Часть 3. Странные дни

На Азуми и Труа посмотрели ранее сказанных два дебила.

— Это вы про кого? — прищурил Хани глаза. — Про меня и про… Э-э…

— Хирано Кэтсуми, — произнесла Кэтсуми. — Так меня зовут.

— Кояма, — кивнула головой Азуми.— Я Кояма Азуми.

— Ясно, а мы пожалуй, повторим свои имена, — поправил очки зеленоволосый. — Труа, самый красивый парень в мире.

— Хани, самый-самый красивый парень в мире, — юноша подошел ближе. — У вас есть к нам вопросы?

— Да, — задумчиво произнесла Азуми. — Хани, ты случаем, не в Ухани живёшь? Труа, твои родители так сильно любят свой город, что даже сына назвали этим именем? — сказав это, девушка изобразила удивление на лице.

Парни оторопели и округлив глаза, посмотрели на надзирательниц.

— Чего-о? Я, вообще-то американец! — крикнул Хани и его фиолетовые волосы превратились в стрелы. — А вы, жалкие девчонки!

— Боже, детский лепет, - вздохнула Кэтсуми.

— Так, всё! Хани в Ухани, я больше ничего не принимаю! — сказала Азуми.

— Ты забыла добавить — Труа в Труа, — задумалась Хирано.

— Раз вы носите такие короткие юбочки, значит и парней у вас нет, — рассудительно сказал Труа.

— А с чего это вас должно интересовать, а? - ухмыльнулась Азуми, сократив расстояние между собой и Труа. - Тоже что-ли юбочки примерить захотели?

Оскорблённый Труа резко отшатнулся от девушки и быстро подошёл к своему другу. Выглядели они оба растерянно.

— Подожди, Азуми, если им так интересно, то я расскажу почему у нас нет парней. Всё очень просто: парни сгореть боятся, — пожала плечами Кэтсуми.

— В смысле сгореть? — скептично спросил Хани.

— Да в прямом. Мы же с Азуми горячие штучки! — подмигнула Кэтсуми.

Кояма покраснела и посмотрела на подругу. Та только начала смеяться.

— Ну ты и извращенка! — воскликнула Азуми.

— У нас в стране это не запрещено. Так, что я не делаю ничего незаконного, — пожала плечами Кэтсуми. — И вообще, кто бы говорил…

— Идем, нам нужно поскорее занести отчеты и вернуться на пост, — Кояма открыла дверь в комнату охраны и положила на яркий, украшенный цветами стол последнюю папку с отчетами. - А ещё запереть этих двух павлинов.

После того, как все дела были сделаны, Кэтсуми ухмыльнулась и послана воздушный поцелуй Хани через стекло.

— Ну, чао, персики, дозревайте, а я пока пойду работать, — подмигнула Хирано и девушки покинули корпус.

***

С того случая в третьем корпусе прошло три дня. Поздно вернувшись из пятого корпуса и получив нагоняй от Хаджиме, растерянная Азуми легла спать, не обращая внимания на вопросы подруги. А рано утром к девушкам зашел главный надзиратель третьего корпуса Киджи Мицуба. Неловко улыбаясь, подруги подумали, что надзиратель пришёл предъявлять претензии по поводу своих заключённых, а потому сразу же принялись рассказывать ему всё, что происходило на самом деле. Вздохнув, Киджи поблагодарил надзирательниц за работу и с улыбкой положил на стол большую сумку с косметикой и средствами для ухода за кожей.

— Наша кожа должна быть прекрасной, ведь новогодний турнир уже сегодня! Я и начальнице такую же притащил. Считайте это подарком в благодарность. Ну, чмоки, чмоки, увидимся на турнире… — сказал Мицуба, захлопнув дверь.

— М-да… Если он и начальнице такую же притащил, тогда сколько у него косметики? — задумалась Азуми, читая надпись на каком-то сером тюбике.

— Чёрт знает. Это же Киджи-сан, — ухмыльнулась Кэтсуми. — Радуйся, что он бесплатно нам это принёс. Так, посмотрим... - девушка принялась копаться в вещах и достала оттуда коробку, в которой находился устрашающего вида железный предмет. Хирано нервно засмеялась. - Боже...я даже не хочу знать, что это такое...ну, так много косметики нам не нужно, мы и так прекрасны. А вот средства для ухода…

— Согласна, - яростно закивала Кояма. - А что мы будем делать с оставшееся частью?

-Разрисуем тринадцатую камеру,  пока они будут спать. Вот Хаджиме-сан обрадуется, - хмыкнула Кэтсуми.

***

Дойдя до самого центра Намбы огромный стадион предстал перед двумя юными надзирательницами из тринадцатого корпуса. За всю свою жизнь девушки таких масштабных построек ещё не видели.

— Ого… Если тут есть такой стадион, то должна быть и лыжная трасса, — усмехнулась Кэтсуми.

— Совершенно верно, — раздался голос Самона, спускающегося со ступенек меж рядами сидений. — Намба — это масштабный комплекс зданий. Должно быть, некоторые вы успели уже оценить, пока разносили отчёты.

-Да, особенно пятый корпус, - мечтательно вздохнула Азуми. - Когда мы только попали в Намбу, я считала четвёртый корпус самым красивым, но он ни в какое сравнение не стоит с пятым.

-Хах, ну а кто следит за красотой пятого корпуса? - усмехнулся Самон, ласково взъерошив волосы на голове сестры. - Видно, ты соскучилась по родине...

-Эх, повезло тебе, - состроила хмурое лицо Кэтсуми. - А я до сих пор не знаю, как выглядит пятый корпус.

-Могу устроить экскурсию, - дружелюбно произнёс Самон.

— Экскурсию? Вдвоём? — переспросила Кэтсуми и получив утвердительный ответ, улыбнулась и заправила прядь волос за ухо. — Что ж, спасибо, возьму на заметку.

— САМОН-СЕМПА-АЙ! — вдруг раздался громкий визг и на надзирателя пятого корпуса налетела девушка, сбив того с ног. — Я так скучала по вам! Мы не виделись несколько дней!

— Э-э-э… почему она прилипла к тебе, братец? — спросила Азуми и наклонив голову набок, посмотрела на девушку.

— Без понятия, — отозвался приглушенный голос Гокуу. Та девушка сильно сдавила ему рёбра, из-за чего парень начал кашлять. — Эта девушка - надзирательница десятого корпуса, Вада Микки. Я повстречался с ней два месяца назад, она потерялась и никак не могла найти пятый корпус.

— Ну, мы тоже первые дни путались, так что ничего необычного, — произнесла Кэтсуми и тоже с интересом посмотрела на девушку.

Вада Микки оказалась обладательницей розовых волос, по цвету напоминающих жевачку, со светло-зелёным цветом на концах. Жёлтые глаза с обожанием смотрели на Самона Гокуу. Розовый галстучек сильно отличался на фоне серой формы надзирателя. Микки отстранилась от надзирателя, весело топнув ножкой с бледно-розовым пушистым сапогом на тонкой высокой шпильке.

Кэтсуми нахмурилась. Кажется, она не встречала эту девушку на площади в первый день. Да, там было много народу, но такую особу девушка бы приметила издалека.

— Мне кажется, или она добавила розовый, куда только можно? — шёпотом спросила Азуми, словно читая мысли подруги.

— Не кажется...Боже, меня сейчас стошнит... — сказала Кэтсуми и отступила к бортику трибуны.

— Тебе плохо? Мне позвать врача? - спросил Самон, не удостоив взглядом розоволосую, отчего та нахмурилась.

Азуми хмыкнула, взяв брата под локоть.

-Не беспокойся, Сару, это просто приступ непереносимости, - с улыбкой сказала девушка.

-Непереносимости? - поднял бровь Самон.

— Хах, дело в том, что я...ненавижу...розовый! — воскликнула Хирано, тяжело дыша. — Как ты смогла так опозорить моду?!

— Что здесь происходит?! — отозвался только что прибежавший Киджи и тут же увидел всю картину. - Девушка, вас срочно нужно сдать в полицию моды! — Мицуба, тяжело дыша, упал на сидение рядом.

Азуми прикрыла рот рукой. Её насмешила реакция Киджи.

-Я не поняла... - наконец заговорила Микки, хмуро уставившись на Азуми. - Какое право ты имеешь так бесстыдно вести себя с Самон-семпаем?

-Спроси это у своего отражения в зеркале, - нагло посоветовала Кояма.

Гокуу тут же прикрыл рот рукой, сдерживая смешок.

-Неужели...нет...между вами что, роман?! - воскликнула Вада, вытянув руку и указывая то на Самона, то на Азуми.

Послышались шаги и рядом с компанией появились заключённые третьего корпуса. С двоими из них Кэтсуми и Азуми уже повстречались, так что не обратили особого внимания.

— Киджи-сан, так где наши ме… - спросил Труа, двигаясь по направлению к главному надзирателю, но вынужден был оборвать фразу, удивлённо уставившись на развалившегося на сидении Мицубу и Кэтсуми, которая кажется проводила зарядку для глаз.

-Э-эм...что здесь происходит? - поинтересовался подошедший к другу Хани.

Парни одновременно повернули голову и увидели Азуми под руку с главным надзирателем пятого корпуса, а также новенькую девушку. Труа поджал губы и направился прямо к Кэтсуми.

-О боже, я так точно ослепну, - произнёс парень, сняв очки и начав протирать их.

-И не говори, - промычала в ответ Хирано.

— Ничего вы не понимаете, это просто такой стиль! — воскликнула розоволосая, уперев руки в бока.

— Не трожь святое! — прозвучало от Кэтсуми в ответ.

— К чёрту приличия, я умираю со смеху! — залилась звонким радостным смехом Азуми.

Кояма попятилась назад, отчего подскальзнулась и упала бы, если бы девушку не схватил за плечо подоспевший Труа. Парень опустил голову и внимательно вглядывался в её тёмно-голубые глаза на протяжении нескольких секунд.

— Оу, спасибо. Может теперь, поставишь меня обратно? — приподняла бровь Кояма, хихикнув.

— Хорошо, — спокойно произнёс парень и выполнил пожелание леди.

— У-у-у, а это что за красавчики? —  с улыбкой повернулась Вада к парням из третьего корпуса.

— Не подходи ко мне! — воскликнул Сладенький и а эту же секунду показал свой фирменный жест.

-Да ну тебя, грубиян! - отмахнулась девушка и обратилась к Азуми, которая снова взяла под руку Самона. - Так, а с тобой я ещё не закончила! Кем ты приходишься Самону-семпаю?!

Азуми, изобразив на лице сложный мыслительный процесс, усмехнулась и нахально воскликнула:

-Я? Я прихожусь ему сестрой! И вообще, мадам, следили за собой, нежели за другими!

Микки как током ударило. Выпучив глаза, девушка отступила на несколько шагов и указала пальцем на Кояму.

— Фу, ты совсем не знаешь манер! — обиженно воскликнула она.

— Как будто ты знаешь… — пробурчала Кэтсуми, но к сожалению, розоволосая услышала её слова.

— Ах ты!…

— Да я! А что? Сил придумать что-то остроумное нет, да? — усмехнулась Хирано.

— Всё! Я вызываю тебя на дуэль! — воскликнула Микки.

— Замётано! Какая награда? - поинтересовалась Кэтсуми.

— Я буду биться за сердце моего Самона! — гордо воскликнула Вада.

— Ладно, но если выиграю я, то с тебя шоколадка. Дорогая шоколадка. Я ведь не идиотка, как ты, которая считает, что любой человек может быть твоим. Ведь Гокуу-сан — личность и никому не принадлежит, — Кэтсуми, воспользовавшись моментом, подошла к Самону и тихо промолвила. — не завидую я вам, Гокуу-сан.

Самон, нервно засмеявшись, вдруг обратился к Микки:

— С-состязание? Вада, разве начальница давала разрешение на проведение дуэли? — нахмурился Гокуу.

— Всё хорошо, я сейчас позвоню Момоко, — улыбнулась Азуми, достав телефон из кармана.

Самон, прошептав что-то вроде: "Предательница", отвернулся и посмотрел на то, как собираются заключённые.

— У Момоко? Как вы начальницу называете? — послышался мужской голос и к компании присоединился Кенширо Йозакура по кличке "Пёс".

А заключённых третьего корпуса и их главного надзирателя будто след простыл. Видимо, они решили побыстрее смыться из этого психушки.

— Момоко. Она разрешила мне и Кэтсуми называть её по имени. Здесь не так много женщин, так что ей скучно. А тут я и Кэтсуми ей подвернулись на монорельсе. Так и познакомились. А теперь она нас приглашает чай с печеньками, — пожала плечами Азуми.

Минуту главный надзиратель четвёртого корпуса смотрел на девушку.

— Я т-тоже… — наконец выдавил он.

— Что тоже? — обратился к нему Самон.

— Тоже хочу пить чай с печеньем в компании начальницы! — сказал Кенширо, закрыв лицо фуражкой.

Самон не успел задать вопрос коллеге, так как его нагло перебила сестра:

— Момоко разрешила. Проведём дуэль перед финалом, — сбросила вызов Азуми.

— Отлично. Побегу готовиться! — воскликнула Микки и подпрыгнув, побежала на лестницу, ведущую на поле.

Все надзиратели потихоньку разбрелись по трибунам. Вдвоём  остались стоять только Самон и Азуми.

— Наивная, — усмехнулась Кояма.

— Ты про что? — наклонил голову Гокуу.

— Тем, кто хочет встречаться с тобой, нужно моё разрешение, — серьёзно сказала Азуми, скрестив руки.

— Хэй, я вообще-то старше тебя! — воскликнул Самон, состроив рожицу.

— Ой, да кого волнует разница в восемь лет, — закатила глаза девушка. — Мы всё-таки не чужие люди, и должны друг друга оберегать, — обняла брата Кояма.

Самон был выше девушки больше чем на двадцать сантиметров, поэтому голова Азуми была Гокуу по плечо.

— Сказала бы ты это тому, кто сейчас в катакомбах… — прошептал юноша, ласково потрепав волосы сестры.

— Я знаю… Но нужно быть сильными, — грустно улыбнулась Азуми.