Глава 1

— Мэйбл, ну давай! Скорее! А то мы опоздаем!

Эта девчонка никогда не научится рано вставать, сколько бы раз я не предпринимал попыток её разбудить с помощью многочисленных будильников.

— Дип, погоди! Я уже спускаюсь!

— Быстрее! — тороплю я её словесно, хоть уже и слышу, как по ступенькам начинают стучать колёсики.

И вот, она наконец-то спускается. Я каждый раз задаюсь, зачем столько чемоданов. И с каждым годом на один больше!

— Ну, а теперь что?

— А? — она осмотрел себя и вокруг, явно не понимаю, про что я. Киваю на новую сумку, забитую до отвала. — А! Ты про этот чемоданчик?

— Ничёсе чемоданчик. Да тут целое чемоданище! Аргх... — я сжимая переносицу пальцами. — Ладно, Пайнс, спокойно, — вторю себе уже в который раз и выдыхаю, а после открываю уличную дверь. — Пошли. Автобус будет через десять минут.

И только стоило мне это сказать, как позади раздаётся звонкое:

— Десять?! Диппер! Да я за эти десять минут могу многое ещё сделать!

— Мэйбл! — отвечаю так же, смотря на сестру. — Пошли! Автобус будет через десять минут! И подъедет он не к нашему крыльцу, а к остановки, до которой нужно ещё дойти! А пока мы дойдём, он как раз приедет!

— Эх, хорошо... Ты прав... Сэндвич! — кричит она вновь, обращая внимание на кухонный стол. — Мама собрала в дорогу! Я возьму, а то она обидится, что мы уехали голодными.

Я мотаю из стороны в сторону уже начавшей побаливать головой, беру свой чемодан с рюкзаком сверху и заодно прихватываю чемодан сестры. Его она собирала при мне, поэтому здесь точно самое необходимое для жизни, а остальное пусть сама несёт или же, в кои-то веке, оставит дома.

— Мейбл, не забудь закрыть дверь на замок! — кричу и спускаюсь по крыльцу.

На остановке мне приходится выслушивать ежесекундные расспросы насчёт того, скоро ли приедет автобус. Благо, что это длится всего пять минут, очень долгих пять минут, после которых на горизонте виден наш автобус. Мы усаживаемся на заднем ряду, потому что наша остановка предпоследняя.

Дорога. Леса. Поля. Что ещё нужно для счастья? Да ничего. Если только, найти свою любовь...

«Гравити Фолз».

Я настолько погрузился в голове в свои неосязаемые дебри, про которые забыл тут же, как только моргнул и вернулся в реальность, что чуть не пропускаю знакомую вывеску небольшого городка в штате Орегон. Вот уже знакомые сосны, магазины... Люди.

— Мэйбл... — я аккуратно толкаю сестру, от чего она поёживается и открывает глаза. — Мы приехали, вставай.

— Дип, дай ещё поспать... Не мешай...

— Мы уже приехали. Вставай.

— Что?! Как приехали? Когда?!

— Гравити Фолз! – перекрикивает её водитель, и мы, взяв вещи, наскоро выходим из автобуса.

— Дядюшка Стен! – кричит Мейбл, стоит нам только заметить голову родственника. Я же улыбаюсь и жму прадяде руку.

— Дети! А мы уж думали, что мы рано приехали! – радостно говорит Стенли и обнимает нас.

— Дядя, мы же не маленькие! — возражает Мейбл. — Нам уже скоро семнадцать будет.

— А-ах, семна-адцать! – распевно произносит он. — Ну, тогда да, конечно... Вы ещё даже не прошли обряд посвящения!

— Стен, хватит с ними сюсюкаться.

— Прадядя Стенфорд! — кричу я и бросаюсь обнимать второго родственника, от которого только получал письма за этот год о новых найденных аномалиях.

— Привет, Диппер.

— Ладно, пошлите в машину, а то Зус там один на кассе, — ворчит Стенли и отворачивается.

Сев в потрёпанный временем автомобиль, мы едем в уже старенькую «Хижину Тайн». Прошлым летом я и Зус переделывали всю крышу, хотя обвалилась она только с задней части, когда в неё Гренда запустила мячика для гольфа.

Сосны. Сосны... Ничего более. Сейчас уже вечер, солнце заходит за горизонт. На западе небо розовеет, а на востоке наоборот – темнеет. Красота! Ну, вот и дом. Мы дома... Выйдя из машины, застываю. Лёгкие наполняет лесной еловый воздух.

— Диппер! Ты чего застыл? – спросила сестрёнка. – Давай, бери свои вещи и пошли.

И вот мы поменялись местами. Это очень забавляет, вызывает улыбку.

— Сейчас, ещё чуть-чуть, Мэйбл.

— Как хочешь, – бросает сестра, пожимая плечами.

Они уходят в здание, а я остаюсь тут, на свежем воздухе. Так хорошо... Никто и ничто не угрожает. В последнее время в этом городишке скучнова-то. Ну, или мне так кажется. Венди замужем за какого-то парня из другого города. Не знаю, кто он. И знать не хочу. На кой чёрт он мне сдался? И, мне кажется, у них скоро будет ребёнок... Так! Стоп! А что это я про Венди сразу вспомнил, а? Уже всё решено! Ну и что, что у меня до сих пор сердце немного болит. Просто я однолюб, нужно чуть больше обычного времени. Я её не люблю. Она с ним, а я... я...

Из моих раздумий меня выгоняет какой-то крик со стороны леса.

— ...помогите, — эхом разносится отовсюду.

Надо бы проверить.

— Диппер! Заходи уже! – кричит Мэйбл с кухни.

— Иду!

Пожалуй, чуть позже. Взяв свои вещи, захожу в дом. Поднявшись на чердак, теперь я ощущаю одиночество. Как и каждое лето. Мэйбл живёт отдельно. Вместо её кровати теперь диван. По-прежнему треугольное окно, имеющее на подоконнике плед и подушку.

— Пошли есть! — восклицает Мэйбл, заглядывая в щель между дверью и стеной. — Я така-ая голодная!

— Иди, я не хочу. Я лучше разберу вещи и прогуляюсь.

— Тогда твоя порция – моя! — и она уходит.

Стоит открыть чемодан и расстегнуть молнию сумки, как внимание вновь переводится на окно, туда, откуда и звучал крик. Пожалуй, позже разберусь с вещами. Сейчас куда важнее найти того, кто кричал, и либо оказать помощь, либо рассказать Форду о находке.

Достаю только дневник, которой мой, с моей пятернёй, но без номера, а также фонарик, закрываю на ключ свою спальню и поднимаюсь на подоконник, распахивая окно шире. Забравшись на крышу, закрываю окно на щеколду и осторожно спускаюсь по фасаду вниз. С непривычки попадаю в кусты и тут же прячусь под окнами, пережидаю, пока шум от меня не забудется членами семьи на кухне.

Я воровато пробираюсь к первым деревьям, пока хижина не скрывается из виду. Крик вновь повторяется, но со стороны, как идти к гномам. Открыв форзац своего дневника, я тычу ластиком карандаша себе в висок и думаю, что может быть там, дальше. Кажется, за эти года я всё изучил лично, поэтому либо это новая мутация, либо... Во всяком случае, нужно проверить.

Пройдя в глубь леса, порядком поцарапав руки после еловых ветвей, я натыкаюсь на полянку. Маленькую, метров шесть, не больше, но с фиолетовыми цветами. Раскрыв дневник на чистой странице, я зарисовываю находку, прикидывая краткое описание и примерное расстояние от хижины. После же осторожно вступаю, приминая несколько цветков. Поляна совершенно нетронутая кем-либо, даже сорняками. За одним шагом идёт второй, за вторым – третий, и так далее. Я уже расслабляюсь, что ничего опасного не происходит.

— Наверное, — шепчу, — я слишком подозрителен. Просто новое место.

Остановившись в центре, я осматриваюсь. Где-то в стороне поют птицы, где-то стучит о дерево дятел, а где-то шуршит какое-то небольшое животное. Животное, конечно, может быть опасным, но чувства тревоги нет, да и я ни разу не встречал кого-то опасного в такое время. Хотя, конечно, скоро уже ночь будет, небо безоблачное, Луна мелькает где-то меж ветвей.

Я внезапно зеваю. А потом ещё раз.

Слабость накрывает как-то сама собой. Уже с трудом разлепляя глаза, я опускаюсь на землю, снимаю с себя кофту и укладываюсь на неё. Немного вздремну, пережду этот момент слабости, а после вернусь домой. Перед тем, как уснуть, хлопаю себя по руке, убивая комара.

Мне снится чёрно-белый сон. Почему-то понимаю, что это именно сон. Всё как в старом кино. Чёрно-белое. Только я один цветной. Я решаюсь прогуляться.

Пройдя по округе, ничем не отличающейся от знакомого леса, натыкаюсь на камень. Простой камень. Но тёплый. И с каждой секундой становится теплее, когда я иду к нему. Тепло я различаю по свечению. Конечно, в чебэ варианте это нельзя увидеть, но это сон, поэтому здесь всё возможно.

Позади раздаётся звук ломающейся ветки. И мне начинает трясти, всё тело дрожит, словно происходит землетрясение, но его чувствую только я. Через пару мгновений всё проходит. Вспомнив о звуке позади, оборачиваюсь, но там никого. Скользнув взглядом вбок, стараясь различить так движения позади, я резко оборачиваюсь. Потом кручусь вокруг своей оси. Никого...

Подождав ещё немного, иду дальше. И в один момент камень начинает кипеть, испуская пар.

— Что за нафиг? — шепчу себе под нос, делая шаг назад.

Из валуна идёт струёй густой дымок. И всё дальше происходит без зависимости от того, отхожу я или нет.

Я начинаю бить себя по щекам, щипать, дабы проснуться. Пора выбираться отсюда и идти домой, в кровать. Но не получается. А в голове эхом раздаваётся «проснись» или «очнись». И вот, я чувствую, что в реальности весь мокрый. Меня облили! Замечательно! А тем временем камень разламывает и оттуда появляется синий сгусток дымок. Он заполоняет всё вокруг, погружая в темноту. Жжётся в глазах. Протираю их, а когда открываю, то понимаю, что я в доме, в гостиной, на диване.

— Диппер! Очнулся! – радостно произносит Мэйбл.

— Мэй.. мгх.. – я хочу прикоснуться к её руке, но чувствую сильную боль.

— Дядя Форд! Диппер очнулся! – крикнула она на весь дом.

— Наконец! — раздаётся с кухни, откуда вскоре выходит званый родственник со стаканом какой-то жидкости голубого цвета.

— Что это? — я недоверчиво смотрю на стакан.

— Это лекарство. Оно быстро вернёт тебе силы.

— А что, в общем-то, случилось? — спрашиваю.

— Я нашёл тебя на поляне ядовитых цветов. — отвечает с нахмуренным выражением лица Форд.

— Так вот, что это за фиолетовые цветы были... А что с ними не так? Когда я нашёл их, то не увидел ничего странного. А потом...

— Сначала они тебя усыпляют, потом снятся кошмары, а тем временем они забирают твою жизненную энергию для своего размножения. А затем высасывают душу. Человеческие души, в том числе довольно юные, как ты или твоя сестра, очень значимы.

— М-да... Весело у них там, — пытаюсь разбавить обстановку, но у самого получается скорее нервный смешок.

— Выпей, — Форд протягивает мне принесённый стакан.

Стоит вдохнуть пары, сравнимые с тухлятиной, я ворочу носом. Мэйбл тут же услужливо надевает мне на нос прищепку. Выдохнув, как делает Стен, я выпиваю полезную отраву. Голова тут же тяжелеет, а потом всё вокруг погружается в темноту.

Просыпаюсь у себя на кровати. Первая мысль, которая посещает, так это отсутствие боли. В предыдущий раз я не особо замечал на фоне слабости какое-то фонение на фоне и внутреннюю дрожь. Сейчас же ничего не болит.

Встав, я тихонько спускаюсь на кухню. Хочется пить, словно я провёл месяц в пустыне. Там я ни разу не был, но ощущение, словно побывал сейчас. Смочив горло, лишь после глянув на часы, чтобы не поперхнуться и не разбудить кого-то, я отставляю стакан и направляюсь обратно к себе на чердак. Время без двадцати двух минут три часа ночи. Но стоит голове коснуться подушке, как сон тут же пропадает. Ну вот назло же не спится! Вообще. Сна ни в одном глазу.

— ...помоги...мне...

— А? Кто это? — спрашиваю под нос себе, резво приподнявшись на локте.

Только думаю, что мне причудилось от недосыпа, как вновь слышится:

— ...помоги мне...

— С чем? С домашкой по алгебре? Или по физике?

— ...Помо...

— Не мешай мне спать! — кричу в темноту комнаты. Спустя несколько минут тишины понимаю, что «голос» замолк. — Наконец-то.

Промычав от недовольства, а, конкретно, из-за твёрдой поверхности, на которой я просыпаюсь, я через щёлочки век нахожу кровать. Ещё даже солнце не вышло на небо, и первые петухи не прокукарекали, а у меня вновь возвращается бессонница.

— Мгх... Спать хочу, на крова... — мямлю себе под нос, кладя на край кровати руку, чтобы опереться и встать на колени. Подняв голову, я тут же отскакиваю, как ошпаренный. А вы бы как отреагировали, если бы спустя два года увидели в момент полусонного бреда монстра из кошмаров?

Тот как всегда в своём репертуаре. Тот же жёлтый равнобедренный треугольник. Сплошная жёлтая кирпичная стена. Галстук-бабочка, цилиндр и трость. Протерев глаза, я более не вижу его. Глюк. Каждое привидеться может. И не только это. Но мне хотя и бы "только не это". Я залезаю на кровать и опять не могу заснуть. Да что такое, а?! Даже приоткрытое окно со своей ночной прохладой не способствуют сну.

Тогда решаю прогуляться. В городе, если не спится, я хожу гулять на балкон. Вот и сейчас не буду далеко заходить. Да и только раннее утро. Мне тупо незачем так далеко ходить. Спустившись на веранду, кутаясь в плед, вглядываюсь в стволы и ветви деревьев.

Что-то на окраине леса слишком тихо. Ни звука птички какой-то, ни шороха листьев под ногами, ни ветра. Я осматриваюсь и замечаю, что весь мир словно потерял все краски мира. Как и во сне. Всё чёрно-белое.

— Сосенка-сосенка, — послышался позади мужской голос, — что же с тобой стало, милая?

— А? — я в ужасе оборачиваюсь назад. В проёме оказывается человек в старенькой и изорванной одежде с ведром. А в нём белая краска.

— Надо бы тебя подлечить.

Я быстро спускаюсь по лестнице. Только хочу начать выяснять ситуацию, ведь как этот человек взялся здесь, как тот, взяв кисточку, охая спускается и подходит к небольшому дереву. Он замазывает этой краской нижнюю часть ствола и, взяв бинт, завязывает сломанную веточку деревца. То ростом с меня. Такое же маленькое и... такое беззащитное.

— Э-хэ-хэй! Кого я ви-ижу! — восклицает появившийся с боку от меня демон разума.

— Билл Шифр?! Что тебе ещё нужно, треугольник? — я валюсь на зад и начинаю отпалзывать к дому. Защитный круг должен быть где-то здесь, ведь так?

— Ой-ой, какие мы смелые. Если бы не я... – он смотрит в мою сторону. Только сейчас я понимаю, что до этого демон не смотрел на меня. Да, был немного повёрнут ко мне, но не смотрел. Я сдал сам себя. — А ты кто такой?!

— Что? — непонимающе спрашивает тот недосадовник.

— Я не тебе, болван! — отвечает ему демон и опять поворачивается ко мне. — Дорогуша, ты не из этого времени! Хотя ты очень интересен... Кто ты?

— Я... Я...

— Ты, ты! Кто ты?

— В смысле?..

— В прямом. Кто ты? Ты мне кого-то напоминаешь... Мы с тобой не встречались?

— Я... Д-диппер... Диппер Пайнс... Из двадцать первого века...

Страх куда-то уходит. Похоже, он не помнит меня. Но... Тогда интересно, про какие времена тот говорит, что я не из здешних.

— Пайнс?! — демон впадает в шок, когда обрабатывает полученную информацию

— Да, — тихо согласно киваю. Если тот и забыл память, то явно не стал менее опасным.

— Но как это возможно?! Я же покончил с Мейсом Пайнсом! Как?! Как ты выжил?!

— Погоди, Шифр! — вступает в разговор неизвестный мне мужчина. Вот он по-прежнему меня не видит и явно не понимает ничего. — С кем ты разговариваешь?

— Рей, подожди. У меня намечается встреча. Позже поговорим, — Шифр щёлкает пальцами, и мы перемещаемся в какое-то помещение. Здесь только стол, стулья и диван.

— Где мы? — спрашиваю я, поднимаясь на ноги и накидывая на плечи плед.

— Я у себя, а ты – у меня в гостях. Так что веди себя прилично!

— Билл... Какой сейчас год?.. Точнее, век.

Тот смотрит на меня подозрительно, а после перемещается по воздуху на диван, вальяжно устраиваясь.

— Пятнадцатый век. А год четырнадцать девяносто шестой. Тебе кто-то стёр память и сбросил у хижины лешего?

— Что?

— Видимо, да. Ты мне, вот, что объясни... Почему ты чёрно-белый? Мы в реальности, не в моём мире грёз.

— А? Разве не всё вокруг чёрно-белое? Я цветной.

— Да ну. Ха! А-а! — он резко взмывает вверх, поднимаясь так с дивана. — Я понял! Это временная петля. Видимо, ты забрёл сюда, когда гулял. Я могу тебя отправить в твоё время, но взамен...

— Что?

Шифр подлетает ко мне близко настолько, что расстояние, которое теперь между нами, почти в несколько миллиметров.

— Ты должен кое-что передать мне в будущее.

— И что же это!..

— Боже, а ты милый, когда смущаешься, так бы и съел! Но не боись, мне хватает того лешего. Бедняга отказался от мирских затей и поселился здесь. Так, хорошо. Слушай сюда. Я переношу тебя в твоё время, а ты должен передать мне, будущему мне, вот это, — в его левой руке появляется шкатулочка, а в правой – запечатанный свиток.

— Вот это?! И всё?!

— Да! И вот это, — он тыкает меня в лоб пальцем.

— Но, у тебя же нет лба.

— Да? А ты всё рано так сделай, хорошо память возвращает, а то...

— Хорошо, хорошо! Я сделаю это! Это точно всё? А как же твоя идея с заключением сделки на синем пламени!

— Не хочу тебя убивать. Мне интересно, что будет после! Увидимся в будущем, Большой ковш! — Билл щёлкает пальцами и начинает испаряться.

Моргнув, я вновь оказываюсь на окраине леса, словно ничего и не было.

— Так! — останавливаюсь и смотрю себе под ноги. — Билл мёртв! Его стёрли из памяти Стенли, и он больше не вернётся! Но тогда как я выполню свою часть сделки?!

Незаметно для себя я опять чуть не наступаю на поляну с ядовитыми цветами.

— Надо держаться от неё подальше... И поставить табличку.

Решаю свернуть налево. Деревья, деревья и ещё раз деревья. Трава-мурава, не более. А через время так вообще кажется, что я заблудился. Да и солнце начинает светать... Заприметив камень, добираюсь до него и присаживаюсь, глотая капли слюны. Краем глаза замечаю какое-то движение. Собрав храбрость в кулак, поворачи туда резко голову. На меня смотрит статуя Билла. Страх парализует до такой степени, что не могу пошевелиться. Опомнившись, понимаю, что стою около статуи. Тревога нарастает в груди слишком резко, что кажется, словно сердце сейчас сломает рёбра и грудную клетку. Как можно скорее, я бегу домой.

Ну уж нет.