13 часть

— Люблю..

— Любишь? - Приподнявшись в локтях, Хенджин осмотрел Феликса и усмехнулся, – Позволь мне кое-что сделать.

Брови Феликса изогнулись, а сам он принял сидячее положение и стал наблюдать за действиями Хвана.

Тот приблизился к его лицу и положил руки на его талию, не давая никуда уйти.

— Что ты делаешь? – спросил Ли.

Чужие холодные руки проникли под его футболку, охлаждая теплую кожу и пуская по ней мурашки.

Поднимаясь ладонями ближе к груди, Хенджин ухмыльнулся и стал смотреть на реакцию Феликса, что выглядел крайне недовольным.

Взяв футболку за края, брюнет в тот же момент снял ее с Ликса и кинул на пол. Поежившись от резкого холода, Феликс охнул и посмотрел на чужие руки, что начали сжимать его бедра

— Что ты делаешь? Прекрати сейчас же, – Дрожащие руки стали слабо толкать Хвана в плечи, пытаясь оттолкнуть его от себя, но старший никак не реагировал и продолжал трогать Феликса.

— Тебе понравится, не дергайся, – Схватив Ликса за запястья и закрепив их над блондинистой головой, Хван припал пухлыми губами к его шее, начиная целовать и облизывать ее, оставляя влажные от слюны следы.

— Мне щекотно, хватит, – Дернулся младший, – Хенджин, отпусти руки. Мне уже это не нравится. Отпусти, пожалуйста...

— Щекотно? Могу исправить это, – чмокнув чужую молочную шею в последний раз, Хенджин впился в нее зубами, прижимая Феликса к стене.

Странное чувство сразу же сменилось на боль. Вскрикнув, блондин начал дергаться всем телом, пытаясь освободиться из крепкой хватки.

— Хенджин, перестань! Мне больно

— Потерпишь.

— Прошу... – парень прикрыл от боли глаза.

— Боже, твоя кровь так сексуально течет по шее, – Слизывая текущие  капельки алой крови, брюнет принимается кусать другие участки кожи на шее, не обращая внимания на Ликса, что кричал и дергался, пытаясь выбраться.

— Мне больно! Очень больно! — Слезы выступили на его глазах и начали скатываться струйкой по щекам, – Ты же меня любишь! С человеком, которого любишь так не поступают...

Игнорируя его слова, Хенджин перевернул младшего на живот и прижал его к кровати, стягивая одним движением с Ликса пижамные штаны, а за ними сразу же боксеры.

Приподнимая Феликса за бедра, он начинает тереться о них своим возбуждением, создавая имитацию толчков.

— Пожалуйста... – оборачиваясь назад, он умоляющим взглядом смотрит на Хенджина, в надежде вызвать жалость и переубедить его, заставив остановить свои действия.

— Пожалуйста? Ну раз ты так просишь, то не будем медлить – Усмехнувшись, Хван приспускает свои штаны и открывает лежащий рядом тюбик смазки, выдавливая прохладную жидкость на свою ладонь. Разогрев ее в своих руках, он начинает смазывать свой член, надрачивая самому себе.

— Нет... Джинни, я что угодно сделаю, но только не это!Пожалуйста... Любимый, прошу... Джинни, я тебя так люблю. Что угодно сделаю, но только не это... Я тебя умоляю, – Дергаясь и плача, Феликс наблюдает за действиями старшего, что никак не реагировал на его слова. Хенджин сжав его бедра и раздвинув половинки ягодиц, начал входить в него, закатывая глаза от удовольствия.

Феликс дернулся и закричал, пытаясь отодвинуть свою задницу в сторонц, дабы избежать проникновения. Сильные руки брюнета не дали ему этого сделать.

— Черт, тебя же надо было подготовить... Прости, малыш, я немножко забыл, – Усмехнувшись, старший продолжает входить в него, сжимая бедра, – Будь добр, не сжимайся.

— Забыл? - плача от нахлынувшей боли, Феликс утыкается лицом в подушку, пытаясь расслабиться, чтобы хоть как-то облегчить себе мучения.

— Вот так, детка... Мх...

— Ненавижу...

— Кого ты там ненавидешь? – Прорычав от злости, Хенджин полностью вошел в него, начиная вбиваться.

Кровь потекла по его бедрам, создавая неприятные и ужасные ощущения.

Порвал....Хенджин вошел в него почти что насухо и порвал его...

— Мамочка, забери меня отсюда... Пожалуйста, – закрывая 

глаза, Ликс плачет в надежде, что все это скоро закончится.

***

Утром Феликс проснулся совершенно один. Он лежал, укутавшись в одеяло и смотрел в потолок, думая о своей никчемности.

Последнее, что он помнил с того момента – это жуткая боль, тяжелые вздохи Хенджина, а затем темнота.

Видимо не выдержав всего этого ужаса, он потерял сознание.

Когда он проснулся, то на улице уже было светло и во всю светило яркое солнышко.

Феликс раньше также светил... Друзья и родственники называли его их личным солнышком, а теперь солнышко перегорело. Перегорело, как лампочка и стало никому ненужным.

Кровать была с уже чистым постельным бельем, да и сам Феликс был полностью чистым. Значит Хенджин обо всем позаботился...

Спина жутко болела, что встать было невозможно. Задница болела не меньше, а наоборот намного больше. Вспоминая ужасный вечер, он уткнулся лицом в подушку и стал реветь, крича от обиды на весь дом.

— Чем я все это заслужил?!

— Родился слишком красивым и сексуальным, – Зайдя в комнату и сев на кровать, Хенджин стал осматривать плачущего Феликса, – Так больно? Прости, малыш, я забыл подготовить тебя.

Ликс промолчал.

–  Пойми меня, я не смог устоять перед тобой. Подумай, ты сам бы смог устоять перед таким мальчиком?

Рука Хвана потянулась к его спине, поглаживая.

— Не трогай меня! – Ударив чужу руку, он вскочил с кровати, но сразу же об этом пожалел. Резкая боль прошлась по всему телу, заставляя Феликса обратно лечь на кровать, тяжело вздыхая.

— Не дуйся, мне правда жаль. Стоило тебя подготовить.

— Стоило послушать мои слова и не трогать меня, а не продолжать насиловать... – всхлипывая, Феликс закрыл лицо руками, – Пусти меня домой. Я не хочу жить с тобой. Поигрался и хватит. Пусти меня, пожалуйста.

— Я еще не наигрался.Ты слишком славный, Ликси, я не хочу тебя отпускать .

— Ненавижу тебя.

— Ненавидешь? – Хенджин помрачнел, – И даже не нуждаешься во мне?

— Я не нуждаюсь в таких отбитых на голову.

— Надо это исправлять, милый. Надо сделать так, чтобы ты нуждался во мне, – Жутко усмехнувшись, Хенджин схватил его за щиколотку, подтягивая к себе. Вскрикнув от неожиданности, напуганный блондин уставился на Хвана.

— Пожалуйста, не трогай! Я погорячился, я больше так не буду, Джинни..

— Будет немножко больно, прости.

— Что?

Услышав звук хруста, а затем почувствовав резкую и острую боль, Феликс закричал и схватился за свою ногу.

Соленные слезы сразу же покатились по щекам, оставляя влажные следы.

Смотря на свою ногу, что начинала постепенно оопухать и приобретать фиолетовый оттенок прямо на глазах, он прикрыл рот рукой.

— Теперь ты нуждаешься во мне? – спросил старший.

— Ты... Больной на голову...

— Мне вторую ногу сломать?

— Себе ногу сломай, придурок отбитый!

— Я понял, любимый, – Схватив его за вторую ногу, он мило улыбнулся, – Есть что сказать мне?

— Есть... – сказал Ли.

— Я слушаю.

— Я был чертовски неправ, Джинни. Я... Я нуждаюсь в тебе... Как в кислороде, – Ликс тяжело вздохнул, игнорируя ужаснейшую боль в ноге, – Нет... Ты и есть мой кислород! Отпусти ногу и поцелуй меня, я задыхаюсь.

— Актер из тебя никакой, милый, — Отпустив его ногу, Хенджин положил руку на его щеку и поцеловал, поглаживая по голове, – Сильно болит нога?

— Очень... – Вслихпнув, Ликс вновь перевел взгляд на ногу.

—  Мой маленький славный мальчик, какой же ты все такие глупый... Я позвоню доктору, твоя нога выглядит слишком ужасно, – Чмокнув Феликса в лоб, он потянулся за телефоном, набирая номер врача.

—Почему ты со мной так поступаешь? – спросил Феликс, плача.

— Это моя любовь, милый.

— Это совсем не любовь...

— Любовь бывает разной.

— Тогда твоя любовь самая ужасная...