***

На угрюмой скале,

Средь бушующих волн,

Под порывами грозного ветра,

Черный замок стоял,

Топким рвом окружен,

За стеной высотой в сорок метров.

И на башне высокой

Маяк не горел,

И знамена на нем не мелькали.

Только дева одна

Свой делила удел

С повелителем Тьмы и Печали.

То был страшный

Жестокий Дайонский Барон,

Тот, чьи пленники лишь умирали,

тот, чьи мысли вдали

Погружались в затон

И меж фьордов норвежских витали.

Раз простился он с девой,

И поднял свой меч,

И воссел на коня боевого.

Молвил в зале замшелой:

«Коль умру, здесь стеречь

Ты должна. То тебе не ново».

И уехал с щитом,

И в тяжелой броне,

Чтобы больше домой не вернуться.

И оставил своей

Неповинной жене

Только горем в тиши захлебнуться.

Ускакал он, лишь солнце

Коснулось земли,

Алой кровью окрасился свод.

Но лишь в лес он зашел,

Встрепенулись все пни,

Барон в чащу скакал без забот.

Все вперед и вперед

Кровожадный барон

Погоняет гнедого коня.

Он на битву спешит,

Только лес затенен,

Стерты были лучи дня.

На поляну большую

Въезжает Барон,

Вдруг сомкнулись деревья вокруг.

Гулко ветер взревел

И с небес грянул гром

Словно неба сердечный стук.

Омрачилось чело его.

Молвил Барон:

«Как мне быть? Я умру не в бою!

Моей чести урон.»

Посуровел Барон

И достал секиру свою.

Что случилось потом,

не узнает никто,

Будь то рыцарь, иль паж, иль кюре.

Только дева одна

Доживала свой век

На угрюмой черной скале.