Глава 7. Тишина под кожей

Тишина в особняке стала тяжелее любого выстрела. Каждый шаг Рин эхом отзывался в пустых коридорах. Слуги старались не встречаться с ней глазами - в их взглядах она видела отражение того, кем стала: не женщиной, не главой. . . призраком, который не знает, жив он или уже давно мёртв.

Последние недели были кровавыми. "Чёрная Лилия" вернула себе всё: порты, клубы, подземные банки. Её люди боялись её больше, чем врагов. Но что-то в этом триумфе было неправильным.

Каждый раз, когда Рин смотрела в зеркало, ей казалось, что кто-то другой глядит в ответ - с теми же глазами, тем же лицом, но чужой.Чужой, у которой нет сомнений. У которой нет сердца.

Однажды ночью она не выдержала. Сняла повязку с глаза - впервые за долгие годы. Под ней был не символ клана, а шрам - тонкий, изогнутый, как улыбка судьбы.

Она смотрела в зеркало и шептала:

- Кто я теперь, если не Рин Соха?

Но зеркало не ответило. Только ветер за окном зашипел, будто знал ответ.

На следующий день Ки Ён вошёл в кабинет. Он был напряжён, глаза не поднимал.

- Босс... - Говори. - В портах... кто-то начал действовать от твоего имени. Люди думают, что это ты, но... приказы не твои.

Рин замерла. - Кто?

- Никто не знает. У него твои люди, твои деньги. И... твоя подпись.

Она встала. Её голос стал ледяным. - Найди. Узнай, кто это. И приведи ко мне. Живым.

Ки Ён кивнул, но прежде чем выйти, добавил: - Рин... может, это кто-то из своих.

Она посмотрела на него. - Все свои уже мертвы. Остались только те, кто ждёт, когда я оступлюсь.

В ту ночь она снова не спала. Сидела в тени, наблюдая, как в окнах особняка гаснут огни. В голове - сотни мыслей, в сердце - одно чувство: страх.

Не перед врагом. Перед собой.

Тишина будто проникала под кожу, и чем дольше она слушала её, тем сильнее понимала - кто бы ни стоял за новой тенью, он знает её слишком хорошо.

Слишком.

"Чтобы свергнуть королеву, надо понять, когда она перестаёт верить себе."

Эта фраза мелькнула в записке, оставленной на её столе утром. Без подписи. Без следов. Только запах старого табака - того, что курил Ха Мин.

Рин сжала листок, но руки дрожали.

- Значит, игра только началась...