Глава 7

Он резко схватил меня за локоть и потащил прочь от клетки.– Закрой глаза, – приказал зеленоглазый.– Что? А это еще зачем?– Я сказал – закрой!

Я послушалась. В следующее мгновение мир завертелся, словно мы провалились в водоворот. Телепортация оставила странное ощущение – легкость во всем теле и трепет в животе, будто взметнулась стая бабочек. Он обнял меня за талию так внезапно, что я не успела даже вскрикнуть.

Когда я открыла глаза, тут же оттолкнула его, сбрасывая руки с моей талии. Питер отошёл с надменной ухмылкой. Его зрачки расширились, словно наш внезапный контакт доставил ему удовольствие.

Мы оказались в центре лагеря, окружённые толпой Потерянных. Затем Питер крикнул:– Все ко мне!Я вздрогнула от неожиданности. Мальчишки сгрудились вокруг, а я замерла, чувствуя, как дрожь страха сковывает тело.– Сегодня играем в новую игру! – объявил он с азартом.

Толпа взорвалась восторженными криками. Голоса выкрикивали:– В прятки!– В охоту!– Да во всё сразу!

Питер обвёл их взглядом, играючи приподняв брови. Потом внезапно обошел меня по кругу, едва не касаясь плечом. Его пальцы скользнули по моему локтю, вызывая мурашки. Наклонившись к моему уху, он прошептал:– Может, ангелочек сама выберет?

Я резко отстранилась:– Ты же говорил, что мы будем играть в прятки.– даю выбор. У тебя три секунды, – снисходительно бросил он ухмыльнувшись.

Он начал отсчёт. Сердце бешено застучало. Времени не оставалось. Мысли путались, ни одна игра не приходила в голову.– В прятки! – выкрикнула я.

Толпа заулюлюкала. Питер широко улыбнулся, словно этого и ждал.– На что ставим? – спросила я.– Что? – удивленно обернулся он ко мне, брови взлетели вверх. – С чего ты решила, что мы на что-то будем играть?– По тебе видно, что ты просто так не играешь. Ты ставишь условия, верно? – Я не знала Пэна хорошо, но за время пребывания в Нетландии поняла одно: он не играет, если не видит выгоды.– Верно, – ухмыльнулся король. – На три желания. Но помни – я всегда побеждаю.– Хорошо... Значит, я могу просить любое желание? – поспешила уточнить я.– Учти, ангелочек, я всегда побеждаю! Готовься исполнять мои желания. —с азартом сказал он, смотря на меня.– Я тоже всегда побеждаю! Но все же, – настаивала я, – я могу просить любое желание?—Да! Любое. Кроме желания вернуться домой! Я исполню все, кроме этого!– Договорились.—Начинаем?– Нет!– Что?! Что опять? – в его голосе вспыхнула ярость.– Я не знаю окрестностей! Как я смогу спрятаться?– Умно!..– А еще я не знаю правил! Правила такие же, как в обычных прятках? – спросила я.– Не совсем... – Он усмехнулся. – Слушай внимательно! Ты должна спрятаться от Потерянных так, чтобы они тебя не нашли – что, в принципе, невозможно. Игра длится 24 часа. На поиск укрытия – 10 минут. Они могут стрелять в тебя, убить... Тот, кто найдет тебя и приведет ко мне, получит тебя в качестве награды... на одну ночь.

– Что?! – Губы задрожали прежде, чем я успела сжать их в упрямую нить. Гнев подкатил волной – жгучей, ядовитой, – но тут же наткнулся на ледяной ком в горле. Сердце колотилось, словно хотело вырваться из клетки ребер, а пальцы впились в бедра, оставляя багровые следы. Ударь его. Убеги. Закричи. Замри – мысли метались, как испуганные птицы. Я испытывала все одновременно: ярость и леденящий страх за свою жизнь.– Ты... ты не смеешь так! – Голос прозвучал громче, чем я хотела, сорвавшись на визгливую ноту.

Он усмехнулся, и эта ухмылка разожгла во мне адское пламя. Ноги понесли вперед, но земля ушла из-под пят – страх сжал лодыжки невидимыми кандалами. Он сильнее. Он опасен. Он сломает тебя... – шептал внутренний голос, пока я пыталась дышать сквозь ком в горле. С трудом подавив ярость, я вернула себе холоднокровие.– Ладно. А какие права есть у меня? Могу ли я их ранить? И почему так мало времени на поиск укрытия?– Нет, ты можешь только прятаться. Время менять не стану!– Но... но это же нечестно! Они могут все, а я – ничего?Питер громко вздохнул.– Хорошо. Что ты хочешь?– Я хочу иметь оружие и право защищаться! Ранить их, если придется!Питер расхохотался.– Ты? И покалечить? – Он корчился от смеха, держась за живот.Все вокруг подхватили хохот. Кроме двоих... Их головы были перевязаны, виднелись ссадины. Они казались знакомыми... Где я их видела?Кто-то их явно сильно стукнул.......А... Блин... Это же я. Я вспомнила! Это я их стукнула в первый день, когда убегала от Потерянных...

Мысли прервал голос Питера Пэна:– Ты с виду слишком хрупкая. Ты себя видела? Твоя внешность – сама «милота», – он скорчил преувеличенно-милую гримасу. – Не думаю, что ты на такое способна. – Он сделал губы бантиком и покачал головой.– Ну? Так мне можно? Я могу защищаться? – стояла я на своем.– Хорошо, – хмыкнул он. – Выбирай. Любое оружие, какое захочешь.

Я осмотрела разложенный арсенал: кинжалы, луки, арбалет, ножи, пластиковые шипы, было очень много выбора, столько холоднокровных оружий перед мной...Я выбрала кинжал. Компактный, удобный. Взяв в руки кинжал, проверяя баланс и остроту лезвия, ловко перевернула в руке. На меня смотрели с немым удивлением. Убедившись в качестве, я спросила:– А ты?.. Тоже играешь? – перевела взгляд на Питера.Он улыбнулся:– Если я буду играть, это будет нечестно. Я знаю остров как свои пять пальцев, найду тебя мгновенно. Да и, тем более, – он сделал паузу для эффекта, – у меня есть магия.– А Потерянные? Они не станут мухлевать? Откуда мне знать, что они честны?– Не беспокойся. Они честны по-своему.– Хорошо... Но откуда мне знать, что ты говоришь правду?..– Как же ты меня достала! – его тон резко повысился. – Верь – не верь. Дело твое! Мне плевать!Я не хотела еще больше злить врага.– Хорошо, я поняла... Если игра длится 24 часа, мне нужна вода... и еда, а так же карта. —он махнул рукой и в его руках появилась карта, которую он вручил мне в руки,я мигом засунула карту в рюкзак.– Только вода и карта! Я и так слишком много тебе позволил!– Часы? Чтобы следить за временем.– Да. Ну все, птичка, – он подмигнул, – готовься проиграть.– Ну уж нет! Мы еще посмотрим, кто победит! – Я ответила ему подмигиванием и дерзкой улыбкой. Его улыбка стала еще шире, руки скрещены на груди.– Игра начинается через... Раз...

Я схватила кинжал, сунула в ножны на поясе рюкзака, куда уже была убрана фляга с водой и карта.

– Два...

Я сгруппировалась, приготовившись к рывку.

– Три!

Как только прозвучало «три», я рванула с места, срываясь в бешеный спринт. Ветки хлестали по лицу, оставляя жгучие царапины. Сердце колотилось в такт шагам, легкие горели. На ходу, едва не споткнувшись о корень, я выхватила из рюкзака смятую карту, выданную Питером в последнюю секунду. Мельком успела разглядеть названия: Дом Динь-Динь, Лагуна Русалок, Лагерь Индейцев, Остров Теней... И – Чертова Пропасть. Черный обрыв над бушующим океаном.Семь минут.Пещера. Ближайшая точка.Резко свернула налево, врезавшись плечом в шершавый ствол сосны. Голоса Потерянных уже начинали настигать сквозь чащу:– Она где-то здесь!– Проверь кусты!Через шесть минут бега в глазах поплыли темные пятна, но я уже видела цель – узкий вход в пещеру, прикрытый папоротниками. В последнем рывке влетела внутрь и рухнула на колени. Песок хрустел на зубах, в груди рвались гранаты.Десять минут.Дыхание постепенно выравнивалось, когда снаружи донеслись шаги, совсем близко.– Эй, тут следы! – прокричал кто-то у самого входа.Я прижалась к холодной стене, мысленно заклиная: «Не заходите, не заходите...»Их смех стал удаляться, но эхо пещеры принесло другой звук – приглушенный, болезненный стон. Волосы на затылке зашевелились. «Беги», – шептал разум, но любопытство пересилило страх. Крадучись, я двинулась вглубь сырого полумрака, пока не увидела его: огромный черный волк, прижимающий к земле окровавленную, гноящуюся лапу. Он повернул тяжелую голову, и наши взгляды скрестились.

Оцепенение ударило током. Зверь зарычал, обнажая длинные клыки, но я видела – рана ужасна, плоть вокруг нее воспалена, распространяя сладковато-трупный запах. «Сумасшедшая! Ты полезешь к нему?» – кричал внутренний голос. Но ноги, будто сами собой, сделали шаг вперед. «Идиотка! Тебе жить надоело?» – ругала я себя, чувствуя, как колени подкашиваются. «Великолепно, меня сейчас просто разорвут на куски...»– Тихо... – мой голос дрожал. – Я... я помогу. Я не трону.

Он замер, лишь желтый глаз следил за каждым моим движением, глубокий рык вибрировал в груди. Рана была страшной – рваная, с кусками отмершей плоти. Руки тряслись, пока я, стараясь дышать ровно, промывала рану водой из фляги. К моему изумлению, волк лишь глухо застонал, но не сопротивлялся, будто понял отчаянность и мою, и свою.Где-то совсем близко, у входа в пещеру, снова донесся гул голосов и смех. Потерянные возвращались. Шаги стали громче, отчетливее. Волк напрягся, его рык перешел в низкое, угрожающее ворчание. Я застыла, зажатая между скалой и зверем, сердце колотилось о ребра.