Зае... Тсс!

В одном том-же-при-том-же лесу, в котором жили не только лишь все (Хитрый Лис, Поникший Кролик и Себе-на-уме Песец), некий Серый Волк, насмотревшись на то, как беспорядочно Кролики скачут вокруг разом залоснившихся довольством Лисов, возжелал быть не менее обласканным вниманием длинноухих, стройноногих и мускулистых заек.

И нашел-таки себе... Единственного на весь лес Лазающего Зайца. Лазающий заяц выглядел странно, бегал странно, но самым странным было то, что именно этот... «особь» искренне верил в то, что он лазающий, и честно пытался забраться на дерево каждый раз, когда в поле его зрения находилась реальная опасность: голубая вода, радужные надежды лесных обитателей или даже просто их изображения. К сожалению, это начало ему удаваться...

Так что... то, что Волк нашел, оказалось настолько пугливым и быстроисчезающим, что прямому, как рельсовый путеукладчик, животному пришлось преизрядно потрудиться, чтобы вышеозначенный Заяц согласился хотя бы на то, чтобы просто находиться рядом... Правда, он все время нервно бил задними лапами то в пол, то в землю, но добрые советчики, как один, хором утверждали, что для зайцев такое поведение вполне нормально и не является тревожным симптомом...Так что Волк решил просто не бегать за Зайцем в дождь – ему и самому надоело ходить обрызганным с ног до головы не пойми чем... Еще в последнее время он так часто зависал в душе, что начал всерьез опасаться, что его и без того редкая шерсть повылазит окончательно.

А сколько усилий и волчьего соленого, резко пахнущего пота было вылизано его длинным гладким розовым языком, пока Заяц не понял, что Волки – совершенно безопасные существа, и решился на то, чтобы переступить порог его съемного логова?

Мысленно сказав «пасибы» всем, кто давал ему советы по приручению зайцев, и порадовавшись, что данное логово лишь временное, а потому достаточно комфортабельное, Волк облегченно оставил пугливого Длинноухого принюхиваться и осматриваться, а сам скрылся в душевых анналах, дабы смыть с себя накопленный во время дороги до логова резкий запах вожделения...

«Нечего пугать Зайца раньше времени. Если даже меня самого от себя штырит, то его и вообще сдует, и шкуры не останется... Опять бегай за ним... И за что мне такое наказание?...»

А Заяц, тем временем, зашевелил ноздрями и с удивившим даже его самого любопытством начал принюхиваться... Но, поскольку, сидеть спокойно он был не приучен, то начал перемещаться, пытаясь ничего не сломать и не уронить.

И начал с того, что находилось непосредственно перед глазами: с книжек. Про книжки Заяц знал, потому что Кролик показывал ему... картинки! Картинки были разные... Зайцу настолько понравилось, что он решил самостоятельно поискать похожие, но...

«Оиии!... Как же стыдно!...» - бросило беднягу в жар. Он вспомнил, что было на тех картинках... Он пытался вернуть взад те, что были до этого, но лента почему-то не проматывалась, а наоборот, зафонтанировала свежими... «схожими по тематике» безображе́ниями...

«Интересно, а что там у Волка?»

Любопытство губит всех – это Зайцу говорила мама. Но Заяц знал, что он-то точно «не все», а потому смело порылся в завалах и достал одну, маленькую, красненькую... с самого низа...

«Оиии! Что-то про поцелуи!»

Его раззадоренное любопытство подгоняло дрожащие лапки, подбивая: «Возьми меня... Раскрой меня... Засунь в меня...»

«Кхе-кхем!» – осадил свои фантазии Заяц и исправился:

«... свой любопытный нос!»

«Хмм... Странно!... А где картинки?» - подумал Заяц и еще раз взглянул на название:

«Ты целуй меня везде и на суше, и в воде».

«Поцелуи – и без картинок? И зачем такая книжка, где целуются без картинок? Глупость какая-то...»

Заяц перелистал книженцию и замер...

«Че-го это я сейчас видел?»

Дрожащими... от возмущения!!!... лапками он вернулся в то самое место и... обалдел. 

«Кку-да нужно целовать? В смысле!?... А разве так можно?... Что, правда!?...»

— Брось каку! – раздался вопль с подвыванием – и мокрый, недовысушенный Волк ворвался в комнату и выхватил у него возмутительную вещь.

Застывший в ступоре Заяц еле успел подумать: «Я же не успел рассмотреть!...», как предмет не начавшегося раздора исчез в волчьих кулуарах.

— ... – взял себя в лапы Волк.

Заяц поджал хвостик и придавил его кроватью.

— На́ инструмент!

«На кровать же...» - растерялся Заяц.

— Возьми инструмент, - поправился Волк.

Заяц взял.

А Волк, посмотрев на разом осмелевшего Зайца, не сразу понял, зачем ему... вот это... И только через минуту до него дошло, что он держит вот это не за то место...

— Так... Начнем... Первый...

«Раз!?...»

— ...аккорд.

«Уффф...»

— Домажорный септ.

— А почему не послемажорный?

— Не домажорный, а ДО мажорный... В смысле, веселый.

— Ааа... Вот так?

— Средний палец!...

«На что он намекает!? Он у него больше, чем у меня!... Нашел, чем гордиться...»

— ...Мне нравятся такие книжки, - неожиданно выпалил Волк, удивившись собственной смелости.

«Какие «такие»?... ТАКИЕ!?... Ой, мам-мочки!!!...»

— ...?

Заметив блеснувший настороженностью заячий взгляд, Волк поправился:

— Продолжаем репетировать.

— Ага, - согласился Заяц.

Волк выдохнул...

Но Заяц догнал его и припечатал:

— А я всегда знал! – и улыбнулся.

С одной стороны, улыбка была странно-многообещающей... С другой – улыбка была какой-то уж слишком понимающей... И вообще перестала сходить с заячьей физиономии...

Волк чуть было не задумался о том, что Зайцы такими не бывают и что он совершенно ничего не знает о познаниях Лазающего Зайца в данной области...

Волк выдохнул и мысленно пообещал себе принести ящик сочной оранжевой морковки размера King-size его другу Кролику, который настоятельно рекомендовал раскошелиться на эту книжку и положить ее под стопку неинтересной литературы, но - на самое видное место.

Волк пообещал себе впредь внимательнее прислушиваться к тому, что говорит Кролик...

Но – делу время, а потехе – все остальное время...

— Следующий!

«Мы еще не закончили!»

— РЭ.

— «Ааа... Аккорд...»

— Ставь пальцы сюда...

И тут до Волка дошло, что напротив него сидит, по сути, связанный Заяц... То бишь сорваться и сбежать он не сможет...

Волк нервно сглотнул...

...А Заяц, вконец осмелев, вытянул губки вперед и усипусечно заплямкал, намекая на знание того, о чем пишут в книжках:

— Вот так?

Волк замер...

Это не заяц... Это же зае... бись что такое!...

От неожиданности Волк распустил лапы и шлепнул Зайца по обнаженной коленке. 

Но Заяц лишь кокетливо захихикал и послал в сторону Волка громкий сочный влажный ЧМОК...

Волк покраснел и на секунду опустил глаза.

Заяц продолжал резвиться:

— А может, вот так?

Волк, воспользовавшись удобным предлогом в виде музыкального инструмента, подобрался к Зайцу так близко, как мог, но Заяц уже ничего не замечал, продолжая подкалывать беззащитное острозубое создание:

— Муа!

Промучившись минут десять, Волк понял, что стоять и... терпеть шебутное создание, азартно шевелящееся в районе его... «того самого места»... невыносимо. И отсел, освободив руки и прочие части тела от мешающих деревянных конструкций.

Но очень быстро он осознал, что не в состоянии находиться в таком отдалении от вожделенного комка шерсти, который, к тому же, еще и провокационно раскрывал рот в его сторону, демонстрируя настолько глубокую глотку, что Волк подпрыгнул и уселся на собственный хвост.

А Заяц вдруг заметил, что Волк придвинулся уже совсем близко и эти его плотоядные глазищи как-то уж очень сильно и жадно горят... прожигая его... до печенок...

— Может, уже сделаем это?

«Это? Что «это»?... Что!?... ЭТО!?...Прям щаз!?»...»

Волк продолжал смотреть глазами и шевелить хвостом... Уткнувшись лицом в животик Зайца. Как ему удавалось проделывать все это одновременно, Заяц постеснялся спросить, потому что вовремя сообразил, что его пересохшее горло с головой выдаст некие странные мыслишки, шевельнувшиеся в заячьих штанишках...

...И тут до волка тоже дошло, что его горячее дыхание может ненароком и обжечь пугливого зверька, да так, что тот вспомнит про свою пугливость и опять смоется...

— ДА! – неожиданно крикнул Заяц и подался Волку навстречу, но ударился головой.

Но, чтобы сохранить лицо и прочие части тела в нетронутом виде, находчиво вышел из щекотливого в паху положения:

— Нашу крутизну и так ничем не перешибить! Хватит с нас и этого!

А Волк, глядя в прекрасные глаза Зайца, задумался о том, что совершенно не помнит, имел ли Заяц обыкновение говорить о себе во множественном числе... или он, все же, имел ввиду их обоих...

И, дабы не смущать ни себя, ни Зайца, он предложил первое, что пришло в его голову – нуу... просто потому, что это могло помочь перевести торчащий вертикально вопрос в горизонтальную плоскость...

— Ложись!

...Но, увидев перед носом животик с такой готовностью вскочившего Зайца...

...Волк не удержался и все же цапнул за манящий пупочек.

...Правда, в последнюю долю секунды его истинные намерения возобладали над обычными волчьими инстинктами, и он пустил в ход не зубы, а губы... Что вовсе не добавило ему преимуществ перед обнаглевшим созданием.

Потому что Заяц вспомнил советы Кролика, который говорил:

«Пегий Волк, равно как и Чернобурый Лис, только с виду кажется таким злобным и кусачим, а зубов у него почти что и нету. Тупые они оба, как... как тяжелые поворотные ролики диаметра 100мм, которые только с виду тяжелые и массивные, но при приложении необходимых усилий вертеть ими можно как угодно, по своему усмотрению. Максимум, на что Волк способен, это затискать и смачно засосать».

Засосов Заяц не боялся – он и сам мог засосать кого угодно со свойственной всем зайцам прытью. А вот затискать... Это манило неизведанным...

«А не потискать ли мне Волка?... заодно и узнаю, каково это...»

Но главная мысль кроличьего посыла была в том, что зубастые и клыкастые создания на самом деле самые безобидные существа.

И сейчас Заяц в этом окончательно убедился.

«Ага!... Беззубый!... Ну, держись, Волчара, сейчас ты у меня получишь!...»

И Заяц, вспомнив, что он Лазающий, вскочил и резво оседлал Волка, усевшись ему на колени лицом к лицу с волчьей пастью, с удовольствием наблюдая ошалелую физиономию «выведенного на чистую воду» хищника.

— Зае... – сделал робкую попытку Волк.

— Тссс... – уверенно выдохнул Заяц, подтверждая худшие волчьи опасения.

...Волк боялся дышать. Но Заяц решил отыграться и принялся тискать Волка за все места, куда смог дотянуться. Но даже не это заставило Волка надуть щеки и выпучить глаза, ох, не это... А то, что, помимо шаловливых нежных, мягоньких ручонок, по жестким волчьим коленям и тому, что между ними, вовсю елозил игривый заячий зад, добавляя Волку страданий...

Заяц, чтобы закрепить свою победу, попытался чмокнуть волчару в торчащий влажный нос, но Волк отбрыкивался, боясь, что сорвется и сожрет длинноухого вертлявого грызуна прямо здесь и сейчас.

А Заяц, так сказать, «закрепив новые знания практикой», удовлетворенно выдохнул и расслабился.

— Ну все, хватит с тебя. Я спать. Кстати, вот прям туточки и лягу! Давай-ка сюда!

С этими словами обнаглевший Заяц вальяжно развалился на постели Волка, явив ошалелому алчущему взору все свои самые вкусные места, и призывно похлопал по одеялу.

В голове Зайца рождались смутные, доселе не виданные фантазии, родившиеся из случайно увиденных картинок, дополненные полученными на инженерном факультете знаниями:

«Стреноженный... связанный дрожащий Волк... подвешенный на сложной конструкции с применением потолочных кронштейнов... и цепей... и роликов... С дивной сочной морковкой в зубах, прикрученной поперек пасти... черными проклепанными полосками кожи... Протяжные стоны и всхлипывания... Блестящие от слез глаза... Просящие... Умоляющие... Полная покорность!... А-а-а-х!... А если ко всему этому приделать ма-а-а-аленький моторчик, то можно смастерить и подъемную систему, управляемую с пульта... Эх, надо сказать Кролику спасибо... И откуда у него столько познаний в сфере манипулирования длиннохвостыми?... Точно, скажу спасибо. И морковку... покажу. Ящик».

И, осмелев, Волк решил попробовать потискаться «по-настоящему». Запрыгнув на оробевшего, но так сладко вскрикнувшего Зайца, он дал волю своим фантазиям... А до Зайца мгновенно дошло, что привалившее на халяву шерстяное счастье нужно использовать по полной, и включился в процесс «тискания» - в конце концов, давно уже пора испробовать, что же это такое!

...Пытаясь заснуть, Волк, пытаясь собрать в кучу то, что от него осталось, думал:

«Прав был Кролик... Не Заяц это, а форменный Зае-тссс... Причем настоящий... О-о-ох!... И как мне дожить до утра!?...»

Через час

...Приоткрыв глаз, Заяц увидел склонившуюся над ним волчью морду, озаренную светом прикроватной лампы, и из-за этого кажущуюся даже как-то чересчур слишком безобидной.

Заяц ойкнул и скрыл свои зубки под одеялом, оставив снаружи лишь хлопающие от удивления глаза. Он всерьез опасался того, что может сделать «что-то не то» и спугнуть с таким трудом прирученного Волка, поэтому он завернулся в одеяло и убрал свои зубки подальше, развернувшись к Волку спинкой и выпятив хвостик, чтобы сделать расстояние между ними как можно больше.

Волк увидел дивные очертания заячьей спины, переходящей в... туда, откуда растут задние лапы, и нервно сглотнул, давя в себе зарождающиеся похотливые фантазии, ранее волкам не свойственные.

Отдышавшись, Волк сделал вид, что «ничего не было» и, не сумев удержаться от соблазна, забрался на Зайца и всем своим весом придавил его к кровати, не забыв протянуть лапу к раздражающему светильнику и... завис на мгновение.

...Это было самое долгое мгновение в волчьей жизни. Но оно было таким приятным, что Волк не знал, как остановить эту приятность, потому что то, что весь вечер не давало ему покоя, снова начало выпирать... Волк плотнее закатал губы, пряча клыки... и задержал дыхание, пытаясь запомнить ощущение заячьей мягкости...

Но все хорошее имеет свойство кончать...ся.

Волк щелкнул выключателем и скатился с заячьей тушки. Лёжа на спине и глядя в потолок, он улыбался самой глупой улыбкой, какая когда-либо выползала на его клыкастую морду...

«Зайцы... такие классные!... Мягкие... Нежные... Упругие... Прав был Кролик! Вот, что значит «планирование»!... «Мой Заяц» - это прям звучит гордо!... Я - самый счастливый на свете хищник! Хоть и самый оголодавший...»

А Заяц сделал новое открытие:

«Так вот что значит «потискать»!... Круто!... И так приятно!... Можно сказать, что у меня теперь есть свой собственный ручной Волк!... С ним можно делать все, что я захочу... И он тоже будет делать все, что я захочу... Вау... Шикарный мускулистый Волчара... Мой собственный...»

И улыбнулся...