13 глава

Я был весь в гневе. В одно мгновение я телепортировался на Остров Черепа. Быстрыми шагами, грохоча сапогами по каменным ступеням, я взлетел по лестнице, распахнул массивные двери и ворвался внутрь.— Тень! — проревел я, и эхо моего крика раскатилось по залу.Тут же передо мной материализовалась Тень. Она стояла, безмолвно взирая на меня своими пустыми глазницами.— Какого черта?! — я сделал резкий шаг в ее сторону. — Ты привел на мойостров девчонку?! Разве я давал тебе приказ, что мне нужна какая-то девчонка?! — мой голос гремел, но Тень лишь молчала, ее желтые светящиеся глаза неотрывно следили за мной.— Отвечай! — я взревел в гневе, сжимая кулаки так сильно, что костяшки побелели, а пальцы онемели.— Однажды ты поймешь, почему я привел ее, — прозвучал наконец ее голос, холодный и безэмоциональный.— Это не ответ, черт возьми! — яростно выкрикнул я. — Какого черта, Тень?! Я не давал приказа! Она мне и к черту не сдалась!— Она — твое прошлое, твое настоящее и твое будущее, — прошелестела Тень, и в ее глазах мелькнуло что-то нечитаемое. — Ты можешь забыть многое... но не я.— Хватит говорить загадками! — рявкнул я, чувствуя, как ярость закипает с новой силой.— Сделка, — лишь одно слово бросила Тень в ответ и растворилась в воздухе, будто ее и не было.Меня это выбесило. Поведение Тени было возмутительно до крайности. Я остался один посреди холодного зала, сжимая кулаки и глотая воздух, чувствуя, как бессильная злость смешивается с ледяным предчувствием от ее последних слов. Какая еще "сделка"? И что за проклятая девчонка?.. от непонимания я пнул камень со всей силы, развернулся и ушёл.

Вечером в лагере:

Я сидел у костра, точил нож, а потерянные мальчишки толпились вокруг, пританцовывая от скуки. Весь день меня не отпускали тяжёлые мысли. Я должен пойти к Т/и, но глаза мои видеть её не хотели – нервы дороже. Пусть побудет несколько дней в покое, обдумает решение, от которого зависит её жизнь. Меня бесило её упрямство, её глухая стена непонимания. Я хотел, чтобы она сломалась. К костру подсел Феликс, тоже уставившись на пламя, словно ждал, что огонь даст ответы на все вопросы.

— Ты поговорил с Тенью? — спросил он.Я не знал, что ответить. Ясности Тень не дала.— Поговорил. Но ясного ответа не добился. Лишь сказала: «Она твоё прошлое, будущее и настоящее».— Что за бред? — фыркнул Феликс.— Я о том же, — пробормотал я, снова задумчиво глядя на огонь.— А с девчонкой что? —спросил Феликс, и в его голосе скользнуло любопытство, а в уголке рта дрогнула улыбка.— Упёртая как баран, — я сам ухмыльнулся своим словам. — Порой раздражает до бешенства. Так и подмывает вырвать сердце и вышвырнуть к чертям. Ни в какую не идёт. Но ничего... сломается. Рано или поздно ломаются все.— А я говорил, что она крепкий орешек.

Неделю спустя:

Сон Т/и:

Я очнулась, дрожа, задыхаясь. Эти кошмары преследуют меня. Раньше их не было, но теперь, по какой-то неведомой причине, они вернулись. Я сойду с ума в этой клетке. Мне страшно. Безумно, до тошноты страшно. Хочу выбраться отсюда, но не могу сказать Питеру: «Я буду твоей игрушкой»! Никто не приходит уже очень давно – ни поговорить, ни просто слова бросить. Лишь лязг металлической посуды изредка нарушает тишину. Я цепляюсь пальцами за холодные прутья решётки, чувствуя себя раненым зверем, пойманным и запертым. Что, впрочем, было правдой... Он не появлялся уже неделю. Странно. На него не похоже. Желудок сводило голодными спазмами, губы потрескались от жажды. В клетке стоял запах ржавого металла и застарелого, въевшегося страха. Хочу принять душ. Смыть с себя эту грязь, этот ужас. Хочу домой.

— Задумалась? — Питер возник словно из воздуха, прислонившись к дереву напротив. Его взгляд скользнул по мне, задержавшись на запекшейся крови на ухе. *Ну конечно, вспомнишь "солнышко" – вот и оно.*— Что тебе? — буркнула я, отводя глаза.— Скучно. Ты слишком тихая, — он присел на корточки, просунув длинные пальцы между прутьями. — Сдавайся. Стань моей – выпущу.— Никогда, — твёрдо сказала я, глядя ему прямо в глаза. Мы замерли, молча измеряя друг друга взглядами.— Мне это надоело. Тебе нет? — спросил он, не отрывая от меня пронзительного взгляда. Его глаза сверкали странным торжеством, будто он уже победил. Я не понимала почему.— Нет, не надоело. Твои условия я не принимаю.— Впрочем, чего я спрашиваю? Быть тебе моей игрушкой или нет – выбора у тебя в принципе нет, ангелочек. —он щёлкнул замком и начал открывать клетку. Сердце бешено заколотилось, сжимаясь ледяным комом страха. Что он задумал? В какую игру мы играем на этот раз?Он протянул руку, предлагая помощь. Я смотрела на неё, словно на раскалённый металл. Что за ловушка? Неизвестность ввергла меня в ступор. Поразмыслив секунду, я игнорировала его руку, поднялась сама. Он лишь усмехнулся. Когда я выбралась наружу, он захлопнул клетку. Я стояла, потерянная: на свободе? Или это новый вид пытки? Что теперь?— Идём, — прозвучал резкий приказ. Он грубо схватил меня за локоть и потащил вглубь острова.— Куда? — спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.—Ты моя игрушка. Даже если отказываешься от титула. Ты на моём острове и подчиняешься мне. Значит, будешь делать всё, что я захочу! — Он выделил каждое своё слово, не глядя на меня. Я остановилась как вкопанная, вырвала руку.— Что?! — выкрикнула я в негодовании. — Я не соглашалась! Ты не можешь заставить меня против воли!Он обернулся. Его спокойный, ледяной взгляд был страшнее крика. Казалось, сама аура вокруг нас сгустилась от его хладнокровия.— Не намерен повторять. Проблем со слухом у тебя, вроде, нет, — снова железная хватка на локте, и он потащил меня дальше.— Нет! Я не хочу! — Истерика подступала к горлу. На глазах выступили предательские слёзы. Страх душил. — Что бы ты ни задумал, я ничего не сделаю! Ты меня не заставишь.Я сопротивлялась, вырывалась, но его хватка была железной. Он шёл, будто не замечая моих усилий. Вокруг нас внезапно сгустился ядовито-зелёный дым. *Телепортация!* Он резко толкнул меня вперёд. Я зажмурилась. В следующий миг мы оказались в лагере, внутри большой, шумной столовой. Он отпустил локоть, толкнув к столу. Я едва удержалась, упершись руками в грубую деревянную столешницу. Оглядевшись, я увидела десятки потерянных. Они замерли, все взгляды устремились на меня. Шёпот, пересмешки, оценивающие взгляды – всё это обрушилось на меня, вызывая жгучий стыд и дискомфорт. Питер обошёл меня и величественно уселся на центральное место – ну, а куда же ещё? Я закатила глаза и осталась стоять, ожидая его следующего хода. Потерянных – тьма. Они прибывали, и каждый новый взгляд устремлялся на меня, сопровождаясь шёпотом и хихиканьем.— Принеси мне еды. Чего уставилась? Или разучилась за время сидения в клетке? — усмехнулся он.— Что? — удивлённо и уже зло спросила я. *Какого чёрта я должна ему прислуживать? Может, ещё и поклониться, чтобы его величество милостиво принял ужин?* Каждый шёпот, каждый смешок, каждый устремлённый на меня взгляд – всё это копилось внутри, раздражая до дрожи. Они смотрели на меня как на вещь. На прислугу.— Принеси мне ужин. Что непонятного? — он закатил глаза с театральным вздохом. — Отупела за это время, Т/и?Хохот прокатился по залу.— Почему это я должна? Ты мне кто? — скрестила руки на груди, бросая вызов.Он медленно поднялся с места и направился ко мне. Шаг был размеренным, но в каждом движении чувствовалась угроза.— Затем, что я твой король. Господин. Называй как хочешь – мне плевать. Но выполнять мои приказы ты обязана, — прозвучало ледяным тоном. Я видела, как его кулаки сжались до побеления костяшек.— Лео! — резко обернувшись, он крикнул человеку, стоявшему позади меня. — Помоги нашей гостье. И покажи, как надо подавать еду Королю. Думаю, слово «этикет» ей не знакомо. — Он повернулся ко мне спиной, но тут же осекся. — Ах да, чуть не забыл! — Он щёлкнул пальцами. — Покажи ей кухню и прочие помещения. — С этими словами он вернулся на своё место.Злость клокотала во мне, но что я могла сделать? Я его не знала. Не знала, на что он способен. Один неверный шаг – и конец. Я действительно была его куклой, марионеткой, которой он дергал за нитки. Я – никто на этом острове.Пока я смотрела на короля, пытаясь совладать с яростью, кто-то коснулся моего плеча. Я вздрогнула и обернулась. Парень по имени Лео:Высокий, с лёгкой сутулостью, словно прятавший свой рост. Движения – сдержанные, кошачьи. Узкое, словно высеченное из камня лицо с резкими скулами и сильной челюстью. Смуглая кожа в паутинке мелких шрамов. Глаза – глубокие, тёмно-серые, почти чёрные, но с холодным синим отливом, как вода в горном озере. Взгляд пронзительный, усталый не по годам, но с искорками насмешки в уголках. Шрам рассекал левую бровь. Густые, иссиня-чёрные, слегка вьющиеся волосы.— Идём, покажу тебе, — бросил он без эмоций и пошёл прочь. Я последовала.— Не советую так спорить с Королём. Если, конечно, хочешь жить, — он усмехнулся, и звук этот был полон презрительного снисхождения. Я промолчала, игнорируя его «совет». Шли молча. Я старалась запоминать путь, ориентиры. Зашли на кухню – просторное, пропахшее дымом и жиром помещение.— Вымой руки, — первым делом сказал Лео, бросая на меня оценивающий взгляд. — Не думаю, что им понравится засохшая кровь на тарелках.Я посмотрела на свои руки, на окровавленную, грязную одежду. Даже представить боялась, как ужасно я выгляжу. Он кивнул на раковину. Я открыла кран. Холодная вода обожгла кожу. Сколько крови... Смывая её с рук, я решила умыться. Вода на лице принесла мимолётное облегчение. Засохшая кровь около носа и губ отдиралась больно, раны ещё не зажили. Набрав в ладони воды, я жадно отпила, не думая о чистоте. Сухость во рту была невыносимой. Глоток воды – и капля сил вернулась. Я вытерлась поданным полотенцем и вернула его Лео. Он сунул мне несколько уже накрытых тарелок.— Еду Королю подашь ты, после того как расставишь всё остальное. Это Филиппу, это Дженсену... — он перечислил имена и места. Я смотрела на еду, и голод скрутил желудок в тугой узел.— А мы... будем есть? — не удержалась я.— Да. После того, как все поедят, — равнодушно бросил он. Я молча кивнула и пошла выполнять поручение. Расставляя тарелки, я чувствовала на себе тяжёлый, пристальный взгляд Питера. Он следил за каждым моим движением, и в его глазах читалось удовлетворение. Его взгляд буквально прожигал меня, когда я наклонялась. Закончив, я направилась обратно на кухню. Вернувшись на кухню, я только открыла рот:— Я всё...Но он, не дослушав, снова схватил меня за локоть и потащил обратно в столовую. *Неужели так будет всегда?* — мелькнула измученная мысль.— Я сама дойду! — рявкнула я.— Поторапливайся. Король не любит ждать! — Он отпустил руку. *Великолепно!* Он уже шёл, а мне пришлось почти бежать за ним. На месте он отошёл в сторону, наблюдая. Я остановилась около стола. Питер поймал мой взгляд, и на его лице расплылась та самая противная ухмылка. Он поманил меня пальцем.— Иди сюда. Ты всё же моя игрушка, — он кивнул на место за его спиной. Стоять. Ждать. Как слуга.— Мне и здесь неплохо, — упрямо сказала я, отступив к сидящему рядом потерянному.Его глаза вспыхнули. Он закрыл их на мгновение, сдерживаясь.— Я сказал, иди сюда. Повторять не стану, — голос стал опасным. В следующий миг он был рядом, грубо схватив за локоть и почти волоком потащив к своему месту. Не доходя пары шагов, он толкнул меня к креслу и сел. Я встала сзади.— Приступайте! — скомандовал он. Начался шумный ужин.Звуки чавканья, стука ложек, смеха – всё слилось в противный гул. Желудок скручивало от голода, ноги подкашивались. Я еле стояла.— Что-то соли мало. Ты так не думаешь? — обернулся ко мне Питер с притворной задумчивостью.— Не знаю. Не я готовила, — сухо ответила я.— Будь добра, принеси соли, — сказал он, небрежно ковыряя вилкой в тарелке.Спорить не было сил. Энергии – ноль. Я молча кивнула и побрела на кухню. Каждый шаг давался с трудом. Веки слипались, а за ними мерещились обрывки кошмаров. В кухне я металась, открывая полки. *Куда же они соль дели?!*— Чёрт возьми! — выругалась я шёпотом. Последняя полка – и вот она, соль! *Наконец-то!* Я схватила соль и вернулась. Питер смотрел на меня с тем же довольным, ухмыляющимся выражением. Я встала сзади и со стуком поставила соль рядом с его тарелкой.— Что-то ты долго, — прозвучало недовольство.— Искала, — пробормотала я. Злить его сейчас было смерти подобно. Во мне не осталось ничего – ни чувств, ни сил. Казалось, он питался моей энергией.Через некоторое время он нарочно уронил вилку на пол. Повернулся ко мне. В его глазах горел знакомый азарт.— Ох... Родная, будь добра, принеси мне вилку, — улыбка растянула его губы.Всё! Это уже намеренно! Он получает удовольствие, видя, как я ему прислуживаю! От одного его вида, голоса, этой ухмылки меня тошнило. Я снова промолчала и принесла ему эту заветную вилку.— Слушай, ангел, принеси-ка мне ещё... — начал он.— Так! Всё! Хватит! — я резко перебила его, голос сорвался на крик. Я наклонилась к нему, а он откинулся на спинке стула, смотря на меня с той же мерзкой улыбкой. —я для тебя что собачка? Встань т/и, сядь т/и, принеси т/и, Хочешь Т/и даст тебе лапку? —сказала я раздраженно. Парень после этих слов усмехнулся. Его явно это позабавила. Его взгляд бегал по моему лицу, изучая каждую реакцию. Я не отводила глаз, не давая ему почувствовать себя победителем. Его взгляд был невыносимо пронзительным, хотелось спрятаться. В столовой воцарилась гробовая тишина. Я видела только его ядовито-зелёные глаза. Он не моргал. Выдержка начала меня подводить.Внезапный грохот разбившейся посуды заставил меня вздрогнуть и отвести взгляд. У ног маленького мальчика, лет пяти, с тёмными волосами и испуганными карими глазами, лежали осколки тарелки и кружки. Он дрожал как осиновый лист, слёзы катились по щекам. Его взгляд метнулся от меня к тому, кто сидел рядом – к Питеру. Я посмотрела на Короля. Его глаза пылали холодным зелёным огнём. Оглядев зал, я увидела замерших потерянных: кто-то перешёптывался, кто-то смотрел в пол, сжимая кулаки, у всех лица были каменными. Только я не понимала, почему такая реакция на разбитую посуду.

— Какого черта?! — рёв Питера оглушил меня. Он вскочил со стула.— Простите! Я не хотел! Правда! — залепетал мальчик, заикаясь от страха.— Это не оправдание! Убери! — его голос был ледяным.Мальчик, всхлипывая, наклонился подбирать осколки. Питер резко шагнул вперёд, схватил его за руку выше локтя и грубо дёрнул вверх. Мальчик вскрикнул от неожиданности и боли – осколок вонзился ему в палец. Алые капли крови выступили на коже. Я остолбенела от неожиданности и жестокости.— Ты что делаешь?! — выкрикнула я, инстинктивно бросаясь вперёд. Я вырвала мальчика из его хватки и прикрыла собой, опустившись на колени. — Он уберёт сам! —не унимался король.— Он – ребёнок! — сказала я, глядя на перепуганное личико. — Дай посмотреть, — осторожно взяла его пораненную руку. Кровь текла по пальцу. Нужно было проверить, не остался ли осколок.— Ребёнок? — Питер усмехнулся. — Он обязан понести наказание.— Что?! За разбитую посуду? Это же бред! Такое может случиться с каждым!— Нет, не бред. Ребёнок или нет – за последствия отвечать должен. Убирает сам.— Я сама уберу! — твёрдо заявила я, всё ещё прикрывая мальчика.— Может, и его наказание возьмёшь на себя? — ухмыльнулся он.— И какое же «наказание»? — спросила я, начиная собирать осколки, стараясь не пораниться.— удары по спине плетьми, — произнёс он так буднично, словно речь шла о прогулке.По моей спине пробежали ледяные мурашки. Рука с осколком замерла в воздухе. Питер кивнул в сторону потерянных. Двое тут же шагнули вперёд, грубо схватили мальчика за руки и потащили прочь. Он закричал, заплакал, забился в истерике.— Пожалуйста! Я больше не буду! Клянусь! Буду послушным! Пожалуйста! —Больно было смотреть на его отчаянную борьбу. Лица потерянных оставались бесстрастными. Каменными. Безразличными.— Стойте! — мой крик перекрыл плач мальчика. — Я приму его наказание!Король остолбенел. Его глаза расширились от неподдельного изумления. Потерянные замерли, отпустив мальчика. Он бросился ко мне, прижавшись к ногам. Питер удивлённо поднял брови, его глаза расширились. Вся столовая замерла.— Ты? — он рассмеялся, и смех его звучал резко и неприятно. — Я пошутил! Или сарказма не понимаешь? Я же не всерьёз! —смеясь сказал он. Руки у меня задрожали. Я поняла, что наделала. Осознание последствий ударило как обухом. Но этот ребёнок... он бы не выдержал бы от множество ударов по спине.—Этот ребёнок тебе никто. Ты даже имени его не знаешь. — Питер подошёл вплотную. Его дыхание касалось моего лица. —И ты всерьёз хочешь занять его место? — Он бросил взгляд на мальчика, который, всхлипывая, жался к моим ногам, держась за подол моей одежды.— Да, —прозвучало твёрдо, хотя внутри всё сжалось., но чётко. Моя голова была странно холодна.Смех Питера прокатился по залу, подхваченный нервным, неискренним хохотом потерянных.— Что ж... Твой выбор, — он перестал смеяться, его лицо стало жестким. — Но знай, легко не отделаешься. Понимаешь это, ангелочек?— Да, — я не отвела взгляда от его ядовито-зелёных глаз. — Я понимаю. И принимаю последствия. — ответила я с ледяным спокойствием, глядя в его ядовито-зелёные глаза. — Ты идиотка, — сказал Питер. — Раз уж хочешь взять его наказание на себя, тебе за это никто спасибо не скажет. Он сам виноват, пусть сам и отвечает. — Я приняла решение -сказала я твёрдо, настаивая на своём.—Пеняй на себя, когда тебе будет больно.

———————————————————————————

Что ж, родные мои, вот такая вышла у меня глава! Очень надеюсь, что она вам понравилась, я долго над ним работала. Прошу оставлять комментарии – ведь именно вы даёте мне мотивацию на продолжение. Огромное спасибо тем, кто так терпеливо ждал, ваша поддержка бесценна!Напоминаю про мои телеграм-каналы«Lost boy»: Там выходит много разной информации по моим работам, а также спойлеры.«Coyffats»: Здесь вас ждут нарезки по всем фандомам, над которыми я работаю! Буду безумно рада видеть каждого из вас на обоих каналах! Ваше внимание очень много для меня значит! И ещё одна важная просьба, родные мои! Настоятельно рекомендую перечитать предыдущие главы. Я их постоянно дорабатываю и добавляю много новых интересных деталей, которые обязательно пригодятся вам в будущем и помогут лучше понять дальнейший сюжет. Вы можете открыть для себя что-то новое! Всех люблю!