Глава 22. Узник Азкабана. Часть 1.

Когда меня выписали из больничного крыла, я ещё неделю не ходила на занятия.

У меня такое чувство, что если бы я была способна ощущать страх, то после разговора с Северусом я бы точно начала заикаться. Да, он при первой же возможности упомянул мою неудачную диету. ЗАТО, он потом голос сорвал. Хех. Так ему и надо.

Но, между тем, питаться я стала нормально. Пусть и через настойчивость Гермионы и убийственный взгляд Северуса со стола преподавателей, но питаться. Конечно, это давалось мне Крайне тяжело. Вот прямо с большой буквы. Но я пока справлялась.

А после недели "свободного плавания" я снова начала посещать занятия. Я определённо совру вам, если скажу, что учёба после столь длительного перерыва давалась мне сложно. Учебники я ещё во время летних каникул прочитала, поэтому отставать от класса не стала. Так что я смело могу сказать, что горжусь собой.

***

За шесть месяцев не произошло абсолютно ничего интересного. Да, да, сегодня уже апрель. Двадцать второе апреля, если быть точнее. И да, совершенно ничего интересного. Уроки как уроки, друзья как друзья, домашка как домашка, дементоры как дементоры. Ничего не обычного. Хотя, за это время я смогла подтвердить кое какие интересные факты.

Во первых, профессор Защиты от Тёмных Искусств Римус Люпин действительно пропускает уроки в конце каждого месяца. И время, когда его нет в школе по удивительным причинам совпадает с полнолунием. Сначала я подумала, что нас профессор оборотень, но потом отвергла эту мысль, так как посчитала, что у нашего уважаемого директора ещё не настолько поехала крыша. Северус тоже отказывается говорить по поводу случая с Люпином. По этому я пришла к мысли, что наш преподаватель болен чем-то.

Во вторых, я стала достаточно часто читать на улице, под дубом возле озера. И всегда когда я читаю, рядом со мной находиться тот самый  пёс. Не знаю, что он во мне нашёл, но он теперь всегда сопровождает меня, когда я выхожу на улицу. Будь то совятня или Хогсмид. Но, в принципе, я не возражаю.

И в третьих, у меня стал виден прогресс в анимагии. Так как своего внутреннего зверя я не нашла, я действовала в слепую. И уже сейчас, когда я пытаюсь преобразиться, у меня ногти на руках удлинняются и значительно остреют, зрение становится намного лучше, а зрачки сужаются. Жуткое зрелище, если честно. Но я подозреваю, что моя анимагическая форма – какая-то  птица.

И на этом все мои новости за шесть прошедших месяцев заканчиваются.

И как я уже сказала, сегодня у нас двадцать второе апреля. И нет, это не обычный весенний день. Сегодня Клювокрыла казнят. Ребята, то есть Гарри, Рон и Гермиона пошли к Хагриду. А я благополучно осталась ждать их на холме, где открывается прекрасный вид на хижину нашего лесничего. Вы спросите: почему я осталась? Да потому что во первых, мы с Хагридом не общаемся от слова "совсем". В отличии Гарри, Рона и Гермионы. А во вторых, меня просто не приглашали. Вот поэтому я сейчас сижу, и жду их прихода. До этого, кстати говоря, Гермиона показала нам достаточно увлекательное представление. Она дала Малфою кулаком прямо в нос. Горжусь ею.

Вскоре, ребята вернулись, и мы грустно наблюдали за тем, как министерский палач МакНейр замахивается своим огромным наточенным топором. Думаю, не стоит объяснять как это было.

Но ЗАТО есть и хорошая новость. Рональд нашёл свою крысу. Оказывается, она всё это время была у Хагрида. Признаться, я даже не знала, что у него есть крыса. Но да ладно, Рону об этом знать всё равно не стоит.

И кстати, про крысу. Прямо сейчас она укусила нашего рыжего друга за палец, и удрала в сторону леса.

– Короста! - шокированно произнёс Уизли, и кинулся за ней. Мы с Гарри и Гермионой переглянулись, и бросились вслед за Роном и его питомцем.

Первое, что мы успели увидеть когда прибежал на поляну: Рон лежит на земле, и держит что-то в руках. Очевидно, это была Короста.

Второе, что мы увидели: Гремучая Ива, что находится в опасной близости от лежащего на земле Уизли замахивается своими ветвями.

– Рон..! - крикнул Поттер, с ужасом глядя на дерево, но Уизли перебил его.

– Сзади! Это грим!

И не успели мы обернуться, как огромная собака выпрыгивает из-за наших голов, перелетает через нас и бежит в сторону Рона. Прямо как в боевиках. Ну а я с ужасом узнала в этом животном того пса, который часто сопровождал меня на улице. Животное вцепилось зубами в ногу Рона, и последний истошно завопил. Я, Гарри и Гермиона бросились к нашему общему другу, но собака уже утащила его в нору под Ивой. Честно говоря, не знала, что там есть нора. Мы с ребятами уже было бросились туда, когда Ива, что до этого буквально замерла, отбросила нас на несколько футов назад.

– Ай! - одновременно крикнул Поттер и Грейнджер. А вот мне легче, я боли не чувствую. Тут же встав, я взяла палочку и прошептала:

– Иммобилус!

Гремучая Ива тут же застыла. Гарри и Гермиона стояли и удивлённо смотрели то на меня, то на Иву, но потом "очнулись", и отдышались.

– Идёмте! Действие заклинание скоро закончится.

Мы осторожно залезли под дерево и пошли по длинном проходу.

Признаться, шли мы долго. Но вот, туннель пошел вверх, затем свернул. Сбоку я увидела слабый свет, падающий из какой-то дыры. Мы с Гарри и Гермионой на мгновение замерли, переведя дух, подошли к ней, подняли волшебные палочки на конце которых горел огонёк от Люмоса - и заглянули внутрь. С той стороны оказалась комната — пыльная и разорённая. Обои клочьями свисали со стен, весь пол в грязи, мебель сломана, словно кто-то её крушил, окна заколочены досками. Я взглянул на друзей, вид у них был изрядно напуганный, но они согласно кивнули. Мы втроём протиснулись в проём и огляделись. Комната была пуста, но справа виднелась открытая дверь, ведущая в полутёмный коридор.

— Гарри, Ариана, по-моему мы в Визжащей хижине.

Я тоже огляделась, рядом стояло разбитое деревянное кресло на трёх ножках и с выломанными подлокотниками. Гарри с сомнением покачал головой:

— Это не привидения натворили.

Над головами у нас послышался какой-то скрип – на втором этаже явно что-то происходило. Мы уставились в потолок.

Тихо, не сговариваясь, мы вышли в прихожую и начали подниматься по шаткой лестнице. Всё вокруг покрывал толстый слой пыли, но на полу виднелась широкая чистая полоса: видно, что-то тащили наверх, и совсем недавно. И очевидно, тащили не "что-то" а "кого-то".

Поднялись на темную площадку.

— Нокс, — произнесли вместе как можно тише, и свет на концах палочек погас. Перед нами была единственная чуть приоткрытая дверь. Подкравшись, мы услышали внутри какое-то движение, чей-то приглушённый стон. Мы все в последний раз обменялись взглядами и кивками. Твёрдой рукой выставив перед собой волшебную палочку, я резким движением широко распахнула дверь. На великолепной кровати с пыльным пологом на четырех столбах возлежал Живоглот – кот Гермионы. Даже не хочу знать, что он здесь делает. Увидев вошедших, то бишь нас, он громко заурчал. А рядом с кроватью на полу, обхватив ладонями ногу, вывернутую под неестественным углом, сидел Рон. Гарри и Гермиона бросились к нему. Я сделала пару не смелых шагов вперёд, но остановилась у стены, недоверчиво осматривая помещение. А где собака?

— Рон, как ты?

— А где пёс? - сразу спросила я.

— Это вообще не пёс, Ариана, — выдохнул Рон, скрипя зубами от боли. — Это ловушка...

— Что?

— Это он... Анимаг...

Взгляд Рона был устремлён поверх плеча Гермионы. Она с Гарри круто обернулись. Какой-то человек, скрытый тенью, громко захлопнул дверь в комнату. Грива спутанных грязных волос свисала ниже плеч; не будь глаз, горевших в глубоких глазницах, его можно было бы принять за мертвеца – воскового цвета кожа так туго обтягивала кости лица, что оно походило на череп, жёлтые зубы оскалились в усмешке. Это был Сириус Блэк. Тот пёс, тот добрый пёс, который часто гулял вместе со мной оказался сбежавшим убийцей.

— Экспеллиармус! —каркнул он, направив на Поттера и Грейнджер волшебную палочку Рона. Палочки Гарри и Гермионы вырвались из рук и, взмыв в воздух, оказались у Блэка. А моя осталась у меня. Может, он как и Том Риддл в прошлом году будет игнорировать моё присутствие? Не сводя глаз с Гарри, он подошёл ближе к моим друзьям.

— Я так и знал, что ты придёшь помочь другу. — Голос Блэка звучал неровно, надтреснуто, как будто он давно разучился говорить. — Твой отец сделал бы то же самое для меня... Храбрый ты парень, не побежал за преподавателями... Прими мою признательность... Это все упрощает...

Гарри рванулся было вперёд, но его тут же оттащили две пары рук.

— Не надо, Гарри, — заплетающимся от ужаса языком прошептала Гермиона. Рон же, поднявшийся на ноги несмотря на боль, повернулся к Блэку. Ну а я просто в полнейшем шоке смотрела на них издалека, готовясь если что напасть с помощью волшебной палочки.

— Если ты хочешь убить Гарри, тебе придется убить и нас вместе с ним! — яростно крикнул Уизли, побледнел ещё больше и от слабости его шатнуло в сторону.

Что-то вспыхнуло в тёмных глазах Блэка.

— Ты лучше ляг, — спокойно сказал он. — А то ещё больше повредишь ногу.

— Ты слышал? — спросил Рон нетвёрдым голосом. С силой вцепившись в плечо Гарри, он как-то сумел удержаться на ногах. — Тебе придется убить всех четверых!

Усмешка Блэка стала шире.

— Только один умрет этой ночью...

— И это будешь ты! — Гарри рванулся из рук Рона и Гермионы. — В прошлый раз тебя такие мелочи не волновали! Сколько ты тогда убил маглов, охотясь за Петтигрю? Что, подобрел в Азкабане?

Поттер почти шипел что-то Блэку, хватаясь за горло последнего и роняя того на пол.

— Гарри! — всхлипнула Гермиона. — Остановись!

— Он убил моих родителей!

То ли ошеломлённый нелепостью атаки, то ли ещё по какой-то причине, но Блэк не воспользовался волшебной палочкой.

— Что, Гарри, собираешься убить меня? — прохрипел тот. Гарри остановился над врагом, палочка смотрела Блэку в грудь.

— Ты убил моих родителей. — Голос Гарри чуть дрожал, но рука с волшебной палочкой оставалась твёрдой. Да ладно. Блэк смотрел на него запавшими глазами.

— Я и не отрицаю, — почти шёпотом сказал он. — Но если бы ты знал всю историю с начала до конца...

— Всю историю? — переспросил Гарри. — Ты продал их Волан-де-Морту – вот все, что мне нужно знать!

— Тебе придётся выслушать меня. — Голос Блэка зазвучал настойчивее. — Ты пожалеешь, если не... Если не узнаешь...

— Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь, — ответил Гарри, и его голос дрожал все сильнее. — Ты ведь никогда не слышал, что она тогда кричала? Моя мама... Волан-де-Морт хотел убить меня... А она пыталась его остановить... Ты виноват во всём... И всё из-за тебя...

В этот самый миг мимо Гарри метнулась рыжая молния, Живоглот прыгнул на Блэка и распластался у него на груди, заслонив его. Блэк моргнул, скосил на него глаза.

— Уйди, — буркнул он, стараясь отцепить кота. Но кот крепко вцепился когтями в мантию Блэка.

Повернув к Гарри странную курносую морду, он уставился на него жёлтыми глазищами. Глядя на кота, Гермиона судорожно вздохнула. Да... Обидно, наверное, когда твой питомец перешёл на сторону врага, как бы глупо это не звучало. Да... Кот явно в сговоре с Блэком... Готов умереть, защищая его. Было бы мило, но не в этот раз.

Гарри снова поднял палочку. Секунды тянулись медленно.  Поттер стоял с нацеленной палочкой, Блэк все смотрел на него, Живоглот прижимался к груди беглого узника. На кровати гневно сопел Рон, Гермиона затаила дыхание. Одна я стояла в стороночке с невозмутимым выражением лица. Только вот меня снова никто не замечает в опасных ситуациях.

Вдруг внизу послышались шаги, там явно кто-то ходил.

— Мы здесь! — неожиданно крикнула Гермиона. — Здесь, наверху! С нами Сириус Блэк! Скорее!

Блэк испуганно дёрнулся, так что Живоглот едва удержался.

Дверь с грохотом распахнулась, и все стремительно обернулись. В потоке красных искр в комнату ворвался профессор Люпин – в лице ни кровинки, в поднятой руке волшебная палочка. Его горящий взгляд скользнул от Рона, лежавшего на кровати, к Гермионе, прижавшейся к стене, от неё ко мне, скромно стоящей в стороне, и наконец – к Гарри, который замер с палочкой над Блэком, и остановился на самом Блэке, что лежал у ног Поттера.

— Экспеллиармус! — приказал Люпин. Волшебная палочка Гарри снова вылетела из его рук. Кстати, я только сейчас подумала, откуда он снова достал палочку? Но это не так важно в данный момент.

Люпин вошёл внутрь комнаты. У Блэка на груди по-прежнему сидел Живоглот. Гарри остался стоять на месте.

Профессор Люпин заговорил необычным взволнованным голосом:

— Где он, Сириус?

Гарри поднял глаза на Люпина. А потом, мальчик снова посмотрел на Блэка. Лицо узника решительно ничего не выражало, минуту он лежал не шелохнувшись, потом очень медленно поднял руку и указал на Рона. Я озадаченно оглядела пространство справа и слева от приятеля, который был тоже явно сбит с толку.

— Но тогда... — Люпин глядел на Блэка так пристально, словно пытался прочитать его мысли. — Почему он до сих пор не открыл себя? Разве что... — Глаза Люпина расширились, как будто он увидел позади Блэка нечто такое, чего не видел никто другой. — Разве что это был он... Он, а не ты?.. Но ты не успел мне это сказать.

Блэк, не сводя с Люпина немигающего взгляда исподлобья, чуть приметно кивнул.

—Профессор Люпин, — не вытерпел Гарри, — что здесь...

Закончить вопрос ему не удалось. Опустив волшебную палочку, Люпин подошёл к Блэку, взял за руку и помог встать. – Живоглот при этом слетел на пол. – После чего по-братски обнял Блэка. У меня возникло ощущение, что мой желудок куда-то провалился.

— Не может быть! — ахнула Гермиона. Люпин отпустил Блэка и повернулся к ней. Гермиона вскочила, устремив на Люпина дикий взгляд — Вы... вы...

— Гермиона...

– Вы с ним...

— Гермиона, успокойся...

— Я никому ничего не говорила! — взорвалась Гермиона. — Я скрывала правду ради вас!

Какую ещё правду?

— Гермиона, пожалуйста, выслушай меня! — гаркнул Люпин. — Я всё сейчас объясню...

— Я верил вам! — крикнул Поттер. — А вы все это время были его другом!

— Это не так! — возразил Люпин. — Я не был ему другом двенадцать лет... Но теперь стал им снова... Дай мне объяснить...

— Не верь ему! — надрывалась Гермиона. — Не верь, Гарри. Это он помогает Блэку проникать в замок, он тоже хочет тебя убить. Он оборотень!

А вот с этого момента поподробнее. Неужели, Дамблдор настолько сшиб собственные мозги, что нанял в школу оборотня? Или, может, лимонных долек переел?

Наступила звенящая тишина. Теперь все взоры были прикованы к Люпину. А он оставался на удивление спокоен, хотя и побледнел.

—Не все меряется обычной меркой, Гермиона. Ты угадала из трёх раз всего один. Я не помогал Сириусу проникнуть в замок и, уж конечно, не желаю Гарри смерти... — Но не буду спорить – я действительно оборотень.

Ладно, допустим. Дамблдор серьёзно псих, или только притворяется?

— И давно ты узнала?

— Давно, — нехотя призналась та. — Когда писала реферат для профессора Снейпа.

— Он будет в восторге, — холодно заметил Люпин. — Снейп и затеял этот реферат, потому что надеялся, кто-нибудь да сообразит, что означают симптомы моей болезни... Ты, наверное, проследила по лунному календарю, что я заболеваю всегда в полнолуние? Или обратила внимание на то, что, увидев меня, боггарт превращался в луну?

— И то и другое, — ответила Гермиона. Люпин невесело засмеялся.

— Для своих лет ты исключительно умная колдунья.

— Вовсе я не умная, — гневно отозвалась та. — Была бы поумнее, я бы давно всем рассказала, кто вы такой!

— Да все и так знают. По крайней мере, преподаватели.

— Дамблдор пригласил вас преподавать, зная, что вы оборотень? — Рон задохнулся от изумления. По моему, это единственный адекватный вопрос за сегодня. — Он что, с ума сошёл?

— Многие именно так и думают, — кивнул Люпин. — Как только он ни убеждал преподавателей, что я не опасен!

— На этот раз он ошибся! — не выдержал Гарри. — Вы всё время помогали ему! — Он указал на Блэка. Тот подошёл к кровати и сел, закрыв лицо трясущимися руками. Живоглот вспрыгнул на постель рядом и, мурлыча, уселся беглецу на колени. Рон, придерживая ногу, отодвинулся.

— Я не помогал Сириусу, — повторил Люпин. — И если вы дадите, наконец, мне возможность, я вам все объясню.

Определив, какая палочка кому принадлежит, он одну за другой бросил их хозяевам.

— Ну вот. — Люпин засунул собственную палочку за пояс. — Вы вооружены, мы – нет. Теперь вы готовы слушать?

Военная хитрость. Дело плохо.

— Если вы не помогаете ему, как вы узнали, что он здесь? — спросил Поттер, с ненавистью глядя на Блэка.

— Помогла Карта, — ответил Люпин. — Карта Мародеров. Я проследил по ней у себя в кабинете...

— Вы знаете, как она действует? — усомнился Гарри. То есть, он тоже знает про эту карту? Почему я всё всегда узнаю в последнюю очередь?

— Разумеется, знаю. — Люпин нетерпеливо взмахнул рукой. — Я ведь принимал участие в её создании. Лунатик — это я. Меня так называли друзья ещё в школе.

— Значит, это вы её создатель...

Ту - го - дум.

— Сейчас важно другое. Я весь вечер не отрывал от неё глаз, поскольку догадывался, что вы четверо непременно попытаетесь тайком выбраться из замка и навестить Хагрида до казни гиппогрифа. И я оказался прав, не так ли?

Он прошёлся по комнате взад и вперёд, поднимая пыль и поглядывая на всех нас.

— Скорее всего, вы укрылись старой мантией твоего отца, Гарри...

— Откуда вы знаете про мантию?

— Я много раз видел, как Джеймс исчезал с её помощью. Фокус в том, что даже если вы скрыты мантией-невидимкой, на Карте Мародёров вас всё равно видно. Я видел, как вы пересекли поле и вошли в хижину Хагрида. Через двадцать минут вы оттуда ушли и отправились обратно в замок. Но теперь с вами был ещё кое-кто.

— Никого больше не было! — возразил Гарри.

— Я не поверил своим глазам, — по-прежнему меряя комнату шагами и не обращая внимания на слова Гарри, продолжал Люпин. — Решил, что в Карте, должно быть, произошел какой-то сбой. Как он мог оказаться с вами?

— Да не было с нами никого!

— И тут я заметил ещё одну точку. Она быстро приближалась к вам и была помечена именем Сириуса Блэка... Я видел, как вы столкнулись, наблюдал, как он затащил двоих под Гремучую иву...

— Одного из нас! — мрачно поправил его Рон.

— Нет, Рон. Двоих.

Люпин вдруг остановился, устремив взгляд на Рона.

— Не возражаешь, если я взгляну на твою крысу? — спросил он ровным голосом.

— Что? — на секунду Рон даже забыл о больной ноге. — При чём тут Короста?

— Очень даже при чём, — уверил его Люпин. — Пожалуйста, дай мне её.

Поколебавшись, Рон сунул руку под мантию, и на свет показалась Короста – она дико металась, и мальчику пришлось крепко ухватить её за длинный лысый хвост.

Живоглот на коленях у Блэка вскочил и протяжно мяукнул.

Люпин подошёл к Рону. Казалось, он даже задержал дыхание – так внимательно рассматривал крысу.

— Ну что? — ещё раз спросил Рон. Он с трудом удерживал её, и ему было явно не по себе. — Причем здесь моя крыса?

— Это не крыса, — процедил сквозь зубы Сириус Блэк.

— Что вы такое говорите? Конечно, крыса.

— Нет, не крыса, — негромко подтвердил Люпин.

— Ты держишь за хвост волшебника. По имени Питер Петтигрю, — добавил Блэк.

— Он анимаг.

Мы вчетвером уставились на Люпина и Блэка.

— Вы оба просто сошли с ума. - со вздохом сказал Рон.

— Ерунда! — упавшим голосом вымолвила Гермиона.

— Питера Петтигрю нет в живых! — сказал Гарри. — Он убил его двенадцать лет назад.

Для поддержания словесной  цепочки я должна была что-то сказать, но я не могла вымолвить ни слова. Слишком много информации. Как говорится, сбой в системе.

Лицо бывшего узника исказила гримаса.

— Я действительно хотел убить, — зарычал он, скаля жёлтые зубы. — Да малыш Питер оказался хитрее меня... Но на этот раз у него ничего не выйдет.

И Блэк кинулся на крысу. Живоглот очутился на полу, а Рон заорал не своим голосом – беглец придавил ему сломанную ногу.

— Сириус, осторожней! — Люпин метнулся вперёд и оттащил Блэка от Рона.

— Подожди! Так просто нельзя с этим покончить. Надо им объяснить, пусть они знают!

— Потом объясним! — хрипел Блэк, оттолкнув Люпина.

Скрюченные пальцы когтили воздух, стараясь дотянуться до крысы, а та извивалась и визжала не хуже поросёнка, царапая Рону лицо и шею.

— У них... есть... право... знать... правду! — Люпин уже задыхался, повиснув на Блэке. — Рон считает его домашним зверьком! Во всей этой истории много такого, чего даже я не понимаю! А Гарри? Ты обязан рассказать Гарри, как все было на самом деле, Сириус!

— Я ждал! Целых двенадцать лет ждал! В АЗКАБАНЕ! - с каждым словом всё сильнее повышал голос Блэк.

– Экспеллиармус! - раздался ледяной голос со стороны двери. Северус! Палочка, что была в руках у Блэка взметнулась в воздух.

— Только дай мне повод, — тут же начал шипеть Северус, — дай повод, и, клянусь, я убью тебя.

Он наставил свою палочку в шею узника.

– Экспеллиармус! - крикнул Поттер. Северус тут же отлетел назад. Я дёрнулась.

– Гарри... - уставила свои широко раскрытые глаза на Поттера я. А вот это уже нечестно.

Поттер огляделся. Волшебная палочка Северуса взлетела под потолок и упала на кровать рядом с Живоглотом.

— Зря ты это сделал. — Блэк, сдвинув брови, взглянул на Гарри. — Надо было предоставить его мне...

Я перевела свои широко раскрытые глаза на Блэка. Я буквально задыхалась от негодования. Снова дёрнулась.

Гарри отвёл глаза в сторону.

Но тут, Блэк быстрым шагом прошёл к Рону, и выхватил крысу из его рук. Уизли даже пискнуть не успел.

Короста визжала уже безостановочно, крутясь и барахтаясь; её маленькие черные глазки лезли из орбит.

— Готов, Сириус? — спросил Люпин. Блэк взял с кровати волшебную палочку Северуса и подошёл к старому товарищу, держащему бьющуюся в руках крысу. Повлажневшие глаза Блэка запылали огнем.

— Давай вместе? — негромко произнес он.

— Конечно. — Люпин крепко сжал крысу одной рукой, другой поднял волшебную палочку. Они не обращали на вопли Рона никакого внимания. — Действуем на счёт "три". Раз, два, ТРИ!

Все кругом озарилось бело-голубой вспышкой из двух волшебных палочек; на какую–то секунду Короста зависла в воздухе, её чёрное тельце бешено извивалось, Рон взвыл, и крыса с негромким стуком упала на пол. Сверкнула ещё одна слепящая вспышка и тогда... Как будто мы наблюдали за ростом дерева в замедленной съёмке. Проклюнулась и стала увеличиваться голова, появились побеги-конечности. Ещё миг – и на том месте, где только что была крыса, стоял человечек, скрючившийся от страха и заламывающий руки. Живоглот на кровати зашипел, заворчал, шерсть у него на спине встала дыбом. Перед ними предстал коротышка, едва ли выше Гарри и Арианы; жидкие бесцветные волосы растрёпаны, на макушке изрядная лысина; кожа на нём висела, как на толстяке, исхудавшем в одночасье. Вид был облезлым, как у Коросты в последнее время. Да и вообще что-то крысиное сохранилось в остром носике, в круглых водянистых глазках. Прерывисто дыша, он оглядел комнату и бросил быстрый взгляд на дверь.

— Ну здравствуй, Питер, — приветливо произнес Люпин, как будто в Хогвартсе по три раза на дню крысы превращались в старых школьных друзей. — Давненько не виделись.

— С–с–сириус... Р–р–римус... — даже голос у Петтигрю остался писклявым. Он вновь быстро покосился на дверь. — Мои друзья... Мои  добрые друзья...

Рука Блэка с волшебной палочкой взлетела, но Люпин перехватил её, послав Блэку предостерегающий взгляд, и, повернувшись к Петтигрю, снова заговорил в самом непринужденном тоне.

— Мы тут, Питер, беседовали о том, как погибли Джеймс и Лили. И вообще о той ночи. Боюсь, ты пропустил кое-какие подробности, пока визжал на кровати...

— Римус, — задыхаясь, вымолвил Петтигрю, и я увидела капли пота, выступившие на его одутловатом лице. — Ты ведь не веришь ему, правда? Он пытался убить меня, Римус...

— Это мы уже слышали, — ответил Люпин уже гораздо холоднее. — Мне хотелось бы прояснить с твоей помощью несколько мелочей, если не возражаешь.

— Он явился сюда, чтобы опять мучить меня и убить! — неожиданно завопил Петтигрю, указывая на Блэка. Мне бросилось в глаза, что он ткнул в Блэка средним пальцем – указательный на правой руке отсутствовал. Фи, как не культурно получилось. — Он убил Лили и Джеймса, а теперь охотится и на меня. Помоги мне, Римус...

Блэк устремил на Петтигрю ледяной взгляд, и лицо его стало особенно похоже на череп.

— Никто не станет тебя мучить и убивать, — успокоил школьного приятеля Люпин. — Прежде надо кое в чем разобраться.

— Разобраться? — взвизгнул Петтигрю, по–прежнему украдкой озираясь и бросая взгляды то на заколоченные окна, то на единственную дверь. — Я знал, что он будет преследовать меня! Знал, что вернётся! Я двенадцать лет этого ждал!

— Ты знал, что Сириус собирается бежать из Азкабана? — сдвинул брови Люпин. — Да ведь оттуда никто никогда не убегал!

— На его стороне тёмные силы, какие нам и не снились! — пронзительно завыл Петтигрю. — Как иначе он смог оттуда вырваться? Тот-Кого-Нельзя-Называть наверняка кое-чему его научил!

Комнату огласил невесёлый жутковатый смех Блэка.

— Значит, это Волан-де-Морт меня кое-чему научил?

Петтигрю вздрогнул, словно Блэк пригрозил ему хлыстом.

— Что, страшно слышать имя старого хозяина? — спросил Блэк. — Не виню тебя, Питер. Его команда не очень-то была тобой довольна! Верно говорю?

— Не понимаю тебя, Сириус, — промямлил Петтигрю, дыша все чаще; теперь все его лицо блестело от пота.

— Не от меня ты прятался эти двенадцать лет, — усмехнулся Блэк. — Ты скрывался от прежних дружков Волан-де-Морта. Я кое-что слышал в Азкабане, Питер... Все они думают, что ты мертв, иначе тебе пришлось бы держать ответ перед ними... Они много чего интересного говорили во сне, особенно об одном обманщике, который надул их. Волан-де-Морт ведь отправился к Поттерам по твоей наводке. И там его ожидал крах. Но не все же сторонники Волан-де-Морта кончили дни в Азкабане, не так ли? Их ещё достаточно много, они выжидают время, прикинулись, будто осознали свои заблуждения... Пронюхай они, что ты жив, Питер...

— Не понимаю... о чем ты, — снова повторил Петтигрю. Вытер лицо рукавом и поднял глаза на Люпина. — Ведь ты не веришь этой... всей этой чепухе, Римус?

— Должен признаться, Питер, мне трудно понять, зачем невиновному человеку жить двенадцать лет в облике крысы, — невозмутимо ответил Люпин.

— Невиновный, но смертельно испуганный! — вновь сбился на крысиный визг Петтигрю. — Если сторонники Волан-де-Морта настроены против меня, то лишь потому, что я отправил в Азкабан одного из их главарей – этого шпиона Сириуса Блэка!

Лицо Блэка исказилось. По моему, эти трое – Блэк, Люпин и Петтигрю вовсе забыли о нас, четверых подростках, внимательно слушающих их перепалку.

— Да как ты смеешь! — голос его зазвучал точно рык гигантского волкодава, которым он недавно был. — Это я шпионил для Волан-де-Морта? Я никогда не пресмыкался перед теми, кто могущественнее меня! Это ты, Питер, шпион. Никогда не пойму, как же я не сообразил это ещё тогда. Тебе всегда нравились большие и сильные друзья, которые покровительствовали бы тебе. Такими были мы... Я и Римус... И Джеймс...

Петтигрю снова вытер лицо, он почти задыхался.

— Я – шпион? Ты не в своем уме... Да как у тебя язык повернулся такое... такое...

— Лили и Джеймс назначили тебя Хранителем Тайны по моему настоянию, — продолжал Блэк с такой злобой, что Петтигрю попятился. — Я думал, что этот блеф сработает. Волан-де-Морт будет охотиться за мной, ему и в голову не придет, что они возьмут в Хранители такое ничтожество, как ты. Но ты предал Поттеров. Наверное, разговор с Волан-де-Мортом стал звёздным часом твоей жизни...

Петтигрю что–то смятённо бормотал. Я уловила слова: "странность" , "помешательство", но моё внимание больше привлекла мертвенная бледность лица Петтигрю и то, как он продолжал шнырять глазами по окнам и двери.  

В комнате повисла тишина. Петтигрю, немного поскулив, сменил тактику.

— Сириус... это же я... Питер... твой друг... Ты же не станешь...

Питер стал приближаться к узнику. Блэк оттолкнул его, и Петтигрю опрокинулся.

— На моей мантии и без тебя достаточно грязи!

— Римус! — заголосил Петтигрю, повернувшись теперь к Люпину и умоляюще извиваясь перед ним.

Люпин отодвинулся от Петтигрю, морщась.

— Убьем его вместе?

— Да, вместе, — сурово произнес Люпин.

— Не надо, пожалуйста... вы не можете... — заверещал Петтигрю и пополз к Рону. — Рон... Разве я не был тебе добрым другом... Твоим домашним любимцем? Ты не дашь им убить меня, правда? Ты ведь на моей стороне!

Но Рон смотрел на него с отвращением:

— И я разрешал тебе спать в моей постели!

— Мой добрый мальчик… добрый хозяин... Ты не допустишь этого... Я был твоей крысой... ласковым зверьком...

— Крыса, как видно, получилась из тебя лучше, чем человек. И хвастать тут нечем, — жёстко оборвал его Блэк. Рон побледнел от боли и передвинул сломанную ногу, чтобы Петтигрю не мог до неё дотянуться. Тот развернулся на коленях, подполз к Гермионе и ухватил её за край мантии.

— Милая девочка... умная девочка... Ты... ты не позволишь им... Спаси меня...

Гермиона выдернула мантию из его пальцев и, потрясенная, отступила назад, к стене. Петтигрю колотила неудержимая дрожь, он медленно повернулся к Гарри.

— Гарри... Гарри... ты так похож на отца... просто вылитый Джеймс...

— Как ты смеешь обращаться к Гарри? — В глазах Блэка полыхнуло бешенство. — Как смеешь смотреть ему в глаза? Говорить о его отце?

— Гарри, — прошептал Петтигрю, подползая к тому и протягивая руки. — Гарри, Джеймс не стал бы меня убивать... Он бы понял, Гарри, он пощадил бы меня...

Блэк с Люпином ухватили Петтигрю за плечи и оттащили. Он плюхнулся на пол, глядя на них снизу вверх и трясясь от ужаса.

— Ты продал Лили и Джеймса Волан-де-Морту. — Блэка тоже била дрожь. — Будешь ещё отрицать это?

Петтигрю зарыдал. Это было жуткое зрелище – он походил на лысого младенца–переростка, съежившегося на полу.

— Сириус, Сириус, что я мог поделать? Тёмный Лорд... Ты  себе не представляешь... У него такое оружие, что уму непостижимо... Меня запугали, Сириус, я же никогда не был храбрецом, как ты, Римус или Джеймс... Я не хотел того, что случилось... Меня вынудил Тот-Кого-Нельзя-Называть.

— Не лги! Ты стал его шпионом ещё за год до гибели Джеймса и Лили! Ты был его осведомителем!

— Его... его власть была безгранична, — хлюпнул Петтигрю. — Что бы я выиграл, если бы стал противиться ему?

— Да. Что бы ты выиграл, Питер, в борьбе с самым злым волшебником всех времён? — Блэк клокотал от ярости. — Всего-навсего несколько невинных жизней.

— Ты не понимаешь, Сириус! — проскулил Петтигрю. — Он убил бы меня.

— Значит, надо было умереть, — прорычал Блэк. — Умереть, а не предавать друзей.

— Мы бы все так поступили ради тебя!

Блэк и Люпин встали плечом к плечу и подняли волшебные палочки.

— Ты должен был понимать, — произнес Люпин тихо, — если тебя не убьет Волан-де-Морт, то это сделаем мы. Прощай, Питер.

Гермиона закрыла руками лицо и отвернулась. Я зажмурилась.

— Нет! — вдруг крикнул Гарри. Он бросился вперёд и загородил Петтигрю, повернувшись к волшебным палочкам. — Нельзя его убивать! — сказал он, задыхаясь. — Нельзя!

И Блэк, и Люпин были потрясены.

— Из–за этого выродка ты лишился родителей, Гарри, — прохрипел Блэк. — Этот пресмыкающийся кусок дерьма хладнокровно убил бы и тебя. И даже не повел бровью. Ты его сейчас слышал. Для него собственная вонючая шкура значит больше, чем вся твоя семья.

— Знаю, — тяжело дыша, сказал Гарри. — Мы отведём его в замок и передадим дементорам. Они отвезут его в Азкабан... Но не убивайте его.

— Гарри! — простонал Петтигрю и обнял его колени. — Ты... Спасибо тебе... Я не стою этого... Спасибо...

— Прочь от меня! — гневно выпалил Гарри, с омерзением сбрасывая с себя руки Петтигрю. — Я поступаю так не ради тебя. Я уверен, мой отец не захотел бы, чтобы его лучшие друзья стали убийцами из-за такого, как ты.

Никто не шелохнулся и не издал ни звука, лишь слышалось неровное, с присвистом, дыхание Петтигрю, прижавшего к груди кулачки. Блэк с Люпином переглянулись и одновременно опустили палочки.

— Ты – единственный, у кого есть право решать, — признал Блэк. — Но подумай хорошенько... подумай, что он совершил...

— Пусть его отправят в Азкабан, — повторил Гарри. — Он это заслужил, как никто.

Сзади по–прежнему слышалось сопение Петтигрю.

— Ладно, — согласился Люпин. — Гарри, отойди в сторону.

Но Гарри в сомнении не двигался с места.

— Я только свяжу его, — пояснил Люпин. — Ничего больше, клянусь. Гарри отошёл. Из волшебной палочки Люпина вылетели тонкие шнуры, и через секунду Петтигрю дёргался на полу связанный и с заткнутым ртом.

— Но если ты попытаешься превратиться, Питер, — Блэк потрясал над ним волшебной палочкой, — мы точно тебя убьем. Ты согласен, Гарри?

Он посмотрел на жалкую фигуру, скорчившуюся на полу, и кивнул – так, чтобы Петтигрю увидел.

Мы все стали выбираться из хижины.

И зря я думала, что на этом наши сегодняшние приключения закончились. Ой, как зря.

Конец первой части.

_______________________________________

В общем, хочу сразу сказать, что глава выходила довольно большой, и я разделила её на две части.Так же хочу напомнить, что для выхода продолжения нужно минимум 7 звёздочек🌟

Всем удачи,Ваш, автор💗

22.04.20.