Глава 13

Новость взорвалась.

Вчера вечером Ду Юнь завершил работу над черновиком статьи для заказчика и обнаружил, что на его банковском счете лежит сто тысяч юаней. Окрыленный успехом, он пригласил друзей на посиделки с алкоголем. Всю ночь они провели в палатке, наслаждаясь барбекю, и домой вернулись лишь к четырем-пяти часам утра.

«Розовая рука, хм ~ Прикосновение ~ Сердце сестры ~ Ой!»

Ду Юнь изо всех сил попытался широко раскрыть глаза и пнул перед собой.

— Ты осмелился ударить меня!

Он вытянул ногу, и его тело начало раскачиваться в воздухе. Затем он потерял равновесие и рухнул лицом вниз.

"Чёрт,  кто меня вырубил"

Ду Юнь разразился проклятиями. Он попытался подняться, но слабость в конечностях и головокружение не позволили ему этого сделать. Как же он мог встать? Вместо этого он лишь перекатился на землю и вскоре захрапел.

В этот момент мимо бесшумно проскользнула черная машина. Двое мужчин в темных костюмах мгновенно вышли из автомобиля и, подхватив Ду Юня, затащили его внутрь. Затем машина стремительно растворилась в утреннем тумане.

Холодная вода пробирала до костей. Ду Юнь, все еще сонный, резко проснулся.

Что за?..

Некоторое время он сопротивлялся, а затем с ужасом осознал, что привязан к табуретке толстыми веревками!

Что происходит? Его похитили?

Внезапно перед ним возникла пара изысканных кожаных туфель.

Ду Юнь поднял взгляд.

Перед ним стоял человек в черном, лицо которого скрывала маска.

— Я задам тебе несколько вопросов. Ответь честно, и я позволю тебе уйти домой, чтобы ты мог увидеться с женой.

Он взял трубку и увидел на экране более десяти пропущенных звонков от супруги Ду Юня.

Ду Юнь был ошеломлен. Он не понимал, кого обидел. Он чувствовал себя глупо, как свинья, вернувшаяся из прошлой жизни.

— Старший брат, прошу, спрашивай что хочешь. Я расскажу тебе все, что знаю. Просто отпусти мою жену, пощади мою жизнь.

Человек в черном задал вопрос ледяным тоном:

— Кто перевел вам эти деньги?

Он открыл на телефоне Ду Юня уведомление о переводе ста тысяч юаней. Увидев это, Ду Юнь был поражен, а затем его охватила ярость.

— Это из-за этого, да? — быстро произнес он.

— Я не знаю, кто этот человек, — ответил тот. — Он наш клиент, но его подтолкнул кто-то другой. Этот человек предложил мне сто тысяч юаней, если я напишу черновик с ложными обвинениями против Линь Цзи. Я говорю правду, клянусь!

— Кто его подтолкнул?

Ду Юнь замолчал, а затем неуверенно произнес:

— Это босс нашего информационного агентства. Часто люди, связанные с ним, обращаются к нам за работой.

— Покажи мне сообщение, которое тебе пришло, — потребовал человек в черном.

Ду Юнь указал на идентификатор WeChat — Чжоу Бапи.

Человек в черном повернулся к экрану и внимательно посмотрел на сообщение. Затем он достал фотоаппарат и сделал несколько снимков.

— Большой Брат, я сказал тебе всё. Ты можешь отпустить меня?

Ду Юнь заметил, что его продолжают снимать на камеру, и почувствовал тревогу. Но когда он задумался о своей жизни, понял, что это уже не важно.

Его существование и сегодня было проблемой. Кто позаботится о завтрашнем дне?

Улыбка Ду Юня застыла, когда человек повернулся к нему. Затем он медленно направился к нему.

Ду Юнь инстинктивно хотел отступить.

Мужчина в чёрном поднял руку. Ду Юнь уже собирался закричать, когда получил удар, лишивший его сознания.

Хэ Цянь завершил несколько телефонных разговоров и с облегчением выдохнул.

Все шло в точности, как он планировал.

Он аккуратно собрал информацию в папку. Во время работы Хэ Цянь иногда почесывал кошку, но его разум был занят другими мыслями.

Сяо Цзыци вызывал у него искреннее недоумение. Он не мог понять, почему президент Жун внезапно проявил к нему симпатию.

Президент Жун всегда избегал людей, склонных к высокомерию, а Сяо Цзыци, несомненно, был именно таким человеком.

Когда начали распространяться слухи о связи между Сяо Цзыци и президентом Жуном, он, разумеется, не поверил ни одному из них.

Однако позже президент Жун лично подтвердил эту информацию.

Несмотря на то что впоследствии он проникся симпатией к таким личностям, как Линь Цзи, это не могло ослабить его увлечение Сяо Цзыци.

Стремясь глубже понять Линь Цзи, он исследовал Сяо Цзыци и выяснил, что этот человек действительно загадочен и внушает страх.

Сяо Цзыци не был профессиональным актером. Он так и не выяснил, откуда тот появился.

Удалось узнать лишь, что сразу после прибытия тот познакомился с агентом Линь Цзи и получил от него значительное количество ресурсов. В этот период он участвовал в двух спектаклях. Почти все участники этих постановок сфотографировались с ним и разместили снимки в Weibo. На одной из фотографий Хэ Цянь заметил человека, который, по идее, должен был быть помощником Линь Цзи.

Что же за необъяснимое обаяние было у Сяо Цзыци? Почему казалось, что люди всегда поддавались его чарам и относились к нему благосклонно?

"Мяу!"

Милашка провела языком по его щетине, прикрыв глаза, и слегка раздраженно наступила на грудь.

"Хм?"

Хэ Цянь посмотрел на него и кот дважды наступил в ответ. Он поспешно признал свою ошибку.

— Ладно-ладно-ладно. Я сейчас пойду спать. Не сердись, хорошо?

Хэ Цянь нежно обнял и поцеловал его дважды. Только тогда он осознал, что очень хочет спать. Он потянулся, зевнул, подошел к кровати и уснул, держа Душистый горошек на руках.

Сяо Цзыци провёл всю ночь, не отрываясь от экрана телефона. Его глаза покраснели, но он заметил, что статья исчезла.

Он тут же проверил Weibo Линь Цзи и увидел, что его фанаты, которые раньше активно переживали за него, теперь замолчали.

Это было странно.

Он срочно позвонил в офис компании ботов с которой уже связывался ранее.

Однако представители ботов в Интернете заявили, что не осмеливаются вмешиваться в дела Линь Цзи, потому что у него есть влиятельный покровитель.

Они вежливо посоветовали ему не вступать в конфликт с Линь Цзи.

Хлопок.

Телефон с грохотом упал на землю, и экран разлетелся на осколки.

Лицо Сяо Цзыци потемнело. Лин Цзи... опять этот Лин Цзи.

Он не мог смириться с этим.

Сяо Цзыци пришел в ярость, когда вспомнил, как главную мужскую роль, которую он должен был играть, забрал Линь Цзи.

А этот Жун Цин... Что происходит? Почему он вдруг передумал?

Этого просто не может быть!

Сжимая кулаки, Сяо Цзыци нервно листал свой телефон, пока в его голове не зародилась новая мысль.

Весь экипаж обратил внимание на необычное поведение.

Линь Цзи, несмотря на свою загруженность, выглядел бодрым и в хорошем состоянии.

Но Сяо Цзыци, который должен был чувствовать себя нормально, выглядел так, словно не спал всю ночь. Его глаза были красными и тёмными.

К счастью, визажист использовал больше пудры, чтобы это скрыть. В противном случае директор Ню, который вчера задержался с съёмками, был бы в ярости.

Однако даже с учётом этого, сегодня у Сяо Цзыци было слишком много неудачных дублей. Лицо директора Ню становилось всё мрачнее.

После очередного выговора Сяо Цзыци уже не мог сдерживаться. Его глаза заслезились, и он расплакался прямо перед директором Ню.

— Извините, режиссер. Я понимаю, что сегодня не в лучшей форме. Вчера дома произошла чрезвычайная ситуация, и я всю ночь переживал. Может быть, сначала вы снимете сцены с другими актерами?

Склонившись перед коллегами, он выглядел удрученным и почти униженным. Многие из присутствующих прониклись к нему сочувствием и украдкой взглянули на директора Ню.

Тот нахмурился еще больше.

— Снимать сцены с другими актерами? Сегодня вы снимаетесь только в своих! Думаете, можете менять  сцены по собственному желанию? Ладно, даю вам 15 минут, чтобы прийти в себя. Постарайтесь вернуться в норму.

Закончив разговор, он отложил сценарий и вышел на улицу, чтобы выкурить сигарету и немного успокоиться.

Лицо Сяо Цзыци окаменело. Он сжал зубы и продолжал кланяться, не поднимая головы.

Почему это происходит?

Линь Цзи утверждал, что может менять сценические условия, если чувствует себя плохо, но он мог отдыхать только 15 минут.

Он даже извинился перед всеми, поклонившись. А как же Линь Цзи? Он просто стоял, нахмурившись, и не произнес ни слова.

Когда Сяо Цзыци думал о самой большой потере, он вспоминал о тридцати миллионах Жун Цин.

От злости лицо Сяо Цзыци побледнело. Он признал причину своего плохого самочувствия.

Тридцать миллионов, тридцать миллионов!

Если бы Жун Цин вложил деньги в меня, всё было бы иначе! И Сун Сянь, этот никчемный человек. Я просил у него немного денег, но он дал мне всего лишь пятьсот тысяч.

Сяо Цзыци пожалел о своем решении, когда осознал разницу между этими суммами.

Если бы он заранее знал о значительной разнице между Жун Цином и Сун Сянем, то не избегал бы Жун Цина так долго.

Сяо Цзыци отошел в сторону, чтобы передохнуть. Он закрыл лицо рукой, скрывая его искаженные черты.

Окружающие думали, что он плачет из-за директора Ню, и все испытывали к нему сочувствие. Однако, как ни странно, никто не подошел, чтобы его утешить.

Сяо Цзыци быстро произвел в уме расчеты. Он взглянул на Линь Цзи, который тоже отдыхал. Лицо Линь Цзи светилось от радости, и он с увлечением читал сценарий.

"Тск, он опять притворяется", — с раздражением подумал Сяо Цзыци.

Все знали, что Линь Цзи обладал феноменальной памятью. Неужели он по-прежнему каждый день притворялся, будто работает с текстом?

Линь Цзи вдруг что-то заметил и осмотрелся.

Сяо Цзыци вновь сжал кулаки, будто ничего не случилось.

Линь Цзи прекрасно понимал, что Сяо Цзыци только что смотрел на него, но ему было безразлично.

Что касается Сяо Цзыци, то с поддержкой Жун Цин и своей собственной уверенностью Линь Цзи не собирался беспокоиться о чем-либо, связанном с Сяо Цзыци. Он держал сценарий в руках и делал вид, что внимательно его читает. Однако если бы кто-то подошел ближе, стало бы очевидно, что он не прочитал ни единой страницы. Более того, сценарий был перевернут вверх ногами.

Он видел это?

Линь Цзи попытался вспомнить.

Если он видел, то почему проигнорировал мое сообщение?

Возможно, он был настолько занят, что не успел прочесть?

Или, может быть, он увидел, но остался недоволен?

Его мысли путались, а взгляд был тусклым.

А это фото...

В его сознании вновь вспыхнуло знакомое чувство. Лицо Линь Цзи оставалось невозмутимым, но внутри он испытывал настоящий ужас.

Как он мог быть настолько безрассудным? Неужели он действительно решился на такое?

Несмотря на то, что он был одет, он нервно покусывал край рубашки. Разве это не было слишком неловко?

Что же все-таки происходило с Жун Цином?

Почему он молчал?!