Глава 1.

5 лет назад. Секта Горного Ветра. Кабинет главы Линь.

- Мяньмянь-шицзе, я искренне верю, что в твоём нынешнем состоянии уходить в уединение не лучшая идея. К тому же, весной будет набор учеников, и будет очень жаль, если ты его пропустишь!

- Глава, я обязана попытаться, из-за меня наша секта снова подвергается насмешкам! Я устала приносить Вам проблемы.

Глава секты Горного Ветра, Линь Цзиньтао, уже третий час пытался успокоить Нэ Мяньцзу, наставницу пика Белой вишни, пребывавшую в глубокой печали. Он хотел отговорить её от идеи попытаться совершить прорыв на пик Эликсира ядра.

Не добившись желаемого, он с тяжестью в сердце и слезами на глазах установил срок уединения в 5 лет.

* * *

Нэ Мяньцзу, вернувшись на свой пик, с грустью оглядела свой кабинет.

Здесь, среди аккуратно расставленных скляночек, перевязанных ленточками свитков, мягких книжек и цветущих орхидей на подоконниках, она создавала свой маленький мир с огромной любовью.

Нэ Мяньцзу всегда знала, что не была достаточно хороша, но в этой небольшой секте, затерявшейся где-то в горах на окраине страны, никто никогда не смотрел на неё с предубеждением или презрением.

Её тепло приняли, выделили отдельный пик и пошли навстречу всем её желаниям по обустройству. Здесь она приняла первых учеников — милых, ласковых детишек, которые обожали её и успешно развивались.

Она была счастлива. Ну, или почти счастлива.

Последние 20 лет все её попытки совершить прорыв в медитации терпели неудачу.

«Но в этот раз всё будет иначе», — думала она, уверенная в своих силах, как никогда раньше.

Мастер Нэ неторопливо осматривала свои владения.

В первую очередь, конечно, библиотека. Здесь собраны ответы на все вопросы, которые могут возникнуть у юных учеников. Пошаговые рекомендации по медитации и тренировкам, рецепты разнообразных пилюль и снадобий, а также руководства по уходу за травами и ведению домашнего хозяйства — все это здесь, чтобы помочь в пути.

«Мои дети обязательно справятся, они очень талантливы и сообразительны», — с улыбкой подумала Нэ Мяньцзу, рассматривая полки с книгами.

В комнате для медитации царили чистота и порядок, а новые циновки создавали уютную атмосферу.

«Через пять лет, вероятно, все трое уже догонят меня», — с легкой грустью подумала Нэ Мяньцзу.

В комнате с котлами и магической печью всё оборудование было обновлено, а запас материалов, необходимых для работы, рассчитан на пару лет.

«Интересно, сколько новых рецептов придумает Лоулань за эти пять лет?» — младшая ученица всегда отличалась новаторским подходом к делу.

Тренировочная площадка на свежем воздухе привлекала своей мягкой травой, полированными деревянными мечами и была залита ярким солнцем.

«Тренируйтесь усердно, дети, — вздохнула мастер, — мне очень стыдно перед вами, но я должна это сделать».

Бытовые постройки тоже были в порядке — всё просто и чисто, после недавнего ремонта.

«Бедный глава Линь, он, вероятно, потратил много денег на мои прихоти», — покачала головой заклинательница, с нежностью вспоминая своего покровителя.

— Наставница!!!!

Радостные возгласы трех подростков отвлекли Нэ Мяньцзу от тяжелых мыслей, и она поспешила улыбнуться своим любимым ученикам.

— Шао-эр, Лоу-эр, Шу-эр, доброе утро!

Ее милые ученики. Всем по 13 лет, они послушны и трудолюбивы, а главное — невероятно талантливы.

Сэ Лоулань — нежная девочка с огромными голубыми глазами и вьющимися каштановыми волосами. Усердная ученица, обладающая ярко выраженным элементом дерева и широкими меридианами. Она станет идеальной преемницей для техники Фяньдун.

Кан Цзяншу — стройный юноша с крепким элементом воды и высококонцентрированной Ци. Этот мальчик непременно станет превосходным зельеваром, а также без труда освоит искусство меча.

И наконец, Ци Шаосинь — строгая малышка с вишнёвыми глазами, в которой уже ощущается не по годам мощный элемент огня. Ей уже под силу создавать пилюли из трех компонентов, и наставница уверена, что из нее может получиться как превосходный аптекарь, так и великий воин.

«Может быть, стоит передать ее мастеру Бай, пока не поздно?» — подумала она, опасаясь, что такой талант может быть растрачен впустую.

— Наставница, что-то случилось? — встревоженно спросила Шаосинь, заметив, что взгляд учительницы стал рассеянным.

— Я ухожу в уединение, — честно ответила Мяньцзу.

— Надолго? — Большие глаза Лоулань наполнились слезами от мысли о расставании с наставницей.

— Глупая, разве ты не знаешь, что уединение длится как минимум пять лет? — проворчала Шаосинь, шмыгнув покрасневшим носиком.

— Мне очень...

— Мы все понимаем, наставница, — вежливо поклонился Кан Цзяншу, стараясь сдержать дрожь в руках, которые он сжал в ученической позе. — Мы позаботимся о пике и будем присматривать друг за другом!

— И будем усердно заниматься! — почти крикнула Шаосинь. — Мы станем сильными, и тогда мастеру не придется совершенствоваться, чтобы эти чертовы имперцы перестали придираться!!!

— Да! — уверенно подхватили остальные и закивали головами, словно птички, клюющие зерно.

— Если что-то случится, глава Линь и мастер Лю всегда помогут вам, не стесняйтесь их спрашивать.

Нэ Мяньцзу нежно провела рукой по голове каждого из своих учеников, но в последний момент Шаосинь внезапно прильнула к ней, уткнувшись лицом в верхнюю одежду.

— М-мастер... — пробормотала она.

— Что такое, Шао-эр? — с заботой спросила Нэ Мяньцзу.

— Когда вы вернетесь... — продолжала девочка, не в силах сдержать эмоции.

«Какое милое дитя», — думала Нэ Мяньцзу, нежно поглаживая Шаосинь по спине.

— Пообещайте, что больше так не будете! — с мольбой произнесла Шаосинь.

— Не буду что? — удивленно переспросила Нэ Мяньцзу.

— Обещайте, ну пожалуйста! — настаивала девочка.

— Обещаю-обещаю... — тихо произнесла Нэ Мяньцзу, и в этот момент их прощание было прервано появлением мастера Му, который пришел, чтобы помочь запечатать пещеру для медитации.

Дети проводили взглядом маленькую фигурку наставницы, одетую в странно-траурные белые одежды. На фоне зияющей пасти горной пещеры она казалась особенно крошечной.

«Почему такое чувство, что мы на похоронах?» — Ци Шаосинь вдруг почувствовала себя неуютно от этой мысли. «Мастер, пожалуйста, вернитесь, мы же без вас пропадём!» — пронеслось у неё в голове.

Му Яншен, мастер пика Синего тумана, завершил работу с запечатывающим массивом и с лёгкой грустью посмотрел на отныне беспризорных учеников.

«Это неправильно», — подумал он, поджав губы.

— Ну что, детишки, пора вам показать, как хорошо вы готовы к самостоятельной жизни! — сказал он, подхватывая учеников под руки и уверенно направляясь к постройкам. В этот момент он изо всех сил старался забыть о тяжёлом взгляде, которым его наградила на прощание Нэ Мяньцзу.

* * *

Когда мастер Нэ только покинула кабинет, глава Линь устало опустился в кресло, сокрушаясь о несправедливости этого мира по отношению ко всем маленьким и беззащитным.

Прошло уже более 20 лет с тех пор, как он, будучи тогда ещё не главой секты, а лишь мастером пика Синего тумана, встретил в горах раненую маленькую девочку. В тот день он впервые увидел в действии знаменитую технику самоисцеления Фяньдун, которая долгое время считалась секретом Императорского ордена заклинателей.

Поражённый талантом юной странницы, он предложил ей посетить секту Горного ветра, надеясь убедить её присоединиться к ним. Каково же было его удивление, когда он узнал, что эта девочка, едва достающая ему до солнечного сплетения, гораздо старше его самого!

Фраза «В 10 лет - гений, в 20 - выдающийся, в 30 - посредственность» как нельзя лучше описывала Нэ Мянь Цзу.

Она была лучшей ученицей мастера Фяньдун и одной из самых выдающихся учениц Императорского ордена. Но вот ей исполнилось 30 лет, а она так и не достигла середины стадии Эликсира ядра. Тем не менее, её учитель всё ещё видел в ней свою преемницу.

Однако, накануне церемонии передачи должности мастера пика, всплыла ужасающая история, в которой Нэ Мянь Цзу была обвинена в домогательствах к своей шимэй, Ле Жуаньдин - родной младшей сестре главы Императорского ордена.

После этого скандала девушке пришлось покинуть орден и скитаться по свету, занимаясь самой разной работой: от изгнания духов до помощи в родах.

Во время изгнания злого духа горного быка Нэ Мянь Цзу получила ранение и столкнулась с добрым мастером Линем, пригласившем ее погостить в секту Горного ветра.

Мастер Линь подумал тогда: «Это создание едва ли может держать в руках меч и сражается коротким кинжалом... Её уровень развития позволяет ей сохранять юный облик, но не наносить серьёзный урон противнику. Как же она могла кого-то домогаться, не получив при этом травм? А ведь именно Ле Жуаньдин в результате стала преемницей мастера Фяньдун!»

Нэ Мянь Цзу с радостью согласилась остаться в секте Горного ветра. Сначала она стала помощницей мастера пика Синего тумана, который занимался укреплением меридианов и созданием магических печатей, а затем согласилась на предложение занять место мастера нового пика, который выделил для целительства Линь Цзиньтао, став главой секты.У Мяньцзу было лишь одно условие: ей не будут предлагать учеников в ближайшее время.

Три года назад она взяла трёх учеников и проявила себя как превосходная наставница. Она была ласковой и спокойной, но в то же время строгой и требовательной. Дети сразу полюбили свою маленькую учительницу, Линь Цзиньтао был в восторге, и время текло своим чередом.

Год назад состоялось очередное собрание кланов Поднебесной, на которое Линь Цзиньтао прибыл в сопровождении мастера Му Яншена и мастера Бай Чжухэ. Это событие стало началом конца.

Линь Цзиньтао был обрезанным рукавом, как и его ученик, Му Яншен, который стал новым главой пика Синего тумана. Они были официальными партнерами в Дао и никогда не скрывались. Мастер Бай Чжухэ, известный мечник, славился своими кровавыми подвигами.

Когда в секте появляется новое направление, глава секты обязан об этом отчитаться Императорскому ордену. Известие о том, что в их секта приняла Нэ Мянь Цзу, сулило большие неприятности, в частности потому, что они долго это скрывали.

Никто не высказался прямо, но Императорский орден пытался найти любые возможные недостатки как на собрании, так и во время последующей инспекции.

И если к главе и мастеру Му, а также к таланту мастера Бай было не подступиться, то Нэ Мянь Цзу сразу же стала козлом отпущения. Какие только требования не предъявляли заносчивые имперцы!

«Принудительное уединение, лишение права быть учителем, уничтожение ядра!» — слышалось со всех сторон.

Глава Линь едва сдерживал гнев. Вернувшись с собрания, он попытался успокоить шицзе, но сразу же пожалел об этом. Лучше бы он молчал! А что если Мянь-мянь получит искажение Ци, пока будет в уединении? Они потеряют единственного целителя и алхимика в секте, а ее ученики слишком малы, чтобы перенять дело мастера.

«Дело дрянь!» — ругнулся глава и, обессиленный, опустился на стол, заваленный кипой бумаг. Ему срочно нужны были объятия от мастера Му.