Реакция на Т/и

В моих реакциях Т/и русская партизанка, которая уже успела заполучить звание сержанта. В итоге, она осталась одна, из за того что ее отряд весь перегрохали нацисты, вместе с ее командиром. (Отряды во Франции советские реально были, не нужно мне писать хуйню в комментариях. Но, ее отряд как и многие собрался лишь после того как советы сбежали из плена, собирались в отряды. Она была одной из них.)

Два месяца работает одна. Успела убить 45 нацистов и 5 офицеров. Большинство она обманула, но если дело пахло жаренным она сразу же шмаляла из ППШ-41. Она не убивает, скорее охотится.

Несколько раз ее чуть не убили, а потом, к ней прислали отряд ублюдков, из за чего она стала работать с ними.

Если вам не нравится, придумайте свою пред историю. Хочу сказать сразу: ее пред. История скорее всего будет редко либо частенько упоминаться в реакциях. Ничего обещать не могу.

Ладно, начнем.

Альдо Рейн (Апач)

Он не ожидал что в его отряде евреев-американцев появится русский. Ладно, немец... но русский... И ладно бы мужчина, так это...

— Баба? Серьезно? Девочка, да ты творишь грязную работу. — усмехнулся Апач.

— Эта баба, Как ты назвал меня, за два месяца в одиночку убила 50 нацистов, пока ты такое со своим отрядом дай бог за полтора выполнишь. — огрызнулась девушка.

— Не кипятись, детка. Никто зла тебе не желает. Но и ты подумай — только ты делаешь вылазки во Францию, где этих сук жопой жуй. — поднял руки, а-ля «сдаюсь». — у меня есть к тебе предложение. Ты мастерски убиваешь нацистов. Без лишнего шума, а мы оставляем на них то, что другим нацикам будет снится каждый день. Баланс, штука полезная. Что на счет присоединения? Или мисс гордость «апачи хуесосы» будет дуть губки и вскоре сдохнет в этом лесу в одиночестве, хотя могла бы присоединится к нам и... — говорил Апач, но был перебит.

— Харе лясы точить. По рукам. Но тебе хуй я буду подчинятся. Захочу, сам по струнке ходить будешь. Усек? — пожимая его руку спросила Т/и.

— Русские бабы и вправду горячие, что на язык, что на... — был опять перебит.

— Если не заткнешься я тебе язык в жопу запихну. — плюнула ему в ноги Т/и.

— Да ты ахуела...

Альдо она немного подбешивает, но с ней хотя бы не так скучно. В отличие от его отряда, она не боится ему нагрубить (никто не боится, просто пизды хорошей получат. Ее не трогают чисто из за ее пола.) да и шутки у нее хорошие. За человека с хорошим чувством юмора он готов простить. Да и плюс, она же женщина. Не будет же он своих женщин бить, бред же.

Донни Доновиц (Медведь-еврей)

Он проводил пальцами по своей бите, читая каждое имя еврея, который оставил свою подпись на ней. По сути, каждый еврей ударил по нацистской сволочи, хоть и не буквально. Вдруг, перед его носом поставили суп. Обычный, правда, воды в нем было больше чем овощей, но он и не жаловался. Он посмотрел и увидел девушку. Она недавно пришла как «партнер» в их команду. Она села рядом и стала жевать свою порцию.Он отхлебнул чуть чуть. Холодный, но он уже был готов землю с пола есть.

— Мне вылить? — спросила Т/и.

— Зачем? Я ем. — сказал Донни.

— Просто будь благодарен за это. У нас на Родине за такой паек убить готовы. Особенно в Лени... забудь. Выпей досуха. Хотя бы за них. — сказала Т/и. В ее глазах мелькнула боль. — А за маму свою я сама. — тихо добавила она.

— Она ... ну... во время блокады там ? — осторожно спросил Донни.

— Да. — сухо ответила Т/и и выпила этот суп залпом, с громким стуком кладя на ящик.

Донни не стал спрашивать дальше. Он просто толкнул легонько ее в плечо и улыбнулся. Криво, но он старался. Она улыбнулась в ответ. Слабо. Кивнула. Так они и просидели в тишине. Но она скорее была спасительной, чем удушающей.

Хуго Стиглиц

На удивление, именно с этим молчуном вы подружились лучше всего. Он не тыкает тебе в нос что ты баба, Как делают некоторые. Он принял тебя, просто потому что ты такой же солдат, с которым у него одинаковые намерения. Он молчит и ты молчишь, но иногда, когда день выдался особенно паршивым, он первый кому ты можешь высказать все что думаешь. В особенно абсурдные моменты, может пустить смешок и улыбнутся, глядя как ты уже волосы на затылке от бешенства рвешь. Он не в коем случае не сексист, поэтому подзатыльник особенно наглому замечанию какого то солдата он прописать может. Женщина и женщина, че не так то? Считает хорошей собеседницей, даже когда та ведет себя как бешеная.

Арчи Хикокс

Был удивлен в отряде ублюдков повстречать женщину, но кричать об этом он не будет. Он не долбаеб, и прекрасно понимает что некоторые женщины справляются на войне получше мужчин. Он читает Т/и как раскрытую книгу. Никогда не скажет: «ты же женщина, таким на войне место нет.». Ни в коем случае. Но будет относится к ней как к леди. Обычная британская выучка.

— Позвольте? — спрашивает он, перед тем как поднять ту и переставить на другой конец небольшого, но крутого оврага.

— Зачем? Я и сама справлюсь. — удивилась Т/и.

— Ваши ботинки очень скользкие. Вы можете поскользнуться. Ну если вы не хотите, настаивать я не...

— Дерзай. — буркнула Т/и.

В такие моменты он лишь улыбается. Немного приподняв ее, он переставил ее на другой конец. Ноги у него были широко раздвинуты, поэтому когда Т/и взяла его за руку и потянула вперед, он чуть не упал, но смог сохранить равновесие.

Шошанна Дрейфус

Т/и она встретила в переулке. Та лежала, а из живота текла кровь. Шошанна мешкалась, но не увидев немецких нашивок подошла. Она осмотрела девушку, которая глупо ей улыбалась. Шошанну это даже улыбнуло.

— Что случилось? — Тихо спросила она, снимая с себя пиджак и прижимала его к животу девушки.

— Нацистская сволочь пырнула. — прохрипела Т/и.

— Ты не немка? Акцент... русская? — еще тише спросила Шошанна, ведя девушку к своему кинотеатру.

— Я по французскому плохо говорю, извините... — усмехнулась Т/и.

— Понятно. Я вам помогу. — сказала Шошанна.

— Зачем? Только проблем вам больше. — сказала Т/и.

— Вы убиваете нацистов. Для меня этого достаточно. — прошептала Шошанна.

Она лечила Т/и как могла. Старалась не светить ею нигде. И через недели две Т/и встала на ноги. Она помогала Шошанне даже в самых обычных вещах. Она была благодарна женщине, поэтому по другому уже не смогла. Шошанна лишь лишний раз убедилась что русская женщина уж очень неаккуратная, но очень искренняя.

Бриджит фон Хаммерсмарк

Когда увидела тебя, пока ей высовывали пулю из ноги, она обрадовалась что...

— Ну хоть одна девушка в этом скотнике! — облегченно промолвила она.

— Поверьте, фройляйн. У меня те же мысли на этот счет. — улыбнулась Т/и, показывая большой палец вверх.

Бриджит была рада что хоть кто-то поймет ее как женщину в этом месте. Она с радостью заводила диалог с Т/и. Была приятно удивлена что Т/и умеет говорить на немецком, Английском и хоть с ужаснейшим акцентом, на французском.

— Даже русская знает три языка, а вы один с ужасным акцентом! — закатывает глаза она.

— У нее один из таких с таким же акцентом. — бурчал Альдо.

— Но это не отменяет что она знает два других языка, лейтенант. — язвила в ответ Бриджит

Женщине вы определенно по нраву. Считает вас сестрой по несчастью оказаться здесь и сейчас. Немка ценит вас, но сама умрет чем признается в этом.

Ганс Ланда (охотник на евреев)

Когда ему доложили о русской партизанке, засевшей глубоко в лесу во Франции, он не поверил.

— Русская женщина, партизанка, одна в лесу и... — сделав паузу, он продолжил — убила 50 солдатов фермахта? Курам на смех.

Но когда он увидел как та в переулке перерезает горло немцу, он замер. Шел он один, да и шансы на его выигрыш были высоки, но тот факт что та по рассказам славилась проворностью, делало ее более опасной в ближнем бою. Но Ганс не из робкого десятка, но ведь женщину бить некультурно, так? Он скользнул за угол и наблюдал как та вырезает у трупа серп и молот, надавливая так, что из вспоротого живота выползал кишки, было очень противно. Даже у такого как он такое зрелище вызвало рвотный порыв, но он проглотил его и продолжил следить. Вдруг, он задел пустую бутылку и та обернулась на звук. Она пошла медленно, а когда выглянула за угол, из него показался Ганс.Не раздумывая он бросился на нее, повалив начав душить. Т/и брыкалась, готовая сдаться, но это же не он провел два месяца в лесу без отряда, перехуячив к чертям собачим 50 людей,так?

— Русские не сдаются, нацистский ты ублюдок! — последнее выкрикнула она и собрав все силы в кулак двинула тому по лицу что есть силы.

Он не ожидал столь сильного удара по лицу,а потом и добавку коленом в живот, поэтому перевалился на другой бок, отпуская Т/и. Она не стала мешкать. Она взяла его за шиворот и прижав к стене грозно, тихим голосом произнесла.

— Тебе повезло, ведь сегодня я достаточно наигралась. Живи с тем, что ты жив лишь по воле русской партизанки. — сказала она, близко наклоняясь к лицу полковника.

— Пошла ты к черту — засмеялся он.

— Не зря говорят что все нацисты психи. — презрительно фыркнула та, отбросив бедолагу в лужу. — Оу федерзейн, Герр Ланда. Надеюсь больше не увидимся.

Сказав это, она зашла в какую ту таверну, а потом, Ланда заметил как он выходит на другом конце улицы. Он остановилась и помахала ему, а потом ушла в темноту ночной улицы.И он не мог признать что эта девушка привлекла его внимание больше, чем другие жертвы его охоты. Но точно ли уже его?

Дитер Хельштром

Он сидел в таверне, в свой идеальной выглаженной черной, гестаповской форме. Читал о немецком кино, ведь на момент войны жизнь отобрала у него возможность видеть как процветает киноиндустрия, особенно когда о ней стал еще более увлечено говорить Геббельс. Вдруг, зашла девушка. В гражданской, не военной форме. Обычный женский пиджак,с блузкой и юбкой карандашом.

— Очередная француженка, ничего более. — подумал он про себя.

Она села за столик и к ней сразу же подошел официант. За соседним столом сидела шумная компания (так интересней. Простите если вам не нравится что я беру моменты из фильма, переделывая их под реакцию. Мне правда так легче.).Он так и не понял что они отмечали, но вроде день рождения сержанта, который гордо сидел за столом, толкая тосты.Она говорила на немецком, но видя как француз начинает нервно теребить край рубашки, она тоже занервничала.

— Эй! Тебе помочь? — пьяным голосом сказал кто-то из той компании.

— Оу... было бы славно. — вежливо улыбнулась Т/и.

— Что тебе нужно заказать? — спросил тот самый именинник, ближе подходя к Т/и, усевшись на место напротив нее. Он был пьян, перегар чувствовался за метра два.

— Мне шампанское и мороженое. — ответила Т/и.

— Хорошо. À cette belle dame, le champagne et la glace. (Этой прекрасной даме шампанское и мороженое.) — на французском, с ужасным акцентом сказал немец.

Его компания начала общаться между собой, давая имениннику поболтать с дамой. Он улыбался как идиот и разговаривал с Т/и, явно не видя ее раздражения.

— Откуда вы родом? — спросил он.

— Из Мюнхена. — вежливо ответила она.

— А как зовут столь прелестную даму? — не унимался солдат.

— Мое имя Т/и. Моя мать увлекалась культурой *страна, откуда имя вашей Т/и*, поэтому решила связать мое имя с ее любимой страной. — все также вежливо отвечала Т/и.

— Очаровательно! Не против если я составлю вам компанию? — сказал он, улыбаясь еще шире.

— Вы же именинник. — пыталась отвязать от себя его Т/и.

— И что с того? — удивился немец.

— Вы с вашими товарищами. Не культурно их оставлять одних.

— Не культурно оставлять одну девушку с шампанским.

— Но...

— Кажется, она вам ясно намекнула что НЕ хочет составлять вам компанию. — сказал Дитер, выходя из угла. Солдаты сразу встали по стойке смирно, завидев офицера.

— Она же не сказала...

— Я не хочу составлять вам компанию. Так яснее? — спросила Т/и, поднимая бровь.

— Вот видите? Теперь убирайтесь за свой стол. — огрызнулся Дитер. — Но в начале, извинитесь перед девушкой.

— Извините... — и как пристыженный ребенок поплелся за свой стол.

— Благодарю вас. Присядите? — спросила Т/и улыбаясь.

— Если вы не будете прогонять меня, то не против. — улыбнулся он.

Разговаривали они долго, он даже не заметил в ее поведении ничего странного. И тут задается вопрос:Повезло ли ему что он занесен в список «Интересных нацистов», или же он пожалеет об этом? По крайне мере пока, он не жалеет. Пока.

Фредерик Цоллер

Т/и сидела в местном баре, попивая виски. Вдруг, к ней подсел юноша. Она оглядела его с ног до головы, от чего ему стало немного неуютно.

— Вы не против знакомств? Я — Фредерик Цоллер. — улыбнулся дружелюбно тот.

— Серьезных знакомств я не ищу. — отчеканила Т/и.

— Понятно... — сказал он, промолчав. Возникла давящая тишина, но девушке было все равно.

— Вы актер? — выдохнула девушка, видя как тот весь напрягся от тишины.

— Я? А... да. И солдат. Рядовой Цоллер. — немного потупил он.

— Я заметила. А еще заметила что вы звезда. Вон как смотрят все. — сказала Т/и, смотря прямо в глаза Цоллера.

— Когда я был окружен 300 американцами, за три дня я с гнезда убил их всех. И... Геббельс решил сделать фильм «Гордость Нации». — уверенно сказал он.

— Вы горды этим? — спросила девушка.

— Ну, по идеи должен... — в его голосе прозвучала тень сомнения.

— Кто же тебе это сказал? Дай угадаю, Геббельс? — усмехнулась девушка.

—...

— Не обижайся. Просто задумайся. Этого будет более чем достаточно. — сказала Т/и, похлопав его по плечу. — Мне пора. Прощайте, Цоллер.

Когда Т/и уже собиралась открыть дверь, он крикнул ей в след.

— Как вас зовут? — спросил тот.

— Мое имя Т/и. — не оборачиваясь ответила та, выходя из бара.

Он будет неосознанно искать ее взгляд. Даже не смотря на то, что по сравнению с его щенячьим, у нее тяжелый взгляд. Но он был готов находится под ним хоть до самой смерти.

————————

2200 слов. На оценку;)