ГЛАВА 31

— Гира, даже не вздумай спорить! Я иду с тобой, и это не обсуждается! — Арес, казалось, в тысячный раз повторял одно и тоже, словно упрямый баран, бодающий неприступную стену.

— Нет, Арес, это глупо и не рационально. Во время снятия печати черт знает что может случиться, — парировала я.

— Да плевать! Со мной ничего не случится. Тем более, если все пойдет наперекосяк, я буду рядом, чтобы разгребать последствия! — Он скрестил руки на груди и уставился на меня взглядом, прожигая дыру в моем безразличии.

— Если что-то пойдет не так, ты не только не поможешь, но и сам огребешь проблем. И кому это нужно, спрашивается? — Я пожала плечами, хотя внутри уже копошился маленький, но очень настойчивый червячок беспокойства.

— Я иду!

— Нет.

— Да!

— Арес, нет.

— Гира, мать твою, ДАААА!!!!

— Ты издеваешься? Это пытка какая-то?

— Да чтоб меня! — Он резко притянул меня к себе и привычным жестом запустил руку в мои волосы, нежно сжимая пряди. — Я люблю тебя, волнуюсь до чертиков! И я пойду с тобой, хоть на край вселенной!

— Ладно, ладно, сдаюсь. — пробормотала я, признавая поражение. — Раз уж ты так рвешься в бой, сейчас я тебе все расскажу, чтобы ты хоть немного понимал, во что ввязываешься.

Арес кивнул, довольный, как кот, объевшийся сметаны, и приготовился внимать моим словам.

— Значит так, слушай внимательно и не перебивай.  Все это время я потихоньку ковыряла оболочку ядра, скажем так, снимала звенья с заколдованной цепи. Но это была лишь подготовка, детские игры по сравнению с тем, что ждет нас дальше. Сила, выходящая из этих мелких трещин, — капля в море по сравнению с тем, что хранится внутри. Я погружусь в черную дыру. Ты будешь рядом с дырой, но не рядом со мной. И тут даже не смей спорить. Когда оболочка ядра лопнет, как перезревший арбуз, и печать будет сорвана, произойдет такой мощный выброс энергии, что тебя просто сдует, как пушинку. Ни при каких обстоятельствах не приближайся ко мне, пока буря не утихнет. Хотя бы это ты можешь мне обещать?

— Хорошо, котенок, обещаю, — серьезно ответил он, глядя мне прямо в глаза.

— Отлично. В целом, как я уже говорила, все произойдет быстро. Готов?

— Я готов на все, особенно когда ты рядом, — промурлыкал он, нежно сжимая мою руку.

И вот, мы вместе погрузились в объятия материи вселенной.

Приятное давление невесомости окутало нас, словно мягкое одеяло. Как же давно я не чувствовала этого.

Я мгновенно изменила форму, превратившись в пульсирующий шар энергии. Арес, к сожалению, так не умеет, поэтому остался в своем привычном обличье.

В мгновение ока мы перенеслись из материи в бескрайний космос.

Найти черную дыру оказалось легко, собственно, как я и предполагала — пара порталов, и вот она, зловеще сияющая перед нами.

Ну что ж, наконец-то. Я так долго к этому шла, столько всего произошло за это время. Кажется, у меня засосало под ложечкой... Неужели я волнуюсь? Я чувствую?...

А, показалось... Или нет?

В любом случае, пора.

— Я люблю тебя! Я рядом! — прошептал вслед Арес, и я, собравшись с духом, ринулась в черную бездну.

Все просто, как дважды два: расколоть оболочку, высвободить энергию, и дело в шляпе. Печать будет сорвана.

Pov Автор.Арес, с сердцем, объятым тревогой, стискивал губы в мучительном ожидании. Он сдержал обещание Гире – не последовал за ней в зловещую дыру, но застыл рядом, словно натянутая струна. Каждый нерв, каждая мышца в его теле кричали о готовности броситься в самую бездну ради спасения его возлюбленной.

Сначала – тишина, гнетущая и пугающая. Затем Арес ощутил слабый толчок энергии, едва заметный, словно робкое прикосновение. И снова, и снова... Эти импульсы, словно зловещие волны, накатывали все сильнее и яростнее. Он держался из последних сил, хотя время тянулось невыносимо медленно. Гира говорила, что это будет быстро, но каждая секунда без неё превращалась в пытку, заставляя сердце отчаянно биться в предчувствии беды.

Когда чудовищный выброс энергии, словно взрывная волна, отбросил его прочь, страх обрушился на его душу. Забыв об опасности, откинув всякий здравый смысл, он кинулся в черную пасть дыры, ведомый лишь безумной любовью.

Ослепительная белизна света обрушилась на него, заставив остановиться, дезориентированного и оглушенного. Он зажмурил глаза, но новые, безжалостные волны с яростью отбрасывали его назад, прочь от его Гиры.

И так повторялось вновь и вновь – мучительная борьба с невидимой силой, отчаянное стремление прорваться сквозь энергетическую стену, чтобы добраться до той, без которой жизнь потеряла всякий смысл.

Наконец, уловив краткий миг затишья, он снова ринулся вперед, в самое сердце тьмы.Там, в центре этой всепоглощающей бездны, в невесомости парила его прекрасная Гира. Но... что это? Арес замер в изумлении, не веря своим глазам. Её волосы, черные как вороново крыло, теперь струились серебром, точь-в-точь как у её матери, самой Вселенной. Каждый волосок словно излучал мягкое, неземное сияние, и казалось, они стали еще длиннее, еще прекраснее.

Гира была без сознания, но энергетическая буря стихала, импульсы слабели, пока не исчезли совсем. Все закончилось.

Словно хрустальную статуэтку, Арес бережно подхватил её на руки, боясь даже дышать на это совершенство. Прямо там, в сердце тьмы, он сотворил портал и перенес их обратно в тот скромный домик, который стал для них не просто убежищем, а целым миром, наполненным любовью и надеждой.

Осторожно уложив Гиру на диван, он укрыл её теплым пледом, затопил печь, боясь, что ей может быть холодно. Хоть Гидроны и не чувствуют холода, это было все, что он мог сделать сейчас. Бесконечное, мучительное ожидание и еще одна, грызущая его душу мысль: что с Эносом?

Ожидание длилось целую вечность. Три долгих дня Гира не приходила в себя. Арес метался по комнате, не зная, что делать, у кого просить совета. Почему её волосы изменили цвет? Что все это значит? Почему она так долго не приходит в себя?  Он не знал ответов, и от этого его сердце разрывалось на части.

На третью ночь, сквозь тревожный сон, он почувствовал легкое движение рядом с собой. Арес мгновенно распахнул глаза и встретился взглядом с двумя прекрасными, лавандовыми омутами. Это были глаза его Гиры.Да, не только волосы изменились – глаза тоже.

Арес не знал, что сказать, что спросить первым. Он просто крепко обнял её и прошептал, дрожащим от волнения голосом: «Котёнок... я так волновался... Ты три дня не приходила в себя... Я люблю тебя, девочка моя...»

«Я тоже...» – еле слышно прошептала она в ответ.

Сердце Ареса забилось как сумасшедшее. «Повтори... Любимая, прошу... повтори!»

«Я тоже люблю тебя, родной мой...» – более уверенно и громче произнесла Гира, и её глаза наполнились слезами.

Слезы радости, любви, облегчения, печали... и еще чего-то, непостижимого и глубокого.К Гире вернулись эмоции. Как? Никто и никогда не узнает. Но одно известно наверняка – любовь сильнее даже самой Вселенной.