то, с чем не справится главный герой НивиНа? Скорее небо рухнет, чем он чего-то не добьется.

Им потребовалось два часа, чтобы добраться до Фао, при этом Колесница даже толком не разогналась, хотя и несколько раз предлагала. Но помня неудачный опыт в некрополе, Мейнив вежливо отказывался, параллельно внутренне воздавая молитву. Второй такой гонки они не выдержат.

На небе уже зажглись звезды, когда Колесница, вновь обратившись старой телегой с хромыми лошадьми, въехала на пирс. Рынок и не думал затихать, лишь распалившись к ночи, а вот моряков у лодок и корабликов уже не было. Небожитель все еще не знал, как предоставить новость: сказать сразу или подождать, пока люди сами не заметят, что озерный монстр пропал без следа и можно вновь начинать рыбалку?

Он оставил все эти мысли, заметив на пирсе у знакомого кораблика группу из четырех адептов с мужчиной во главе, что даже не обращал внимания на проходящих мимо девушек, бросающих на него многозначительные взгляды.

Коротко свистнув, заставив адептов чуть ли не подпрыгнуть на месте, а демона облегченно опустить плечи, Мейнив спрыгнул с повозки. Колесница послушно замерла, и лошади нетерпеливо закачали головами.

– Вам удалось?! – не дав даже Гальиру рта раскрыть, тут же бросились к небожителю адепты.

– Да, на удивление все прошло весьма гладко.

– На удивление? – приподнял бровь демон.

– Не придирайся к словам, – фыркнул Мейнив, заметив, что адепты что-то держат в руках. – Вы уже и по рынку успели пройтись?

– Наловили по пути в Фао еще рыбы. Моряки щедро заплатили за нее, – гордо произнес Лерн, похлопав по своей новой кожаной сумке на поясе.

Небожитель незаметно покосился на Тиара, ощутив неловкость. Пока они уводили монстра, другие за пойманную рыбу получили небольшой бонус в виде денег, которые потратили как им заблагорассудится. А Тиар даже «спасибо» от горожан сейчас не дождется.

– Раз мы закончили со всеми делами, то возвращаемся в школу, – скомандовал Мейнив. Подождав, пока все заберутся в повозку, он поймал руку Гальира, уже сидевшего на козлах повозки. – Жди меня у ворот. Я быстро.

Не став слушать возражения полководца, Мейнив скользнул на улицу, выйдя спустя пару поворотов на рыночную площадь. Дома и лавочки освещались яркими золотистыми фонарями в красной оправе. На столбах трепетали ленточки и бубенцы, в воздухе стоял приятный аромат жареного каштана, мяса, сладкого сиропа и карамели.

Быстро пробежав взглядом по лавкам, небожитель подошел к той, что была ему нужна, замечая на себе заинтересованные взгляды девушек и слыша их перешептывания за спиной.

– Уважаемый, – обратился он к продавцу, указав на товар, что привлек его внимание. – Сколько это стоит?

Тот, видимо, немой, показал пятнадцать пальцев. Порывшись в карманах, Мейнив достал несколько монет, с улыбкой забрав покупку и пока спрятав ее в Огонька. Как только подвернется время, отдаст это Тиару. В конечном счете, он заслужил награду больше всех из адептов.

Попрощавшись с продавцом, Мейнив поспешил к воротам города, прождав у них несколько минут, прежде чем подъехала знакомая повозка со старыми конями. Запрыгнув на козлы рядом с Гальиром, он кивнул, и Колесница продолжила свой неспешный темп, увозя подальше от шумного и суетливого города в горы к школе.

Скрестив на груди руки, едва чувствуя ночную прохладу, небожитель невольно задремал под размеренный темп повозки. Гальир рядом молчал, а адепты, узнав все от Тиара, вскоре тоже затихли, запрокинув головы и лениво смотря на ночное небо со звездами. Тиар едва замечал всю эту красоту, с придыханием вспоминая момент на корабле, когда не дал своему божеству упасть. От прикосновения к теплой ткани, сквозь которую ощущалось гибкое, хорошо сложенное тело, голову мальчишки застилал дурман. Для него уже было подарком судьбы коснуться той же руки небожителя, но он с отчаянием понимал, что этого для него становится мало. Тиар хотел больше, боясь и одновременно вожделея.

Раньше всех заметивший перемену в друге, Лерн как-то сказал ему слова, воспоминания о которых каждый раз заставляли сердце Тиара болезненно сжиматься:

– У тебя нет шансов, друг. Он – божество, а ты... ты всего лишь человек. Миг в его длинной жизни. Думаешь, он вспомнит тебя через пять лет? Очень сомневаюсь...

Тиар прекрасно понимал слова Лерна, однако, если он и вправду всего лишь миг в жизни небожителя, он хочет сделать так, чтобы тот запомнил этот миг. Запомнил его, Тиара. Но сколько еще небожитель пробудет здесь? Юноше нравилось, когда тот обращался к нему, когда вздыхал и вел себя как обычный человек, а не божество. С ним было так... уютно и комфортно. Тиар давно такого не испытывал. И очень не хотел, чтобы это чувство однажды исчезло. Чтобы он пришел в храм, а там вновь воцарилась пустота и безмолвие, где не было бы слышно шелеста страниц или тканей, где не осталось и следа от божественной силы и не ощущалось бы дуновение легкого ветерка.

Неторопливо, повозка добралась до мраморных ступеней и камней, внутри которых горели бессмертные огоньки. Гальир легонько коснулся Мейнива, и тот с неохотой раскрыл глаза, радуясь, что не уснул. Иначе пришлось бы демону тащить его на руках до самого храма. Вот это было бы то еще унижение...

– Спускайтесь. Дальше своим шагом, – позвал адептов Мейнив, спрыгнув на землю.

Дождавшись, пока все слезут, небожитель обратился к Колеснице:

– Благодарим за помощь, больше не смеем вас задерживать.

Однако Колесница и с места не сдвинулась, а кони одновременно выдохнули плотную завесу дыма с искрами. Адепты поспешили отойти, небожитель же, напротив, шагнул вперед, ухватившись за что-то и с удивлением вытащив черный кнут с эмблемой луны и солнца.

– Кажется, она хочет остаться с тобой, – выгнув бровь, усмехнулся Гальир.

– А ты и рад, – заметил Мейнив, с неохотой приняв нового, столь неожиданного спутника.

Сунув кнут за пояс, небожитель с демоном и адептами начали неторопливое восхождение. Даже Мейнив к концу пути уже думал, что у него ноги отвалятся, от чего едва сдержал вздох облегчения при виде знакомой арки. Возле нее росли два куста знакомых цветов, которые, стоило небожителю оказаться рядом, приоткрыли свои бутоны, приветственно зашелестев. Довольно кивнув им, мысленно хваля себя за идею сделать из демонических цветов сторожевых псов, Мейнив вошел в школу Изумрудного Феникса.

– Идите отдыхать, – отпустил адептов небожитель.

Поклонившись, те неторопливо зашагали к корпусам с темными окнами.

– Я тогда тоже займусь делом с твоего позволения, – напомнил о себе Гальир.

Мейнив лишь щелкнул пальцами, обратив того соколом, и зашагал в сторону домика Лорда Арина. Дверь снова была открыта нараспашку, а сам глава школы не спал, сидя за столом с горящей свечой и что-то читая.

– В столь поздний час ты все еще не в кровати, – заметил небожитель, войдя в комнату. – Режим сбиваешь.

– Для этого у меня есть оправдание, – спокойно ответил Лорд, все же оторвав взгляд от свитка. – Ты довольно долго провозился.

– Ты бы и за день не справился, – с усмешкой вернул ему Мейнив, сев за стол и задумчиво взглянув на рыжий огонек. – Теперь можешь забыть об озерном монстре, скажем так... навсегда.

– Ты убил его?

Небожитель с укором взглянул на Лорда Арина.

– Показал ему путь к морю. Даже пальцем не касался.

– А я ожидал увидеть тебя в шкуре морского дракона с ожерельем из его клыков и рогов.

– Только в твоих фантазиях, – улыбнулся Мейнив, заставив главу школы возмущенно взглянуть на него.

Лорд Арин сердито уткнулся в свиток в руках, однако спустя несколько минут все же произнес:

– Через две недели я устрою чистку школы.

– О, – только и произнес небожитель, призвав Огонька и смотря, как тот крутится вокруг его указательного пальца. – Надеюсь, не с летальными исходами?

– Как получится. Ничего обещать не буду.

– И что будет представлять из себя чистка?

– Полосу препятствий с мелкими духами по пути. Если адепты и дальше хотят обучаться в школе, то пусть докажут свою пригодность. Те, кто придут к финишу, автоматически станут на ступень выше. Кто не доходит – исключается. Второй попытки не будет.

– Ты так всех и выгонишь, – заметил Мейнив.

– Если понадобится, то да, – сурово глянув на него, произнес Лорд Арин. – Ближе к середине зимы будет праздник Звездного Лотоса. В прошлый раз школа Безжалостного Меча одержала верх в соревнованиях, и это несмотря на то, что и адепты, и само их божество мозгов с зерно имеют. В этом году мы проиграть не смеем.

Небожитель лишь вздохнул: Лорд Арин все хотел доказать, что он и его школа зависят не только от божества, и что она может еще проявить себя. А ведь все и так уже было сто раз доказано. Все на материке Туманной Рощи прекрасно знали, что школа Изумрудного Феникса является одной из лидирующих, пусть и расположена на небольшой территории, и под ее руководством совсем не тысячи учеников, а всего лишь небольшая сотня с мелочью.

– Я хочу попросить тебя об услуге, – вдруг произнес Лорд, внимательно взглянув на Мейнива.

– Что за услуга?

– Ты не мог бы... отобрать десятку лучших на чистке и лично подготовить их к соревнованиям? – с явным трудом поинтересовался глава школы.

– Ты и вправду этого хочешь? – удивленно приподнял брови тот.

– Если ты отказываешься, то я лично займусь их подготовкой, – тут же произнес Лорд Арин, быстро свернув свиток и встав, направившись к двери на небольшую ночную прогулку.

– Я не сказал, что отказываюсь, – неторопливо ответил Мейнив, водя пальцем по столу и смотря, как Огонек пытается его догнать. – Я спросил: ты действительно хочешь, чтобы я взялся за их тренировку? И ты не опасаешься, что с ними что-то приключится?

Лорд Арин весьма долго молчал, небожитель даже начал подозревать, что тот просто ушел, так и не услышав вопроса. Однако после затянувшегося молчания раздался его тихий голос:

– Да, я действительно хочу, чтобы ты занялся их подготовкой. И нет, я не верю, что ты причинишь им вред.

Небожитель не сдержал улыбки, которую вряд ли глава школы заметил. С ленивой грацией поднявшись на ноги, Мейнив заложил за спину руки, подойдя к заметно напряженному Лорду Арину. Тот невольно положил руку на резную рукоять веера, что позабавило и в то же время огорчило небожителя.

– Хорошо.

Глаза главы школы удивленно блеснули.

– Что? – даже хрипло переспросил он.

– Я согласен, – пожал плечами Мейнив, сощурив глаза, – но только не обвиняй меня в выборе адептов и способах их подготовки.

– Если эти способы будут граничить со смертью...

– Не будут, – фыркнул небожитель. – Я ведь тоже хочу, чтобы мы в этом году вышли вперед.

Лорд Арин раскрыл рот, но так ничего и не сказал. Мейнив, пройдя мимо, вышел в ночь, лишь изумрудное пламя освещало ему дорогу в храм. Бесшумно пройдя к нему, думая о чем-то своем, небожитель поднялся на второй этаж. Умыв лицо и переодевшись в легкие, практически воздушные одеяния, он обессилено рухнул на мягкую кровать. Огонек тут же пристроился на свече и запылал теплым рыжим светом.

– Как рыбалочка, хозяин? – поинтересовался Клыкастик на подоконнике. – Много рыбы поймали?

– Вроде много, – задумчиво ответил небожитель: кто-то из адептов взял с собой рыбу, чтобы отдать рабочим на кухне. – Ничего не происходило?

– Да так, зайцев попугали да птиц съели, – махнул лепестками Клыкастик, а Глазастик согласно закивал.

Глазастик вдруг зашелестел лепесткам, и его собрат, задумчиво облизнувшись, поинтересовался:

– А малец сегодня не придет?

Мейнив издал стон, накрыв ладонями лицо. Он уже забыл, что Тиар снова придет сегодня переписывать книгу. У него просто вылетело это из головы, учитывая то, сколько всего сегодня произошло.

Достав из-за пояса кнут Колесницы Судьбы, небожитель внимательно осмотрел его. Он был сделан из черной кожи наверняка давно исчезнувшего животного, на рукояти серебром и золотом были вытеснены солнце и луна, а также мелкие камешки в виде звезд.

– Хозяин, вижу мальца, – вдруг произнес Клыкастик.

– Дьявол, – ругнулся Мейнив.

Соскочив с кровати, небожитель подбежал к столу, схватив со стола кисточку и быстро написав несколько слов на листке бумажки. Свернув ее в виде самолетика, он бросил его в окно, и тот, подхваченный ветерком, умчался в ночь. Облегченно выдохнув, Мейнив вновь вернулся на кровать: ему совесть не позволяла после сегодняшнего позволить Тиару еще ночь просидеть над книгой. Пусть уж лучше отдохнет.

Сплетя на животе руки, небожитель негромко вздохнул, задумчиво смотря на расписанный в виде неба с облаками потолок. Забывшись в мыслях, Мейнив погрузился в глубокий сон без сновидений.