Глава 8.

С тех пор, как предки основали клан Цзун, он прославился на весь мир своей техникой сердца Гуй Юань и техникой меча Цзун Сюань. 300 лет клан Цзун правил Цзючжоу. Нарушив общепринятую мудрость, что «на пути Дао все равны» и мир принадлежит всем, они взошли на трон и провозгласили себя императорами. Никто из заклинателей и пикнуть не посмел против. Склонили головы, забились в свои уезды и с милостью приняли дарованные им титулы, громко славя Сына Неба, признав его законным правителем Цзючжоу.

Но как говорится, все в мире непостоянно - за взлетами следуют падения. Процветание не может длиться вечно, рано или поздно наступит и упадок. Ко времени правления императора Нинхуа, Цзун Мин Хэ, могущество клана истощилось. В мире появились новые таланты, недовольство кланом Цзун росло. Под водной гладью уже назревали бурные волны.

Но истинная причина упадка клана Цзун крылась в истощении клана, уже долгое время, на протяжении трех поколений, в этой династии не появилось ни одного выдающегося таланта.

Когда дело касается совершенствования, усердие и практика безусловно важны, но без врожденного таланта, определяющего потенциал человека, многого не добиться. В мире совершенствования одного гения в клане достаточно, чтобы все девять поколений вознеслись к небесам. Без такой жемчужины, взлетевшей к вершине, рассчитывать на уважение от мира заклинателей глупо, каким бы многочисленным ни был клан.

У Цзун Мин Хэ было девять сыновей и три дочери. У старшего и младшего сыновей был прекрасный потенциал (кости и корни) достигнуть бессмертия. К сожалению, открытое противостояние бессмертных сект и шаткое положение дел в мире два еще маленьких ребенка изменить не могли.

Дворец Дамин Уцзи

Из сада за дворцом доносились взрывы смеха. Подросток с закатанными штанинами и рукавами играл с группой детишек в куджу (китайский футбол), бежал и пинал мячик из овчины, который плясал, вертясь, словно привязанный к его ногам. Дети разного роста кружились вокруг него, пытаясь вырвать у него мяч. Словно большой пес развлекался с милыми щеночками.

Глаза юноши сверкали ярче звезд, весь лик его светился солнцем, а улыбка затмевала самый изысканный нефрит. Поистине потрясающий представитель рода человеческого.

- Брат... ах! - маленький мальчик споткнулся, с грохотом пал на землю и скривился, готовый зарыдать.

Цзун Цзы Хэн отбросил мяч и, растолкав «щеночков», бросился к упавшему, поднял его с земли, ущипнул за нос и с улыбкой поддразнил:

- Сяо Цзю собирается плакать из-за такой ерунды?

Слез в глазах Цзун Цзы Сяо не было, но он показательно скривил губы, сделав вид, что вот-вот заплачет, и потер грязными руками глаза:

- Я упал и ушиб ногу, а ты смеешься надо мной.

- Дай посмотреть, - Цзун Цзы Хэн задрал штанину на его ноге и увидел на колене кровь. - Старший брат нанесет тебе лекарственную мазь, хорошо?

- Гм.

Цзун Цзы Хэн взял Цзун Цзы Сяо на руки. Детишки, шныряющие рядом, потянули Цзун Цзы Хэна за одежду:

- Старший брат вернётся? Он же поиграет еще с нами?

Цзун Цзы Хэн потрепал их по макушкам:

- Солнце слишком жарит. Идите в тенек и отдохните. Старший брат поиграет с вами в следующий раз.

Цзун Цзы Сяо крепко обнял Цзун Цзы Хэна за шею и самодовольно улыбнулся.

- Братец, так жарко, - тихо пожаловался он и прижался лицом к шее Цзун Цзы Хэна.

- Жалуешься на жару и при этом так липнешь ко мне, - Цзун Цзы Хэн отцепил одну руку маленького бесенка от своей потной шеи и вздохнул. - Боишься, что старший брат бросит тебя?

- Я...

Внезапно Цзун Цзы Хэн схватил Цзун Цзы Сяо за талию, трижды подкинул его вверх, затем забросил себе за спину и, наконец, вытащил из-под своей подмышки.

Цзун Цзы Сяо кричал и смеялся, лицо его покраснело от испытываемых эмоций.

Цзун Цзы Хэн улыбнулся:

- Больше не болит?

- Мне и сразу было не очень-то и больно, просто я больше не хотел играть, - кокетливо склонил голову Цзун Цзы Сяо. - Я хочу холодный суп из белых грибов, приготовленный старшим братом.

- Сколько же у тебя трюков в рукаве? - Цзун Цзы Хэн отнес его в павильон Цинхуэй, по дороге проверив его домашнее задание. Видя, что тот отвечает бегло и без запинок, похвалил.

- Это так вкусно, пальчики оближешь, - нахваливал Цзун Цзы Сяо, вылавливая из супа белые грибы и радостно облизываясь.

Цзун Цзы Хэн обтер платком грязное лицо Цзун Цзы Сяо. Лицо его в восемь лет было нежным, кожа словно отполированный нефрит - в точности, как у его матери, которая слыла первой в мире красавицей. Особенно прекрасны были его лисьи глаза, с вздернутыми уголками. Они сверкали, как драгоценные камни, сражая наповал всех, кто его видел.

- Ешь медленно, - вытерев ему лицо, Цзун Цзы Хэн решил промыть рану на его колене.

Цзун Цзы Сяо потряс ногой:

- Не надо, через пару дней все будет в порядке.

- Давай хотя бы промоем.

Пока старший брат промывал его рану, Цзун Цзы Сяо опустошил свою миску и повернулся к своему лекарю:

- Брат, у меня для тебя есть хорошие новости.

- Какие хорошие новости?

- Я скоро сформирую ядро.

Цзун Цзы Хэн пораженно ахнул:

- Правда?

- Ага, - Цзун Цзы Сяо гордо задрал подбородок. - Старший брат сформировал свое ядро, когда ему не было и десяти. Я хочу быть таким же, как старший брат.

Цзун Цзы Хэн похлопал Цзун Цзы Сяо по плечу:

- Ты станешь сильнее старшего брата. Сяо Цзю, ты должен усердно практиковаться и однажды ты добьешься успеха. И больше никто не будет смеяться над нашей семьей, что у нас нет достойных преемников.

- Кто посмеет насмехаться над нами, когда у нас есть старший брат? - глаза Цзун Цзы Сяо лучились восхищением и обожанием. - Старший брат - лучший!

Глядя на беззаботный невинный вид Цзун Цзы Сяо, Цзун Цзы Хэн тайно вздохнул.

- Брат, можно мне еще супа?

- Нельзя. В прошлый раз ты съел слишком много холодной пищи, и у тебя болел живот.

- Ну, пожалуйста.

- Ужин через два часа. Хочешь еще миску грибного супа или львиную голову (фрикадельки), брат тебе приготовит?

- Львиную голову, львиную голову!

С улицы донесся шум.

В зал в окружении многочисленных слуг вошла женщина, выдающаяся красавица, с живописными чертами лица, в парчовых одеждах, с золотыми шпильками, скрепляющими пышную прическу. Она двигалась с достоинством, без суеты, как и положено благородной даме.

- Мама, ты вернулась, - Цзун Цзы Хэн склонился в поклоне.

Цзун Цзы Сяо тоже вскочил:

- Благородная Супруга Шэнь.

- Сяо-Эр тоже здесь, - с улыбкой заметила Шэнь Ши Яо. - Ты пришел поиграть со своим старшим братом?

- Ага.

- Скоро уже будем ужинать, не ешь слишком много холодной пищи, - Шэнь Ши Яо подтянула Цзун Цзы Сяо к себе и вытерла своим шелковым платком пот на его лбу. - Сяо-Эр, оставайся у нас на ужин.

- Ладно, старший брат сказал, что приготовит для меня львиную голову.

Шэнь Ши Яо усмехнулась:

- Ты так любишь приставать к своему старшему брату. Иди домой и пригласи сюда свою маму. После ужина пойдем на озеро Луошуй и насладимся луной.

- Хорошо! - Цзун Цзы Сяо тут же вскочил и убежал.

Шэнь Ши Яо повернулась к своему красивому сыну и поинтересовалась:

- Цзы Хэн, ты сделал домашнюю работу?

- Да. Я поиграл со своими братьями совсем недолго.

- Я слышала, император дал тебе новое задание.

- В районе Пинъян появились призраки и сеют там хаос. Чтобы разобраться с ними, были отправлены две группы заклинателей, но они понесли большие потери. Завтра я отправлюсь туда, чтобы понять, что там происходит.

- Хорошо. Твои братья и сестры еще малы, ты - единственный, кто может разделить заботы императора. Ты должен хорошо себя проявить. Не разочаруй отца.

Цзун Цзы Хэн послушно кивнул:

- Не волнуйся, мама.

- Я слышала... - тонкие пальцы Шэнь Ши Яо медленно погладили изящный браслет из красного золота на своем запястье. - Чи Цзун Цзы проверил кости и корни твоего девятого брата, и его талант не уступает твоему?

- Да, у Сяо Цзю выдающийся талант, - Цзун Цзы Хэн тепло улыбнулся. - Он только что сказал мне, что уже находится на стадии формирования ядра.

Шэнь Ши Яо замерла, ее взгляд метнулся к окну, и она тихо произнесла:

- В семье Цзун уже три поколения не рождались сильные заклинатели. Не ожидала, что сразу появятся двое. Император, должно быть, очень счастлив.

- Отец очень счастлив. Он хочет, чтобы его сыновья восстановили величие клана Цзун.

Шэнь Ши Яо повернулась и пристально посмотрела на Цзун Цзы Хэна, прочитать мысли в ее глазах было невозможно:

- Ты родился под счастливой звездой, и ты - лучший в своем поколении. Жаль, что происхождение твоей матери не из лучших, и она обременяет тебя.

Цзун Цзы Хэн в ужасе воскликнул:

- Мама, почему ты так говоришь? Я родился в семье Цзун и никогда не беспокоился о еде и одежде. Я всем доволен и никогда не думал о тебе так.

Шэнь Ши Яо взяла Цзун Цзы Хэна за руку и нежно улыбнулась:

- Ты такой талантливый. Если бы ты был законным сыном, то обязательно стал бы лидером клана. Мама просто думает, что ты так усердно трудишься, а я тебя подвожу.

- Мама, пожалуйста, не думай так, - обеспокоенно возразил Цзун Цзы Хэн. - Законный сын или незаконный, меня это не волнует.

Шэнь Ши Яо долго смотрела на сына, потом медленно произнесла:

- Твой девятый брат тоже сын наложницы. Ты не единственный, кому не повезло.

Цзун Цзы Хэн знал, что его мать жаждет первенства. С детства она была очень строга с ним, не позволяя ему отставать от других, но все это она делала ради его блага. Это был первый раз, когда он слышал от нее такие странные слова.

Он не мог понять, почему прозвучали эти слова, и решил пока не думать об этом, успокоил мать и отправился готовить фрикадельки для Цзун Цзы Сяо.

Любуясь ночью луной, Шэнь Ши Яо вела себя, как обычно. Она хорошо ладила с матерью Цзун Цзы Сяо, и они часто навещали друг друга.

Насладившись луной, Цзун Цзы Сяо объявил, что хочет спать с Цзун Цзы Хэном. Между ними было восемь лет разницы. Цзун Цзы Сяо рос практически под присмотром Цзун Цзы Хэна и с самого детства был очень привязан к нему.

Лето было жарким и влажным, в комнате кружило много комаров. Цзун Цзы Хэн приклеил на противомоскитную сетку два охлаждающих талисмана и обмахивал Цзун Цзы Сяо веером, пока тот не успокоился и не перестал ворочаться, как блин на сковородке. Его и самого стало клонить в сон.

- Брат, - сонно прошептал Цзун Цзы Сяо, - ты собираешься завтра покинуть дворец? Когда ты уже возьмешь меня с собой?

- Когда вырастешь, ты сможешь пойти со старшим братом и поможешь ему биться со злыми духами.

Цзун Цзы Сяо зевнул:

- Когда я сформирую ядро, как старший брат меня наградит?

Цзун Цзы Хэн тихо рассмеялся:

- А какую награду ты хочешь?

- Хочу выйти из дворца вместе со старшим братом. Старший брат стал выходить из дворца с двенадцати лет, а я еще никогда не покидал дворец.

- Хорошо, когда сформируешь ядро, я попрошу разрешения у отца и выгуляю тебя.

Цзун Цзы Сяо повернулся и скользнул в объятия Цзун Цзы Хэна:

- Сдержи свое слово!

- Эй, не прижимайся ко мне. Мне итак жарко.