Глава 7

Пятичасовая попойка под названием «Новогодний корпоратив» наконец-то закончилась. Весь алкоголь был выпит, а закуски съедены. Учителя потихоньку расходились. Кто-то своими силами, а кому-то пришлось и помочь. Рома весь вечер сидел как на иголках. Всему виной был «несчастный» случай в туалете. А сидящий рядом Леопольд лишь подливал масла в огонь. Сложно было не замечать его присутствия, когда он то и дело терся о колено Ромы своим. Или же его короткие обращения:

«Рома, не передашь мне вон тот салат?»

«Рома, тебе сок налить?»

«Рома, мне очень нравится твой костюм.»

Каждый раз, когда Леопольд к нему обращался, он называл его по имени. А это было равносильно маленькому сердечному приступу. Каждый, черт возьми, раз. К концу корпоратива у Ромы уже дергался глаз и болели зубы, от постоянного сжимания челюсти. А ведь ему еще предстояла уборка в столовой вдвоем с Леопольдом. Рома даже дал себе обещание, если доживет до конца этого вечера, начнет заниматься спортом, правильно питаться, и, вообще, будет вести здоровый образ жизни.

Последней из столовой вышла Зинаида Петровна. Слегка покачиваясь, пожилая математичка пожелала удачи Роману и Леопольду, гаденько при этом хихикнув. Конечно, небось радуется, что не ей предстоит убирать весь этот кошмар, который они оставили. Вполне возможно, что учительница сказала это вполне искренне, но в нынешнем настроении Романа, все слышалось с неприятным подтекстом.

Леопольд выключил музыкальный центр, и в столовой наконец воцарилась благословенная тишина. Рома только сейчас понял, как устали уши от громкой музыки. А еще тело ужасно ныло от постоянного напряжения. Казалось, он не за праздничным столом сидел, а как минимум марафон бегал. Каждая клеточка его тела буквально умоляла об отдыхе. А во всем был виноват Леопольд. У Ромы уже вошло в привычку винить физрука во всех своих бедах.

— Как тебе корпоратив? — раздался рядом голос Леопольда. — Мне кажется, было неплохо. Во всяком случае лучше, чем в прошлом году. Да и сегодня никто сильно не напился.

Леопольд говорил негромко, глядя в глаза Роману, но при этом не забывал убирать грязные тарелки со стола.

— Мхм, — невнятно промычал Роман в ответ.

Он хотел на этом закончить их беседу, но что-то во взгляде Леопольда его тронуло. Какая-то секундная грусть или обида. Ну в самом деле, все настолько плохо, что он уже и парой слов с ним обмолвиться не может?

— Я не люблю такие шумные посиделки. Да и в компании пьяных тоже сидеть неприятно.

— А ты вообще не пьешь? — Леопольд как будто бы оживился. Даже улыбка на лице засияла еще ярче.

— Могу выпить немного, но не люблю это дело. Похмелье потом, да совесть мучает.

— А совесть то из-за чего? Ведешь себя непристойно? — физрук подергал бровями и звонко хихикнул. Уши на его голове затряслись, привлекая внимание Романа.

— Они мягкие? — вдруг спросил Рома и тут же покраснел. Вот ведь, никогда не умел держать язык за зубами.

— Уши? — переспросил Леопольд, проследив за взглядом Ромы. — А ты потрогай.

Рома тихо пискнул, или все же охнул, он и сам не мог идентифицировать этот звук. Взгляд Леопольда потяжелел, прошелся по телу Ромы, словно лаская его. Воздух как будто сгустился. В столовой повисла напряженная атмосфера.

— Рома, дыши, — прошептал Леопольд совсем уж тихо, но это подействовало. Рома сделал судорожный вдох, громко кашляя.

— Ну и шутки у тебя, Леопольд.

— Почему ты не зовешь меня Лео?

— А должен? В паспорте же Леопольд написано, так и зову, — не признаваться же ему, что если Рома назовет его коротким именем, то точно выдаст себя с потрохами. Ведь каждый раз, стоило ему вслух сказать «Лео», лицо расплывалось в глупой влюбленной улыбке.

— Не должен, конечно, — хмыкнул Леопольд. — Просто все зовут меня Лео, кроме тебя.

— Так я же не все, — уверенно заявил Рома и опять начал краснеть. Да что же такое с ним? Надо ведь иногда и думать, прежде чем что-то ляпнуть.

— Ага, не все, — физрук вдруг посмотрел на него и как-то так дернул губами, будто рассмеяться хотел или сказать что-то, но передумал. А потом и вовсе отвернулся. Что-то и физрук сегодня вел себя странно. За столом, кажется, не пил.

На этом их недолгий разговор закончился. Рома был одновременно рад и огорчен. Свободно говорить с Леопольдом было приятно, но при этом он все равно чувствовал неловкость. Но главным был страх сказать лишнее, выдать себя.

Спустя почти полтора часа уборки, им все уже удалось привести столовую в нормальный вид. Оглядывая чистый зал, как будто и не было тут никакой пьянки, Рома улыбнулся. Все таки он смог. Теперь можно было идти домой с чувством выполненного долга.

— Осталось только музыкальный центр в библиотеку унести и можем расходиться, — подтвердил его мысли Леопольд. — Я возьму колонки, а ты центр и провода.

Рома благодарно кивнул, понимая, что физрук выбрал то, что потяжелее себе. Все таки Леопольд не только божественно красив, но еще и настоящий мужчина. Неудивительно, что половина колледжа в него влюблены. Эх, а ведь сначала Рома даже на что-то рассчитывал. Вот только вскоре услышал краем уха, что у красавчика учителя есть девушка. Такая же красавица, подстать Леопольду. И все надежды Романа разом рухнули. Правда на чувства это никак не повлияло.

Взяв оборудование, они пошли на второй этаж в библиотеку. Леопольд шел впереди, давая возможность Роме полюбоваться на свою округлую попку. А полюбоваться точно было чем, не зря же он физруком работает. Правда путь до библиотеки оказался слишком коротким, чтобы полностью насладиться зрелищем.

— Ну, теперь точно можно домой, — улыбнулся Рома, стирая пот со лба.

Не дожидаясь ответной реплики от Леопольда, он повернулся и пошел к дверям. Еще на подходе, Рома заметил что-то странное. Как будто чего-то не хватало, но память никак не хотела выдать нужный ответ. И только когда Рома толкнул массивную деревянную дверь, а она не поддалась, он наконец вспомнил.

— Леопольд, ты же не захлопнул дверь за нами, так ведь? — Рома старался говорить спокойно, но в голосе явно слышалась угроза.

— А что? Что-то случилось? — физрук невинно захлопал ресницами, а сердце Ромы с громким стуком упало в пятки.

— Ее же нельзя захлопывать. Замок заедает и открыть можно только снаружи, — с каждым словом, Рома как будто забивал гвоздь в свой собственный гроб.

Леопольд не стал его слушать и тоже подошел к двери, но как бы он ни старался, она не поддавалась. Рома стоял как вкопанный, пытаясь осознать происходящее. В колледже были только они и охранник. Шестидесятилетний Валерий Аркадьевич тоже успел опрокинуть пару рюмок за предстоящий Новый Год и теперь мирно спал в своей коморке. Ни он, Рома, ни Леопольд даже не подумали хотя бы вещи свои из столовой взять. А значит ни у одного из них не было с собой мобильника.

А теперь можно подвести итог: они заперты в библиотеке на втором этаже совсем одни. И открыть их смогут только утром.