Комната 666

Меня встречали холодные стены академии на берегу Мёртвого озера. Название говорящее. По легенде местных, здесь пропадают люди — но я подозреваю, что их просто съедают оборотни и вампиры, а потом списывают на туман. Удобно, правда?

На крыльце меня уже ждали. Стоял Агафон Богославочич — мой куратор, директор академии. Высокий, седой, в длинном сюртуке, с бородой как у Деда Мороза, только вместо мешка подарков — связка ключей от всех замков. Ведьмы всегда знают имя: оно прописано на лбу, между бровей.

— Здравствуй, Лилит, — сказал он. — Рад приветствовать в нашей академии магии. Надеюсь, обучение пойдёт тебе на пользу, и ты научишься не только контролировать свою силу, но и пользоваться ей во благо.

— Во благо — это кого именно? — уточнила я.

— Вообще всех.

— Поняла. Буду стараться.

Он повёл меня по коридорам. Стены были каменные, холодные, с факелами.

— В академии мы стараемся селить учеников с одинаковыми силами в один корпус, — говорил Агафон. — Но так как ведьма ты у нас одна, будешь жить в корпусе с вампирами. Надеюсь, вы подружитесь. Вампирша у нас тоже одна — Юнона. В одну комнату вас и поселим.

Я глубоко вздохнула. Лучше вампир, чем кто-нибудь из фениксов. Эти курицы на гриле только и знают, что светиться и жаловаться на холод. А русалка — рыба вяленая. С вампирами, по крайней мере, можно договориться. Главное — не зевать, когда они рядом.

— Юнона — единственная девушка из клана вампиров, — продолжал Агафон. — Не будешь чувствовать себя одиноко.

— А вы уверены, что мы не перегрызёмся? В смысле, я с осиной, она с клыками.

— Будем надеяться на лучшее.

Мы дошли до комнаты. На двери висел номер 666, но последняя шестёрка была исправлена из нуля — видимо, замазана чем-то белым. Агафон Богославочич пальцами стёр хвостик у этого нуля и вернул шестёрку в первоначальную форму. Вздохнул.

— Комната 660, — уточнил он.

— А почему написано 666?

— Потому что это была 666. Но я исправил.

— А почему исправили?

— Потому что это число привлекает неприятности. Прошлый раз, когда здесь жили две русалки, они устроили потоп. Мне пришлось вызывать экстренную магическую службу.

Я посмотрела на табличку. Шестёрка снова смотрела на меня как ни в чём не бывало.

— А если я оставлю 666?

— Тогда ты познакомишься с моим любимым заклинанием «Пылесос-уборка-вещей-в-коридор».

— Поняла, 660. Вопросов нет.

Но когда директор отвернулся, я щёлкнула пальцами — и ноль снова превратился в шестёрку. Амбра одобрительно мяукнула.

Дверь распахнулась. В комнате, на кровати, сидела девушка. Юнона. Вампир-змея. Пепельные волосы убраны на одну сторону, глаза — разрезанные, жёлтые, как у гадюки. Вампир, классический.

— Юнона, — представился директор. — Познакомься со своей соседкой Лилит. Она ведьма. Надеюсь, вы подружитесь.

И он испарился, оставив нас наедине.

Юнона подошла и протянула руку. От неё пахло кровью и старым склепом. Я бы сказала, что это не очень, но, знаете, у ведьм свои причуды. Меня, например, некоторые считают похожей на лешего в юбке.

— Привет, — сказала она. — Не представляешь, как я рада, что у меня теперь есть подруга! А то здесь из девушек только фениксы и русалки. Фениксы постоянно горят, а русалки — текут. Это ужас.

Я пожала плечами.

— Привет, я Лилит. Тоже рада. У меня никогда не было подруг.

— Правда? Почему?

— Я училась на дому. Родители боялись меня в люди отпускать — вдруг кого-нибудь прокляну. Однажды я прокляла почтальона за то, что он принёс квитанцию на оплату. Он три дня крякал.

Юнона засмеялась. У неё был приятный смех, как звон хрустальных бокалов, только немного с примесью шипения.

— Ну, здесь не получится в полной силе магию использовать, — сказала она. — На территории Агафон наложил заклятие-подавитель. Так что если хочешь превратить кого-то в жабу, придётся идти в лес.

— В лес?

— Ага. Там, за территорией, никаких ограничений. Мы по ночам туда бегаем — кто воплотиться, кто силу использовать. В общем, если не спится — присоединяйся.

— Ясно, — сказала я. — А этот камень...

Я кивнула в сторону пола, где чувствовалось слабое давление магии.

— ...его можно сломать?

Юнона округлила глаза.

— Ты что? Агафон сам его поставил. Говорят, он даже вампиром может управлять через этот камень.

— Ну, может, — я промолчала про то, что чувствую слабину в защите. Чёрная магия — она как отмычка. Если знать, как поддеть. Чувствовала сгусток энергии, не просто от заклинания, тут полноценный ритуал на крови ни одного мага. Крепенько наложен и явно где-то лежит в материальном виде. Вот задание Амбре, вместо того чтоб в столовой сметану тырить, пусть магический этот камень найдет, посмотреть хочется.

Я стала раскладывать вещи. Достала колоду карт Таро, руны из костей, несколько амулетов, баночку с засушенными лягушачьими лапками... и бубен.

При появлении бубна Юнона замолчала. Посмотрела на меня, как на экспонат в краеведческом музее.

— Это что? — спросила она.— Бубен— Я вижу что бубен. Откуда у ведьмы — бубен?

— У меня прадед был шаманом с Байкала. Бубен передаётся по наследству. На нём, между прочим, мой прадед изгонял духов из колодца.

— Колодец был одержим?

— Нет, просто вода невкусная. Дух обиделся. —я пошутила.

Юнона присвистнула.

— Так ты не только ведьма? Ещё и шаманка? Вот это поворот!

Я скромно улыбнулась.

— Теперь понятно, почему родители тебя в люди не пускали. Слушай, а шаманы умеют выходить из тумана. Ты можешь?

— Какого тумана?

— Ты что, не знаешь? Это же местный Бермудский треугольник. Мёртвое озеро. Когда поднимается туман, в нём пропадают не только люди, но и вампиры, оборотни, животные. Никто ещё не возвращался.

— Никто?

— Никто. Говорят, там древний шаман лежит на дне и забирает всех, кто входит в туман.

Я задумалась. Идея залезть в таинственный туман, из которого никто не возвращается, звучала... заманчиво. Потому что я — не «никто». Я — Лилит.

— Не пробовала, — ответила я. — Но не думаю, что испугаюсь.

— Ой, смотри, — Юнона подмигнула. — Ты мне потом расскажешь, как там.

— Обязательно.