161/162/163/164/165/166/167 Конец

Экстра : Назад в школу (часть V ) // 161

«Почему ты встал так рано?» Бянь Жошуй посмотрел на меня полузакрытыми глазами.

"В школу!"

Бянь Жошуй поставил стаканчик с ополаскивателем на полку, повернулся ко мне и сказал: «Разве я не говорил, что мне не нужно, чтобы ты меня подвозил? Я могу сам доехать».

Я потянулся и в шутку сказал: «Кто сказал, что я тебя подвезу?»

Бянь Жошуй был ошеломлён: «Итак, ты говоришь... в школу...»

«Я сказал, что хожу в школу ради собственного блага. Какое это имеет отношение к тебе? Я хочу повторить свои школьные знания. Разве это не нормально?», сказал и напевая, приблизился к Бянь Жошуйю. Когда он увидел моё выражение лица, он быстро побежал к двери. Я также намерено наблюдал за его ногами. Они были довольно ловкими! Его способность к восстановлению становится всё сильнее и сильнее.

«Ты действительно идёшь?!» Бянь Жошуй увидел, как я выхожу со школьной сумкой за спиной, и на его лице отразилось неописуемое удивление.

«Завтра я буду занят подиумным дефиле. Сегодня у меня свободный день, так что я могу заодно пройтись по школе!»

Я похлопал Бянь Жошуя по спине и призвал его поторопиться.

Бянь Жошуй обернулся, посмотрел на меня и нерешительно сказал: «Поезжай домой как-нибудь, когда будет время. Тётя давно не приходила, а ты не хочешь...»

«Стой!» Моё лицо тут же потемнело.

На самом деле, я заметил, что в моём доме, кажется, не было никакого движения, больше недели. Моя мать обычно приходила каждые два-три дня, осматривалась, а затем уходила через короткое время. Прошло так много времени, после её последнего визита, я стал думать о ней, я чувствовал противоречивые чувства. Я хотел вернуться и посмотреть, но я не знал, какую причину найти.

Мои родители стали узлом в моём сердце. Я не хочу говорить об этом сам и не хочу слышать, как другие говорят об этом. Я не знаю, как долго продлятся эти напряжённые отношения сними, и смогу ли я пообедать дома перед началом учёбы.

«Теперь, когда ты заработал немного денег, просто купи что-нибудь и иди посмотри, как они...» - тихо пробормотал Бянь Жошуй. «Я знаю, что ты не хочешь этого слышать, поэтому я больше ничего не скажу...»

Я не ответил ему. Я думал о своих делах, не успев опомниться, сел на велосипед и поехал в школу.

«Сун Тяньлу, твой телефон звонит!»

Я взял сумку с телефоном Бянь Жошуя и собирался достать свой телефон, когда рядом со мной появилась фигура и сказала мне саркастическим тоном: «Не ищи меня. Я вызвал такси, но оно зависло».

Я посмотрел на Сяо Вэй, который был одет в яркую и красивую одежду, и моё сердце наполнилось смятением. Как будто я внезапно вспомнил что-то, но не мог вспомнить это полностью.

«Зачем ты здесь?» - спросил я небрежно.

Сяо Вэй скривил губы, взял сумочку в руку, огляделся и сказал: «Я пришёл в школу. Боюсь, Сяо Шуйю будет одиноко в классе одному».

Сказав это, Сяо Вэй с лукавой улыбкой положил руку на плечо Бянь Жошуя.

Я сосредоточил взгляд на руке Сяо Вэя и подбородком подал ему сигнал быть благоразумным. Сяо Вэй улыбнулся так, что ему захотелось, чтобы его избили, с выражением, которое говорило: «Что ты можешь сделать со мной на публике?» Наконец, я потянул сильнее, и рука Бянь Жошуйя оторвалась от сиденья, и он врезался в меня, а сломанный велосипед упал на землю.

Я потянул Бянь Жошуйя к их классу. Бянь Жошуй был вынужден двигаться вперёд, оглядываясь назад с тревогой: «Наш велосипед всё ещё стоит у ворот школы!»

«Ничего страшного, никому не нужен этот сломанный велосипед, возвращайся и помоги починить после уроков!»

Когда мы добрались до класса, я подтолкнул Хуан Жуйя к последней парте и сел слева от Бянь Жошуйя. Сяо Вэй откуда-то нашёл табуретку и сел справа от Бянь Жошуйя. Теперь весь класс наблюдал за нашим странным поведением и время от времени поглядывали на Бянь Жошуйя.

«Эй! Только что женщина с очень характерным взглядом несколько раз посмотрела на тебя», - Сяо Вэй ткнул меня.

«Где?» - рефлекторно спросил я.

Сяо Вэй указал пальцем в определённом направлении, и я посмотрел туда. Какая молодая леди! Её большая голова заслоняла половину солнечного света, её две ноздри были направлены вверх, её толстые губы двигались вверх и вниз, и она ела измельченную лапшу быстрого приготовления.

Я глубоко вздохнул, развернулся и ударил Сяо Вэя в живот.

Неожиданно Сяо Вэй увернулся и сильно передвинул парту. Мой кулак ударился об угол стола, и Бянь Жошуй среагировал быстрее меня. Он быстро отвёл мой кулак назад и потёр его руками. Он посмотрел на меня со страхом и спросил: «Сильно больно?»

«Хм!» Я притворился горьким, надеясь, что Бянь Жошуй прогонит нарушителя порядка, сидящего рядом со мной.

«Сяо Вэй, сядь рядом со мной, чтобы парту было не так легко опрокинуть», - спокойно сказал Бянь Жошуй.

Торжествующее выражение, которое я приготовил, застыло в одно мгновение, а затем я услышал претенциозный голос Сяо Вэя, читающего, страстный и звучный. Мне захотелось заставить его лечь на землю, но, увидев фигуру директора в дверях, я вдруг кое что вспомнил.

Никогда не приводи Сяо Вэя в школу. Если он придёт за тобой, постарайся остановить его.

Всё кончено, всё он в классе, и я не могу его теперь оттащить. Нельзя считать, что я его сюда привёл! Но мы с Сяо Вэйем сидим так близко, что директор точно не поверит, что мы не пришли вместе.

По сравнению со мной наш классный руководитель был довольно спокоен и неторопливо вошёл в класс. Пройдя два ряда, он прошёл по проходу в нашу сторону и бросил на Сяо Вэя и меня предостерегающий взгляд, давая нам понять, чтобы мы не создавали проблем. Но я чувствовал, что он, должно быть, обеспокоен.

Я так же читал вслух рядом с Бянь Жошуем, чтобы привлечь внимание Сяо Вэя. Поскольку я обнаружил, что Сяо Вэй хочет повернуться и поговорить с девушкой, чтобы девушка случайно не раскрыла секрет, мне пришлось притвориться глупым.

Мой голос заглушал всех остальных в классе, и Сяо Вэй наконец начал смотреть на меня, как будто смотрел шоу. Я быстро поболтал с ним, подхватывая темы, которые могли бы его заинтересовать, и шум был таким громким, что Бянь Жошуй, который сидел в середине, чуть не заполз под стол, чтобы декламировать.

Наконец, чтобы убедиться, что всё идет хорошо, я потянул Сяо Вэя за рукав и сказал: «Пойдём на детскую площадку и поиграем в баскетбол. В этой комнате так скучно».

Сяо Вэй покачал головой и, что-то жуя, сказал: «Я не пойду. Я хочу послушать лекцию Тан Яня».

«Посмотри, как мало чего ты добился. Ты ещё ничего не сделал, но уже гоняешься за ним», - я намеренно спровоцировал Сяо Вэя.

Сяо Вэй не купился на мою уловку и небрежно сказал: «Это ты не имеешь амбиции. Тебе приходится следовать за другими в школу, Сяо Шуй, ты так не думаешь? Сяо...»

После того, как Сяо Вэй сказала это, я понял, что Бянь Жошуй уже стоял сзади с книгой в руке, с жалостливым выражением на лице. Расстояние между Сяо Вэйем и мной сократилось до самой близкой точки, я даже не заметил, что между нами стало на одного человека меньше.

Экстра : Назад в школу (часть VI ) // 162

После утренней самостоятельной подготовки многие студенты пошли завтракать. Сяо Вэй похлопал меня по плечу и спросил, прищурившись: «Скажи мне правду, что ты думаешь о Тан Яне?»

«Всё в порядке. Нет никаких признаков плохого поведения».

«Знаешь у меня нет высоких требований. Главное, чтобы он хорошо выглядел и не имел больших проблем с характером, этого достаточно».

«Какие аспекты характера ты имеешь в виду?» — спросил я.

«Просто говори правду и не пытайся лукавить».

«Э-э...» Я на мгновение потерял дар речи, не зная, как ответить, поэтому мне пришлось сменить тему.

«У тебя такие низкие требования, но ты не нашёл подходящего в университете?»

Сяо Вэй на мгновение остолбенел, а затем с улыбкой сказал: «А стоит ли вообще спрашивать? Я встречался с несколькими, но мы расстались».

Видя его таким спокойным, я почувствовал облегчение. Кажется, такой человек не застрянет в любви. Даже если бы он знал, что директор школы такой старый, это был просто вопрос принятия или непринятия. Не должно быть никаких сомнений, повредит ли это ему или нет.

Пока я играл с жалким маленьким ластиком Бянь Жошуя, я болтал с Сяо Вэем, не давая ему ни минуты свободного времени для общения с другими.

«Были ли у тебя "друзья" обеих полов?»

Сяо Вэй покачал головой: «У меня нет никаких чувств к женщинам».

Я сразу разозлился, когда услышал это: «Зачем ты тогда увёл так много моих девушек?»

После того, как я это сказал, класс, который изначально был не шумным, внезапно стал необычайно тихим. Один или два человека, которых я знал, начали шутить: «Я могу сказать, что это Сун Тяньлу. Ты снова рассказываешь о своей истории любви. Я не ожидал, что у эксперта по любви, как ты, будет такое позорное прошлое!». Парень рядом добавил: «Почему он просто не может признать поражение! Я помню, разве брат Сун не преклонил колени перед моей невесткой, когда он её преследовал? Говорят, что брат Сун так же принёс букет роз в тот день, ту-ту-ту...»

«О какой невестке вы говорите?»

«Ха-ха... да, я забыл подчеркнуть, это была прекрасная Фу Цзыюнь...»

В одно мгновение все парни в классе начали шуметь.Это было так глупо, что я покрылся холодным потом, просто слушая это. Я повернул голову, чтобы посмотреть на Бянь Жошуя, который всё ещё бормотал себе, держа книгу, как будто ничего не слышал. Я сразу почувствовал облегчение, так как, казалось, он не принял это близко к сердцу.

Класс вскоре затих. Следующим был урок английского языка, и учитель английского уже пришёл. Бянь Жошуй тоже откинулся назад и поменялся местами с Сяо Вэем, который важно прошел в конец класса и встал там.

Поскольку было много новых лиц, учитель не обратил особого внимания на Сяо Вэя, думая, что он стоит сзади просто потому, что сонный. Я видел, что Сяо Вэй стоит очень честно, поэтому я не обратил на него особого внимания, но переключил своё внимание на Бянь Жошуйя.

Сидя за одной партой с Бянь Жошуем, я вдруг почувствовал необъяснимое волнение, как ученик начальной школы с новым портфелем, впервые идущий в школу. Я толкнул Бянь Жошуя под руку и прошептал: «Ты будешь отвлекаться, если я буду здесь?»

Бянь Жошуй не ответил мне, но последовал за учителем, чтобы прочитать слова. Я был немного смущён, и когда Бянь Жошуй закончил читать, я снова задал тот же вопрос, но Бянь Жошуй игнорировал меня.

«Даже если ты хочешь доказать, что ты полностью сосредоточен, тебе не нужно быть таким серьёзным!»

Я привычно потянул Бянь Жошуя за руку, но он спокойно отмахнулся. Он так и не сказал ни слова, даже не взглянул на меня.

Я медленно понял, что что-то не так. Даже когда он обсуждал что-то с соседом по парте, он даже не повернул голову. Он только что разговаривал с Сяо Вэйем во время утреннего самостоятельного обучения, но теперь он молчит. Он делает это намеренно?

Я подтолкнул Бянь Жошуя под локоть и спросил с улыбкой: «Что случилось? Почему ты меня игнорируешь?»

Бянь Жошуй ничего не сказал, его глаза тупо уставились на книгу на столе. Я знал, что он её не читает. Он не ответил на мой вопрос, это означает лишь то, что он был расстроен.

Я сразу вспомнил, как дразнили меня эти два парня только что. Может быть, из-за этого? Это не должно быть так серьёзно! Бянь Жошуй никогда не смотрел на меня холодно из-за этого. Может быть, на этот раз он больше не может притворяться?

Я немного поразмыслил, затем повернул голову, чтобы посмотреть на Бянь Жошуя, и осторожно спросил: «Это из-за того, что только что сказали эти двое парней?»

Рука Бянь Жошуя, переворачивавшая страницы книги, внезапно дрогнула, доказав, что моя догадка была верна.

«Послушай, я не вставал перед ней на колени, и у меня не было так много подружек», — быстро объяснил я.

Бянь Жошуй снова не ответил и продолжил заниматься своими делами, как будто меня не существовало.

Я вдруг почувствовал, что выражение лица Бянь Жошуйя, когда он злился, было ещё прекраснее, чем когда-либо. Его красивое личико было напряжено, а губы плотно сжаты, как будто он столкнулся с могущественным врагом. Я не мог не смеяться рядом с ним.

Бянь Жошуй отреагировал только тогда, когда услышал мой смех, и повернул голову, чтобы посмотреть на меня. В этом взгляде был явный гнев. Я снова положил руку ему на ногу, намеренно потирая её, намеренно перемещая её к опасной части. Наконец, Бянь Жошуй не выдержал, внезапно встал и пошёл в конец класса вместе с Сяо Вэем.

После урока я поспешил к Бянь Жошую, но он прошёл мимо меня, словно не заметил, и вернулся на своё место, не сказав ни слова.

«Ты действительно сердишься?» — шутливо спросил я, положив руку на плечо Бянь Жошуйю.

Бянь Жошуй некоторое время молчал, вероятно он видел, что я всё время смотрю на него, поэтому он поднял глаза и сказал: «Нет, я просто не хочу мешать тебе слушать».

«Теперь, когда урок окончен, мы можем поговорить?» Я придвинул стул и уставился на Бянь Жошуя, желая рассмеяться.

Бянь Жошуй глубоко вздохнул, достал ручку и начал писать и рисовать на бумаге. Выражение его лица и поведение полностью выдавали его мысли, но он всё ещё держался.

Я думаю, что с Бянь Жошуйем всё в порядке, если он всё ещё злится, когда вернётся домой, я постараюсь его утешить. Теперь я должен сначала позаботиться о Сяо Вэйе, следующий урок - урок директора, я планирую забрать Сяо Вэйя после урока, для меня не будет иметь значения, придёт ли он снова в будущем, если на этот раз всё пойдет не так.

Редко когда директор был таким расслабленным в этом классе. Обычно он преподавал дотошно, и выражение его лица было очень серьёзным. На этот раз он притворился нежным старшим братом, от чего мне захотелось блевать. Я обнаружил, что Сяо Вэйю, похоже, действительно понравился директора. С того момента, как он вошёл в класс преподавать, Сяо Вэй стал очень честным и слушал с большим интересом.

Я думаю, ученики в классе должны быть счастливы от редкого приятного урока, который вёл директор. Они и не подозревали, что нежные глаза учителя были направлены на одного человека.

«Ученики и ученицы, посмотрите на эту схему. Треугольник ABCD и прямоугольник...»

"Хахаха..."

В тот же миг класс взревел от смеха, и даже Бянь Жошуй не удержался и скривил губы. Одна девочка проявила большую смелость и прямо встала и сказала директору: «Учитель, у треугольника всего три угла, как может быть четыре буквы ABCD?»

Как только она закончила говорить, класс снова разразился смехом. Директор редко хмурился, потому что выражение его лица было настолько смущающим, что он не мог перестать улыбаться.

Когда занятия закончились, я пошёл искать Сяо Вэя. Он где-то одолжил пару ракеток для настольного тенниса и сказал мне: «Пошли играть. Я не могу больше оставаться в классе».

«Ты умеешь играть в настольный теннис?» — спросил я Сяо Вэя.

«Нет!» — прямо сказал мне Сяо Вэй.

«Тогда зачем тебе нужна ракетка для настольного тенниса?» Я был в ярости.

«Других оправданий нет! Ты не можешь просто сидеть здесь вечно и не иметь возможности говорить».

«У Тан Яня есть баскетбольный мяч. Он часто играет в баскетбол. В противном случае я вызову его, и мы втроём сможем поиграть вместе...»

«Нет!» — Сяо Вэй немедленно отверг это.

Я был немного сбит с толку, поэтому спросил Сяо Вэя: «Почему?»

Сяо Вэй посмотрел на меня, вздохнул на ходу и сказал: «Я не могу этого объяснить. Я всё-таки чувствую себя немного далёким от профессии учителя... Если бы его не было в школе, возможно, я бы чувствовал себя более комфортно...»

Я не совсем понял, что он сказал, но мне было всё равно. В любом случае, было хорошо выйти, лучше чем видеть Сяо Вэйя болтающим с людьми в классе. Я мог бы играть здесь ещё два урока, а затем у Бянь Жошуя закончились бы уроки, и мы покинули бы школу, чувствуя полное облегчение.

«Сначала подожди меня у теннисного стола. Я схожу в туалет и вернусь через некоторое время».

Закончив разговор с Сяо Вэем, я направился в общественный туалет. В туалете я столкнулся со старым одноклассником, который курил там. Я подошёл, чтобы поболтать с ним некоторое время, затем быстро закончил и вышел.

Когда я вышел, я случайно увидел Сяо Вэйя, разглядывающего что-то на школьной доске объявлений. Я вспомнил, что доска была полна почётных списков, восхваляющих некоторых одноклассников и учителей...

Внезапно я остолбенел. Там должен быть Тан Янь, а ниже его личная информация и почести. Когда я подумал о его личной информации, всё, что я мог вспомнить, была дата его рождения, и я мгновенно окаменел.

Я раздумывал, стоит ли мне подойти, но Сяо Вэй повернул голову, посмотрел на меня и помахал мне рукой.

Я поправил дыхание и утешил себя: «Что в этом такого! А вдруг он узнает? Максимум, он ударит меня пару раз, так что это не будет большой потерей...»

«Почему на фотографии, сделанной тогда, Тан Янь выглядит старше, чем сейчас?» Сяо Вэй указал на фотографию и рассмеялся.

Мне немного стыдно. С таким зрением он может быть пилотом?

Я отреагировал очень быстро. Пока глаза Сяо Вэя не двигались вниз, я быстро отвёл его в сторону и нетерпеливо сказал: «Что ты смотришь? Что в этом хорошего?»

«Подождите-ка!» Сяо Вэй указал на следующую строку и пробормотал: «Дай-ка я ещё раз посмотрю. Его родительский дом тоже здесь. Разве ты не говорил, что не видел его родителей? Я думал, его сюда занесло...»

Я знаю, что нет нужды тянуть его. Даже если он не знает сегодня, он узнает это рано или поздно. И по поведению Сяо Вэя в последние несколько дней я вижу, что он действительно серьёзен. Это не похоже на игривое чувство раньше. Он очень осторожен во всех аспектах. Я не знаю, что ему нравится в Тан Яне, и не понимаю, сколько золота в их молниеносных отношениях, но я всегда чувствую, что часть серьезности Сяо Вэя исходит из его доверия ко мне.

Я бы хотел быть как раньше, ругать кого-то, драться с кем-то, никогда не думать о том, правильно это или нет, просто ради удовольствия. Но теперь я изменился и чувствую себя благородным, особенно после того, как я с Бянь Жошуем, это чувство стало всё более и более интенсивным.

Как и ожидалось, Сяо Вэй молчал. Я невольно отступил назад, а затем услышал ругательство спереди. Затем Сяо Вэй повернул голову и посмотрел на меня, стиснув зубы.

«Ты на самом деле солгал мне! Разве ты не говорил, что ему 24? 24!!!!» Сяо Вэй яростно постучал в стеклянное окно над цифрой 24: «Почему я не слышал, чтобы кому-то, родившемуся в 1968 году, было 24 года? Сначала я не думал, что ему 24 года, думал, может, потому, что он выглядит старше, но кто знал, что он на 13 лет старше? Как мне теперь жить!!»

«Почему 13?» — не удержался я, держа Сяо Вэя за руку, которая держала мой воротник.

Сяо Вэй совсем сошёл с ума и накричал на меня: «Он родился в 1968 году, разве ему не 32? Он на 13 лет старше меня! Чёрт! Я и так расстроился в начале из-за разницы в 5 лет!»

Когда я услышал, что он недооценил 10 лет, меня прошиб холодный пот. Сяо Вэй всё ещё бил меня. Не знаю, был ли он действительно зол или просто вымещал на мне злость! Но он должно быть так зол, что ошибся на такую маленькую цифру.

Учитель, мне жаль тебя, просто прими свою судьбу! Я всё время повторял себе. Если Сяо Вэй вдруг поймет, что между вами разница в возрасте 23 года, интересно приведёт ли он своего отца, чтобы свести с тобой счёты.

Экстра : Возвращение домой (часть I ) // 163

Сяо Вэй ушёл с налитыми кровью глазами. Я играл в настольный теннис у стены в одиночестве, мне было ужасно скучно. Наконец удалось выждать время. Я посмотрел на часы и увидел, что урок почти закончился, поэтому я направился к классу Бянь Жошуйя. Как только я дошёл до лестницы, я увидел, как наш директор торопливо спускается вниз.

«Что происходит?» Наш директор посмотрел на меня, и на лбу у него выступил пот. «Почему он только что позвонил мне, назвал меня лжецом и сказал, что нам больше не нужно связываться друг с другом?»

Сяо Вэй действительно быстр! Я не мог не вздохнуть и сказал директору с жалостью: «Это действительно не моя вина. Я пошёл в туалет, а он подошёл к табло, чтобы посмотреть информацию о твоей награде. Он обратил внимание на дату твоего рождения!»

«Только из-за этого?» — спросил меня директор, тяжело дыша.

Я никогда не видел его таким встревоженным. Неужели он действительно тронут? Я всё ещё думал, что сам директор был довольно непредвзят.

«Что в этом такого? Я могу просто вырастить его как своего сына!»

Я дважды усмехнулся, похлопал его по плечу и сказал: «Тогда иди скорее найди своего сына. Может, станешь его "внуком" позже». Директор кивнул и спустился вниз.

Я не вернулся в класс, а вытащил стул и сел у двери, ожидая Бянь Жошуя. До конца учебного дня оставалось всего десять минут. Я посмотрел на него. Он послушно сидел на своём месте. Я не мог ясно увидеть его лицо, но интуитивно чувствовал, что он в плохом настроении.

Может быть, он действительно ревнует? Или, может быть, он всегда ревновал с самого начала и до сих пор, но на этот раз он просто не мог этого вынести. Вспоминая сердитое выражение лица Бянь Жошуя, я на самом деле чувствовал извращённое психологическое удовольствие.

Бянь Жошуй был очень тихим всю дорогу. Обычно он всегда говорил о пустяках позади меня. Тогда я просил его не шуметь, но он просто игнорировал меня. Теперь я говорил без остановки, а он просто издавал небрежные звуки позади меня. Я на самом деле надеялся, что он будет отвечать чаще, чтобы я перешёл от раздражения к возбуждению.

Когда мы зашли в квартиру, Бянь Жошуй был всё ещё в плохом настроении, поэтому я не позволил ему готовить. Вместо этого я отвёл его в лапшичный магазин внизу и заказал две миски рамена. Он молчал от начала до конца. Когда он ел лапшу, у него, очевидно, не было аппетита. Я закончил есть, но он откусил только несколько кусочков.

«Давай вернёмся!» Бянь Жошуй посмотрел на меня, увидев, что я закончил есть.

Я посмотрел на лапшу в его миске и не встал. Вместо этого я приказал ему: «Поешь, пока!»

«Я сыт».

«Ешь, даже если ты сыт».

«Я больше не могу есть».

«Набивай желудок, даже если больше не можешь съесть!»

«...»

Бянь Жошуй внезапно посмотрел на меня с явным сопротивлением в глазах. Однако он никогда не сердился на меня, поэтому, столкнувшись с моим намеренным сопротивлением, он закусил губу и снова сел, чтобы плотно поесть.

Увидев его в таком состоянии, я немного расстроился, поэтому потянул его за руку, державшую палочки для еды, и скорректировал тон: «Я делаю это для твоего же блага. Не будь к себе строг. А вдруг потом ты проголодаешься? У тебя так много занятий».

Бянь Жошуй машинально кивнул и снова принялся яростно есть. Мне всегда казалось, что он ел нарочно, чтобы показать мне и назло, и мне было немного смешно.

«Если не можешь это есть, не ешь».

Услышав мои слова, Бянь Жошуй тут же остановился, встал и вышел. Я заплатил деньги и погнался за ним. Он шёл очень быстро, и когда я догнал его, он уже открыл дверь квартиры.

Бянь Жошуй положил сумку на диван и помчался в ванную. Я подумал, что что-то не так, и быстро погнался за ним. Как и ожидалось, он выблевал всю еду.

«Кто тебе сказал так быстро есть?» Я сердито протянул ему салфетку.

Как раз в этот момент у меня снова зазвонил мобильный телефон. Когда я поднял трубку, это был голос моего директора.

«Сун Тяньлу, пожалуйста, спаси своего наставника!»

«Я всё ещё в отчаянном положении, тебе придется постоять за себя...» Сказав это, я быстро повесил трубку.

Лицо Бянь Жошуя побледнело от рвоты, и он снова прополоскал рот, затем обошёл меня и направился в спальню. Я внимательно следовал за ним, думая, что он полежит на кровать на некоторое время, но он достал из сумки две книги и сел за стол, чтобы почитать.

«Умоляю тебя, можешь немного отдохнуть? Ты ведь не хочешь провалиться перед вступительным экзаменом в колледж, верно?» Я накрыла его книгу рукой.

Бянь Жошуй слабо потянул книгу и сказал мне: «Я так сильно отстаю. Я ничего не понял на занятиях за эти два дня...»

«Ты не можешь просто так держаться. Как ты можешь продолжать читать в таком состоянии?» — сказал я и потянул его к кровати.

Бянь Жошуй нахмурился и толкнул меня: «Я могу продолжать читать».

Я потерял терпение, бросил его на кровать и закричал: «Если ты сделаешь это ещё раз, я тебя побью!»

«Бей меня, я тоже себя ненавижу», — безучастно сказал Бянь Жошуй.

Люди всегда говорят, что старшеклассников нельзя легко провоцировать, и это действительно так. Прошло всего два дня, и с ним стало так трудно иметь дело. Я больше всего боюсь такого человека, который выглядит очень мягким на первый взгляд, но на самом деле очень упрям в своей сути. Иногда, как только его задевают, его трудно убедить.

«Что бы ты ни хотел, я выйду и не буду тебя беспокоить». Сказав это, я поплёлся спать на диван в гостиной.

Я не сделал ничего плохого. Если он действительно был зол из-за меня, значит, он недостаточно мне доверял. Даже если то, что сказали те двое парней, было правдой, это в прошлом. Теперь, если он не был бы в моём сердце и если было бы мне на него наплевать, я просто оставил бы его в покое!

Думая об этом, я закрыл глаза и приготовился ко сну. Я был полусонным, но чувствовал беспокойство, поэтому я пошёл в спальню, чтобы ещё раз взглянуть на него, делая вид что иду в ванную.

Я взглянул и увидел, что Бянь Жошуй лежит на кровати, радостно болтая с кем-то по телефону. Я стоял у двери и слышал несколько слов, все из которых были «твой брат, твой брат...» Я знал, что это Чай Сижань. Я мог смутно слышать жалобы Бянь Жошуйя, и он рассказал ей всё что беспокоило его сердце.

Ладно, хватит. Он не сказал мне, но рассказал другим. Он холодно посмотрел на меня, но в итоге смеялся вместе с другими.

Я чувствовал, как мои лёгкие вот-вот задымятся от злости. Я стоял у двери, стиснув зубы, желая связать его и избить кнутом, смоченным в воде с чили.

Но это была всего лишь фантазия, я знал, что не смогу этого сделать. Торопиться было бы слишком бессердечно, поэтому я мог только вернуться на диван в гневе, выкурить две сигареты и успокоиться.

Забудь об этом! Когда я тебе уступил, ты радостно общался с другими. Я просто не буду спрашивать.

Экстра : Возвращение домой (часть || ) // 164 ][ 18 +

Пять дней подряд я был занят на показе мод и не имел времени поговорить с Бянь Жошуем. Он ездил на автобусе в школу, а я ездил на метро на работу на неполный рабочий день. После работы, мы ели, поэтому я мог пойти домой, принять душ и леч спать.

Мы казались гармоничными, но на самом деле был большой кризис. Бянь Жошуй больше не должен был злиться, но у него просто не было возможности поговорить со мной. Иногда, когда он видел, что я открываю глаза во сне, он быстро выключал настольную лампу и ложился спать. Я проснулся утром в оцепенении и увидел, что у кровати никого нет.

Самое трудное время для меня, это период перед сном. Раньше мы спали в объятиях друг друга. Когда не могли уснуть, мы болтали и слушали музыку. Теперь между нами нет близости. Мне лень просить об этом. Он никогда не проявляет инициативу. Каждый раз когда мне некомфортно, он всё равно ведёт себя так, будто ничего не произошло.

После нашего пятидневного мероприятия Чжан Цици настояла, чтобы я пошёл и угостил её мороженым. Я думал, что смогу просто купить его в магазине, но она выбрала хорошее место. Она похлопала по кожаному дивану и попросила меня сесть.

Она, вероятно, думала, что выпускникам школ вроде меня нечем заняться, поэтому она с энтузиазмом рассказывала мне о некоторых событиях, произошедших за последние два года. Она рассказывала о том, что у неё был парень, как она с ним рассталась и как ей было грустно. Я был сыт ею по горло, но не знал, как отказать. Наконец, видя, что уже поздно, я отправил сообщение другу и попросил его позвонить мне и убедить меня уйти.

«Мама, я скоро буду дома», — серьёзно кивнул я.

«Э-э... с кем ты разговариваешь...»

Я быстро повесил трубку, попрощался с Чжан Цици и поспешил домой. Было уже больше девяти вечера, когда я открыл дверь, и Бянь Жошуй сидел на диване в оцепенении.

«Извини, у меня была встреча, и я вернулся поздно», — я намеренно откашлялся.

Выражение лица Бянь Жошуя изменилось, и он сказал мне: «Всё в порядке, я тоже только что вернулся».

Я стиснул зубы, сделал несколько шагов к нему, присел, посмотрел на него и спросил: «Извини, чем ты был занят?»

«Я возвращаюсь так поздно в последние дни, но ты приходишь ещё позже меня, так что ты не знаешь».

Я был ошеломлён, и огонь в моём сердце тут же поднялся. Моя рука прошлась по его ногам к его лицу, и я спросил сквозь стиснутые зубы: «Я спросил тебя, где ты был?»

«Учитель давал мне дополнительные уроки бесплатно, потому что я сильно отстаю».

После того, как Бянь Жошуй закончил говорить, он встал и пошёл в комнату. Мой разум был в смятении, и я внезапно почувствовал себя немного виноватым. Я почти не обращал на него внимания в последние несколько дней. На самом деле, небольшая подработка заняла так много времени. Иногда мне становилось плохо, когда я видел, как он замолкал.

Я думал вернуться в комнату, чтобы пожать ему руку и помериться, но он так усердно читал, что у меня не хватило духу его отвлекать. Потом я уснул, ожидая.

Мне приснилось, что моя мать внезапно умерла. Когда я вернулся, я увидел, как мой отец сжигает бумагу. Я разрыдался. Когда я вернулся в комнату, я увидел, что моя мать действительно умерла. Мой отец сказал мне, что её давно похоронили.

Я проснулся от сильной боли и вздохнул с облегчением, когда проснулся, к счастью, это был всего лишь сон. В комнате было темно, лицо Бянь Жошуя было близко ко мне, он мирно спал...

Я вдруг почувствовал панику в своём сердце, не знаю почему, я протянул руки и обнял Бянь Жошуя. Он почувствовал это и изо всех сил попытался открыть глаза и посмотреть на меня.

«Мне приснилось, что моя мать умерла», — безучастно сказал я.

Бянь Жошуй коснулся моего лба и сказал: «Сон и реальность — противоположности. Это ты скучаешь по моей тёте. Поезжай домой и повидайся с ней завтра».

«Да!» Я кивнул и положил голову на грудь Бянь Жошуйя.

Когда мы оказались рядом друг с другом, я быстро успокоился, и моё тело начало отвечать.

Я медленно снял с Бянь Жошуя пижаму с короткими рукавами и поцеловал его, касаясь его гладкой груди. Я целовал его так безумно, и дыхание Бянь Жошуя стало тяжелее. Пяти дней было достаточно, чтобы задушить меня, поэтому мои движения стали тревожными.

«Впусти меня скорее, я умираю от желания это сделать...» — сказала я, тяжело дыша и раздвигая его ноги.

В этот момент внезапно зазвонил телефон. Если бы это было в любое другое время, я бы точно громко выругался и выключил телефон. Но телефон зазвонил так поздно ночью. Неужели действительно произошло что-то неожиданное, как я думал...

«Алло, Сун Тяньлу? Хе-хе... ты спишь? У меня бессонница... Эх...»

Бянь Жошуй также узнал женский голос в телефоне. Я вздохнул с облегчением и сказал "я сплю..." злобным тоном, прежде чем повесить трубку.

«Кто?» — тихо спросил Бянь Жошуй.

Я глубоко вздохнул и честно ответил: «Чжан Цици...»

Хотя свет в комнате был выключен, я мог видеть изменение в выражении лица Бянь Жошуя. Действительно, было немного неразумно звонить так поздно.

Когда я попытался прикоснуться к Бянь Жошуйю, он сразу же перестал сотрудничать. Мне было не по себе, от удушья в нижней части тела, поэтому мне пришлось пойти на компромисс и умолять Бянь Жошуйя: «Сяо Шуй, я был неправ, это действительно ничего, ей просто было скучно... Я скучаю по тебе, я действительно так сильно скучаю по тебе...»

Видя, что Бянь Жошуй немного потрясён, я тут же воспользовался возможностью, чтобы скользнуть языком в его самое уязвимое место, обхватил его ртом и пососал вверх и вниз. Ему было очень комфортно, и он внезапно сжал мою руку.

«Ты слишком расстроен?» Я поднял глаза и одарил его озорной улыбкой.

Бянь Жошуй отвернулся, словно презирая мои поддразнивания. Когда я коснулся его лица, оно было обжигающе горячим.

«Почему ты злился на меня и игнорировал меня несколько дней назад?» Я намеренно остановился.

Бянь Жошуй не осмелился открыть рот, чтобы заговорить, вероятно, потому, что боялся, что его голос изменится. Я намеренно держал его в подвешенном состоянии, покусывая хрупкую территорию зубами. Он тут же фыркнул, сдаваясь, и сказал: «Я не знаю, я просто не могу себя контролировать... ах... не кусай...»

Накопленная за последние пять дней страсть вырвалась наружу этой ночью. Я не знаю, сколько раз я просыпался и делал это снова. Наконец, уже почти рассвело, и я услышал изменившийся голос Бянь Жошуйя, умоляющий меня : «Нам ещё нужно пойти на занятия, хватит...»

Экстра : Возвращение домой (часть ||| ) // 165

На следующее утро я поехал домой на такси. Я также посетил несколько мест, которые специализируются на продаже витаминов добавок, и купил немного еды, подходящей для людей среднего возраста. Я вёз их домой в больших и маленьких сумках.

Внезапно я почувствовал, что это было совсем не похоже на возвращение домой, а скорее на посещение родственников. Возможно, это моя вина заставила мою семью чувствовать себя немного более странно и тревожно.

Я думал, что моих родителей не будет дома, когда я поеду утром, но когда я пришёл домой, я обнаружил, что моя дверь открыта. В доме были слышны голоса людей, разговаривающих друг с другом, и это был не один человек.

Моё сердце сжалось, и я вошёл прямо. Моя троюродная тётя шла мне навстречу, она пила воду. Когда она увидела, что я радостно вхожу в дом, она сказала кому-то: «Тяньлу вернулся».

Затем из комнаты вышли четыре или пять человек, все они были родственниками, с которыми я обычно не общался. Мои руки немного дрожали, и я машинально положил все вещи, которые держал в руках, на пол.

«Почему вы все здесь?» — спросил я с тяжелым сердцем.

Моя троюродная тётя ела торт и невнятно сказала: «Твоя мама... перенесла операцию и только что выписалась из больницы. Пойдем посмотрим...»

Операция? Моё лицо побледнело, и я поспешил в спальню матери. Моя троюродная тётя остановила меня на полпути и прошептала: «Не входи. Она только что уснула, и рана пока болит. Она наконец-то справилась».

«Зачем ей делать операцию?» Я так волновался, что вспотел.

«Это...» Моя троюродная тётя неловко улыбнулась и посмотрела на остальных. У них тоже были такие выражения лиц, будто они не могли ничего сказать.

Я кажется догадывался и сказал своей троюродной тёте: «Ничего страшного, я уже такой старый, я думаю что-то знаю!»

«Сегодня дети знают всё», — вздохнула моя троюродная тётя.

Наконец, коллега моей матери из отделения сказала мне: «У твоей матери была опухоль матки, и несколько дней назад ей её удалили. Твоя мать сказала, что ты остановился в доме твоего одноклассника, поэтому она не сказала тебе, потому что боялась, что ты будешь волноваться...»

"О..." Я почувствовал небольшое облегчение. Хотя я не понимал эту болезнь, по крайней мере я знал, что с моей мамой теперь всё в порядке.

Те родственники и коллеги моей мамы болтали снаружи, шутили со мной и спрашивали, есть ли у меня девушка. У меня не было настроения для этого, поэтому я отвечал наугад. Я вообще не мог стоять снаружи и обходил дверь бесчисленное количество раз.

«Говори тише и заходи, всё в порядке...» Моя троюродная тётя помахала мне рукой.

Я толкнул дверь как можно медленнее, затем на цыпочках вошёл. Лицо моей матери было бледным, а мой нос болел. Я вспомнил, что моя мать приходила ко мне несколько дней назад, и тогда она выглядела очень энергичной, но сейчас она выглядит гораздо более изможденной.

Теперь я думаю об этом и чувствую себя мудаком. Мне следовало навещать их чаще. Это я делал то, что было для них неприемлемо, и я все же хотел, чтобы моя мама навещала меня с улыбкой на лице каждый раз.

Мама, казалось, проснулась и посмотрела на меня открытыми глазами, удивленная.

«Ты? Я думала, это твоя троюродная тетя».

«Я тебя разбудил?» — спросил я тихим голосом.

Мама улыбнулась и сказала хриплым голосом: «Нет, я вообще не смогла заснуть . Эти девчонки были слишком шумными. Я закрыла глаза, чтобы они вышли из комнаты»

«О...где мой папа?»

«У твоего отца всего одна неделя отпуска, и теперь ему нужно вернуться».

Я кивнул и больше не задавал вопросов, боясь, что мама ослабла и устанет, если я буду слишком много говорить. Глядя на подарочные коробки и фруктовые корзины всех размеров, расставленные в комнате, мне стало плохо от мысли, что мама болела так много дней, но я узнал об этом только сейчас.

«Мама, я вернусь и останусь на несколько дней, и позабочусь о тебе».

Я приложил много усилий, чтобы сказать это, в конце концов, я знал, что мой отец никогда не позволит Бянь Жошуйю приехать. Поэтому оставшееся время отпуска пришлось пожертвовать. В конце концов, впереди еще было бесчисленное количество отпусков, а моя мама болела и нуждалась в уходе, что было неотложным делом.

Моя мать выглядела очень счастливой, но она всё равно насмехалась надо мной, говоря: «Ты единственный, кто знает, как заботиться о других.Когда ты вернешься, я буду выздоравливать медленнее »

Я скривил губы и намеренно сказал: «Тогда я уйду. Ты всё равно меня не приветствуешь». Я просто пошутил, но не ожидал, что лицо моей матери немного изменится. Этот слегка встревоженный взгляд заставил моё сердце затрепетать. Неужели я был слишком беспечен раньше? Я не замечал, что моя мать на самом деле так ценила моё существование. Когда я был ребёнком, я боялся, что мои родители бросят меня, но когда я вырос, это родители стали бояться, что их дети уйдут.

«Мама, прости меня...» Я не удержался и снова извинился.

Мама вздохнула и с трудом проговорила: «Ты все еще извиняешься передо мной, ты... ах... ты совсем вырос, тебе там хорошо живётся?»

«Там не так хорошо, как дома».

Было бы ещё лучше, если бы мы могли вернуть Бянь Жошуя домой. Но я не осмелился сказать это.

«Тогда оставайся ещё на несколько дней. Ты собираешься пойти в университет, так что если что-то понадобится, мы купим. Не трать деньги семьи. Если ты так сделаешь, какой смысл нам зарабатывать деньги...»

«Мама, перестань говорить и отдохни как следует. Не беспокойся обо мне».

Моя мать хотела перевернуться, что, вероятно, было довольно трудно, поэтому я поспешил ей помочь. Одно это движение заставило её лицо побледнеть от боли, и я чуть не заплакал рядом с ней.

Моя мать закрыла глаза и ничего не сказала. Иногда её рана болела, и она хмурилась и терпела. Когда я видел, как моя мать вдыхает, я больше не мог сидеть на месте и стоял там в тревоге. Больше часа моя задница едва касалась стула.

Позже мама, похоже, действительно уснула. Я слышал её ровное дыхание и на её лбу сверкали капли пота. Не знаю, сколько дней она не спала нормально. В прошлый раз у меня была повреждена рука, но она болела так сильно, что я не мог нормально спать несколько дней. Более того, мама что-то удаляла из своего тела, и я не знаю, какую боль она испытывала, когда недавно её прооперировали.

Я вздохнул, тихо вышел и поздоровался с этими родственниками. Моя троюродная тётя сказала мне, что моя семья наняла женщину, которая в эти дни заботилась о моей матери. Я не обратил внимания, когда она пришла, думая, что это какая-то дальная родственница, которая пошла за продуктами. Все эти люди обедали у меня дома в полдень.

Мой отец не вернулся в полдень, и родственники за столом ели с удовольствием, как будто кто-то женится. Я не мог съесть ни кусочка риса, поэтому я взял куриный суп и накормил им маму. У мамы тоже не было особого аппетита, поэтому она просто нехотя выпила маленький глоток.

После еды мама просто смотрела на меня неподвижно, как будто мы не виделись много лет. Я долго держал телефон в руке и ждал, и наконец не смог удержаться, чтобы не сказать: «Мама, я собираюсь позвонить и скоро вернусь... Я просто хочу сказать Сяо Шуй...»

«Иди...» Мама улыбнулась мне.

Я тихонько вышел на балкон и позвонил Бянь Жошуйю. Казалось, он ждал звонка уже долгое время. Как только я позвонил, звонок прошел.

"Алло......"

Я глубоко вздохнул и сказал подавленным голосом: «Сяо Шуй, я, возможно, не смогу вернуться домой в течение нескольких дней. Я...»

С другого конца звонка раздался слегка встревоженный голос Бянь Жошуя: «Что случилось? Дома что-то случилось?»

«Нет, у моей мамы была операция, и она только что выписалась из больницы. Я хочу позаботиться о ней несколько дней».

«А... Тётя заболела, так что тебе не нужно возвращаться. Просто позаботься о ней там».

«Тогда ты...» Я колебался, не зная, как начать разговор о том, чтобы не пускать его сюда, потому что я знал, что он определенно хотел приехать к моей маме, а я беспокоился за отца...

«Я знаю, я не приеду... передай что хотел поздороваться с тётей...»

Я даже мог представить себе его печальное выражение лица, когда я услышал, что он сказал. Моё сердце внезапно разорвалось, и я почувствовал неописуемую боль. Я знал, как сильно Бянь Жошуй хотел увидеть мою мать, но я эгоистично лишил его этого права только потому, что боялся, что моя мать будет встревожена или мой отец поднимет шум, узнав об этом.

Экстра : Возвращение домой ( часть IV ) // 166

Днём эти шумные родственники наконец ушли, разговаривая и смеясь. Я остался в спальне с мамой, не позволяя помощнице делать ничего из того, что я мог бы сделать сам, и день пролетел быстро.

Мой отец вернулся вечером, переобулся и пошёл прямо в спальню. Когда он открыл дверь и увидел меня, я не мог сказать, было ли на его лице выражение отвращения или неприязни, но, короче говоря, он был нежеланным гостем.

Я сказал «Папа» и сел рядом с мамой, не говоря ни слова. Я уже подготовился морально, как бы он меня ни оскорблял или ни высмеивал, я просто послушно слушал, чтобы не беспокоить маму.

«Ты... вынесла вещи на улицу?» — спросил мой отец.

Она кивнула: «Да...»

Затем мой отец тихонько переоделся, подошёл и прикоснулся ко лбу моей матери, а когда увидел, что она в хорошем состоянии, закрыл дверь и вышел.

«Что он имел в виду?» Я подмигнул матери.

Моя мать улыбнулась и слабо сказала: «Он... кто знает, о чём он думает целый день? Только он знает».

Я улыбнулся, мысленно прокручивая в голове выражение лица отца, когда он вошёл в комнату, чувствуя, как тяжелый камень давит на моё сердце. Я не знал, что имел в виду отец, задавая этот вопрос, но я был удивлён, что он не воспользовался возможностью высмеять меня.

«Я не думала, что ты так вырос...» Мама вздохнула, держа меня за руку, и сказала: «Я помню, что раньше ты не мог усидеть на месте ни минуты, а теперь ты такой терпеливый. Когда ты был ребёнком, ты играл дома, а мне ставили капельницу. Я чувствовала себя сонной и сказала тебе: «Сяо Лу, вода в бутылке почти закончилась, разбуди меня». Знаешь, что ты сказал?»

Я улыбнулся, ничего не сказав, но в глубине души я это ясно знал.

«Ты сказал: «Мне всё равно, просто сначала налей воды, а потом иди спать... Хе-хе...» Моя мать рассмеялась: «Я тогда на тебя разозлилась...»

«Разве я это сказал?» Я намеренно отказался это признать.

Мы оба рассмеялись, а мама вдруг пристально посмотрела на меня, потом протянула руку и прошептала: «Иди сюда...»

Я наклонился и повернул ухо к матери.

«На самом деле, это не было совпадением, что вы столкнулись с отцом на овощном рынке в тот день. Он специально прошёл мимо».

Я был ошеломлен и сказал маме: «Но я редко хожу на овощной рынок!»

Мама взглянула на меня и сказала: «Он теперь поздно возвращается с работы и часто ездит по вашему району. Ты видел своего отца только один раз, но он мог видеть вас несколько раз. Не говори об этом отцу...»

Я был совершенно ошеломлён после того, как моя мать сказала это, и мне потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. Моя мать смеялась, может быть, она чувствовала, что то, что она сказала, было для меня утешением, или, может быть, она не хотела, чтобы я ненавидел своего отца.

Я не чувствовал удовлетворения, а всё больше и больше впадал в депрессию. Когда я думал о том, как мой отец бродит по району, где я жил, после утомительного дня, моё сердце ныло.

Сколько времени я провёл думал о нём в этот период? Когда я думал о том, чтобы вернуться и побродить рядом с домом?

Если бы этим человеком был не Бянь Жошуй, а кто угодно другой, независимо от пола, кто так огорчал бы моих родителей, я сдался бы без колебаний.

Во время ужина за столом были только я и мой отец. Я взял вино отца и сделал два глотка. Острое чувство пронзило моё горло, от чего я мгновенно возбудился.

«Папа, как ты себя чувствуешь в последнее время?» — спросил я.

«Пора есть. Почему ты разговариваешь во время еды?» Отец посмотрел на меня свирепо.

Я дважды усмехнулся, взял немного еды и положил в миску моего отца. Мой отец вообще не отреагировал, просто выпил своё вино и съел еду, которую я для него подобрал, принял как должное.

Я ничего не сказал после этого и быстро закончил есть. Затем я пошёл на кухню, чтобы принести добавки- витамины и отнести их в комнату матери.

Мама доела суп, пока папа всё ещё пил один в гостиной. Вспоминая прошлое, когда наша семья из трёх человек разговаривала и смеялась за обеденным столом, моё сердце сжалось. Я не знаю, когда мой папа по-настоящему простит меня и будет терпеть мои отношения с Бянь Жошуем. Я не знаю, что мне делать, чтобы загладить свою вину перед родителями.

Я пролежал в комнате матери всю ночь. Мой отец много двигался, когда спал, и он боялся прикоснуться к ране матери, поэтому он ушёл спать в другую комнату.

Я не спал всю ночь, много думая о своей будущей жизни. Я знал, что всё это лишь мечты, но я не мог не делать для себя всевозможных предположений. Моя мать спала очень тихо, и я не двигался рядом с ней, боясь разбудить её. Я сжимал телефон в руке снова и снова, но всё сопротивлялся желанию позвонить.

Я уснул в оцепенении во второй половине ночи, и мне снилось много вещей из прошлого, что-то из моего детства, что-то из настоящего, все вперемешку. Я не проснулся, пока не услышал разговор родителей.

«Пусть поспит ещё немного. Вчера он не спал большую часть ночи».

«Тогда разбуди его, если у тебя есть какие-то дела, не жалей его».

Я мысленно фыркнул, не открывая глаз, но прислушиваясь к их разговору, навострив уши.

«Не будь всегда таким угрюмым. Ребёнку пришлось многое пережить в последнее время. Он наконец вернулся домой, а ты его снова спугнул...»

«Кого он может винить в том, что с ним поступили несправедливо? Винить меня за то, что я его прогнал?... Лучше потерпеть немного несправедливости. Пора ему проявить себя».

«Ладно, иди на работу и возвращайся пораньше».

"Эм..."

Протерпев минут десять, я начал двигаться, притворяясь, что только что проснулся. Мама погладила меня по волосам и сказала: «Помощница должна была приготовить завтрак. Сначала иди почисти зубы, а потом завтракай».

«Сначала я тебя покормлю...»

«Тебе не нужно меня обслуживать. Есть Помощница...»

«Она не такая заботливая, как я. Я твой биологический сын», — сказал я преувеличенно.

Услышав мои слова, мама улыбнулась, помахала рукой и сказала: «У тебя полно времени, чтобы проявить свою почтительность. Сначала иди умойся и почисти зубы».

Я кивнул, встал с кровати и пошёл к двери.

Когда я проходил мимо окна, я увидел машину отца. Разве он не уехал давно? Я снова посмотрел вниз и увидел, что отец смотрит на что-то, выглядя немного встревоженным.

«Что случилось, пап?» — я спустился вниз и спросил отца.

Выражение лица моего отца было немного сложным. Он указал на кучу вещей у двери, затем тяжело дышал и ничего не сказал.

Я понял, что происходит, как только увидел это. Я был шокирован и тут же перевёл взгляд на отца, чувствуя себя немного неловко.

«Этот ребёнок...» Отец встретился со мной взглядом и сказал: «Я просил Сяо Шуя подождать немного, но он просто положил вещи сюда и убежал, как будто украл их. Я звал его несколько раз, но он не возвращался. Чем больше я его звал, тем быстрее он бежал...»

Выражение лица моего отца было немного забавным, я почувствовал облегчение, но в то же время почти рассмеялся, только Бянь Жошуй мог сделать такую глупость. Но, думая о том, что сказал мой отец только что, один только тон его голоса заставил меня почувствовать себя очень тронутым.

После завтрака мне позвонил Бянь Жошуй. Я подумал, что он может быть напуган, поэтому он позвонил мне, чтобы задать несколько вопросов.

«Дорога в рай...»

«Эм?»

«Я доставил тебе неприятности...»

Я сдержал смех и заставил свой голос звучать крайне мрачно.

«Я это уже знаю, тебе не нужно мне говорить».

Конечно же, голос Бянь Жошуй стал паническим.

«Дядя ведь не сердится, правда? Я правда не думал, что столкнусь с ним, такое уж совпадение. Если бы это произошло немного быстрее...»

«Не злиться... как думаешь, это возможно?»

"Ах..."

«А что? Я сегодня вечером вернусь и возьму какую-нибудь одежду, а ты можешь просто ждать, когда тебя побьют!»

Экстра: Возвращение домой (часть V ) // 167 ][ 18+

Я вернулся в квартиру рано вечером, как раз, когда я собирался открыть дверь своим ключом, она была открыта изнутри. Бянь Жошуй выглядел раздражённым, и я пошёл на сотрудничество и вошёл с мрачным лицом.

«Что сказал дядя?» — осторожно спросил меня Бянь Жошуй.

Я тихонько рассмеялся в душе, но упрямо сказал: «Он плохо со мной обращается с тех пор, как увидел тебя. Он зол на меня и не позволял мне вернуться...»

Лицо Бянь Жошуя и так было бледным, а теперь оно стало еще бледнее. Он не осмеливался смотреть мне в глаза, а рядом со мной он выглядел так, будто не знал, что сказать.

«Помню, мне кто-то позвонил и сказал, что он точно не пойдёт...» Я усмехнулся и ущипнул Бянь Жошуя за подбородок.

Бянь Жошуй хотел что-то сказать, но, вероятно, посчитал, что объяснять бесполезно, поэтому ему пришлось опустить голову и промолчать, как ребёнок, совершивший ошибку.

Его поведение вызвало у меня ещё большее желание издеваться над ним, поэтому я понимающе спросил его: «Почему ты вернулся так рано?»

«Я боялся, что с тобой что-то случится, когда ты вернёшься... и я не мог сосредоточиться на уроке, поэтому я отпросился домой...»

«Кто просил тебя прогуливать занятия?»

«Я отпросился...»

«Ты даже не можешь отпроситься!» Я притворился рассерженным и сказал: «Иди ложись на кровать и жди побоев».

«Ты действительно собираешься меня ударить?» Бянь Жошуй прикусил губу, выглядя немного обиженным.

"Не притворяйся жалким передо мной..." Сказав это, я поднял его и потащил к кровати, прижал к краю кровати. Пока он сопротивлялся, я снял с него штаны. Мои шлёпки по его белоснежным ягодицам превратились в ласки.

«Я просто дразню тебя!» — шутливо прошептал я на ухо Бянь Жошую. — «Мой отец совсем не злится».

Бянь Жошуй был смущён и раздражён, он подтянул штаны руками и уставился на меня так, словно собиралась плеваться огнём, но я всё ещё прижимал его к себе, и его борьба была тщетной.

«Как ты можешь шутить о таких вещах? Ты знаешь, как я волновался? Я так волнуюсь...»

Сказав это, Бянь Жошуй резко замолчал, зарылся лицом в простыни и испустил долгий вздох ненависти.

«О чём ты беспокоишься?» — спросил я в шутку.

"Ничего......"

«Расскажи мне, я хочу это услышать». Я повернул голову Бянь Жошуя и выжидающе посмотрел на него.

Лицо Бянь Жошуя покраснело, а лоб, который только что был напряжен, теперь расслабился. Он взглянул на меня и возмущенно сказал: «Я не буду с тобой спорить».

«Ты очень высокомерен! То, что ты сделал, было правильно, пока мой отец не рассердился на меня!» Я ущипнул его за лицо.

«Я долго сдерживался. Знаешь, тётя так добра ко мне. Мне было бы плохо, если бы я не пошёл и не увидел её. Я боялся, что дядя увидит меня, поэтому я мог только...»

«Ты можешь убежать только как вор, верно?» Я улыбнулся, но в душе почувствовал себя немного подавленным. Мне было жаль его, потому что ему приходилось быть робким, даже когда он заботился о моей матери.

Увидев, что я смеюсь над ним, Бянь Жошуй упрямо оттолкнул меня и сухо сказал: «Отойди в сторону, я хочу надеть штаны».

«Что ты носишь? Даже если ты ничего не носишь, мне неинтересно это видеть».

«Хорошо, что тебе не интересно. Мне всё равно!»

Мы прекрасно проводили время, когда зазвонил мой мобильный телефон. Я подумал, не мама ли это подталкивает меня вернуться, и мне стало не по себе. Затем я посмотрел на Бянь Жошуя, и его лицо тоже потемнело, но он всё уговаривал меня поскорее ответить.

По телефону кто-то разговаривал. Мама попросила папу выйти. Казалось, она хотела мне что-то сказать. Я не слышал, что сказал папа, но я слышал, как закрылась дверь.

«Тяньлу, не возвращайся сегодня вечером. На улице идёт дождь. Приходи завтра ко мне домой на ужин с Сяо Шуем. Я давно его не видела. Я так по нему скучаю...»

Я сразу же взволновался, не потому, что я был взволнован тем, что завтра смогу пойти домой с Бянь Жошуем, а потому, что сегодня вечером я смогу остаться дома. Дождь был очень сильным.

«А как же мой отец?» — всё равно спросил я.

«Что он скажет, если ты придёшь к нам домой поужинать... К тому же, твой отец очень любит Сяо Шуйя. Твой отец сегодня сказал мне, что если Сяо Шуй не был добрым и не мог бы тебе прислуживать, ты бы давно вернулся».

Я услышал, как открылась дверь.

«Когда я говорил, что приду? Не говори больше глупостей за моей спиной...»

Моя мать проигнорировала моего отца и сказала мне: «Не обращай на него внимания и приходи завтра».

Я быстро кивнул с улыбкой на лице.

Повесив трубку, я понял, что Бянь Жошуй прилип ко мне, подслушивая наш разговор. Я взглянул на него, и он застенчиво улыбнулся мне: «Я всё слышал, тётя сказала, что я могу пойти к ней...»

«Ну, давай вместе примем ванну!» — я встал и с улыбкой сказал Бянь Жошую.

В наши дни быть голым -- это нормально, но Бянь Жошуй ведёт себя несколько неестественно. У него много чувствительных мест на теле, когда я помогал ему мытья, он продолжал прятаться и вежливо говорил, что сделает это сам.

«Ты скучал по мне прошлой ночью?» Я притянул Бянь Жошуя к себе и подул ему в ухо.

«Я так устал вчера вечером, что уснул сразу же, как только лёг на кровать».

Мое лицо застыло, и моё хорошее настроение было испорчено его удручающими словами.

«Как ты можешь быть таким честным? Разве ты не можешь сказать, что не можешь спать один, без меня...»

«Но я же тебе не лгал. Я действительно заснул!»

Я стиснул зубы и кивнул, быстро вытер воду с тела и быстро надел одежду. Бянь Жошуй стоял там, тупо глядя на меня, и неуверенно спросил: «Ты сердишься?»

«Нет, я решил вернуться ко сну и не мешать тебе отдыхать здесь».

Я намеренно замедлил шаг, и конечно же, услышал торопливые шаги позади себя, а затем почувствовал что-то скользкое и мокрое у себя на спине. Я посмотрел вниз и увидел две костлявые руки, схватившие меня за руки.

«Нет...» — прошептал кто-то.

«Я не расслышал...» Я намеренно откашлялся.

«Просто попробуй пойти!»

Я обернулся и увидел Бянь Жошуя, который даже не был одет, с упрямым и пристыженным выражением лица. Я в одно мгновение потерял всю свою рациональность. Я слегка присел, поднял его и пошёл в спальню.

«Знаешь что? У меня есть смелость, но нет сердца...» Я бросил Бянь Жошуя на кровать. Всё перед моими глазами побелело, отражая лишь то, что он мне открыл.

...........

На улице всё ещё лил дождь. Я открыл окно, и стало прохладно. Это было начало осени, а это означало, что скоро начнётся учёба. Я вздохнул и откинулся на кровать. Бянь Жошуй закрыл глаза и казался немного уставшим. Я подошёл и коснулся его лица, он открыл глаза и посмотрел на меня.

«Мы правда сможем пойти завтра? С тех пор, как дядя сломал тебе руку, мне действительно очень страшно...»

«Все в порядке. Мы не будем бросать вызов. Ты можешь пойти к моей маме. Мой отец не может быть таким безжалостным...»

«Тогда...ты вернёшься сюда жить в будущем?»

«Ты что, дурак?» — я похлопал его по голове. «Где же мне еще жить, если не здесь? Как бы терпимы ни были мои родители, они не могут позволить нам жить у них дома. Я не могу оставить тебя одного в квартире. Я вернусь, как только моей маме станет лучше».

Я снял обувь, пошёл выключил свет и лёг спать вместе с Бянь Жошуем, наслаждаясь тишиной, которая принадлежала нам двоим.

Пока мы болтали, я начал чувствовать сонливость. Затем слова Бянь Жошуя разбудили меня.

«Я скучаю по маме...»

Я повернул голову, чтобы посмотреть на Бянь Жошуя. Он смотрел в окно. Гадая, о чём он думает, мне стало грустно. После стольких лет, я казалось забыл о той боли которую он испытал, потеряв мать. Я могу ходить домой, чтобы увидеть своих родителей, а он может только думать о своей матери. В конце концов, они зависели друг от друга больше десяти лет. Он, должно быть, часто грустил. Я был слишком беспечным. Я всегда ставил себя в центр отношений и игнорировал некоторые его чувства.

«Перед началом учёбы я отведу тебя к твоей... нет... нашей матери...» — с улыбкой сказал я Бянь Жошую.

Бянь Жошуй кивнул, его глаза всё ещё были одинокими. Он повернул голову, чтобы посмотреть на меня, затем повернулся и сказал, как будто разговаривая сам с собой: «Если бы моя мать была жива и увидела бы меня и тебя вместе, была бы она так же зла, как моя тётя?»

«Конечно. Кто из родителей не хочет, чтобы его дети женились и создали семью? Я задам тебе вопрос, а ты ответь мне честно». Я подпёр руки и посмотрел на Бянь Жошуйя.

Бянь Жошуй кивнул.

«Если бы твоя мать была жива и была серьёзно больна, и она попросила бы меня расстаться с тобой, ты бы порвал со мной?»

«Я...» Бянь Жошуй прикусил губу и промолчал.

Моё сердце тут же сжалось, и я повернулся на бок, с горечью говоря: «Я знаю, что ты не твёрд в своей позиции».

Бянь Жошуй быстро прижался ко мне и с тревогой сказал: «Нет, я думаю, я рассказал бы маме о своих мыслях, она бы поняла. К тому же, любить кого-то не обязательно означает быть с ним...»

«Не внушай мне этого заблуждения, будто любить кого-то — значит желать ему быть счастливым. Не говоря, я люблю тебя и хочу быть с тобой.Даже если я однажды перестану тебя любить, я тебе об этом не скажу, не расстанусь».

Бянь Жошуй некоторое время пристально смотрел на меня, а затем вдруг улыбнулся, его улыбка была очень спокойной.

«Если однажды ты меня разлюбишь, я буду твоим родственником на всю жизнь».

«......»

Конец