Ты обнимай меня крепко, как никого и никогда не обнимай.

Он прикольней, чем колёса

И роднее, чем портвейн.

Несколько месяцев назад, смекнув, что обоим в одну сторону, они пошли прогулочным шагом. Быстрый, дерзкий, как пуля резкий Симус Финниган, поставил Рона перед фактом, разглядев на дне голубых глаз голубизну другого рода. Поцеловал в темноте общей спальни, в ответ получая неловкость и немую благодарность за то, что шагнул в омут с головой первым.

А Симус не против, ни тогда, ни сейчас когда знает своего Рона и любит за то что он есть вместе с его мешком неидеальностей. Он ознакомлен с немаленьким списком комплексов младшего-но-не-самого в большой небогатой семье, где каждый ребенок талантлив и исключителен. Комплексов, которые в школе за неимением братьев, хоть и в неведении, но с успехом, подогревал блистательный Гарри Поттер, что был в центре внимания даже тогда, когда его ненавидели и боялись. Супергеройское умение, не иначе, и рыжик-староста такому не особо годится в лучшие друзья, но Симус в душу с советами и решениями не лез, оказываясь просто рядом в редкие моменты чужих срывов жалости к себе.

Рон Уизли, простой как две копейки парень, каких много, был для Финнигана чем-то незаменимым, родным и постоянным. Верный друг, хороший товарищ, заботливый сын, любящий парень и горячий любовник – всё это давно не вмещалось в «диапазон, как у зубочистки», но ведь об этом знал один лишь Симус, единственный, кто взялся за труд присмотреться.  Вечный артист заднего плана, когда они были наедине, превращался в притягательного мужчину, уверенность в себе которого подогревал Симус, как самая настоящая «хорошая жена», рядом с которой все дела спорятся.

Поначалу считая происходящее между ними на весеннем ветру игрой, Финниган улыбался смущению и неопытности Рона, чтобы за смешинками на ресницах не заметить, как повышается скорость, и мелькают повороты. Знание того, что это уже не его каприз скуки, а ценность, приятно удивило, придя с опозданием перед отъездом на каникулы. Прикасаться, тянуться, делать обоюдно хорошо, оттачивая мастерство, кутаться в чужих сильных руках, отдавая в большие ладони своё сердце. Прижиматься до дрожи, считать чужое опоздание в полчаса оной минутой и полчаса наедине вечностью, прощать без оглядки и, спотыкаясь, не винить другого.

Манерный, дерзкий с налетом стервозности Симус из своей ориентации тайны не делал, но отношения они скрывали ото всех. Рон опасался реакции родителей и братьев, и всепонимающий Финниган не стал настаивать, продолжая прятать от чужих глаз то, о чем готов прокричать на весь мир.

Оставив Невилла и Дина гостиной, Симус поднялся в спальню, где полураздетый Рон стоял у подоконника, вглядываясь в ночную тьму. По-кошачьи подкравшись, он просунул тонкие руки подмышки своего парня и зачертил ухоженными ногтями по кубикам пресса, укладывая голову на мощное плечо.

- А ребята где? – в голосе Уизли угадывалась улыбка.

- Ещё в карты играют, - зажмурился довольный Симус, чувствуя, как староста прислонил свою голову к его, немного наклонив.

Рон внезапно ухватив его за руку, дернул в сторону, заставив крутануться на месте, словно в танце и, подхватив на руки, усадил на подоконник. Симус, ахнув, ухватился за его плечи, но Уизли, не давая опомниться, поцеловал, зарываясь рукой в русые волосы, что отрастают длиннее уже который месяц по его приказу. Прильнув почти с силой, Симус выхватил чужого подкачанного тела сколько смог и, обхватив ногами торс, застонал, забыв о приличиях и осторожности. Возбуждение рассредоточено недельным воздержанием и, когда касание языков может оказаться чекой от взрыва оргазмов, стоит поберечься, но они уже целовались так бешено, что чудом выплыли обратно - Рон явил чудеса самоконтроля. Пока они оба пытаются отдышаться, Симус, втершись в объятия, вдыхает густой запах с примесью геля для душа и смотрит снизу вверх.

- О чем думаешь?

- Гарри до сих пор не вернулся, - хмурится Рон, поглаживая поясницу парня.

- Дашь знать, когда мы начнем трахаться втроем, - бурчит Симус и морщится от легкого щипка за бок через рубашку.

- Можешь мне пообещать, что не будешь больше лезть к нему? Ты не видишь, что ему и так не просто? Симус, пожалуйста, я знаю, что ты сомневаешься, но, ради меня, не набрасывайся на Гарри. Он мой друг, и я не хочу разрываться между вами, тем более что никто не знает, что мы…

- Что мы? – испытующе спросил Финниган, перебивая, словно без этого предложение бы не закончилось.

- Что я люблю тебя, конечно, - поглаживая щеку пальцем, ответил Рон, честно смотря в большие карие, в которые врать невозможно.

Симус задохнулся нежностью и прикусил губу. Изо всех сил сжав рыжика в кольце рук, он немного отстранился и открыл рот, чтобы ответить, наконец, подобрав слова, но на лестнице к спальне послышались шаги и, Рон с извиняющимся взглядом, мягко высвободился из его объятий. Он еле успел отойти к своей кровати, когда дверь хлопнула, и в помещение ворвался сбитый с толку Гарри Поттер, выглядящий так, словно его наебал весь мир.

Симус аккуратно спорхнул с подоконника и, стараясь не светить стояком, прошел к своей кровати, на ходу расстегивая рубашку.

- Дружище, ты в порядке? Что эта тётка от тебя хотела? – спросил Рон, внимательно оглядывая друга.

- Смерти моей в идеале. В ебеня расплевался с Фаджем, поплакался Дамблдору, в финале встретил Малфоя, который в последнее время ведет себя, как-будто ему кто-то по башке эффективно ебнул. Жаль не я, - фыркнул Гарри, стягивая футболку.

- Что сделал-то?

- Да Мордред его разберет, чушь какую-то несет. Дело было вечером, было как-то похуй, - бросил Гарри, падая на кровать.

«Бедняжка, не видит нихрена поближе политики и пророчеств. Даже я знаю, что Малфой по нему пару лет уже сохнет».

Гарри полоснул по Симусу странным, слишком внимательным взглядом, отчего тому стало неуютно и, он поспешил лечь. Устроившись поудобнее, Рон и Симус начали проваливаться в сон и подумали почти синхронно:

«Спокойной ночи, Симус».

«Спокойной ночи, Рон».

Услышав, Гарри отвел свой задумчивый взгляд от балдахина и посмотрел в сторону выхода. Их руки свешивались с параллельно стоящих кроватей, будто бы собирались сплестись пальцами, наплевав на двухметровое расстояние прохода между ними.

Трудно признавать, но, кажется, Гарри Ахуенному Поттеру тоже нужен простой человеческий теплообмен и понимание на тонком уровне.

«…Малфой сохнет по нему уже пару лет…»

Апперкот без рук.