Глава 17

Сун Сянь чувствовал, что жизнь его подходит к концу.

Ему казалось, что он находится на пороге между жизнью и смертью.

Он пытался сказать, что для него эта маленькая сумма не имеет значения.

Но слова не шли с языка.

Он уделял большое внимание деньгам.

Они были для него столь важны, что он был готов на всё.

А что бы было, если бы у него тогда было пятьсот десять тысяч юаней? Он тоже мог бы владеть этой очаровательной Чёрной красавицей.

Жун Цин поднял глаза и отпил воды.

— Ваше положение как наследного принца сейчас не слишком устойчиво, не так ли?

Сун Сянь тут же возразил с невозмутимым видом.

— Кто это вам сказал? Это всего лишь слухи. Моё положение стабильное!

Ведь у его отца был только один сын.

С этим было трудно согласиться.

Жун Цин удивленно приподнял брови.

Судя по тону старика Сун, если Сун Сянь продолжит свои глупые выходки, и тогда старик Сун, вероятно, предпримет все усилия, чтобы иметь сына или позволит Сун Сяню воспитать внука. В конце концов, как бы он ни смотрел на ситуацию, старику Сун было уготовано жить долго.

Сун Сянь внимательно следил за выражением его лица и начал ощущать легкий дискомфорт. Может ли быть, что он действительно больше не сможет удержаться на своем месте?

— Ты что-нибудь знаешь? — спросил Сун Сянь, беря чайник и наливая Жун Цину чашку воды с льстивой улыбкой на лице.

Жун Цин задумчиво провел рукой по подбородку. Он не мог точно сказать, почему, но чувствовал симпатию к Сун Сянь, несмотря на его глупость.

Вспомнив о документе, который передал ему старик Сун, Жун Цин мягко, но настойчиво напомнил ему:

—Ты ведь единственный ребенок в семье. Подумай, сможет ли твой отец позволить тебе выйти замуж за мужчину и оставить его без наследника? А как же его маленький внук?

Сун Сянь смущенно коснулся своей головы.

—Мы с Цзыци уже обсудили этот вопрос. Мы можем найти суррогатную мать, чтобы продолжить род.

Жун Цин мрачно произнес:

—Эта идея крайне рискованна.

—Почему?—Сун Сянь был поражен.

—Она нарушает все нормы морали и этики. Подобное предложение может вызвать осуждение и критику со всех сторон.

Жун Цин мягко напомнил ему:

— Позвольте задать вам вопрос. Как вы поступите, если ребенок спросит у вас о матери?

Сун Сянь растерялся.

— Разве я не могу сказать ему, что у него два отца и нет матери?

Жун Цин нахмурился.

— Вот почему я говорил, что ваша идея рискованная.

— Если вы хотите детей, почему бы вам не жениться на женщине и не завести их? Когда ребенок вырастет, он обязательно узнает, что у него есть мать. А если он почувствует отвращение? Не испортятся ли тогда ваши отношения с мужем?

— Но он уже взрослый. Он должен нас понимать, не так ли? — Сун Сянь неуверенно возразил.

Жун Цин взмахнул рукой, словно отгоняя мысли.

— Об этом мы поговорим позже. Ему нужно как минимум два десятилетия, чтобы вырасти. Кто знает, что будет?

— Может, сначала обсудим это? Тебе действительно не нравятся женщины?

— Не совсем...

Сун Сянь замялся, подбирая слова.

— Когда-то я был влюблён в девушку из нашего класса. Но это не закончилось хорошо.

— Тогда почему ты так упорно нацелился на Сяо Цзыци? — Жун Цин говорил уверенно, не оставляя места для сомнений.

— Я думаю, он очень хорош.

Сун Сянь долго молчал, пытаясь выразить свои мысли. Наконец, он произнёс:

— Это всё, что я могу сказать.

Жун Цин внимательно посмотрел на него.

Отлично, у нас есть шанс!

Он тут же задал вопрос.

— Что в нём хорошего? Можете привести десять примеров?

Десять примеров?

Сун Сянь был поражён.

С момента окончания учёбы он давно не сталкивался с таким сложным вопросом.

— Он... он хороший человек. Он добрый и честный. Ещё он очень красивый. И трудолюбивый...

Сун Сянь замолчал, сжал руки и выдавил несколько слов. Он ощутил, как его мысли стали пустыми.

Неужели так трудно найти что-то хорошее в человеке? Жун Цин внезапно почувствовал грусть.

— Посмотрите на себя. Какой вы мелочный. Вам он совсем не нравится!

Сун Сянь резко выпрямился и возразил:

— Как это он мне не нравится?

— Ты даже не хочешь его тела, — Жун Цин попал в самую точку. — Разве так должен вести себя настоящий мужчина?

Лицо Сун Сяня мгновенно залилось краской. Он уставился на Жун Цина с выражением испуганного кролика.

Жун Цин! Как он мог такое сказать?!

— Наши чувства чисты! — Сун Сянь, не теряя времени, попытался оправдаться, его лицо всё ещё пылало от смущения.

Он определённо не такой развратный, как Жун Цин.

...

Блин, чистые чувства.

Если ты не хочешь его тела, остаёшься ли ты мужчиной?

Жун Цин вздохнул, не зная, как реагировать. Он долго смотрел на Сун Сянь.

— Ты... — его голос звучал неуверенно.

— Что со мной не так? — Сун Сянь инстинктивно отстранился.

— Только не говори, что ты всё ещё невинен? — Жун Цин произнёс это с уверенностью.

Он сумел обмануть машину, полную огурцов. Сун Сянь, должно быть, невинен!

Посмотрите на эту невинную Я Цзы!

Бум!

Сун Сянь вот-вот взорвется.

Жун Цин, Жун Цин был просто бесстыдником!

Он быстро осмотрелся по сторонам, чувствуя, как его сердце бешено колотится. Убедившись, что окружающие не обращают на них внимания, он поспешно произнес:

— Не говори об этом на людях.

Это было невыносимо стыдно!

Жун Цин взглянул на него, который выглядел как перепел, и удивленно цокнул языком.

Босс казался ему достаточно несчастным, но он не ожидал, что Сун Сянь окажется в таком же положении. Как жаль! В эти дни нельзя было положиться ни на кого извне. Эти несколько человек, которые должны были быть настоящими лидерами, оказались связаны из-за сюжета маленьким белым лотосом.

Какая это была трагедия!

— Ладно, давай закроем эту тему. Давай лучше обсудим твою чистую дружбу.

Жун Цин сделал вид, что говорит серьезно, и обманул Сун Сяня, что позволило тому расслабиться и потерять бдительность.

— Наша дружба — это не просто дружба, это любовь, — все же возразил Сун Сянь.

Жун Цин приподнял подбородок и, прищурившись, посмотрел на него.

— И правда? У тебя есть какие-то доказательства?

— Какие доказательства тебе нужны? — Сун Сянь был в недоумении.

— Ты не можешь этого сказать, братишка, — Жун Цин покачал головой.

Он достал телефон и жестом предложил Сун Сяню наклониться ближе.

Сун Сянь, колеблясь, вытянул шею, чтобы рассмотреть экран.

Жун Цин, нервно перебирая пальцами, показал фотографии на своём телефоне.

— Видите это? — спросил он, показывая снимки. — Это доказательство.

На фотографиях облака в небе выглядели величественно, но их красота не могла сравниться с тёплыми улыбками двух мужчин, стоящих рядом. Они стояли так близко друг к другу, что казалось, будто между ними проскочила искра. Рядом с ними был припаркован элегантный чёрный мотоцикл.

Сун Сянь почувствовал, как его сердце сжалось от боли. Эта сцена напомнила ему о чём-то очень важном и тревожном.

Он был ошеломлён увиденным.

Его мысли путались, и он не мог найти слов.

Взгляд Сун Сяня был растерянным, словно он пытался собрать воедино разрозненные кусочки головоломки.

Жун Цин продолжал настойчиво убеждать его, даже показав фотографии из своей коллекции .

— Посмотри, он даже прислал мне эту фотографию. А у тебя есть что-то подобное? Если ты не испытываешь к нему вожделения, то ты, в лучшем случае, просто друг. Тогда о какой любви к мужчинам можно говорить?

Жун Цин пришёл к этому выводу без колебаний.

Сун Сянь ощущал, что его мировоззрение находилось на грани разрушения. Однако, взглянув на фотографию, которую показал ему Жун Цин, он осознал, что испытывает постыдное чувство зависти. Он начал задаваться вопросом, что именно привлекло его в Сяо Цзыци.

Он не хотел заниматься с ним сексом. Абсолютно не хотел!

Тогда почему он потратил на Сяо Цзыци столько денег? Он даже не смог окупить свои расходы.

Когда Сун Сянь подумал об этом, его сердце начало биться хаотично из-за сверхурочной работы, которую он выполнял последние несколько дней.

Хорошо. Похоже, моя маленькая компания скоро будет в моих руках.

Жун Цин, довольный, убрал телефон.

Я не зря выставил частное фото маленького волчонка.

Только в этот раз. Впредь он никому не позволит увидеть эту фотографию маленького волчонка.

Что, если этим людям тоже он приглянется? Разве он не понесет огромные убытки?

Сун Сянь постепенно убеждался.

— То, что ты сказал, правда?— Сун Сянь запнулся.

Я сказал так много вещей, чтобы одурачить тебя.  О какой из них вы спрашиваете?

—Это правда!— Жун Цин твердо сказал

В любом случае, что бы это ни было, оно должно быть правдой для вас. Сун Сянь внезапно наклонилась и тихо спросила.

—Тогда ты хочешь трахаться или...—его лицо быстро покраснело.

Жун Цин внезапно встревожился.

Младший брат?

Что с тобой не так?

Почему ты спрашиваешь об этом?

Почему ты краснеешь?

—Это частный вопрос. Почему,  вы об этом думаете?

О моих 30 миллионах лучше не думать!

Иначе я убью тебя!

— Ничего, мне просто интересно— Сун Сянь был немного смущен.

Наверное, потому что ему стало неловко, он сменил тему.

—Я думаю, ты прав. У меня действительно нет никаких идей о Сяо Цзыци

Его деньги!  Почему он раньше думал, что Сяо Цзыци был любовью всей его жизни? Он даже не хотел его тела!

—Ты не плох. Довольно умный— Жун Цин удивленно похлопал его по плечу.

Отлично. Его маленькая компания будет в его руках!

Сун Сянь усмехнулся с лёгкой грустью в голосе:

— Значит, ты действительно не собираешься продавать Чёрную Красавицу? Я больше не буду тратить на неё деньги. Скоро я смогу накопить достаточно.

Жун Цин посмотрел на Сун Сяня и, вздохнув, выпрямил грудь:

— Разве я выгляжу так, будто мне не хватает денег?

Эти слова задели Сун Сяня за живое. Действительно, Жун Цин выглядел совершенно иначе.

Слёзы навернулись на глаза Сун Сяня. Он тоже мечтал жить так же свободно, как Жун Цин.

— Сейчас самое важное для тебя — это зарабатывать деньги. С ними ты сможешь достичь того же, чего достиг я.

С этими словами Жун Цин передал Сун Сяню последнюю тарелку супа на день и, не колеблясь, проводил его домой.

Небольшая компания была в его руках. Сун Сянь того стоил.

В ту ночь Жун Цин связался с пожилым господином Суном.

После разговора старик долго молчал, словно обдумывая что-то. Но в итоге передал ему управление небольшой фирмой.

Завершив звонок, господин Сун обратился к своему дворецкому. Он попросил его найти молодую женщину с привлекательной внешностью, подходящего возраста. Дворецкий смотрел на него с недоумением, пока старый Сун не вспылил и не заявил, что намерен сосватать Сун Сяня. Только тогда дворецкий с видимым облегчением кивнул и покинул комнату.

Хорошо, если его хозяин не извращенец.

Рано утром Линь Цзи, внезапно вызванный для пересъемок очередной сцены, вернулся домой в изнеможении.

Обычно он доставал телефон, чтобы проверить полные уведомления, но в этот раз замер, словно пораженный громом.

На экране телефона его ждал заголовок.

[Жун Сун подозревается в новых отношениях?  Жун Цин встретился с Молодым Мастером Сун посреди ночи!  Эти двое вели себя интимно, между ними роман?]

Нажав на него, он увидел Сун Сяна, который с покрасневшими щеками склонился к Жун Цину. Жун Цин, злобно улыбаясь, наклонился к его уху. Из-за интимной атмосферы между ними Линь Цзи было трудно обмануть себя.

Он внимательно посмотрел на мотоциклетную куртку Жун Цина, а затем перевёл взгляд на сумку, которую держал с особой бережностью, словно это было самое ценное сокровище. Внезапно его сердце сжалось от нехорошего предчувствия.