40

Глава 40Юлия

- Я разговаривала с Егором на днях. Он сказал, что в следующем месяце мы сможем прилететь на родину!

- Вау! Не представляешь как сильно я по тебе соскучилась.

- Я тоже, Юляш. А ещё не могу дождаться, когда увижу свою племянницу.

Мы с сестрой переходим на детские темы. Нам и раньше было о чем поговорить, а сейчас тем более. Наши разговоры длятся часами. Каждый день. Каждую свободную минуту. У меня нет никого ближе Вали. И я безумно рада, что больше двадцати лет назад родители решились на второго ребенка. Надеюсь, что у моей Викули однажды тоже появится брат или сестра. (я не помню кто из них был старше в первом сезоне, но пусть будет Юля)

Закончив разговор, я начинаю готовить ужин. Просматриваю на часы, волнуюсь. Интересно, Даня сегодня приедет или нет? Вчера он, как я и просила, ушел. Стало ли мне после этого легче? Да, определённо. Когда его нет, я умею переключаться. Но стоит ему только появиться, как я сама не своя. Сегодня мы общались с ним по телефону, но исключительно о ребёнке.

Достав из духовки запечённые овощи, я слышу, что проснулась дочь. Ну вот. Поела называется. Долго сокрушаться по этому поводу у меня не получается. Стоит только увидеть плачущую Вику, как сердце непроизвольно сжимается.Искупав малышку и покормив её, тихонько выхожу из спальни и слышу трель дверного звонка. Без предупреждения в такое позднее время может прийти только Даня.

Он стоит на пороге, сунув руки в карманы брюк. Пристально смотрит. Да так, что меня бьёт мелкая дрожь. Он без пиджака, в одной рубашке. Рукава закатаны до локтя, верхние пуговицы расстегнуты. Милохин невероятно красивый и притягательный. Мне стоит огромных усилий взять себя в руки и перестать на него смотреть.

- Вика уже спит, - произношу первое, что приходит в голову.

- Пустишь? – спрашивает Даня, игнорируя мои слова.

Я отхожу немного в сторону, пропуская его в квартиру. Не могу не пустить, потому что её купил для нас с Викой именно он. Захочет – вообще прогонит. Правда, я прекрасно знаю, что он этого не сделает. Даня обязательный и честный человек.

Когда он проходит мимо меня я чувствую едва уловимый запах дорогого алкоголя. Он пил? Удивительно... Неужели что-то случилось?

- Угостишь кофе? – спрашивает Милохин, снимая обувь.

- Да, одну минуту. Тебе без сахара, верно?

- Приятно, что ты помнишь, - усмехается он.

Его движения плавные и нечёткие. Обычно я боюсь пьяных, но в данном случае знаю, что мне ничего не угрожает. Развернувшись, иду на кухню и чувствую, как взгляд голубых глаз скользит по моей спине, талии и ягодицам.

После рождения Вики я достаточно быстро пришла в форму не прилагая никаких усилий. Возможно, дело в генетике. Моя мать после двух родов была стройной и изящной. И даже сейчас, в свои пятьдесят такой осталась. А быть может это потому, что я почти не успеваю есть.

Я тут же включаю кофемашину. Делаю глубокий вдох, прислушиваясь к шагам в квартире. Даня моет руки, а затем отправляется в детскую. Он предсказуем.

- Так сладко спит, - произносит, улыбаясь, Милохин. - Хотелось взять ее на руки...

- Надеюсь ты этого не сделал, - шутливо ворчу. - Потому что я с трудом уложила Вику на ночной сон.

- Я знаю, что это непросто, - усмехается Даня. - Поэтому не стал так делать.

- Я бы тебя за это не простила.

Мы одновременно смеёмся. Мне кажется, что с Милохиным легче общаться, когда он выпил. Расслабленный, спокойный. Никакой неловкости и смущения между нами. Я выключаю электрочайник, завариваю себе чай. Несу чашку с кофе Дане и, споткнувшись, внезапно проливаю ему на белоснежную рубашку.

- Боже, прости!

В панике смотрю как образуется уродливое пятно.

- Тебе больно? Снимай скорее!

Даня не паникует. Такое ощущение, что он не чувствует боли, но, тем не менее, снимает с себя рубашку, обнажая совершенное крепкое тело.Я сглатываю и бормочу что-то невнятное.

Мозг как будто отключается! Где-то здесь должна быть аптечка. Нужно смазать покрасневшую кожу лекарством от ожогов

- Не суетись, Юль, - командует Милохин.

Он встаёт со стула, подходит вплотную, забирает рубашку и берет меня за запястье. Он слишком близко. Расстояние критическое...

- Не болит?

- Нет, все нормально, - отвечает он хриплым голосом.

По коже при этом пробегает табун мурашек. Не успеваю опомниться, как мои пальцы касаются покрасневшей кожи. Врет. Должно болеть.

Жар мужского тела передаётся и мне. Внизу живота разливается приятное тепло, а щеки горят. А ещё запах... его так много. Мне нравится как пахнет Даня. Волосы и одежда наверняка пропитаются им. Я слышу тяжёлый вздох. Надо бы первой отойти, но я не могу.

Почему я так себя веду? Зачем? Для чего? Он чужой мужчина. Табу.

- Меня к тебе сильно тянет, Юля. Даже не думал, что можно хотеть женщину настолько сильно.

Прикрыв глаза, медленно выдыхаю.

- Не надо, пожалуйста... Ты выпил, потом пожалеешь о своих словах.

- Впервые такой раздрай на душе. Я не могу сейчас бросить Катю, - внезапно произносит Даня. - Она многое пережила. Долго лечилась, ее отец стал банкротом, а мать запила. Я просто добью Катю своим уходом.

- Не надо никого добивать.

Я резко высвобождаюсь и подхожу к окну. Взглянув на огни ночного города постепенно прихожу в себя.

- У нас ничего не получится, просто поверь мне, - отвечаю Милохину. - Лучше сохранить приятельские отношения ради Вики, чем потом жалеть о том, что мы натворили.

Продолжение следует...Как вам? Всем спокойной ночи, кому-то доброе утро❤️