Глава 8

ДАТЧ

Я не должен подходить к ней, я не должен прикасаться к ней, но в моей голове эхом отдается только одно слова — «возьми».

Не раздумывая, я поднимаю ее с пола и поворачиваю так, что теперь я сижу на кровати, а она сидит верхом у меня на коленях. Я хватаю ее за волосы и запрокидываю ее голову назад, когда мои губы сливаются с ее губами. Спать рядом с ей прошлой ночью было невозможно. Мне было чертовски трудно заснусь, а ее изгибы, прижатые ко мне, только усугубляли ситуацию. Затем она забралась на меня верхом и начала насаживаться на мой член, как на седло.

Я не так уж силен, и то, как она мило умоляла, вызвало у меня желание сделать ее беременной.

Крошечное полотенце, которое я повязал вокруг талии, когда выходил из ванной, был отброшен ее нетерпеливыми пальцами. Она обхватывает мой член обеими руками, и я издаю стон ей в рот.

— Крошка, ты не знаешь, как пользоваться этим оружием. — Я держу ее за запястье и жду, пока он посмотрит мне в глаза. — Ты нажмешь на курок раньше, чем придет время.

Она прикусывает нижнюю губу, и виду нее такой невинный. Какого было бы обучать ее, учить, как доставить мне удовольствие всеми грязными способами, которые я только пожелаю? Я представляю, как она стоит на коленях, а моя сперма стекает по ее подбородку, и улыбаюсь.

— Возможно, твоя цель — уничтожить меня.

—  Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо, как и мне. — Она пожимает плечами, глядя на меня из-под ресниц. — Может вставить его куда хочешь.

Мои руки сжимают ее запястья, и я издаю низкий грудной рык.

— Не говори мне этого. — Я наклоняюсь ближе и кусаю ее за ушко, прежде чем лизнуть нежную кожу. — Я окроплю тебя спермой еще до того, как поезд остановится.

— Датч, — шепчет она, и я крепко зажмуриваюсь.

То, как она произносит мое имя, похоже на зов сирены. У меня нет другого выбора, кроме как дать ей то, чего она хочет.

— Мы сделаем это по-моему, — говорю я ей, прежде чем развернуть нас и уложить ее на кровать. — Тебе это не понадобится.

Просунув руку между ее раздвинутых бедер, я хватаю край ее трусиков и быстро дергаю их. Ткань рвется на куски, и я швыряю обрывки хлопка на пол.

— Я хочу, чтобы ты объездила мое лицо своей киской, — говорю я, наклоняясь и зарываясь лицом в ее влажную киску.

Ее вздох эхом разносится ко купе, прежде чем она выкрикивает мое имя. Ее ноги дергаются, словно она пытается убежать и в то же время приблизиться. Я опускаю одну из своих сильных рук ей на талию, чтобы она не двигалась, и облизываю ее клитор словно рожок мороженого.

— Чертовски сочная, — ворчу я, пока она выгибает спину. — Ты можешь попытаться, но ты не отнимешь это у меня.

Она двигает бедрами вверх и вниз, прижимаясь к моему рту, и звук, издаваемы ее влажными губками, заставляет мой член плакать. Сперма стекает по толстой головке и по всей длине, покрытой венами, в то время как ее хорошенькая маленькая киска двигается все быстрее и быстрее.

Когда я посасываю ее клитор, этого достаточно, и она начинает кричать и хвататься за простыни. Видеть, как она кончает, — все равно что зажечь спичку, потому что сейчас я хочу трахнуть ее жестко и глубоко.

Я последний раз провожу языком по ее гладкому входу и забираюсь на нее сверху. Прозрачная розовая ночнушка задралась у нее на талии, и из-под нее выглядывают сиськи. Я стягиваю ткань ей на живот и крепко сжимаю в кулаке, прижимая ее киску вплотную к себе.

Ее глаза, еще мгновение назад полные желания, расширяются от удивления при виде моего члена, прижатого к ней. Мой член зажат между нами, его головка все еще истекает спермой на нее.

— Я не могу трахнуть тебя. — Она начинает выпячивать нижнюю губу, и я качаю головой. — Он не войдет, по крайней мере, пока. Мне придется растягивать тебя несколько раз в день, чтобы ты была готова.

— Будет больно?

— Нет. — Я прижимаюсь членом к ее киске, и она стонет. — Я заставлю тебя страстно желать этого.

Я сажусь поудобнее и обхватываю свой член кулаком Я несколько раз подрачиваю, чтобы немного ослабить давление. Когда восстанавливаю свой контроль, я провожу головкой между ее половых губ. Она стонет и прижимается ко мне, снова стремясь к разрядке.

— Ты должна лежать смирно. — Я отдаю приказ, и она делает, как я говорю. Обхватив свою твердую длину, я скольжу дальше, пока головка моего члена не целует ее узкий вход. — Я собираюсь с каждым днем растягивать тебя все больше. Нам придется по крайней мере дважды повторить это сегодня вечером. Ты должна быть в состоянии принять половину меня до конца дня.

— Половину? — спрашивает она, и в ее голосе слышится шок.

— Я крупный мужчина, а ты маленькая. — Я ввожу только кончик и чувствую, как она невероятно сильно сжимает меня. — А еще ты невинна.

Я не понимаю, как ее могут еще краснеть, но я крепко держу ее, медленно входя и выходя из нее всего на пару сантиметров. Ее стеночки напрягаются от моего вторжения, и я стискиваю зубы от ощущения. Она пытается сдержать меня, но в то же время ее тело жаждет, чтобы я вошел в нее. Она насквозь мокрая, и теперь к этому добавилось и немного моего предсемени.

Все мое тело напряжено, когда я двигаю только головкой — внутрь и наружу, внутрь и наружу.

— Еще, Датч, пожалуйста. — Она приподнимает бедра, и я шиплю на нее.

— Не двигайся, или я остановлюсь. — Я полностью вынимаю из нее головку, и она скулит. Когда она снова замирает, я вхожу в нее, как и раньше. — Хорошая девочка.

Требуются годы терпения и подготовки, чтобы достичь того уровня, на котором я нахожусь. Но все это на грани краха из-за этого маленького кусочка сладости подо мной. Я сильный, но ее маленькие пальчики, играющие с волосами у меня на груди, заставляют меня смягчиться. Как ей удается сломить меня, когда столько мужчин пытались и потерпели неудачу? Как я позволил ей проникнуть себе под кожу, когда ни одна женщина не делала этого раньше? Она заставила меня заявить на нее права, и теперь у меня нет другого выбора, кроме как забрать ее невинность в качестве платы за ее спасение.

— О боже, Датч. Кажется, я сейчас снова кончу. — Она крепко зажмуривает глаза и приподнимает бедра для меня.

— Позволь мне ощутить твое наслаждение, пока я буду дарить тебе своею — Я смотрю вниз, туда, где мы соединяемся, и вижу, что кончик моего члена находится внутри нее, ожидая, когда его выдоят.

Я провожу большим пальцем по ее маленькому бугорку, и она вскрикивает, когда ее тело достигает предела. Ее маленькая щелка сжимает меня так сильно, что у меня нет другого выбора, кроме как последовать за ней за край. Мое семя извергается в нее, когда я ласкаю себя по всей длине. Так трудно удержаться от толчка, но я использую все свои годы тренировок, чтобы оставаться неподвижным, выжимая каждую каплю спермы.

Закончив, я отстраняюсь, и поток нашего совместного наслаждения стекает по ее круглой попке. Без колебаний я провожу по ней пальцами и втираю в ее кожу. Мне нравится видеть себя на ней и отмечать то, что принадлежит мне. Я опускаю палец ниже, к ее попке, и нажимаю на маленькое узкое колечко, чтобы посмотреть, что она будет делать.

Ее глаза расширяются, но она не говорит мне остановиться, пока я потираю ее там.

— В конце концом, я кончу и сюда.Какая-то часть меня точно знает, к каким последствия может привести беременность Айрис, но я не соглашался не трахаться с ней, когда обещал вернуть ее домой. Это моя награда за то, что я нашел их давно потерянную дочь, и я собираюсь насладиться этим, пока не доставлю ее им. Может быть, к тому времени у нее в животе уже будет мой ребенок, а может и нет. В любом случае, я не собираюсь выходить и не собираюсь останавливаться.

— А теперь еще раз, прежде чем мы ляжем вздремнуть.