1. Тоже напишу

Во рту разливается едкая горечь разочарования, но, кажется, ему пора привыкать к этому неприятному вкусу, потому что таких ситуаций у него будет еще очень много. И очень хочется нажать где-то кнопку "быть оптимистом и не опускать руки", но такая функция почему-то не предусмотрена в человеческом теле, а жаль.

Потому что прямо сейчас она очень ему нужна.

Настроение - ниже плинтуса, в кошельке - почти что пусто, но его внимание привлекает яркая тележка с мороженым и намеком, что сахар в крови ненадолго, но все же поднимет ему настрой, поэтому его немногие баты переданы продавцу, а его руке достается хрустящий вафельный рожок с разноцветными шариками: шоколад, фисташка и ваниль.

Мью только чуть жмурится от удовольствия, даже еще не лизнув эту сливочную сладость - еще от предвкушения наслаждения, как срабатывает знаменитый закон подлости - или его "волшебных рук": нежно-зеленая "фисташка" решает познакомиться с его футболкой поближе и расплывается сладкой липкой кляксой на белом фоне.

- Блять!

Вот сейчас реально плакать хочется!

От обиды на жизнь и на судьбу!

Девушка-продавец хихикает, глядя на него, и Мью понимает, что это не со зла - просто ситуация забавная, но в данный конкретный момент он не может посмеяться вместе с ней, потому что две неудачи за день для него это чересчур: проваленное собеседование и очередное бытовое невезение.

Мама всегда улыбалась, когда он что-то ронял и называла его руки не дырявыми, а волшебными:

- Смотри, они явно необычные, раз постоянно напоминают тебе о себе и живут своей жизнью.

Он, тогда совсем еще малыш, только ревел и размазывал слезы по чумазым щекам, оплакивая сломанную новую игрушку, которую, как всегда, не удержали его "волшебные" руки. Вот и сейчас очень хочется поступить таким же образом, чтобы выразить всю свою злость на несправедливость этого мира: тонко скулить и вытирать слезы грязным кулачком.

Но...

- Держи!

Мью сначала видит руку, которая протягивает ему что-то очень похожее на салфетки, а потом уже теплые карамельные глаза, которые смотрят на него не с жалостью, а с сочувствием:

- Это мне?.. - он все еще сомневается в реальности происходящего.

- Тебе, - и улыбка, которая способна растопить не только чье-то глупое сердце, но и уцелевшее мороженое.

Плакать хочется еще больше, потому что этот солнечный парень увидел его в таком ужасном состоянии - и нет никаких шансов, что это кошмарное первое впечатление получится исправить, поэтому он просто продолжает молча проклинать свою жизнь (и руки-крюки) и все-таки берет предложенное:

- Спасибо.

Но извлечь салфетку, когда обе твои кривые руки заняты - несколько сложно, поэтому Мью начинает уже прикидывает хитрую комбинацию, можно ли что-нибудь удержать ртом, как рука снова тянется в его сторону:

- Давай подержу.

Ему нужно несколько секунд, чтобы понять, что парень имеет в виду мороженое, и становится стыдно еще и за собственную тупость, поэтому он краснеет, протягивая уже немного размякший рожок:

- Спасибо...

Но потом ему хочется провалиться под землю и остаться там навсегда, потому что его рука, конечно, дрогнула, и теперь шоколадное пятно украшает ярко-желтую футболку его спасителя.

- Блять...

Мороженое падает на землю вместе с салфетками, а он просто закрывает лицо руками и отчаянно стонет, надеясь, что сейчас просто умрет со стыда - и не нужно будет стоять перед этим прекрасным парнем, который, конечно же, уже сто раз пожалел о своем намерении помочь.

Но вместо ругани и проклятий Мью почему-то слышит заливистый смех:

- Ой, не могу!

Он выглядывает из-за прикрытия ладоней, чтобы увидеть почему-то странно веселое лицо незнакомца и вспомнить, что вообще-то надо извиниться:

- Ой, прости пожалуйста! Я сейчас помогу тебе...

Трясущимися руками Мью кое-как открывает салфетки и пытается оттереть пятно, которое от таких манипуляций, кажется, еще глубже въедается в ткань, доводя его от отчаяния:

- Блять, да что же это такое...

Ладонь неожиданно опускается на его руку, останавливая хаотичное, но такое бесполезное движение:

- Эй, не надо.

- Как не надо? - он растерянно смотрит на это милое лицо. - Ты же весь испачкался из-за меня!

- Ничего страшного - это просто одежда, ее можно постирать.

Но Мью не переубедить:

- Шоколад плохо отмывается - я знаю!

Да, он столько раз из-за собственной неловкости пачкал одежду - и не упомнишь.

- Это всего лишь футболка, - ему почему-то улыбаются. - Она не стоит твоих переживаний.

Но у него уже полностью отключился мозг, поэтому он тянет ткань вверх:

- Снимай! Я постираю и принесу тебе чистую! Или куплю новую, если не получится...

И испуганно охает, когда осознание накрывает его с головой, потому что перед глазами предстает совершенно восхитительный и явно нежный молочный животик, который парень с удивленным вдохом прикрывает:

- Ой!

- Прости! - теперь снова черед сгорать со стыда. - Я не подумал...

Да, голова у него сейчас соображает совсем плохо, но деятельность мозга прекращается окончательно, когда Мью слышит:

- Я не могу отдать свою одежду человеку, которого совсем не знаю. Исправим это?

Он пялится на протянутый мобильный телефон и с трудом понимает, что просят его контакт:

- Ээээ...

Да, все его красноречие иссякло, но парня, кажется, это совсем не смущает:

- Я - Галф!

Он заторможенно смотрит на красивое улыбчивое лицо:

- Мью...

- Очень приятно! - улыбка становится еще ярче, от нее реально можно ослепнуть. - Так что, дашь свой ID?

- З-зачем? - шестеренки в его голове вращаются с таким скрипом, что точно слышно снаружи.

Ему неожиданно подмигивают:

- Если футболка не отстирается - напишу тебе.

Мью продолжает тупить:

- А если отстирается?

- Тоже напишу. Если ты не против, конечно.

Он "за"!

Обеими своими "волшебными руками"!