Часть 6

Ночью Чимин не может заснуть, ощущая запах альфы на своей постели. Течка ещё не закончилась, а действие глушителя длится не так долго, поэтому медленно сознание вновь уплывает в неизвестном направлении. Ворочаясь и постанывая тихо, даже не понимая этого, Пак остро ощущает желание оказаться рядом со своим альфой. Он снова стягивает ткань пальцами, потому что хочется. Вдруг слышится стук в дверь.

Юнги заходит сам, без какого-либо приглашения. Тогда зачем он вообще стучался? Чимин, находясь в этой комнате лишь отчасти, касаемо его понимания, чувствует, как прогибается кровать.

— Выпей, — слышится у уха.

Пак ощущает запах чая, а потому немного ерзает на кровати. Его глаза оказываются закрытыми. Едва разлепив губы, он спрашивает:

— Что это?

— У тебя сильный запах. Я почувствовал это, когда спал внизу, поэтому сам выпил ещё глушителя и тебе принёс. Выпей, а то будешь мучиться.

Юнги помогает ему приподняться, придерживает за руку и даёт таблетку с бутылкой воды. Чимин выпивает лекарство. Ложится обратно.

— Скоро подействует. Ну, я пойду, — альфа уже было собрался уходить.

— Посиди здесь... — просит Пак, —... Пожалуйста.

Юнги задерживается в своих мыслях буквально на пару секунд, потом кивает и остаётся сидеть на краю кровати. Чимин смотрит на него. В комнате света нет вообще, но глаза привыкли к темноте, а потому образы различать довольно легко. Пак облизывается, его веки полуприкрыты.

— Спасибо, ты очень помог, — произносит омега.

— Всё в порядке. Я просто не хотел повторения тех событий. Помнишь, позавчера? — немного хрипло спрашивает альфа.

— Это не было ошибкой, просто так сложились обстоятельства.

— Да? — хмыкает Мин, — Что-то не похоже. Ты ведь поэтому меня избегаешь.

— Я не избегаю тебя.

— А что ты делаешь? Заперся в комнате и не выходишь, чтобы даже поесть. Как это называется?

Чимин вздыхает. В темноте этот вздох слышится особенно отчаянным.

— Прости. Просто, наверное, ты прав. То, что произошло тогда, не должно было происходить, — произносит омега.

— На самом деле, происходить не должно то, что двое истинных во время течки и гона, пьют глушитель. Это плохо для здоровья, гормонов выделяется слишком много, а мы просто так подавляем все это.

Пак усмехается, а после отвечает:

— Ну прости, что мы разводимся. Я думал, что действовать так, как требуют этого животные инстинкты, — очень глупо.

Юнги молчит. Между ними грузом повисает тишина. Они не могут достучаться друг до друга, потому что слишком разные.

— Ну прости, что я едва ли контролирую себя рядом с тобой. Не уверен, что это из-за животных инстинктов, — произносит старший, вставая.

— Куда ты?

— Спать, конечно же, — отвечает Мин, пожимая плечами, — Вижу, тебе уже легче, раз ты в состоянии вести дискуссии.

Чимин закусывает губу. Он не хочет, чтобы альфа уходил и это желание настолько отчаянное, что бьётся об стенки его организма где-то внутри.

— Останься ещё на немного, — просит Пак, — меня твой запах успокаивает.

— Ты его даже сквозь глушитель ощущаешь?

— Да.

— Тогда я правда не понимаю, в чем смысл этих таблеток.

Снова тяжёлый вздох. На этот раз вздыхает Юнги.

— Тебе там холодно, — произносит Чимин, — не надо таких жертв. Твоё здоровье намного важнее, чем наши принципы. Ложись со мной.

— Ты уверен? — с неким подозрением спрашивает Юнги.

— Да. Не думаю, что станет хуже. Все же глушитель должен подействовать, даже если мы все ещё будем ощущать друг друга.

Мин идёт вниз, за своим покрывалом и подушкой. Возможно, он вернулся слишком быстро и его шаги по лестнице были тяжелее обычного, потому что он наскоро переставлял ноги. Возможно, он краем мизинца ударился об дверной косяк и выругался громко. Но альфа ведь не признает того факта, что он счастлив вернуться в свою комнату. И главная причина заключается даже не в том, что внизу возможность простудиться намного больше.

Постель тёплая. У них с Чимином одно большое одеяло на двоих. До этого альфе приходилось укутываться в покрывало. Странное ощущение возникло в тот момент, когда Юнги снова оказался в своей кровати. И ведь он уже был здесь даже после того, как они стали спать отдельно. Сейчас же, однако, ощущения были другими. Словно ничего не изменилось. Словно все было как раньше. 

Пак слышит сопение рядом. Юнги отвернут в другую сторону, Чимин — тоже. Но даже так омега не может сдержать улыбки. Он закрывает глаза, чувствуя, как проваливается в сон.

Честно, никто не может объяснить, почему под утро они оба спят в обнимку, прижавшись друг к другу, словно на кровати совсем нет места. На самом деле, места там полно, но их притянуло друг к другу. Подобно плюсу и минусу.

И это ощущение совершенно неповторимое. Юнги обнимает Чимина сзади, до упора. Также полностью повторяет изгибы его тела своим, приткнувшись к нему как котенок к хозяину. У Пака на лице улыбка и руки небольшие на ладонях Мина. Старший дышит куда-то в шею, носом в неё уткнувшись. Не получая достаточно кислорода, а буквально дыша Чимином.