ГЛАВА 28

– Помнишь, я обещал вернуть тебе эмоции любой ценой? – прорычал Арес, вальяжно завалив меня спиной на диван и нависнув сверху.

– Изнасилованием? Серьёзно? – я скептически вскинула бровь. Не самый остроумный план, прямо скажем.

Арес на мгновение замер, словно споткнулся о мои слова. – Что? Нет, боже упаси. С чего ты взяла?

– Ну, как бы... – я обвела взглядом нашу красноречивую позу.

– Чёрт, нет, я не собирался... Я вообще не это имел в виду. Вышло как-то импульсивно, – он слегка стушевался, но с меня не слез. – Я хотел напомнить тебе, что мы чувствовали в начале наших встреч.

– Если память меня не подводит, в начале наших встреч ты на мне не лежал. Это было в той, последней, на поле боя. А вот в первых я сидела на тебе.

Одним резким движением он поднял меня, перевернул и усадил на себя.

– Ну как? – он пристально посмотрел на меня.

– Что как?

– Чувствуешь что-нибудь?

– Ты дурак?

– Гира, я серьёзно, ты хоть что-то чувствуешь? – Арес сжал мои бёдра руками, притягивая ближе, и продолжал сверлить меня взглядом.

– Я чувствую твой стояк.

– Твою мать! А кроме этого? – прорычал он, всё сильнее вдавливая меня в себя.

– Арес, ей-богу, ты в своём уме? Ты думаешь, это вернёт мне эмоции? – я оперлась руками о его грудь, слегка наклонившись. Кажется, мой жест ещё больше возбудил его. Но не специально. Честно.

– Не шевелись, – хрипло прорычал он.

– Ты сам усадил меня на себя, чего ты ожидал? – возразила я.

– Да, усадил. Но я не думал, что будет так... трудно.

– Всё-таки ты дурак. Ни одного логичного поступка за последнее время, – вздохнула я.

Внезапно он грубо схватил меня за горло и впился в мои губы. Властно, требовательно, неистово. Я ответила тем же. Раз у меня нет чувств, могу я хотя бы получить физическое наслаждение?

Тем временем его руки уже скользнули под мою футболку и нашли мою грудь, которая как назло была без бюстгальтера. О, как он терзал её. Мял, сжимал, пощипывал соски, отчего у меня вырывались стоны между поцелуями.

Я решила не оставаться в долгу и начала извиваться на нём, отчего теперь уже он глухо стонал в поцелуях.

Дальше всё как в тумане. Одежда валялась на полу. Он уже внутри меня. Движения дерзкие, глубокие, ненасытные.

– Я так хотел тебя, – шептал он хрипло мне на ухо, его слова тонули в моих стонах, – я так люблю тебя.

Я могла только стонать в ответ, ведь в этот момент я чувствовала лишь физическое удовольствие и ничего более.

Сначала оргазма достигла я. Яркий, мощный и долгий. Это был лучший секс в моей вечной жизни. Через несколько минут и он. С глухим утробным рыком он кончил в меня и рухнул сверху, тяжело дыша.

Арес обнимал меня, лениво целовал плечи и шею, не желая отпускать.

– Я люблю тебя, – прошептал он, прикусывая мочку уха.

– Арес, я...

– Ничего не говори сейчас. Пожалуйста. Просто обними меня в ответ, – перебил он меня, и в его голосе звучала мольба.

Я молча обняла его. Крепко. Я не против дать ему почувствовать мою мнимую любовь.

Но ведь я любила его. Так быстро, так сильно, как никого и никогда. Я до сих пор помню эти чувства. Эту боль.

Какая-то струна моей души лопнула. Но я не заметила этого, полностью поглощённая приятной усталостью после секса.

POV Арес.

Когда в окнах заиграл рассвет, я проснулся первым. Гира всё ещё спала на мне, совершенно обнажённая. В памяти всплыли события вчерашнего вечера, и в груди заныло. Я хотел её, но не так. Это была моя Гира, но в то же время не моя.

И это сводило меня с ума.

Не так я представлял себе наш первый раз. Но я не смог сдержаться.

Осторожно выскользнув из-под неё, чтобы не разбудить, я накрыл её пледом.

Чёрт, вся одежда разбросана где попало. Тихо чертыхнувшись, я кое-как собрал свой лук на сегодня и на каждый день в целом и, тихо одевшись, решил выйти, чтобы подумать.

Задержавшись в дверном проёме, я бросил взгляд на неё. Чёрные волосы разметались по дивану. А серебряные пряди словно светились в лучах рассвета. С ней даже этот дом казался уютнее.С ней всегда было уютно. Но сейчас...

Тихо выскользнув из дома, я замер, глядя на робкий рассвет. Вчерашняя ночь... да, это был прекрасный, безудержный секс, взрыв страсти, утоливший нас обоих. Но секс без чувств – вот что терзало мою душу.Не могу я так, когда она такая... Нужно что-то делать, искать выход из этого лабиринта отчуждения.

– Арес? – Ее тихий голос вырвал меня из омута мыслей. Она стояла, кутаясь в плед, сонная и такая хрупкая. Сердце болезненно сжалось. Я отчаянно хотел вернуть ту Гиру. Язвительную, веселую, решительную, нежную, чуткую...

– Почему ты так рано проснулась, девочка моя? – прошептал я, притягивая ее к себе. Не мог иначе.

– Диван неудобный, и замерзла, – все тот же равнодушный тон. Голос ее, но словно чужой. Я сойду с ума, если не найду противоядие этой апатии.

– Давай я растоплю печь, и ты попробуешь снова уснуть? – прошептал я ей на ухо, чувствуя, как внутри клокочет отчаяние.

Она лишь кивнула и вновь опустилась на диван. Черт возьми...Сдерживая безумное желание встряхнуть ее, вытряхнуть из нее эту ледяную оболочку, я, скрепя сердце, пошел разжигать печь.Приятный треск дров нарушил тягучую тишину. Она не спала, но молчала. Я тоже молчал. Что тут скажешь? Какой в этом смысл?

Вскоре в доме стало теплее. Я лег рядом, прижал ее к себе.– Спасибо, – прошептала она сонным голосом и снова погрузилась в дрему.

Сердце пропустило удар. Что это? Элементарная вежливость или робкий проблеск чувства, благодарности, зародившийся в глубине ее души?