12

***Пак Чимин хорошо подготовился. Дом Чан Гуру в данный момент абсолютно беззащитен. Ни охраны, ни домашних рабочих. Об этом позаботился телохранитель Пака,  Джи. Полное имя – Хан Джисон. Тот самый парень,  который сидел за рулем. И который сейчас,  приковывает руки девушки,  сидящей на стуле.

– Что вы сделаете со мной?... – Прошипела заплаканная Мина. Джи вздохнул,  затянул узел потуже, отчего она,  пискнула.

– Скажи спасибо своему папаше. – Садясь на корточки перед ней. – Чимин не сжалится,  не пощадит никого. – Его рука потянулась к её лицу,  мягко убирает волос с щеки. – Мне жаль.

***– Хан! – Вскрикнул Пак,  находясь на самой верхней ступеньке,  попутно держа мужчину. В одно мгновенье Чимин сбросил пожилого мужчину с лестницы.

– Папа!  – Голос девушки сломался. Джи подошёл к Гуру,  что прикатил к его ногам. – Что вы делаете! Отпустите меня! Папа! 

– Усади так,  чтобы видел. – Хмурится Пак,  спустившись подходит к девушке.

– Нет! – Противится,  пока парень развязывает руки и подхватывает за талию. – Нет! Не надо!

– Захлопнись! – Мина вырвалась из рук,  чем вынудила  Пака ударить по лицу. – Сучка.

– Чимин. – Позвал его Хан. Пак смотрел на девушку,  что сползла на пол и тихонько плакала,  после на своего телохранителя. Джи  указал на связанного мужчину,  без сознания.

– Долбанная семейка. – Злостно засмеялся Чимин. – Разбуди его! Сейчас же! – Повернувшись к ней,  схватил за ноги.

– Не надо! –  Оттаскивает к мебели,  попутно смотря на попытки Джи пробудить Гуру. – Пожалуйста! – Легким движением он поднимает и роняет её на диван. Снимает своё пальто,  после и ремень. – Пож..жалуйста...  – Пак видит этот страх,   четко. Питается им,  подобно заряду.

– Не сопротивляйся,  может и понравится. – Криво улыбнувшись стягивает одежду с неё. Джи успешно справляется со своей работой. И хоть мужчина не в состоянии что-то понимать,  он в сознании.Джи отвлекает крик девушки,  болезненный,  душещипательный.

– Мина... Дочка... – Держа глаза закрытыми прошептал Гуру. Джи схватил его за затылок,  нацеливая взгляд прямо на них.

– Девочка, громче, давай!  – Пак имел её,   грубо и грязно. Так небрежно и жёстко,  что по бедрам стекала кровь. Впивался в губы до боли кусая. Сил плакать и кричать не осталось. Девушка устала, находилась в лёгком шоке. И Пак не остановится. Оставит свои следы на смуглой коже,  по всему телу.

– Мина... Что ты... Творишь... – Прохрипел Гуру,  опуская голову не желая смотреть. – Прекрати! Мина! Мина! – Джи не позволит,  насильно поднимает его голову. – Не надо... Мина... Дочка...

– Это только начало,  малышка. – Обильно кончая в неё шепчет Пак. По её щекам сползавшие капли,  Чимин тут же  слизнул. – Продолжай стонать подо мной,  шлюха. – Звонкий смех,  Пак смеется.

***31. 12. В планах у Пака не было дожидаться следующего дня. И всё же,  он решил поступить красиво. Куда еще красивее,  спросите вы.

***Заброшенная телестанция в отдалённой части города. Пак прибыл сюда,  во рту перекатывает клубничный леденец. Рядом встаёт Джи.

– Ты привёз её?

– Если бы она сожрала меня,   ты бы грустил? – Повернув голову спросил он. Пак улыбнулся.

– Конечно.

– Ну, как же. – Несерьезно обиделся Джи. – Он в комнате наверху,  напротив стекло. Вид открывается прямо на пустующий зал. – Пак вздохнул,  повернулся к нему. – Скажи, когда будешь готов.

– Иди. – С улыбкой просит Пак.

***Студия. Чимин медленно открывает дверь,  и встречает взгляд связанного Гуру.

– Утречка,  Аджосси. Как спалось? – Склонив голову в бок,  Пак закрыл дверь. Мужчина смотрел бездушно,  потерянно. – Грубо не отвечать на любезность.

– Пожалуйста... – Пак заморгал,  внимательно смотря на него. – Отпусти мою дочь,  я... Сделаю всё... Всё,  что ты скажешь... Прошу. – Чимин поражен, медленно подошел и наклонился к нему.

– Можешь вернуть моих родных? Мою прежнюю жизнь? – Ладонями опираясь на свои колени,  протяжно шептал Пак. Гуру выдохнул,  опустил голову. Пак улыбнулся,  выпрямился отходя к двери. – Счастливого рождества, Аджосси. Это, мой тебе подарок.

Последняя фраза Пака до жути напугала мужчину. Он затаился,  потому что услышал скрип откуда-то со стороны. Повернув голову натолкнулся на стекло,  через которое увидел свою дочь.

– Моя малышка совсем проголодалась. – Скрестив руки на груди. – Двое суток ничего не ела. Всё ждала,  того дня,  когда выдастся возможность  полакомиться свежим мясцом.

– Что... Ты задумал?... – Боязливо смотря на свою дочь,  которая съежилась от холода и страха.

– Я? – Наигранно удивился Пак. – Как бы ты не дрессировал зверя,  приглушить животный инстинкт невозможно. Рано или поздно,  он набросится на тебя и слопает. Ням-ням.  – Сложив кулачки перед собой,  по-детски проговорил. – А вот и она,  моя Ханна.

1, 2, 3

– Господи... Нет... Нет! Мина! Мина!

– Папа!

Чимин широко улыбался. Казалось барабанные перепонки вот-вот лопнут,  от девичьих криков и мольб. Гуру плакал,  не оставляет попыток выбраться и спасти свою единственную дочь. Его не мог остановить даже тот факт,  что девушка мертва. Зверь безжалостно разорвал маленькое тельце,  с диким голодом поедая. Огромными лапами придерживая,  пока мощная челюсть отрывает кусочек плоти.

***

Удовлетворенный выдох через рот. Прикрываются глаза,  Чимин  доволен. Слышит горький плач мужчины,  слышит как стул, на котором  был связан Гуру, валится на бок вместе с ним. Пак переводит взгляд на него,  неспешно подходит.

– Больно, да? – Садясь на корточки улыбнулся криво. – Понимаю. – Потянувшись,  Чимин постарался высвободить пленника,  и в эту же секунду Гуру накинулся на него с яростным рыком.

– Ничтожество!  – Крепче хватаясь за шею парня. Пак оскалился раздраженно,  нанес мощный удар  в области лёгких. Завалил и моментально поднялся,  жестко  и продолжительно нанося удары ногой. Гуру обессиленно кашляет кровью,  почти задыхаясь.

– Ты не сдохнешь,  собака. – Опускаясь на корточки,  Пак схватил его за ворот. – Остаток своей жалкой жизни проведешь за решеткой. Прокручивая в голове эти воспоминания,  снова и снова. – Сквозь зубы, так медленно. – Пока  не захлебнешься в собственных слезах. – Чимин смог увидеть эту боль внутри Гуру.  Мужчина действительно погиб душевно. Пак убил его. А значит месть завершилась.

***Оттряхивая пыль с пальто,  парень вышел через чёрный ход,  где  около машины дожидался Джи. В знак приветствия, молодой телохранитель поклонился.

– Теперь можно и поесть – Улыбнувшись ему,  Чимин вдохнул прохладный воздух через нос. – Почему ты не пришёл посмотреть? Было весело. – Подойдя ближе, склонил голову в бок.

– Слабый желудок. – Открыв ему дверь,  медленно моргнул.

– Зачем мне такой ненадежный телохранитель? – Чимин подошел ещё ближе,  аккуратно поправляет чужой воротник рубашки,  что выглядывает через приоткрытое пальто. Параллельно наблюдает за взглядом.

– Я вызвал подмогу,  Ханну заберут и приведут в порядок. Насчёт Гуру,  дальше я всё сам сделаю. – Джи опустил взгляд,  твердо выговаривая.

– Смотри,  чтобы запаха на ней не осталось. Ненавижу вонь человеческого мяса. – Вытаскивая из кармана кожаные перчатки,  Пак сел в машину.

*** Мысли окружили Чимина,  пока они ехали домой. Он хотел бы спокойно полюбоваться видом из окна,  но тревожно почему-то на сердце. Он смотрит на черный экран своего телефона,  что находится в руке. Думает,  позвонить доктору Кан,  или всё-таки справиться с этим самому. Прежние головные боли покинули своего хозяина,  на смену образовался дефект. Маленький  изъян в светлой головушке парня,  который  кажется,  мешает нормально существовать.

***Что говорить о главном злодее,  Чан Гуруджи задержали,  поскольку нашлось достаточно доказательств о его причастности к жестокой погибели родных Пака. Помимо этого,  каким-то "непонятным"  образом,  полиция натолкнулась на другие незаконные действия Чан Гуру,  но в любом случае,  мужчина получил пожизненное. И самое, что несказанно порадовало мальчика,  это – клеймение,  одно из самых жестоких наказаний в Северной Корее,  куда собственно и перевели преступника.

***Тоскливо,  мрачно,  опустошенно. Пак, который день находится в своей комнате,  один. Его волнует  одна,  по сути незначительная вещь. Это Господин Ким.  Единственный факт,  что они стали видиться реже,  заставлял мальчика впасть в депрессию. Раньше,  могли поужинать вместе,  сходить на прогулку. А теперь.

– Теперь он мер города,  Ким Намджун. – Вздохнул Чимин,  сидя на широком подоконнике и всматриваясь в ночное небо. – О чем ты думаешь,  Пак Чимин?...  – Зарываясь пальцами в свои волосы, мальчик зажмурился. – Глупости,  да и только.

***7. 1. Светлая макушка выглядывает из-под одеяла. Пак зевает,  потягивается и лишь когда открывает глаза,  замечает Господина.

– Утро доброе. – Улыбался он,  сидел в кресле, а в руке чашка горячего чая.

– Доброе...  – Удивленно ответил Пак. Допускает мысль,  что Ким мог просидеть там долгое время, наблюдая как он спит.

И как же это,   странно. Чимин не думал,  что его дальнейшая жизнь имеет какой-либо смысл.  И единственное, что задерживает его в этом  мире – контракт с Господином. Чимин воплотил свою месть,  и теперь обречен служить Киму.